Простое созвучие

Отель «Арарат Парк Хаятт» располагался в самом центре Москвы, неподалеку от Большого театра и ЦУМа, и был поистине роскошен. Богдан покрутил головой из стороны в сторону. - Я примерно представляю, сколько здесь стоит номер, - тихо сказал он Никите. - Считаешь меня сумасшедшим? – приглушенно спросил Шатохин. Впрочем, глаза его горели дерзким огнём. - Да, - кивнул Богдан. – Поэтому счёт мы разделим пополам. - Забудь, - отмахнулся Ник. – Тем более, всё уже оплачено. На ресепшене их встретила девушка с доброжелательной улыбкой и после быстрой регистрации выдала им ключ-карту. Консьерж проводил их до номера на седьмом этаже, по пути рассказав, где находятся кафе, рестораны и СПА-комплекс. - «Королевский люкс»? – уточнил Луговой, когда консьерж, пожелав приятного отдыха, оставил их. - Да, - небрежно пожал плечами Никита. Номер был просторным и светлым, с огромной кроватью, множеством зеркал и «умным» освещением. С большим окном, террасой и чудесным видом на город. Богдан набрал в легкие воздуха: - Охуеть… - почти по слогам произнес он. - Как насчет того, чтобы заказать шампанское и принять вместе ванну? Луговой кивнул: - Да, господи, да. - Он поцеловал Никиту в губы. - Мне нравится твоя реакция, - усмехнулся Ник и взял трубку внутренней связи. Пока он включал воду и разводил пену, шампанское уже принесли. Богдан сам открыл его и наполнил бокалы. - С днем рождения! – Бокал Шатохина с мелодичным звоном коснулся бокала Богдана. - Спасибо, - протянул тот. – И за то, что мы сейчас в таких шикарных апартаментах тоже спасибо. Никита отпил шампанского, чмокнул Богдана в губы и отставил бокал на край ванной. Луговой поставил свой бокал рядом и провел мокрыми руками по спине Ника. Тот развернулся к нему и оседлал бедра. Язык Богдана прошел вокруг его сосков, а ладонь Шатохина обхватила оба их члена, плотно прижимая друг к другу. - Только не перестарайся, - шепнул Богдан. – Не хочу кончить сейчас. Я планирую трахать тебя на нашем траходроме всю ночь напролет. - Не бойся, - усмехнулся Ник. – Я не дам тебе кончить. Руки Лугового опустились на его бедра, развели их в стороны, и палец слегка надавил на небольшое отверстие. Никита насадился на него. Ладонь задвигалась вдоль их членов. Пульс Богдана участился. Изогнувшись, Ник двигался на его пальце, а когда Богдан добавил второй, простонал, сжимая их внутренними мышцами. Желание очередной волной прокатилось по всему телу Лугового и замерло внизу живота. Член, плотно прижатый к члену любовника, пульсировал. Шатохин ритмично двигал бедрами и сорвано дышал, чувствуя, как слегка согнутые пальцы любовника задевают простату. Он, в отличие от Богдана, не собирался откладывать оргазм. - Ещё, - дергая бедрами, выдохнул он. И пальцы Богдана снова коснулись самого чувствительного места внутри него. Никита со стоном втянул воздух и отдался мощной волне удовольствия. Луговому пришлось сделать над собой усилие, чтобы не кончить просто от одного вида, вкушающего наслаждение любовника. Он наклонился и поцеловал его. Нежно прикусив нижнюю губу, заставил приоткрыть рот, дабы углубить поцелуй. После чего дотянулся до их бокалов, и один передал Нику. - За нас! - За нас! – кивнул Ник и, сделав пару глотков, легонько пробежался пальцами по стояку партнера. – Переместимся на кровать? - И как можно скорее, - отозвался Богдан. Тело сладко ныло от предвкушения. Наспех вытеревшись, они вернулись в комнату. Шатохин опустился на кровать и, притянув Богдана к себе, захватил его губы в затяжной поцелуй. Их языки переплелись. Дыхание смешалось. С новой силой стало разгораться возбуждение. - Хочу тебя, - выдохнул Богдан в рот Никиты. - Ну, так бери же уже… - Я хочу насладиться тобой. – Луговой обхватил любовника и подмял его под себя. - Мы здесь до вечера воскресенья, а сейчас еще пятница, - напомнил ему Ник и потерся пахом о его пах. Эрекция Богдана усилилась, тело же Шатохина отозвалось новой. - Имей в виду. - Губы Богдана растянулись в хищной улыбке. - Я не дам тебе спать. Буду трахать до одури. Никита провел пальцами по его накачанной груди. - Обещаешь? – Его окатило очередной волной желания. Блеск в глазах Лугового был красноречивее любых слов. - Стопроцентно, - всё