Хороший ученик

- Где ты его взял? - спросил Чонгук, уже сидя за обеденным столом и доедая пиццу. Та получилась очень вкусной, что никто не заметил, как она улетела.        - Это секрет, - улыбнулся Тэхён, отводя лукавый взгляд в сторону лишь бы не видеть чужого - любопытного. На самом деле, щенка он нашёл по объявлению и мигом побежал по нужному адресу. Правда, перед этим пришлось занять немного (много) денег у миссис Мин, объясняя, что «ну очень нужно».        Питомник располагался почти на самой окраине города, так что Тэ пришлось повозиться, чтобы найти нужный дом, но немного побродив по улицам, он заметил ту самую «синюю дверь», как было указано в объявлении. Парня встретила пожилая женщина, которая сразу расположила к себе своей доброй улыбкой и приятным голосом. Она проводила Тэхёна в дом, указав на самую дальнюю комнату, где на полу бегало четверо щенят - доберманов.        - Он у нас самый скромный, обычно нелюдимый, но с вами... - сказала тогда женщина, наблюдая как один из щенков уснул на руках Кима. - Кажется, вы ему понравились.        - Надеюсь, он понравится учителю Чону, - подумал Тэ и отдал деньги, быстро собравшись и побежав домой.   - Впредь я буду осторожен в своих желаниях с тобой, - посмеялся Чонгук. - А то вдруг однажды ты подаришь мне студию звукозаписи.        - Всё может быть, - Ким посмотрел на щенка, который мирно сопел на диване, свернувшись калачиком. - Как вы его назовёте?        - Бам, - ответил Чон, вытирая рот салфеткой. - Что? Вы оба свалились мне как снег на голову, поэтому ему отлично подходит это имя.        - Кличка, - поправил Тэхён, устремив взгляд на Чона, который встал из-за стола и направлялся к младшему.        - Солнце, ты сегодня такой красивый, - прошептал Чонгук на ухо, начиная массировать чужие плечи. - Тебе очень идёт этот костюм.        - Ммм, - всё что смог вымолвить Тэхён, наслаждаясь приятным массажем.        - Ты, наверное, очень устал, - продолжал горячо шептать старший, ни на секунду не останавливаясь.        - Устал, - тихо сказал Тэ на выдохе, закрыв глаза. Кажется, у него закружилась голова от тесного контакта со старшим, кажется, он не чувствовал тело, концентрируясь на приятных поглаживаниях, кажется, он переставал контролировать себя, что-то бессвязно мыча и смеша этим Чона.        - Тогда тебе стоит пораньше лечь спать, - сказал Чонгук, резко убирая свои руки с чужих плеч и идя в свою комнату. - Спокойной ночи!        - Ужасный!  

***

Прошёл целый месяц после дня рождения Чонгука. Теперь на улице часто гулял ветер, играясь с волосами горожан, которые закутались в тёплые пальто. Казалось, будто каждый был рад осени, нося безразмерные стаканчики кофе или какао. Все, но не Тэхён. Ведь время нещадно летело, заставляя парня всё больше переживать о предстоящих экзаменах.        - Да брось, ты всё сдашь, - сказал Чон, усаживая Тэхёна на диван рядом с собой.        - У меня не получается решить эти ваши корни! - заныл Тэ, устремляя взгляд куда-то в потолок. - Я не сдам!        - Иногда я забываю, что ты у меня ещё такой ребёнок, - с нежностью в голосе произнёс Чонгук.        - Ребёнок? Я? А кто недавно вместе с Бамом пришёл весь мокрый, потому что захотелось попрыгать по лужам? М? - Ким посмотрел на старшего, сложив руки на груди и дожидаясь ответа.        - Зато нам было весело, - посмеялся мужчина, а потом невесомо коснулся губами чужой щеки.        - Действительно. Очень весело, - пробурчал Тэ, но всё же подставил  другую щёку , требуя от старшего продолжения.        А тому и не нужно слов, чтобы потянуть на себя парня, усадив на свои крепкие бёдра, а затем тихо прошептать в самые губы «не дуйся», поцеловав слишком медленно и тягуче, но вместе с тем горячо и невыносимо. Так, чтобы у младшего сбилось дыхание, а сердце просило остановиться. Так, чтобы руки крепко сжимали чужую футболку, совсем не заботясь, что она порвётся. Так, чтобы уже после обнять друг друга, положив голову на плечо и слушая гул вечерних машин. Так, чтобы и без слов было понятно, как ты любим.        Тэхён не был таким. Не думал. Не мечтал. Не хотел. Был всегда отстранённым, нерешительным, невзрачным. Не принимал ухаживаний и не ухаживал в ответ. Не гнался за отношениями и не понимал зачем. Он был один, наслаждаясь своим одиночеством. Он был один, размышляя совсем о другом. Он был один, пока не встретил Чонгука.        Того, кто так трепетно относится к парню. Кто так нежно будит его по утрам. Кто так ласково гладит по спине. И кто так искренне любит его.        Тэхён это видит. Чувствует. Даже, когда старший ничего не говорит. Когда в конце дня вместо слов берёт на руки и усаживает на колени, снова обещая сделать так и завтра и даже через год. Когда с интересом слушает рассказы Тэхёна, при этом смотря прямо в глаза. Когда медленно целует шею, не смея переходить черту. И когда слишком сильно сжимает ягодицы, упиваясь их мягкостью и утробно рыча.        - Уже поздно, - сказал Чонгук, гладя по спине младшего. - Пойдём спать.  

