Шкаф на двоих

"Сегодня его день рождения, Воланду исполнилось шестнадцать лет. В последнее время он не обращает внимания на меня, будто его шкаф пусть... Если до этого он мог как-то поговорить со мной за дверьми, просить поддержки, то сейчас он целыми днями проводит только за рабочим столом. Периодически я слышу, как он бьет свой монитор, проигрывая в какой-нибудь игре... Или курит прямо в комнате. Он стал делать это чаще. Но больше всего я слышу женские стоны из его телефона или компьютера. Фу, мерзко. Зачем тогда ему нужна я? Сидящая одна, в пустом шкафу... Сегодня его можно вообще не ждать. Воланд ушел веселиться к своим друзьям с выпивкой. Хах, говорил что я такая, а сам поступает вот как. Хотя бы выпустил меня, если собирается остаться там с кем-то на ночь. Меня не волнует если он изменяет. Меня волнует только вопрос о том: что я еще делаю здесь?.." Мысли сидящей в шкафу Тесс прервал открывающийся замок входной двери, и сбивчивые шаги на пороге. Воланд вернулся домой очень поздно. Побросав обувь в хаотичном порядке, на извилистом ходу он начал расстегивать замок куртки, громко шурша ею. Парень громко и неуклюже топая, ворча на свои лохматые волосы шел вперед до ванны. Флауэр почувствовала запах ядреного спирта еще с порога, хотя находилась далеко. Она слышала как парень держится за стены, дабы не упасть. Слышала, как тот чем-то погримел в ванне, издавая странные стоны. Затем он зашел в саму комнату с какой-то голубой емкостью. Деллузио выглядел очень отвратно. Весь пьяный, почти нестоящий на ногах. Красные глаза, лохматые спутанные русые волосы. Парень небрежно снял куртку, даже не думая снимать свои уличные джинсы и белоснежнуют рубашку, надетую для приличия. Воланд издал какой-то страдальческий стон и резко икнул. Понимая, что уже время подставить емкость, он вовремя сообразил будучи под амбре. Флауэр было противно наблюдать, как все выпитое вино в перемешку с едой несканчаемо льется из рта Деллузио. Слыша эти отвратительные льющиеся звуки, даже не хотя думать каков запах, она вжалась спиной в угол шкафа. Девушка закрыла свои глаза ладонями от мерзкой картины, ощущая себя ребенком неблагополучной семьи. Пару раз покашляв над полным тазиком, подождав, пока выйдет еще пару капель, он медленно повернул голову к широкому шкафу. Фиалочка же приблизилась зеленым глазком к маленькой шелочке, пытаясь разглядеть, лег ли он спать. Она отпрянула назад, когда увидела, что недавно извергавшися Воланд смотрит отвратным взглядом на нее в ответ. "Нет..." Деллузио выпрямился, вздохом собирая слюни и вытирая грязные губы рукавом белой рубашки. На неслушающихся ногах он стал подходить к ее дверям. "Фу, нет... Только не иди сюда!" — судорожно внутри паниковала Флауэр, отползая в самый конец ее небольшого помещения. — Тесс, Тесс... — заплетающимся языком произносил Деллузио, и его голос неестественно хрипло тянулся. Флауэр задрожала, слушая как правильные номерки пароля ржавого замка клацали. Ей даже не хотелось брать в голову то, что будет дальше, но уже было поздно. — Тесс? — замок громко упал на пол, почти на ногу пьяного Воланда. Тот даже этого не заметил, подвигая стопой ненужный предмет. Он раскрыл двери шкафа, и нагнулся вперед, дабы среди разгюлявшися темноты уловить девушку, — милая, почему ты не поздравила меня? — С днем Рождения, Воланд... — Фиалочка шмыгнула, ощущая как глаза начинают мокреть. Девушка хотела зажать нос, чувствуя неприятный запах, потянувшися из раскрытых дверей. — Ты плачешь? — выдавил из себя пьяный Деллузио, шуршанием одежды забираясь с кряхтением в шкаф полностью. На это Фиалочка ничего не ответила. Лицо девушки расплывалось в начинавшимся плаче, и у нее не было сил это остановить. Она молча помотала головой, глядя как ели стоявший на четвереньках парень подползал к ней ближе. Сердце в очередной раз рвалось на части. Оно чувствовало неладное. Когда Воланд подполз к ней, он встал на колени рядом. Он посмотрел на нее сверху вниз размытым взором, но уловил ее серебристые бусины. — Те-есс нет... — голос парня хрипло потянулся, будто он сам заплачет сейчас. Он прильнул объятиями к ней, прижимая к себе, — не плачь прошу-у... Флауэр молчала. Ей не хотелось говорить с ним. От объятий она не сопротивлялась, но плакать ей хотелось больше. В носик девушки неприятно