Простое созвучие

Богдан приехал к Никите утром следующего дня, не предупредив его заранее о своем визите. Он чувствовал, что Ник не особо захочет куда-то ехать, и его еще придётся уговаривать. После разговора со Стасом Богдан через интернет нашел тот самый конный клуб, в который его возил Шатохин, и позвонил по указанному на сайте номеру. Чтобы вспомнить имя девушки-администратора, Луговому пришлось поднапрячь память, но тем не менее ему это удалось. И когда в конном клубе сняли трубку, он попросил к телефону Анну. Объяснив девушке, кто он такой, Богдан уточнил, могут ли они с Никитой подъехать завтра покататься на лошадях. Анна ответила, что для Шатохина двери их клуба открыты всегда, и добавила, что они были бы рады, если бы Ник приезжал к ним почаще. Никита был искренне рад видеть Богдана. Удивление от неожиданного появления Лугового на пороге его дома быстро сменилось неподдельной радостью, несмотря на то, что Богдан разбудил его. - Какой сюрприз, – Ник чмокнул любовника в губы, и в следующее мгновение его улыбка озарила всё вокруг. - Я соскучился, - сказал Богдан, обнимая парня и краем глаза замечая кольцо на его пальце, которое он подарил ему. - Я тоже, - отозвался Шатохин. – Дай мне пять минут на душ. - Дам даже шесть, - улыбнулся Луговой. - Я управлюсь и за четыре, - сказал Никита и скрылся в ванной. Богдан поднялся в спальню и открыл шкаф. Окинув взглядом полки, вытащил спортивные штаны и свободную футболку. - Что ты делаешь? - Собираюсь свозить тебя кое-куда. Никита напрягся. - Не думаю, что это хорошая идея. Богдан внимательно посмотрел на него. Ник не выглядел сердитым, а скорее расстроенным. - Мне кажется, что там, куда я тебя хочу отвезти, тебе понравится. - Не думаю, – Шатохин скинул с бедер полотенце и шагнул вплотную к Богдану. Вдохнул его запах. – Лучше займись со мной любовью. Тем более, ты так вкусно пахнешь. – Он прижался губами к его губам, утягивая Лугового в упоительно сладкий поцелуй. И Богдан с удовольствием ответил на него. Тело Никиты было горячим, податливым, и Богдан чувствовал, как его собственное тело отзывается на прикосновения Ника, забывая обо всём. Поцелуй становился глубже, требовательнее, и волна желания, смешанного с нежностью, охватила Лугового. К разговору о поездке он вернулся спустя полчаса, когда, насытившись друг другом, они лежали обнявшись, наслаждаясь тишиной и уютом. Никита вздохнул и поджал губы. - Я уверен, что тебе понравится место, в которое я хочу тебя свозить, - продолжил уговоры Богдан. Ник иронично усмехнулся. - Скажи, что за место, и я тебе отвечу, понравится или нет. - Я думал сделать сюрприз, – Богдан провел пальцами по его плечу. - Я не люблю сюрпризы, - задумчиво заметил Никита. - Не доверяешь? Шатохин замялся. - Не доверяешь, - уже утвердительно заключил Луговой. - Дело не в этом, – Ник взял руку Богдана в свою ладонь. - Просто жизнь научила перестраховываться. Луговой помолчал. - Помнишь, ты обучал меня верховой езде? – наконец проговорил он. Никита медленно кивнул. Богдан многозначительно посмотрел на него. - Ты… - Во взгляде Ника появилась растерянность. – Ты хочешь поехать в конный клуб? - Да, - сказал Богдан. – Я могу ошибаться, но мне кажется, это то, что тебе сейчас надо. – Он продолжал смотреть ему прямо в глаза. Шатохин молчал. Не дождавшись ответа, Луговой поднялся с кровати. - Наверное, ты прав, - проговорил Никита, стараясь придать голосу лёгкость, и тоже встал. – Поехали. Богдан почувствовал облегчение. Это был маленький шаг, но он был сделан. Шаг навстречу миру, который Никита так отчаянно пытался игнорировать. Он развернулся и притянул парня к себе. - Спасибо, - выдохнул он в его губы. - Тебе. Через пятнадцать минут машина Богдана отъехала от дома Ника. По дороге говорили мало. Луговой старался не лезть в душу любовника и лишь периодически уточнял у него маршрут. - Останешься