Заколдованные пробуждения и запретные желания

Гермиона просыпается от того, что в висках пульсирует боль, во рту сухо, а тело ломит. С трудом перекатившись на другой бок, медленно поднимает тяжелые веки. Ей требуется несколько секунд, прежде чем приходит осознание того, кто лежит на соседней подушке. Она вскрикивает и резко садится, от чего голова начинает кружиться, а к горлу подкатывает тошнота. Малфой морщится от резкого и громкого звука, с трудом открывает глаза, фокусирует взгляд на шокированном лице Гермионы Грейнджер. Если бы не жуткое похмелье, он бы удивился, что лежит в одной постели с бывшей сокурсницей. А если учесть как сильно он вчера надрался, она еще не самый паршивый вариант, могло быть гораздо хуже, например Уизел. От этой мысли он внутренне содрогается. — Грейнджер, не ори, голова раскалывается, — стонет он от боли и отворачивается. Гермиона трезвеет как от ведра холодной воды, осматривает свою спальню, а потом резко толкает Драко в плечо: — Как ты оказался в моей постели? — Я откуда знаю?! Кажется, я вчера сильно перебрал с алкоголем. Ничего не могу вспомнить, — он сводит брови к переносице, но в глазах плещется озорство и любопытство. Реакция Грейнджер его забавляет, не часто можно увидеть во взгляде заучки столько вопросов, на которые она не знает ответа. Даже тяжелое похмелье не способно лишить его этого удовольствия. Драко тоже хотел бы восстановить цепочку событий, что привела их в эту точку, но несмотря на столь щекотливую ситуацию, не собирается упускать шанса побесить ее. В голову Гермионы закрадывается смутные опасения, поэтому она с осторожностью заглядывает под одеяло, чтобы рассмотреть себя, обнаруживает на себе белье. С облегчением выдыхает, сделав логичный вывод, что между ней и Малфоем ничего не было. Он замечает это движение, тоже приподнимает край со своей стороны, чтобы посмотреть на нее. Она бросает на него гневный взгляд, резко давит на одеяло, пресекая его попытку, но на его лице все равно играет самодовольная ухмылочка. — Немедленно убирайся из моей квартиры! — Гермиона вскакивает с кровати, бросается к креслу за халатом, но пока она его спешно натягивает, Драко все же успевает проскользить взглядом по телу девушки. — Ты не слишком гостеприимна. И вообще, если бы ты сама не захотела, вряд ли бы мы оказались в одной кровати, — говорит он. — Ах ты мерзкий червяк, ты просто воспользовался тем, что я была пьяна! Беспринципный, надменный… — она не договаривает, потому что Драко встает, расправляя мощные плечи, поднимает с пола брюки, медленно одевается. Гермиона замолкает, не договорив, осматривает его крепкую фигуру, и только когда он натягивает рубашку, отворачивается и трясет головой, пытаясь отогнать наваждение. Драко не застегивает пуговицы, чтобы Грейнджер продолжала старательно делать вид, что не смотрит на его торс, берет в руки пиджак и ботинки: — Ладно, заучка, покажи мне, где здесь выход. Хоть на это тебе хватит манер? Она сердитыми шагами направляется к двери из спальни, затем пересекает гостиную, своей яростью спугнув Живоглота, открывает входную дверь, скрещивает руки на груди, даже не пытаясь скрыть, что ей не терпится от него избавиться. Он осматривает квартиру, пока медленно идет к выходу: светлая гостиная с серым диваном, перед ним небольшой круглый столик из темного дерева, большая книжная полка во всю стену, пара растений в горшках, кухонный островок из светло-серого камня, небольшая белая кухня с маггловской техникой. Довольно мило и уютно. Он переводит взгляд на Гермиону и останавливается на пороге: — Прощальный поцелуй? — предлагает он с усмешкой, но она выталкивает его из квартиры и захлопывает дверь. Боль все еще сжимает ее голову, поэтому она решает принять душ и выпить кофе, прежде чем отправиться в Министерство. Как бы плохо ни началось ее утро, работа это то, что она безоговорочно контролировала в жизни, и это должно было ее успокоить. Струи прохладной воды хоть и придали бодрости, но от боли и тошноты не избавили, поэтому она впервые жалеет, что не хранит дома что-то от похмелья. Гермиона приходит на работу и сразу же отправляет Джинни и Полумне сообщения, через двадцать минут подруги появляются в ее кабинете. На лицах девушек читается беспокойство, Гермиона никогда не устраивала таких внезапных и срочных собраний и не просила принести ей зелье от похмелья. Вымученная улыбка Гермионы не может обмануть друзей: — Гермиона, что случилось? — спрашивает Джинни, присаживаясь на кресло напротив стола. Полумна протягивает Грейнджер флакон с зеленой жидкостью, и она его почти выхватывает, выпивает залпом, морщится и только через несколько секунд ее напряженное лицо наконец расслабляется. — Вы не видели, с кем я вчера уходила? — начинает она издалека, подруги переглядываются. — Мы с Гарри ушли довольно рано, — говорит Джинни. — Я видела только, как ты после седьмого бокала шампанского кружилась на танцполе. — Я и Невилл ушли ближе к полуночи, ты танцевала с Драко Малфоем, — вспоминает Полумна. Сердце Гермионы, кажется, в момент рухнуло на дно, она закрывает лицо руками: — Я больше никогда не буду пить! — бормочет она. — Сегодня утром мы с Малфоем проснулись вместе. Полумна и Джинни удивленно восклицают. Гермиона пересказывает подругам все события утра, девушки подходят и обнимают ее с двух сторон для поддержки. — Ну, раз между вами все же ничего не было, то, думаю, скоро ты забудешь это как страшный сон, — говорит Джинни, вставая с подлокотника кресла Гермионы. — Рону и Гарри это вообще знать необязательно. У них больше нет лютой ненависти к Малфою, но лучше не давать им для этого повода. — Это останется между нами, — подтверждает Полумна, коротко кивнув. Подруги уходят, и Гермиона погружается в работу, отгоняя от себя непрошенные мысли.