заполз запах спиртного и едкой рвоты Деллузио. Он прижимал ее все теснее и теснее. Тесс даже почувствовала как его волосы защекотали ее влажные щеки. В одно мнгновение он застыл, начав вставать напротив девушки. Флауэр озадаченно подняла глаза к нему, опускаясь на свои коленки, и отставляя ноги в сторону. На секунду ей показалось, что парень отрезвел, ведь его взгляд стал более точнее чем до этого. Он становился все ближе и ближе к ее лицу, обдавая неприятным запахом из приоткрытых уст. Тесс хотела двинуться, но позади только стена. Сквозь щель света она увидела, что Воланд опирался о стену за ней одной рукой, второй кончиками пальцев проводя по ее плечу, что вызвало неприятное чувство щекотки. Его карий взгляд был прямо у ее лица, и тогда его ладонь остановилась на дрожащем плече. Сухие губы вдруг проговорили спокойным тоном ей в лицо: — Тут не так много места... — Нет... Он не дал ей даже подумать затыкая губы настойчивым поцелуем, отпуская последнюю расстегнутую пуговицу. Приоткрыв глаза Тесс увидела его худощавое тело и два бледных соска, выглядывающих из растегнутой рубашки. На его теле даже не было волос. Влажный горьковатый язык парня скользил в танце с неподвижным языком девушки. Он прошелся по стенкам рта, смакуя сладкие девечьи губы. Флауэр хотела отстраниться, уйти подальше от этих мерзких пьяных губ! Но у нее не было выхода, и она постепенно стала отвечать на мокрый поцелуй, опустив ресницы. Ладонь парня с плечика спустилась и до пуговиц ее школьной рубашки. Он постепенно стал расстегивать ее, отвлекая подростка лаской ввиде жарких засосов в шею. — Н-нет... — вышло полустоном из бархатных губ девушки. Из уголка рта Флауэр ползла капля слюны, — я никогда не... — Тихо, — парень снова поцеловал любимую прижимая к стене, проталкивая мокрый язык глубже. Да так, что влажный поцелуй уже происходил где-то вне рта. Почувствовав, что Деллузио снял с нее рубашку, оставляя девушку только в черном лифчике, ее тело напряглось. Ладони опустились ему на плечи, дабы легонько оттолкнуть увлекшегося парня. — Нет... — Тесс тихо... — настойчивая сила не помешала Воланду опуститься чуть ниже, кладя ладонь на грудь среднего размера. Длинные пальцы легонько сжали ее, а затем и сжали полностью. — М-м... — протянул он, опуская одну ладонь ниже к ее закрытому колготками и трусиками лону. Флауэр была смущена, отводя зеленый взгляд в бок. Она не хотела сейчас всего этого, набухший клитор предательски горел внизу, набухая и набухая. Она почувствовала как двумя пальцами он надавил на ее маленькие половые губы, будто прося впустить его туда. — Нет! — пискнула она и оттолкнула пьяного наглеца, да подальше! — Дрянь! — упавший назад Воланд резко подскочил на колени, и с размаху зарядил несчастную пощечиной. — А! — Тесс вскрикнула, и упала на бок, берясь за горячую щеку обеими ладонями, вновь едва не начиная плакать. Деллузио не останавливался. Он кинулся на нее снова, на этот раз с точными намериниями. Его цепкие ладони вцепились в ее еще нерастегнутый лифчик, со злостью откидывая его назад. Узрив голую, никем не тронутую нежную грудь девушки, парень озверел еще больше. Он больно вцепился в ее мягкие ляжки, и резким движением порвал ее ажурные колготки. Флауэр закрывала грудь руками, и чуть ли не рыдала от стыда и позора. От того, что он делал с ней сейчас. Она ужаснулась и тело наполнила больная джожь колочащая полуобноженное тельце изнутри. Тесс забыла о пощечине, пытаясь ногами оттолкнуть именинника. — Не трогай! — в истерике завопила девушка, — не трогай ублюдок! НА ПОМОЩЬ! Удары маленькими стопами по телу казались для Деллузио укусом комара. Поймав обеими руками ее икры, он резким и грубым движением потянул их на себя, разрывая остатки колготок. — Заткнись, — прорычал он, пытаясь всем торсом удержась брыкающуюся Тесс, пока дрожащие от возбуждения руки расстегивали пояс и шеринку затертых джинс. Тесс покраснела от своего же истеричного плача. Звать на помощь не было смысла, в этом доме никто ей не поможет. Она ощутила биеникюе сердце парня голой спиной, торс которого приплюснул жертву к полу шкафа. Одной из яготиц она ощутила нечто твердое, рвущееся из ширинки наружу. Его член желал больше, чем просто привычной руки. Расправившись с назойливым ремнем, он швырнул его в сторону, вынимая ровно