Пристрастие

      Се Лянь еще в самом начале их сексуальной жизни заметил у своего мужа одну особенность — он невероятно сильно любит, когда им пользуются.       Но дело было не только в смене позиций, когда Се Лянь его брал, или в доминировании, нет… Хуа Чэну доставляло удовольствие, когда бог трахал его в рот.       Это происходило в любой обстановке в любое время суток, как только между ними проносилась малейшая искра возбуждения. Демон в тот же миг становился на колени, стягивал штаны и проглатывал еще даже не ставший твердым член. Он мог стоять так, не шевелясь, часами. Иногда, когда настроения двигаться не было, он почти засыпал в таком положении (особенно в те дни, когда Се Лянь был завален работой, но Хуа Чэну действительно! было необходимо погреть ствол своего мужа у себя во рту).       Он действительно любил, когда его использовали для такого рода удовольствия. И Се Лянь тоже это любил.       Иногда они останавливались посреди коридоров Дома Блаженства, Хуа Чэн прижимал его к стене, опускался на пол и мог довести своего бога до оргазма даже через ткань… делать это в таком месте было немного прохладно.       Иногда это происходило по утрам. Се Лянь просыпался и чувствовал тепло внизу, что-то мокрое и приятное, и вид его мужа, что с удовольствием то облизывал, то посасывал член, заставлял разум моментально пробуждаться, чтобы запечатлеть этот момент.       А иногда, когда Се Лянь чувствовал себя по-особенному смелым во время их занятий любовью, он мог сесть Хуа Чэну на грудь и попросить того открыть рот. Лицо демона в такие моменты приобретало выражение бесконечной благодарности, словно ему собираются преподнести подарок, и Се Лянь с радостью толкался в приоткрытые губы и любовался в это время покрасневшим лицом…       И Хуа Чэн всегда выглядел таким счастливым и голодным, испытывающим нетерпение в одночасье с трепетом, и появлялось желание гладить его по волосам, зарываясь в них пальцами и притягивая голову ближе к себе. А когда Се Лянь сам начинал толкаться в податливый горячий рот, Хуа Чэн сразу начинал стонать громче, посылая по стволу вибрации и быстрее доводя до помутнения. И эти слезы в его затуманенном взгляде, что появлялись каждый раз, когда он брал слишком глубоко… настолько глубоко, что его нос утыкался в лобок, а дыхание щекотало волосы.       Бывают моменты, как сейчас — Се Лянь не видит его лица, но чувствует, насколько возбужден его муж, наблюдает за быстро двигающейся рукой на члене демона. Хуа Чэн лежит на спине на их кровати, свесив голову с края, а принц в это время плавно толкается в расслабленное вытянутое горло.       Бедра Хуа Чэна дрожат с каждым толчком, с каждым разом, когда мошонка сталкивается с его носом, и он громко несдержанно стонет. Его собственный член пульсирует, когда он проводит по нему рукой, жидкость скопилась на животе и стекала по бокам на потные простыни. И Се Ляню действительно нравится этот ракурс, он сам всхлипывает, зовя своего мужа по имени, хваля его и наблюдая. Взгляд спустился к горлу. Челюсть Хуа Чэна всегда была такой красивой и притягательной, но сейчас, в таком положении, Се Лянь смог действительно оценить это. Длинная шея блестела от пота, и с каждым уже слегка ускоренным движением бедрами под кожей появлялась небольшая выпуклость.       Се Лянь провел ладонью по шее, вызвав у демона дрожь вдоль всего тела, и слегка сжал ее, продолжая толкаться. Под рукой ярко ощущались все движения члена и все звуки, что издавало горло, и это распаляло еще сильнее.       А еще Хуа Чэн просто обожал все, что Се Лянь отдавал ему во время оргазма. Прямо как сейчас, глотал так, словно это было самое вкусное, что он получал, и еще долго посасывал ствол или облизывал головку, стремясь забрать всю вытекающую жидкость.       И сам он мог кончить намного раньше, даже несколько раз, и порой не прикасаясь к себе — лишь преследуемый сильным возбуждением и желанием угодить, быть нежно использованным.       Се Ляню нравилась эта особенность его мужа, эта преданность, с которой он отдается. И, несомненно, он всегда готов дать ему все, что он попросит.