***

После двух важных рабочих встреч, которые он провел с постоянной пульсацией в висках, Малфой наконец-то выдыхает, откидывается в офисном кресле и прикрывает глаза. Сегодняшнее утро не идет у него из головы, но рационального объяснения случившемуся найти не может. Он всегда думал, что если между ним и Грейнджер что-то когда-нибудь и будет, то он точно это запомнит. И как бы он ни пытался извлечь из памяти хоть что-то о том, как закончился вечер, кроме тумана в его голове ничего не было. Драко бросает взгляд на часы в ожидании Блейза. Они договорились вместе пообедать в их любимом ресторане, но больше всего Малфой хочет расспросить друга о вчерашнем вечере. Забини появляется в его кабинете ровно в назначенное время в приподнятом настроении, но мрачное выражение лица Малфоя красноречиво говорит о том, что разговор будет серьезный, поэтому он убирает широкую улыбку с лица. Блейз наливает в два бокала огневиски, передает один Драко и садится в кресло напротив, делая глоток янтарной жидкости. — Я хотел поговорить о вчерашнем вечере, — говорит Драко отпивая из стакана. — Мы так много лет знакомы, что я надеялся на тебя, друг. Что каким бы пьяным я не был, ты меня не бросишь. — О чем ты? — хмурится Забини. — Я лично дотащил тебя до твоей кровати в поместье. Раздевать не стал, потому что ты был как мешок с костями, даже обувь с себя снять не позволил. Я оставил тебе стакан воды на тумбочке, рядом противопохмельное зелье, и только после этого ушел через камин к себе. — Ты уверен?! — Драко смотрит недоверчиво. Может друг вчера тоже знатно перебрал? — Я проснулся в квартире Грейнджер, с ней в одной кровати. Между нами, кажется, ничего не было. Блейз присвистывает, его лицо выражает искреннее непонимание. — Я клянусь тебе, что доставил тебя домой. Когда Астория уходила с вечеринки, она меня попросила о тебе позаботиться. — Что за черт тогда творится? — задумывается Драко, отставляя стакан подальше от себя. — Пожалуй, с выпивкой правда лучше завязывать. И не говори ничего Астории или Дафне, не хочу, чтобы из-за этой нелепой случайности разразился скандал. Блейз кивает, залпом допивает и встает: — Можешь на меня положиться.

