Монстр?

Маша легла в постель и погрузилась в переписку с Аллой. Значок около имени Валентины засветился он-лайном. Девушка улыбнулась и написала: *Бельё сменила? (Смеющийся смайл) *Сменила. — пришел быстрый ответ. А потом еще один: *Жарко у тебя. Маша улыбнулась от двусмысленности переписки: *Но ведь обоим понравилось (улыбающийся смайл) Помолчав, Валентина ответила: *Согласна. Девушка вздохнула. Нужно засыпать, потому что невеселые мысли одолеют. Сороковины так же были устроены в доме Валентины. Маша снова сидела с женщиной рядом, и, как обычно, кусок в горло не лез. Пришедшие люди тихо предавались воспоминаниям об усопшем, Валентина тоже поддерживала разговор. — Я поеду домой. — тихо прошептала Маша. — Нет. — рука женщины легла ей на бедро. — Я в прошлый раз говорила тебе, соблюдай приличия. И опять ничего не кушаешь. — Я не голодна. Валентина молча положила на её тарелку две отбивных: — Я сама готовила. И я знаю, что ты их любишь. Съешь, и я отстану. Маша вздохнула и принялась за еду. Мясо было мягким и вкусным, но аппетит не появлялся. — Когда вообще ты ела? — снова прошептала женщина. — Я что-то не наблюдала тебя за готовкой. — Не могу сразу сказать. Что-то ела. А готовить смысла не вижу. Ладонь, которая до сих пор спокойно лежала на бедре девушки, скользнула чуть выше и сжала. — После поговорим. Ешь, прошу. — прошептала Валентина. Маша кивнула, послушалась. Казалось, все смотрят. Хотелось домой, в свою постель, чтобы никто не мешал. Когда люди стали расходиться, Валя поймала её за руку: — Подожди. Не уходи. — Я выйду на улицу, курить хочу. — Маша забрала руку и ушла. Затянувшись морозным воздухом вперемешку с дымом, девушка оперлась задницей о багажник своего Опеля. Наблюдая за уезжающими, она задумалась: "Что будет завтра? Весь месяц ты таскалась со мной, приезжала. Что завтра?" На улице становилось холоднее. Срывался снег. — Заходи уже... — Валентина открыла входную дверь и застыла в ожидании. Маша пришлось выбросить окурок и она шагнула внутрь дома. — Помоги мне убрать посуду. Мыть завтра буду. — попросила женщина. Девушка пожала плечами. Эмоциональный фон оставлял желать лучшего. Они ловили взгляды друг друга на себе, молча убирая тарелки. — Нужно... Поговорить о наследстве. — выдавила из себя Валентина, когда с суетой было покончено. — Вступить в права нужно в течении пяти месяцев. "И что ты хочешь услышать от меня? Наследство... Это ведь та причина, по которой я дважды чуть не убилась?..." — Маша оперлась о дверной косяк между кухней и гостинной. Валентина, словно читая мысли, подошла и обняла её: — Мы не спешим. У нас есть целых пять месяцев. — Мне ничего не нужно, — холодно ответила девушка, — я уже говорила, что не хочу связываться с твоей семьёй. — Ты уже связалась, когда вышла замуж за отца. Не выдумывай. — женщина не выпускала её из рук. Маше вдруг захотелось увидеть Гюлер. Она же говорила вернуться, когда все закончится. — Я поеду домой... — Маша попыталась отстраниться, но не вышло. — Останься у меня? — Валентина погладила её волосы, прижав голову девушки к своему плечу. — Куда так спешишь? Я сварю тебе кофе. Это звучало соблазнительно."Кофе — это хорошо. Кофе всегда хорошо. Особенно из рук женщины, котор... Чë блять?!" — девушка вздрогнула от собственной мысли, которую побоялась завершить. — Ты чего? Не отравлю, не бойся. — Валентина улыбнулась и посмотрела в её глаза. — Останешься? — Не на долго. Хочу съездить кое-куда. — Маша села за кухонный стол, отлипнув от женщины, а та занялась варкой кофе. Маша могла спокойно рассматривать её, не боясь встретиться взглядом. Ей нравился вырез декольте её футболки, нравились плотные чёрные джинсы. "Мне нравится всë..." — подумалось с ужасом. — Далеко? — не отвлекаясь от плиты, спросила Валя. — Километров сто... Точно не помню. — Поздно уже. Ночью будешь ехать обратно, если будешь. Погода портится. — Валентина перелила кофе из турки в чашку. — Сахара сколько? — Две. Сделав глоток кофе, Маша расслабилась. Он был вкусным и крепким. Такой нужно пить с сигаретой. Девушка поднялась, вынимая