у меня на ночь? – спросил Никита, когда они почти подъехали к клубу. - С удовольствием, - кивнул Богдан. Оставив машину на стоянке, они вышли в тёплое дневное сияние и пошли к зданию администрации. Солнце слепило глаза. На небе не было ни облачка. - Твоя любимая погода, - сказал Богдан, слегка задевая своей рукой руку Ника. Шатохин едва заметно повел плечом. - Да. Ты выбрал хороший день. Свернув на песчаную дорожку, парни увидели, как им навстречу идет Анна. На её лице сияла добродушная улыбка. - Сто лет, сто зим! Никита! – они поравнялись, и девушка, кивнув Луговому, порывисто обняла Ника. – Совсем забыл дорогу сюда. - Прости, – Шатохин приобнял девушку в ответ. – То одно, то другое, то пятое, то десятое. – Он глубоко вздохнул. - Ладно уж, – Анна отстранилась, но её взгляд оставался тёплым и дружелюбным. - Как Жак поживает? Взгляд Анны скользнул за спину Никиты. - Спроси у него сам. Ник оглянулся. Ян вёл под уздцы оседланного Жака. Чёрная шкура коня переливалась на солнце, пышная грива мягко развевалась на ветру. - Мой красавец! – глаза Шатохина загорелись радостным блеском. Он пошел в его сторону. – Мой мальчик. Жак заржал и нетерпеливо запрял ушами. Поздоровавшись с Яном, Никита нежно погладил коня по шее. - Привет, мой хороший. Не забыл меня ещё? Конь тихонько фыркнул и ткнулся носом Никите в плечо, словно подтверждая это. Его большие влажные глаза смотрели с явным доверием. Ник провел пальцами по широкому твердому лбу. Ян, улыбаясь, наблюдал за ними. - Не забыл, - сказал он. – Лошади запоминают людей на долгие годы. Никита провёл рукой по бархатистой морде Жака, чувствуя под пальцами тепло его кожи. - Я скучал по тебе, дружище, - прошептал он, прижимаясь щекой к голове коня. – Очень скучал. В этой простой сцене, в этом общении человека и животного, было что-то трогательное и настоящее. Богдан чувствовал, как напряжение, которое он ощущал ранее от Никиты, постепенно рассеивается. - Интересно, а меня Камелия узнает? – поинтересовался он. - К сожалению, Камелия сегодня занята, - ответил Ян. – Мы для вас подготовили Севера. - Север – это… - Жак легонько прихватил длинными губами ухо Никиты, и тот рассмеялся впервые за долгое время. Север был молодым конем башкирской породы. Невысокий, но крепкий и мускулистый, с густой гривой и длинным хвостом, рыжего окраса, с темной полосой на спине. - Очень послушный и спокойный мальчик, – Ян огладил рыжую лоснящуюся шею. – Добрый. Легко идет на контакт с человеком. Ник посмотрел на Богдана: - Из-за его роста залезть тебе на него будет проще. - Я вообще забыл, как это делается, - ответил тот, поглядывая на лошадь. - Я напомню, - улыбнулся Шатохин. И с помощью подсказок Никиты Луговой вспомнил, куда ставить ногу, а куда – руку и в какой момент подтянуться, чтобы оказаться на лошади. - Ух… - выдохнул он, удобнее устраиваясь в седле. Ник лихо взлетел на Жака. Конь слегка дернул головой. - Едем? – Шатохин удобнее перехватил повод и бросил на Богдана вопросительный взгляд. - Ага, - кивнул тот с неловкой улыбкой. – Только медленно. - Само собой. – Никита чуть сжал коленями бока коня, одновременно напоминая Богдану, что нужно сделать, чтобы лошадь пошла вперед. Погода для прогулки верхом была идеальная: солнце светило сквозь рассеянные облака, ветра практически не было, термометр на здании администрации показывал двадцать два градуса тепла. То там, то здесь раздавались трели птиц, а воздух благоухал сочной травой, полевыми цветами и чем-то еще медово-сладким. Лошади шли шагом. Богдан, почувствовав себя увереннее, немного расслабился в седле. - Знаешь, я рад, что ты уговорил меня приехать сюда, - признался Ник. – Это же такой кайф - ехать верхом. Ощущать под собой силу и мощь коня, чувствовать свободу и понимать, что всё остальное вторично. - Ты не представляешь, как я рад это слышать, - ответил Богдан. Шатохин провел пальцами