***

- Ты с ума сошёл?! - она снова кричала, совсем не пытаясь себя контролировать. Кажется, Наын нужно было обратиться к психологу. Но кто ей такое скажет? Разве, что Тэхён, которого она точно не послушает. - Прекрати, слышишь? - Тэ стоял посреди комнаты, смотря на мать и явно жалея, что рассказал ей.        - Прекратить? А ты подумал, что будут говорить обо мне? А о твоём отце? - она повышала голос ещё сильнее, при этом совсем не заботясь, что сейчас подумают о ней соседи.        - Мне всё равно, что будут говорить. Я рассказал тебе лишь потому, что думал, что ты хотя бы раз порадуешься за меня.        - Я рада! Я очень рада! Мой сын - гей!        - Спасибо за искренность, - Тэ направился в свою комнату, но его руку резко схватили, кажется, поцарапав длинными ногтями.        - Кто он? Я его знаю? - Наын смотрела точно в глаза, надеясь разглядеть хоть что-то, когда в собственных чётко была видна ярость.        - Нет.        - Кто он! - завопила женщина, прыгая на месте и продолжая держать чужую руку. - Скажи мне, кто он!        - Ты сошла с ума, - пытаясь освободиться, сказал Тэхён. - Отпусти!        Он резко одёрнул руку так, что женщина упала на пол, и ушёл в свою комнату, закрыв за собой дверь. Наын, тем временем, медленно поднялась, заметив лежащий на подоконнике ремень. Тот самый, что Тэ надевал на день рождения Чонгука. Она подбежала к окну, схватила ремень и сложила надвое.        - Твоя дурь выбьется с трёх раз, - пробормотала она себе под нос, направляясь в комнату сына.        Она резко распахнула дверь так, что та ударилась об стену.        - Куда это ты собрался? К своему муженьку? - женщина встала на проходе, оперевшись одной рукой о дверной проём, а в другой - всё ещё держа ремень.        - Не твоё дело, - сказал Ким, складывая одежду в спортивную сумку. Эта была последняя капля его терпения. Он больше не будет жить с матерью, которая не считает его за человека. Он переедет к Чонгуку, ставя этим окончательную точку в его отношениях с семьёй.        - А кто тебя отпускал?        - Я сам ухожу, - он застегнул сумку и закрыл шкаф. - Отдай мне мой ремень, - он начал было тянуться к своей вещи, но тут:        - Ни за что! - закричала Наын, замахнувшись и резко ударив сына по левой руке. Кожа вмиг покраснела, начиная больно жечь. - Понравилось?        - Аааай, мама, мне больно! - Тэхён закричал от боли, бросив сумку на пол и хватаясь за руку.        Но Наын не слышала его, подойдя ближе и хлестанув по спине.        - Ааааа, хватит! - Тэ упал на колени, сильно ударив и их, но ему было всё равно, так как боль на спине была хуже, сильнее, жёстче. Ему казалось, что его спина горит заживо, не собираясь потухать. Ему казалось, что все позвонки хотят вылезти наружу, лишь бы всё это прекратилось. Ему казалось, что собственная мать убивает его, не желая никак понять. Ему показалось, что он уже мёртв и что счастливые дни с Чонгуком были всего лишь сном..        - Ты остаёшься дома! - женщина снова громко хлопнула дверью, отчего мебель в комнате задрожала. Она оставила парня одного в четырёх стенах, не заботясь о его самочувствии. Она оставила его одного гнить в уже итак гнилой комнате. Она оставила его одного, как когда-то оставила ещё совсем маленьким мальчиком, что плакал в подушку, потеряв маму...        Третий удар не был сделан, но почему Тэхёну было так больно? Может потому, что его били уже не раз, и не два, может число ударов уже перевалило за сотню? Тэхён сбился. Он перестал считать после того, как понял, что это бессмысленно. Она не перестанет быть жестокой. А он не перестанет надеяться на лучшее..  