же ответил он. - Даже не верится. Богдан накрыл его рот поцелуем. Никита прикрыл глаза. Отдаваясь, подчиняясь и растворяясь в приятных ощущениях. Когда же Богдан оторвался от него, чтобы перевести дыхание, Ник шепнул: - Если я сейчас же не почувствую твой член в своей заднице, то трахну тебя сам. - Обещаешь? – Повторил Луговой его же вопрос, одаривая улыбкой. - Стопроцентно. Они рассмеялись. Богдан наконец-то раскатал по члену презерватив, щедро увлажнил вход Ника смазкой, и уверенно вошел в него. Никита вынулся и отозвался протяжным стоном. Богдан, дурея от жаркого нутра, блаженно прикрыл глаза. Его переполняли чувства: эйфория, счастье, любовь… Он брал Никиту плавно и размеренно, но тому этого явно было мало. Шатохин дернул бёдрами навстречу любовнику. - Быстрее. - Он прикрыл глаза. - Пожалуйста… Луговой попытался сделать глубокий вдох, но вместо него получился шумный и прерывистый. Он понял, что сдерживать себя больше не может, и начал увеличивать темп, погружаясь с каждым толчком всё глубже и глубже. Ник вцепился в его плечи и, в преддверии оргазма, прижался членом к упругому животу. Богдан хрипло рыкнул, сжал его ствол рукой и Никита забился в конвульсиях наслаждения, увлекая за собой любовника. Их мир взорвался тысячами ярких красок. - Как же хорошо, - блаженно протянул Ник. – Просто кайф. - Шампанского? – предложил Богдан, наполняя бокалы. Шатохин посмотрел на него сквозь ресницы. - С удовольствием, - с улыбкой отозвался он. После секса и шампанского их разморило. Переплетя пальцы рук, он лежали в молчании, медленно погружаясь в дрему. - Ник… - прошептал Богдан. - Мм… Луговой вздохнул, как будто собирался сказать что-то ещё. - Нет… Ничего. Богдана разбудило вставшее солнце. Комната была залита ярким желтым светом. Он с наслаждением потянулся, обводя сонным взглядом шикарные апартаменты. Никита спал лежа на боку и подсунув ладони под подушку. Богдан наклонился к нему. Вдохнул его запах. От Ника пахло чем-то сладким. Едва уловимым, но сладким. Луговой коснулся губами его щеки. А затем прижался лбом к его лбу. - Мне кажется, что я тебя люблю… Никита потянулся. - Кажется? – переспросил он, не открывая глаз. Богдан усмехнулся. Провёл ладонью по его щеке. - Да, блин. Прозвучало по-дурацки, прости. - Ладно уж. – Ник взглянул на Богдана и перевернулся на спину. Легкое одеяло запуталось между его ног. – Ты не заказывал кофе? - Нет еще. – Луговой склонился к уху Никиты. – Может, сначала примем вместе душ? – Он прихватил губами мочку и слегка прикусил. - Угу. - Шатохин не удержался от стона. - Тогда идём. – Богдан поднялся и потянул Никиту за собой. Ник вздохнул и пошел за Луговым. Богдан намыливал тело Шатохина с головы до пят. А тот любовался им в зеркальное отражение. Но стоило рукам Богдана сосредоточиться на его плоти, как он вновь ощутил прилив желания. Луговой опустился вниз и втянул в рот головку члена. Никита запустил пальцы в его волосы и простонал. - Твой рот… - Выдохнул он. – Твой язык… Господи, боже… - От желания кончить по телу Никиты прошла волна дрожи. Его дыхание стало прерывистым, горячим и учащенным. Богдан вошел в него двумя пальцами, коснулся простаты и, не переставая сосать его ствол, стал наращивать темп. Ник дернулся, устремляясь к оргазму, но Богдан неожиданно остановился. - Нет-нет… ну, нет же… - разочарованно запричитал Шатохин. Луговой поднялся и чмокнул Никиту в губы. - Сейчас всё будет. - Ты издеваешься. - Ну, - протянул Богдан. - Если только совсем чуть-чуть. – Он развернул Никиту спиной к себе. Огладил бёдра. Провел возбужденным членом по его расщелине. Тот выгнулся, отставив задницу. И Богдан, сам не в силах больше терпеть, начал овладевать им. Ник закусил губу и подался назад, впечатываясь в сильное тело любовника. Луговой что-то прошептал, но Никита не различил, что именно, и стал брать его размашистыми толчками, вслушиваясь в стоны, которые тонули в шуме текущей воды. Кончили бурно и быстро. И, тяжело дыша, осели на влажную поверхность ванной. Вода струилась по их телам. - Мне нужен кофе, иначе я не смогу подняться, - выровняв дыхание, сказал Ник. Богдан отозвался коротким смешком. Кое-как вытеревшись и, накинув белые пушистые гостиничные