сигареты из кармана. — В прихожей кури, холодно на улице. Я принесу что-то под пепельницу. — Валя ополаскивала турку. — Окей. — девушка вышла в прихожую и села в уютное кресло, которое попало сюда после замены мебели в доме. Валя принесла ей банку из-под кофе. — Маш... — М? — Маше не хотелось разговаривать, мысли все чаще возвращались к Гюлер. Валентина села на мягкий подлокотник кресла и притянула её к себе за плечи: — Как ты? В целом? — Я устала от этих вопросов, если честно. — Маша выдохнула дым. — Стабильно хреново. Рука Валентины гладила её плечо: — Дальше будет еще хуже. Я знаю... Знай, что я рядом, слышишь? Ты в любое время можешь приехать ко мне. *** Гюлер вышла от соседки и взглянула на небо. Намечался снегопад. Представив белый ковер на земле в скором времени, она направилась в сторону своего дома. Хотелось чего-то сладкого к чаю, и она решила испечь булочек, которые не так давно наворачивала Аллочка. "Как там она, интересно... Нужно позвонить потом... — думала женщина, замешивая тесто. — А Маша? Нужно карту бросить..." Отправив булочки в духовку, Гюлер взяла колоду Оракула в руки. Выложив три карты на Марию, она улыбнулась: на столе лежали "Дорога", " Подарок" и "Маг". Мысли не отпускали Марию из головы, поэтому женщина, ожидая сигнала духовки, сидела над картами и вспоминала внешность девушки. Очень четко возникали красные губы на фоне белой кожи. Захотелось коснуться их, и это желание отдалось эхом внизу живота. Женщина не боялась своих желаний, поэтому с лёгкостью коснулась себя между ног. Фантазируя о губах Маши, она ласкала себя, вызывая все новые порции влаги. *** Мария потушила окурок в банке и встала, но Валентина притянула её к себе, чуть раздвинув ноги. Их лица оказались почти на одном уровне: — Мне тоже легче, когда ты рядом. — Ты сильная, — хмыкнула девушка, — справишься. Мне так все говорили. — Справлюсь, если будешь рядом. Ты же знаешь, как все ждут нашей ссоры, так что не стоит их радовать... *** Гюлер коснулась клитора сквозь ткань трусиков и воображение выдало новую порцию картинок: она с Марией в постели, девушка касается своей груди и закусывает губу, а затем раздвигает свои ноги, приглашая. Удовольствие нарастало, движение пальца ускорилось и вскоре Гюлер кончила, плотно сжимая ноги. *** Маша смотрела в глаза Валентины, держа во внимании её сжатые губы. Пялиться на них хотелось, но это выглядело бы слишком пошло. "Хочу поцеловать..." — подумалось. Чтобы не наделать глупостей, девушка обняла её, потому что они были настолько близко друг к другу, что поцелуй был бы обеспечен. Утыкаясь в её шею, Маша искала высвобождения от пошлых мыслей, но вместо этого поняла, что хочет поцеловать кожу, к которой невинно сейчас прижаты губы. Вздохнув от безысходности, она целует её в шею дважды, быстро и сухо: — Мы не будем ссориться. Обойдутся. — девушка отрывается от женщины. — Мне нужно ехать. — У меня уже болит сердце, как подумаю, что дорога ночная. — Все будет нормально. — Пиши мне все время, пока не ляжешь спать, хорошо? Не поленись. — Я подумаю, — улыбнулась девушка, — могу и забыть, вообще-то. — Хочешь, чтобы я нервничала, слегла с давлением, да? — руки Валентины все еще находились на талии девушки. — Ну... Мне было бы приятно, что переживаешь. Все, пусти меня. Женщина, улыбаясь, спускается одной ладонью к Машиной попе и достаёт из заднего кармана джинс ключи от Опеля: — Наверное, останешься сегодня у меня... — голос немного хриплый и тихий. — Это очень не честно по отношению ко мне... — так же тихо ответила Маша и потянулась к её руке за ключами, но женщина сжала их в кулаке. — Отдай цацку... — Забери... — с нежной улыбкой Валентина опускает их в вырез декольте и ключи оказываются зажаты между очаровательными полушариями груди. — Как я их заберу... — голос Марии разочарованный и удивленный. — Вот то-то же. Идём лучше фильм какой-нибудь посмотрим. — женщина встала и направилась в дом, оставив Марию принимать решение. Девушка снова закурила. Поступок этой Ведьмы немного выбил её из колеи, ведь к Гюлер хотелось, а