по волосам. - Я справлюсь, - сказал он. Несмотря на то что его мир качнулся, и качнулся очень сильно, он не должен позволить ему развалиться. - Я знаю, что справишься, - улыбнулся Луговой. – Я верю в тебя. Они встретились взглядами. - Я знаю, что тебе со мной непросто, - проговорил Никита. - Это не так, - фыркнул Богдан, а затем озабоченно нахмурился. – Я просто хочу больше времени проводить с тобой. - Хотел бы жить вместе? – спросил Ник, вглядываясь в глаза Лугового. И прежде чем Богдан ответил, Шатохин заметил, как дернулся кадык на его шее. - Почему бы и нет? Никита закусил губу и отвел взгляд. Несколько минут они молчали. - Ты вообще думал об этом раньше или решил сейчас? – поинтересовался Ник, не оборачиваясь на любовника. - Я периодически представлял, как это могло бы быть. - У меня был подобный опыт. Я тебе рассказывал. И закончилось всё не очень хорошо. - Почему ты думаешь, что история должна повториться? - Не знаю, - пожал плечами Шатохин. - Просто боюсь, наверное. Боюсь снова обжечься. Давай вернемся к этому разговору позже? - Без проблем. Просто помни о том, что я - не он. Никита покосился на Богдана и, растянув губы в улыбке, спросил: - Может, перейдем с шага на рысь? Луговой напрягся. - Мы просто будем двигаться чуть-чуть быстрее, - добавил Ник. – Сейчас у нас где-то пять километров в час, а будет около десяти. - Так, ладно, - неохотно кивнул Богдан. – Что мне надо делать? - Сядь чуть глубже в седло, усиль давление нижними частями ног на корпус лошади, как бы обнимая ее, ослабь натяжение повода… - медленно объяснял Шатохин, давая Богдану время на выполнение определенных движений. И как только Север пошел рысью, он перевел на рысь и своего коня. Луговому потребовалось некоторое время, чтобы адаптироваться под новый аллюр. - Не зажимайся, Бонь, - сказал Никита. – Не напрягай пятую точку. Расслабь спину и поясницу. Доверься лошади. Попробуй стать с ней одним целым. - Легко сказать, – помотал головой Богдан, сильнее сжав поводья и наклонившись вперед. - Помнишь, ты говорил, что излишнее напряжение во время катания на сёрфе только мешает? - Сёрф не живой, - заметил Богдан, и всё же попытался расслабиться. - Вот именно, - отозвался Ник. – А конь живой, и он знает, что делает. Поэтому доверься ему. А иначе твой страх может передаться лошади. - Боже, как всё сложно, - выдохнул Луговой. - Вовсе нет, - улыбнулся Шатохин. Он искренне наслаждался прогулкой, впитывая в себя запахи и красоты природы. Боль на время отступила. А еще он был уверен, что этому поспособствовал Жак. Когда-то Ян говорил ему, что лошади различают эмоции человека, но Никита считал, что они способны понимать и более глубокие чувства. Богдан справился с волнением и успокоился. Почувствовал, как напряжение уходит из мышц. Да и Север был послушным конем, и казалось, что он делал всё для того, чтобы неопытный наездник получил удовольствие от езды. Они вернулись в клуб спустя два часа. На обратном пути снова пустили коней шагом и разговаривали. В основном Ник расспрашивал Богдана о работе, о ребятах и о планах на ближайшие месяцы. Спешившись, Богдан мягко похлопал лошадь по шее и совершенно серьезно поблагодарил её. Прежде чем ехать домой, Никита предложил зайти в кафе на территории клуба, чтобы перекусить. - Я двумя руками «за», - откликнулся Луговой. – Есть охота зверски. Меню в кафе было самым простым, но достаточным для того, чтобы наесться и восполнить силы. - Это был прекрасный день, - сказал Ник, улыбаясь Богдану. – Спасибо, что уговорил меня. - А впереди еще вечер, - Богдан хитро прищурился и наклонился к уху любовника. – И умопомрачительный секс. Шатохин ощутил легкое покалывание в теле от предвкушения. - У меня мурашки по коже от твоих слов, - тихо отозвался он. - Это хорошо. – Луговой допил чай, и Никита последовал его примеру. А через десять минут они уже выезжали с парковки.