халаты, они вышли из ванной. - Что хочешь на завтрак? – Шатохин взял со столика меню. – Королевские яйца с голубым сыром, вареники с творогом, лимонный тирамису, авокадо с пчелиной пыльцой… Луговой хмыкнул: - Звучит не очень аппетитно. - Согласен, - кивнул Никита и стал читать дальше: - Отварные яйца, шакшука, каша в ассортименте, блинчики по-американски, бельгийские вафли, сырники, русские блины… - Стой, - Богдан подсел к нему. – Давай блины. – Он заглянул в меню. – Сколько-сколько они стоят? Они с красной икрой что ли? – Луговой выхватил папку из рук Никиты. На его лице отразилось изумление. - У нас завтраки и ужин оплачены, - напомнил ему Ник. - Да, но всё равно, восемьсот рублей за блины… - Богдан листал меню. - Пятьсот за два яйца. Они от Фаберже что ли? - Вообще-то, мы с тобой в одном из самых дорогих отелей Москвы. – Шатохин чмокнул его в уголок губ. - Я всё понимаю, но… - Он перелистнул страницу. – Овсянка - шестьсот, йогурт – четыреста… Никита выхватил меню из его рук и, отбросив в сторону, повалил любовника на кровать. - Еще одно слово про цены… - Он легонько прикусил его нижнюю губу. – И я тебе откушу что-нибудь. - Эй! – деланно возмутился Богдан. – Это что-нибудь еще может пригодиться и тебе в том числе. Завтракали не спеша на террасе, взирая на город и на прогуливающихся людей. - Ты когда-нибудь был в Большом театре? – спросил Никита Богдана, отпивая кофе. - Нет. В последний раз я был в театре еще, когда жил в Лос-Анджелесе. - Что смотрел? - Что смотрел не помню. Зато помню, что это был театр «Долби», бывший «Кодак», в котором проходят церемонии вручения премии «Оскар». - Круто, - протянул Ник. - Вообще, я не театрал. Но пару раз, когда меня привозили в Москву на Новый год к бабушке с дедом, мы ходили на «Щелкунчика» и еще на какую-то сказку. - Богдан задумчиво постучал пальцем по губам. – На «Синюю птицу» вроде. Но это был театр оперы и балета на Тверской. - Я ни разу не был в театре, - тихо признался Шатохин, опуская глаза. - Вообще никогда? – Богдан взглянул на него без своего привычного озорного вида. Тот мотнул головой. - В детстве меня некому было водить в театр. Да и какой театр в нашем селе. Был Дом Культуры, в котором фильмы какие-то крутили, не более того. – Никита повертел в руках чашку, затем поставил ее на блюдце. – А потом я сам только и успевал с одной сцены на другую переезжать. Ромин из нас выжимал по максимуму. Его волновали деньги, слава и успех, а не наше духовное развитие и обогащение. – В голосе Шатохина слышалась печаль. - Но теперь-то ты можешь позволить себе любой театр, - заметил Богдан. Уголки рта у Никиты поникли. - Ну, да. Только одному идти как-то не хочется, - мрачно ответил он. - Пойдём вместе, - предложил Богдан и, придвинувшись к Шатохину, обхватил его лицо ладонями и впился в губы поцелуем. - Пойдём, - выдохнул тот, ответив на поцелуй. - Только Большой театр не обещаю, туда билеты хрен достанешь. - Я Стаса попрошу. Он куда угодно достанет. - Хорошо иметь такие знакомства. - А то, - рассмеялся Ник. Закончив есть, Богдан спросил: - Что дальше у нас по плану? Никита выдержал паузу. - Секс. - Он хитро прищурился. – Или секс? Их взгляды встретились. Богдан усмехнулся. - Пожалуй, я выберу второй вариант. - Заметано, - кивнул Ник. – Но перед этим СПА или фитнес? - А туда и туда можно? Шатохин ответил ему широкой улыбкой: - Можно. - Тогда идём. – Богдан потянулся и поднялся на ноги. Следующие полчаса они провели в фитнес-зале. Правда, на тренажерах в основном занимался Луговой, а Никита с удовольствием любовался его прекрасным накачанным телом. Зато в бассейне Ник оторвался по полной. И если Богдан расслаблено скользил по дорожке, то он, активно работая руками, наматывал километры. Потом, отдохнув немного на лежаках, они отправились на массаж. После всех процедур парни нагуляли нехилый такой аппетит и, переодевшись в номере, пошли на обед в ресторан. А пообедав, решили прогуляться по центру города. Тем более, и тот, и другой нечасто бывали в центре Москвы без надобности. - Не хочешь зайти в музей? – предложил Никита Богдану, мимолетно касаясь пальцами его плеча. - Какой музей ты имеешь в виду? – поинтересовался Луговой. – Третьяковку что