оставаться здесь на ночь... "Тоже хочется... Но опять же, я хочу свои ключи обратно." — девушка докурила и пошла за Валей. Та уже лежала на диване и делала вид, что ей очень интересно пялиться в ТВ. — Может, все-таки отдашь мне ключики? — девушка села рядом и ласкающим движением ладони погладила её по талии. — Какие ключики? — Валентина забавлялась. — От моего сердца? Так у тебя есть. Мария выгнула бровь: — На твоем сердце нельзя валить боком, женщина. — Ты и так две разбила. Не отдам сегодня. Ложись рядом и отдохни лучше. — женщина подвинулась и потянула её к себе. Маша легла к ней спиной и она обняла её, прижавшись грудью. — Я прямо чувствую... эти ключи... — улыбнулась Маша. — А я — нет. Вообще не мешают... Девушка повернулась к ней, прижимаясь плотнее. — Чего же ты крутишься, а... — прошептала Валентина, нежно скользя рукой по её спине. — Хочу быть к ключам поближе... — Я же говорила, забери. "Да, все просто: полезь руками под футболку, полапай её за сиськи и вытащи ебаные ключи, блять." — Маше хотелось плакать от бессилия и внезапного возбуждения. — Ведьма... — прошептала девушка и прижалась лбом к её груди. — Я хочу... ключи эти чертовы... — Возьми... Я же не держу... И не запрещаю... — тихо ответила Валентина. — И очень хочу... — рука сжимает её талию. — Отдать их тебе... — Хрен с этими ключами... — Маша почувствовала, как нижнее белье намокло. — Жарко с тобой. — Я тоже мокрая... — прошептала Валентина ей на ухо. — Ведьма... — сдалась Маша и впилась губами в её губы. Руки девушки быстро забрались под футболку женщины, и устремились к груди. Валентина выдохнула ей в губы, не ответив на поцелуй, а через секунду заветные ключи от Опеля уже были у Маши в руке. "Охуенная у меня выдержка!" — гордилась собой девушка. — Лиса хитрая, — хрипло сказала Валентина, — не едь никуда. — А то. Думала, не отожму, что-ли? — усмехнулась Мария. — Сомневалась, если честно. — Не сомневайся во мне. — девушка поцеловала её в щеку. — Я домой. Завтра съезжу, ты время затянула сильно. — Я старалась. — Я оценила. Не провожай. Девушка запрыгнула в Опель и, набирая в телефоне номер Аллочки, завела мотор. Осудив последние новости, они условились встретиться у Маши дома и прибухнуть. — Твоя Ведьма не явится? А то ты возбудила и не дала... — Алла откровенно подшучивала. — Не явится, она сейчас в раздумьях: хотела я её или свои ключи. — ответила Маша, разливая коньяк по рюмкам. — Как и ты. А то "я хочу, чтобы ты взяла.." — Алла усмехнулась. — Её или ключи? — Ну да, мы ведь близнецы по гороскопу. Мысли-то сходятся. — согласилась Маша и выпила свой коньяк. — Дала бы ей? — серьезно спросила Аллочка. Мария задумалась, а потом призналась: — Знаешь... Да. Но твоя Гюлер мне тоже интересна. — Ооо, подробнее? — Она мне нравится. Очень. — Я не знаю, получится с ней... А Ведьму не подпускай, она через постель выжмет из тебя отказ от наследства, поверь. Это та ещё стерва. — Знаю, Алла. Знаю... Раздавив на двоих бутылочку коньяка, Маша решила заканчивать посиделки: — Оставайся у меня? Не садись за руль. — Да я тоже думаю. Завалюсь спать у тебя во второй спальне. — Согласилась Алла. Входная дверь скрипнула. — Ведьма, точно она. — прошептала Алла. — Да нет. На кухню вошла Валентина. — Чего это ты приехала? — удивилась Маша. — Проконтролировать: дома ли ты. — ответила женщина и резко притянула её к себе, обняв и хлопнув ладонью по ягодице. — А ты дома, но опять пьешь! Девушка попыталась вывернуться, но оказалась прижата к женщине спиной: — Зачем бьешься... Больно же... Рука Валентины удерживала её за талию, а пальцы второй легли девушке на горло. — Я бы придушила тебя за это... — прошептала Валя ей в ухо. На этом фоне Аллочка удалилась в ванную, чтобы принять душ перед сном. — За что... — тихо спросила Маша. — За все... Уже глубокой ночью Маша написала женщине в Вайбере: *Странная ты женщина. С подвохом. Ответ пришёл мгновенно: *Ты тоже... *Неспокойных тебе снов, ведьма. Прочитано, но ответа не было. Девушка уснула, чтобы поскорее настало утро. Чтобы поскорее поехать к Гюлер.