стоячий большой член из боксов. Его машонка и свисающие шары уже подрагивали от скорого насыщения с жертвы. Одной рукой он придерживал руки за спиной Тесс, всем весом давя на девушку. Другой он нагло стянул с нее белые влажные трусики, выкидывая подальше. Кончиками пальцев он провел по горячему склизкому лону, немного надавливая по середине. — Отпусти-и, прошу тебя... — беззащитно выдавила Тесс, ощущая как щеки краснеют, а мягкие половые губы поджимаются от страха перед неизвестностью. Нащупав легкий выступ, он начал энергично теребить его пальцами из стороны в сторону под страдальческие полустоны Фиалочки под ним. Она явно не получала удовольствие, даже когда ее влагалище харакретно зашлюпало, а само оно горело от шустрых рук. — Нравится, тебе нравится?! — будто сумасшедший спрашивал Деллузио, ощущая как твердая плоть касактся мягких белесых ягодиц. Спустя пару секунд девушка всхлипнула. Воланд делал больно ее половым губам, грубо растирая их шелушившеюся ладонью. — Перестать, мне больно!.. — из последний сил молила она. — Ах, больно... — Воланд чуть отстранился, беря свободной рукой свой набухший член, он направил его розовую нежную кожу кончика к разгоревшимся прловым губам, — а как тебе такая боль? Тесс издала животный вопль боли, крепко заглушенный ладонью парня. Он с силой дарил пальцами на нежную кожу лица девушки, которая неумолимо зарыдала прямо в них. Девушку неаккуратно жестоко разрывали на части. Она ощутила, как кожа узкого прохода растягивалась до хруста кожных тканей, сводя в судорогах ноги и ягодицы. Он проник в нее только кончиком, а она уже ощущает адскую боль и разрыв влагалища. Зато Деллузио чувствовал блаженство. Мягкие, девственные стенки сжимали его так, что тот даже с трудом мог войти. Глухие крики Тесс не раздражали. Наоборот, ему хотелось что бы она кричала и страдала больше. Для этого он вошели еще глубже, всем телом ощущая как у беззащитной Тесс от разрыва бьётся сердце. — Я во что-то уперся... — простонал над ее ухом парень, подталкивая сзади, слегка приоткрывая рот девушке. — П-предохранись п-пожалуйста... — дрожа, вся мокрая от слез просила Фиалочка, — я-я ведь могу з-за-абеременеть! — А мне плевать... — сладко полушепотом проговорил парень над ее ухом, обдавая горячим смрадным дыханием, — я не буду против ребенка от тебя. После этих слов, он с силой качнул худыми бедрами, разрывая девственную плеву. Оказавшись в полной, плотно сжатой вагине, он издал сладостный стон не смотря на рдяную жидкость, обильно стекающую по его твердеющим яйцам. Он блаженно опустил веки, паралелльно закрывая рот невыносимо орущей девушке, которая от горя просто сходила с ума, задыхаясь собственными воплями. Воланд сделал первое движение, больно натирая разорванное место. Затем снова, ощущая внутренний жар и влагу узкого девечьиго влагалища. Внезапно он стал набирать быструю скорость. Да настолько, что лон девушки начал громко хлюпать, а яйца активно ударялись о круглые ягодицы. Дальше Воланд был неуправляем в своих действиях, потонувший в животных инстинктах. Он даже не обратил внимание на то, что Тесс больно билась макушкой о твердую стену шкафа. Он растягивал и растягивал узкое пространство, с каждым рывком вперед и назад. — Чувствуешь? Ах... Чувствуешь что ты ты делаешь со мной? Кара Зейнеп... Флауэр едва ли не теряла сознание от этого сумасшедствия. Она низом живота ощущала, как невыносимо натягивалась стенка матки в ней. Казалось бы, что она скоро порвется, как порвалась несчастная плева. Она больше не кричала, потому что не осталось сил. В созании ее оставлял часто выпирающий бугорок снизу и ноющая боль. Воланду никто не объяснил, что таким размером человеку можно навредить. Страдания Тесс были недолгими. Щекотящее чувство в низу яиц настигло Воланда раньше, чем ему хотелось. Впоследний раз он прижался во всю длинну к ней, наполняя ее матку семенной жидкостью. Еще пару секунд он зажимал ей рот, и громко отдышивался. Затем он рухнул на бок, и часть спермы вытекла из красных половых губ. У Флауэр не было слов. Она лежала на животе с открытыми стеклянными глазами, запечатленными в страдальческом облике. Тесс не чувствовала себя живой, желая пропасть с белого света, что бы забыть ту боль, которую он ей причинил. Забыть, как нагло только что ее обесчестил Воланд.