ГРЕХ

Она сказала мне: «Я видела Бога, но Он не заметил моего присутствия». И тогда я отрекся от него третий раз. Сейчас жалею об этом. Порочные губы впервые за десять лет шепчут молитву и просят прощения, но, знаю, Он не слышит меня. Ему все равно. Я знаю это, потому что знает Она. Табурет под ногами трещит об кафель. Чувствую: еще неловкое движение и я сорвусь в бездну. Моя шея ощущает тесные объятия веревки. Я один — родившись и умерев. Мои спутники — свидетельство о рождении и посмертная записка. Я хочу оттянуть момент гибели, но не могу. Еще минута и двери выломает полиция, отправив из петли на сметную казнь. Мне страшно допустить это. Я боюсь встретиться лицом к лицу с теми, кого предал… Иронично: предал Бога, но страшусь Дьявола. От желанной свободы, которую я вожделел двадцать шесть лет, меня отделяет шаг. И я его сделаю. Освобожу свою душу и совесть тех, кто страдал из-за меня. Я слышу, как веревка трещит. Табурет звонко бьется об кафель и душит меня. Ничего не слышу… Безумная боль в глотке давит, легкие жадно хватаются за каждую возможность вздохнуть, но не могут. Я гасну. Мой разум медленно меркнет в черни, которая раньше считалась жизнью. Последнее, что вижу перед смертью: мутные силуэты. Ангелы это? Сам Дьявол? Не знаю. Задыхаюсь. — Прости меня, Мария…