***

Гермиона приглаживает завиток у уха, что выбился из низкого пучка, наносит помаду на губы — финальный штрих. Когда рабочий день закончился, она поторопилась домой, чтобы сменить офисный костюм на струящееся платье до колен цвета бордо, с открытыми плечами и нескромным декольте. Живоглот наблюдал за сборами хозяйки с ее кровати, тщательно вылизывая свою шерсть. Сегодня после обеда в кабинет доставили букет цветов с приглашение на ужин от ее знакомого из отдела по учету магических существ. Она часто сталкивалась с ним в коридорах Министерства и, как ей казалось, они флиртовали, но Майкл ходил вокруг да около и все не решался пригласить ее на свидание. Она отправила ему бумажный самолетик с коротким согласием и до вечера не могла убрать с лица улыбку. Гермиона надела каблуки, которые в сочетании с такой длиной платья делали ее стройные ноги бесконечными. Когда в дверь позвонили, она покрутилась перед зеркалом и улыбнулась своему отражению, прежде чем пойти открывать. Она распахивает дверь и расплывается в улыбке. Зная о ее происхождении, Майк пригласил ее в обычный ресторан и оделся так, чтобы не привлекать внимание магглов. Гермиона отмечает для себя, что серый классический костюм с голубой рубашкой ему очень идет. Мужчины в костюмах всегда казались ей особенно привлекательными. Он тоже рассматривает ее, в глазах читается восхищение. — Ты прекрасно выглядишь, — говорит наконец он, выходя из оцепенения. — Можем идти? Они выходят на улицу, заходят за угол, и он подает ей руку, прежде чем трансгрессировать в маггловскую часть Лондона. Весь вечер Майкл очень обходителен, пододвигает стул для нее, делает комплименты, Гермиона купается в его внимании. Она смеется над его шутками, с интересом слушает его рассказ о детстве, с ним так легко общаться, что свидание пролетает незаметно. После ужина они гуляют по Лондону, взявшись за руки, беседуя о книгах и немного о работе. Когда они доходят до ее квартиры, Гермиона достает из сумочки ключи и поворачивается к нему. — Спасибо за приятный вечер… — говорит Майкл. Он мнется, запустив пятерню в русые волосы, будто раздумывая над дальнейшим шагом. Его нерешительность забавляет и раздражает одновременно, и Гермиона делает над собой усилие, чтобы не закатить глаза. «Малфой бы так медлить не стал, сразу бы полез целоваться, даже рискуя получить по лицу», — неожиданно проносится в голове Гермионы, и она тут же пугается этих мыслей. Чтобы отогнать их подальше, она сама делает шаг и прижимается к его губам своими. Майкл удивлен, но спустя пару секунд обретает решительность, углубляет поцелуй, кладет руки на ее талию. Она обнимает его за шею, прижимается к нему бедрами, совершено отбросив стыд. — Хочешь зайти? — шепчет Гермиона, прерывая на секунду поцелуй, заглядывает в его глаза полные страсти. Он кивает, и девушка, повернувшись к двери, довольно быстро справляется с замком. А переступив порог, снова возвращается к его губам, тянет в сторону своей спальни, по пути снимая его пиджак. Она давно перестала быть скромницей, какой ее считали в школе. Она чувствует себя привлекательной женщиной, и вожделение в глазах Майкла тому лучшее доказательство. Комнату освещает лишь свет луны, но его вполне достаточно, чтобы было легко ориентироваться. Она торопливо расстегивает его рубашку, а потом позволяет ему самому расправиться с одеждой, а сама отходит на пару шагов к тумбочке у кровати. Она довольно быстро находит небольшую склянку с противозачаточным зельем, откупоривает и выливает в рот содержимое. Майкл подходит к ней со спины, обнимает ее за талию, целует шею. Его ласки чересчур осторожные и медленные, он касается ее будто она сделана из тончайшего хрусталя, а она так распалена, что ей бы хотелось более решительных действий. Он расстегивает ее платье, позволяет ему соскользнуть на пол, легкими поцелуями покрывает плечи. Гермиона теряет терпение, ложится на кровать и тянет его на себя. Он избавляет ее от белья, устраивается между ног и наконец касается ртом места, что больше всего нуждается в ласках. Его язык старательно доводит ее до оргазма, и когда она отлетает, где-то на задворках сознания возникает мысль: «Какой был бы секс с Малфоем, если бы они вчера все же переспали?», — но она тут же отдергивает себя: «Какого чёрта, Малфой лезет мне в голову?». Она злится на себя, что мысли о бывшем однокурснике мешают ей наслаждаться близостью с Майклом. Чтобы больше не думать о посторонних вещах, Гермиона перекатывает своего любовника на спину, садится сверху и пару раз поглаживает его затвердевший член, прежде чем направить в себя. Майкл стонет, а она начинает двигается вверх и вниз с той амплитудой и скоростью, какая нужна ей, выгибается, мнет свою грудь. Майк двигает бедрами ей навстречу, сжимая пальцы на ее бедрах, и когда она наконец сжимается вокруг него, делает несколько заключительных резких толчков, перекидывает ее на спину и тоже приходит к финишу. Она тяжело дышит с блаженной улыбкой, тянется за палочкой и убирает заклинанием его следы со своей кожи. Он наклоняется, целует ее соленый от пота лоб, укладывает ее расслабленное тело рядом, обнимает за талию. Гермиона обхватывает его торс рукой и мгновенно проваливается в сон.