***

- Я уже подъезжаю, выходи, - написал Чонгук, заезжая во двор Тэхёна. Они договорились, что Чон заберёт его и они вместе поедут в кино. Однако мужчине никто не ответил, оставляя сообщение непрочитанным. Это было странно, ведь Тэ отвечал сразу, почти в ту же секунду.        - Мы долго ещё будем стоять? Вы сказали, что это займёт минуту, - проворчал водитель, смотря на свои часы.        - Извините, что-то пошло не так, - Чон достал кошелёк и протянул мужчине пару купюр, выходя из машины.   - Ты собрался? - сообщение снова было отправлено, но не прочитано, что очень напрягало старшего. После того случая, когда Тэ забыл телефон в квартире Чона, такого никогда не повторялось. Парень был приклеен к гаджету. Подождав ещё пять минут, Чонгук всё-таки зашёл в уже знакомый подъезд и поднялся на нужный этаж. Дверь была закрыта, поэтому мужчина коротко постучал, прислоняясь ухом к двери. Он слышал приближающиеся шаги, поэтому расслабленно выдохнул, уже собираясь отругать младшего за такое поведение. Но... дверь ему открыла женщина, лет пятидесяти на вид, с ужасно грязными волосами и в засаленной футболке. Снизу у неё была юбка, которая, как показалось Чону, была слишком короткой для дамы её возраста и которая открывала её ноги, усыпанные синяками.        - Чего надо? - гавкнула она. - Ты кто такой?        - Тэхён дома? - игнорируя её вопросы, спросил Чонгук. Конечно, он догадался, что это была мать парня. Он взял от неё её глаза, хотя у Наын они были уже давно потухшими, чёрными, злыми, а у Тэ глаза были еще «совсем юными», свежими и искренними.        - Ты кто я спрашив... ааа..ты его хахаль, да? - она прошлась по мужчине оценивающим взглядом от "макушки до пят", а затем снова посмотрела в глаза. - А Тэхён не промах, ухватил само..        - Где Тэхён? - голос Чона стал строгим, требовательным, серьёзным. Он не хотел говорить с Наын, он хотел побыстрее узнать, где же находится его парень.        - Нигде, понятно?! Иди отсюда, пока полицию не вызвала! - она попыталась закрыть дверь, но Чон ловко подставил ногу, а затем и вовсе прошёл в квартиру. Он быстро побежал в комнату, которая принадлежала Тэ, заходя в неё и останавливаясь на пороге.        На полу, обняв свои ноги, лежал Тэхён. Его тело коротко вздрагивало, а руки, казалось, тряслись. Он лежал, смотря в стену и не замечая ничего вокруг. Он лежал, не двигаясь и не издавая никаких звуков. Он лежал, не чувствуя, как Чонгук погладил его по голове и поцеловал в щёку.        - Тэ, солнце моё, что она сделала с тобой? - мужчина сел на колени и поднял младшего, улаживая того на кровать. Но Тэ вдруг резко вздрогнул, схватив Чонгука за футболку и еле  проговорив: «мне больно».        - Где? Где больно? - Чонгук засуетился, осматривая Кима, но тот сам начал медленно поднимать футболку. - На спине?        Чон посмотрел на спину младшего и застыл. Там красовалась красная линия, начинающаяся на одной и заканчивающаяся на другой стороне. Около позвоночника была видна «вмятина», видимо оставленная той самой бляшкой.        Мужчина попытался легонько тронуть полосу рукой, но Тэ лишь замотал головой и отодвинулся от старшего. Было больно...        - Вон! Вон из моей квартиры! - в комнату вбежала Наын, злобно смотря на Чона.        Мужчина коротко взглянул на неё, а потом резко встал и подошёл к женщине, схватив ту за руку так сильно, что она зашипела. Он потащил её на кухню, почти кидая на стул, а затем наклонился и сказал почти в самое лицо:        - Послушай меня, сейчас я забираю Тэхёна, и мы уезжаем ко мне. А ты.. если ты его ещё хоть раз тронешь, то будешь лежать там же, где твой драгоценный муж. И да, жди гостей. Мы оформляем лишение родительских прав.        После этого Чон поднялся, поправляя свои волосы, а затем заметив на столе стеклянную бутылку пива, подошёл к нему и сказал:        - Ни дня без этой гадости.        И резко кинул в стену, где сидела Наын. Женщина вскрикнула и закрыла лицо руками, не видя, как Чон прошёл мимо неё.   - Солнце, тшш, успокойся, мы сейчас поедем домой, - шептал Чон, массируя голову младшего и не смея прикасаться к спине. - Бам уже заждался тебя.        - Я люблю тебя, Чонгук, - было сказано резко и совсем неожиданно. Так неожиданно, что Чон замер. Ему казалось, что ему послышалось, что Тэ ничего не говорил и что это всего лишь иллюзия, которую придумал мозг после тяжёлого дня. Ему казалось, что Тэхён сейчас бредит, не справляясь с эмоциями, пережитыми час назад. Ему казалось, что Тэ просто пошутил, насмехаясь над уже и так слабым сердцем мужчины.        Но дело в том, что Тэхён совсем не шутил. Он чувствовал. Ведь раньше Тэхён не был таким. Не думал. Не мечтал. Не хотел. Был всегда отстранённым, нерешительным, невзрачным. Не принимал ухаживаний и не ухаживал в ответ. Не гнался за отношениями и не понимал зачем. Он был один, наслаждаясь своим одиночеством. Он был один, размышляя совсем о другом. Он был один, пока не встретил Чонгука.        Поэтому сейчас он тихо ждал, пока ему скажут что-нибудь в ответ и что пообещают, что это надолго. Скажут, что совсем не ожидали такого, но что точно ждали когда-нибудь. Скажут, что слов совсем недостаточно и поэтому горячо поцелуют, желая растянуть это удовольствие подольше.        - Я люблю тебя, солнце, - утонуло среди губ, что позже улыбались и беззвучно шептали «всегда любил».