ли? Ник с ухмылкой передернул плечами. - Я имею в виду ЦУМ. Богдан рассмеялся. - Ну, идем. Поглазеем на роскошь и гламур. От роскоши и гламура устали быстро. Ни Никита, ни Богдан не были любителями пафоса. Изобилие мировых брендов по завышенным, даже по московским меркам, ценам, не привлекли их внимания. Выйдя из ЦУМа, парни направились на Красную площадь, заглянули в ГУМ, не отказали себе в удовольствии съесть по мороженому, прогулялись по Никольской до Лубянки, зашли в «Библио-Глобус». Там, после долгого хождения мимо книжных стеллажей, Ник купил себе «Институт» Стивена Кинга, а Богдан решил ознакомиться с творчеством Дмитрия Глуховского. Покинув магазин, они прошлись по Рождественке до Кузнецкого Моста, пересекли Большую Дмитровку и оказались в Камергерском переулке. Выпили по чашке кофе в одном из кафе. Вышли на Тверскую, оттуда на Охотный ряд, и вернулись к своему отелю. - Надо было вместо ЦУМа идти в «Детский мир», - сказал Шатохин. Богдан почесал в затылке. - Не знал, что тебя интересуют игрушки. - Знаешь, - вздохнул Никита. – У меня ведь никогда даже собственного плюшевого медведя не было. – Его синие глаза наполнились грустью. Луговой обнял любовника. - Звучит ужасно. – Он чмокнул его в висок. - Каждый ребёнок должен расти с плюшевым медведем. - Ты сейчас прикалываешься? - Нет, я действительно так считаю, - сказал Богдан. – Но зато вместо медведя у тебя были настоящие лошади. - Тоже верно, - согласился Ник. - А медведя всегда можно купить. *** - Что-то я устал, - сказал Шатохин, когда они поднялись в номер. - Что, и даже на секс сил нет? – Богдан положил ладони на его бедра, притягивая ближе к себе. - Для секса с тобой у меня откроется второе дыхание, - отозвался Никита, прихватывая губами его нижнюю губу. До кровати они не добрались. Рухнули в кресло – оно было ближе. С одеждой справились за секунды. И соединились. Завладели друг другом. Жадно. Безумно. Утоляя захлестнувшее желание. - Как же хорошо, - расслабленно вздохнул Луговой. Ник согласно хмыкнул и ткнулся носом в его волосы. После чего перебрался на кровать и раскинулся на спине в позе морской звезды. - Вопрос: мы на ужин идем? – Богдан жадно рассматривал тело любовника. - Идем, - угукнул Шатохин. Одевались лениво и не спеша. Также медленно дошли до ресторана. И если обедали они в кафе «Арарат», то ужинать отправились в ресторан «Консерватория» на десятом этаже, с террасы которого открывался замечательный вид на Кремль и Большой Театр. Негромкая лёгкая музыка, цветы, свечи, вкусная еда и ненавязчивые официанты, всё это создавало спокойную уютную атмосферу и располагало к приятному времяпрепровождению. Поужинав, парни еще долго сидели за столиком, потягивая коктейли, любуясь вечерней Москвой и разговаривая обо всем подряд, наслаждаясь обществом друг друга. В номер они вернулись ближе к полуночи. И со смехом упали на простыни. А отсмеявшись, конечно же, занялись сексом. Медленным, тягучим. Впитывая друг друга почти до самого дна, до сладко-тянущих ощущений внутри, но не торопясь доводить до кульминации и начиная всё сначала, насколько хватало сил и выдержки. Угомонились только под утро, провалившись в крепкий глубокий сон. Проснулись в итоге поздно. Завтрак плавно перетёк в обед. Остаток времени до отъезда провели в постели. - Давно у меня не было столько секса, - заметил Богдан. - У меня тоже, - кивнул Никита. - Я хочу остаться здесь, в этой постели с тобой еще на несколько недель, - признался Луговой. - Было бы неплохо, - согласился Ник. - Но думаю, что подобный номер и подобный сервис где-нибудь подальше от Москвы, но поближе к морю, обойдется раза в два дешевле. Богдан вздохнул: - Не могу не согласиться. – Он чмокнул Ника в плечо. – Ладно, поговорим о более реальных вещах. Когда увидимся? - Впереди у меня подготовка к московскому концерту и к выступлению в «Кремле». Кстати, в «Live холл» Соня собирается. - Я тоже хочу. - А ревновать не будешь? - А будет повод? – Богдан посмотрел на Шатохина с подозрением. Тот едва заметно улыбнулся. - Будет парень из балета. - А-а, - протянул Луговой. Поскреб затылок и вздохнул. – Ну, я постараюсь держать себя в руках. - Прекрасно, – кивнул Ник со слегка наигранным оптимизмом.