Легенда сумеречного леса

Ты когда-нибудь путал сон с реальностью? Тэхён находится в деревне уже две с половиной недели. Всë проходит так, как он и предпологал. Наверное, если бы не разговоры с Чимином, Тэхён бы помер со скуки. Поэтому он принимает решение всë же попробовать пообщаться со старыми друзьями, но пока не торопит события. Сегодня довольно пасмурно. Очень-очень тепло, но солнышко упрямо прячется за плотными облаками. Тэ сидит на своей кровате и читает роман Стивина Кинга «Оно». Не то чтобы ему так нравится чтение, но он уже просто не знает чем себя занять. Неожиданно заходит бабушка. — Тэхёни, сходишь в хлебницу? — маленькую пекарню, в которой печëтся только хлеб и продаётся дешевле, чем в магазинах, — белый закончился. Возьми сразу две буханки. — Без проблем, — Тэ откладывает книгу, предварительно загнув уголок страницы на которой остановился, — я только переоденусь. — Спасибо, — бабушка выходит. Тэхён встаёт и принимается рыться в сумке. Сегодня настроение нарядиться, тем более, если он всë же подойдёт к знакомым. Он видел их пару раз, всë та же компания, что и в детстве, только альфы возмужали, а фигуры омег стали более изящнее. Похорошели проще говоря. Ким не в курсе помнят ли они, что он омега. Запах потихоньку проявляется. Егг поражает, как Чонгук смог услышать его запах. Ведь все родные не улавливают аромат нектаринов до сих пор. Походу он относится к группе «нюхачей». Пусть думает так. В любом случае, у Тэхёна очень красивая фигура, которую он привык скрывать за большой одеждой, но не сегодня. Он достаёт лёгкую полупрозрачную укороченную рубашку молочного цвета, а затем светло-голубые джинсы. Ким стягивает с себя домашние шмотки. Омега похудел с момента покупки этих джинс, поэтому когда он их надевает, они садятся на низкую посадку, держась только на бёдрах, а на щиколотках собираются складки. Хорошо, что сейчас это, вроде как, в моде. Блондин смотрит на рубашку, помнит бог он так и не надел еë ни разу. Не смотря на все переживания, рубашка садится потрясно. Длина позволяет совсем немного открыть вид на голую талию омеги, а не застегнутые две верхние пуговицы, на ключицы. Тэхён не любитель всяких украшений. Так что образ дополняет только заколка, закреплённая на левой части волос и носочки бежевого цвета. Что-ж, результат не так плох. Он смотрит на себя в отражении старенького зеркала. Одна из причин насмешек была как раз связана с его телом, которое было слишком «толстое» и сам Тэхён был «толстый». Его бы и не особо задевали эти простые слова, если бы не появившиеся благодаря этому клички: «Хрюн», «Голодяга», «Пузо» и тому подобные. Задевало сильно. Зато сейчас Тэхён понимает, что у него самое сексуальное тело из всех его прошлых однаклассников, ну не прям понимает, но по крайней мере все ему так говорят. Тэхён старается верить, а ещё старается не связывать это с отсутствием в его жизни каких-либо романтических отношений. С этим правда похуже чуть-чуть. Он быстро берёт деньги, пакет и выходит на улицу. Тапочки безвозвратно потеряны, так что на ногах теперь серые кросовки, а ведь это были любимые его тапки. Родители копаются в сарае, разбирают весь хлам, который бабушка разобрать уже не в силах. Дорога проходит спокойно. — Здравствуйте, — Тэхён подходит к бетонной коробке с окошком, — можно две буханки белого хлеба. — Здравствуй, — тëтушка в смешной целлофановой шапочке, предотвращая попадание волос к хлебу, выглядывает к нему, — ой, Тэхёни, ты что-ль? Ким всматривается в лицо женщины. По-началу не узнаёт, но потом в голове находится нужный файлик. Он вспоминает о тëте, которая присматривала за их компанией детишек, когда те гуляли до поздна. Помнится она мама Менджу, самого старшего из их компашки. Он кстати давно уехал из страны. — О, госпожа Кан, приятно вас снова видеть. Вы всë так же прекрасно выглядите. — Скажешь тоже, — она махнула рукой, но видно, ей приятно. — Не думал, что вы до сих пор здесь работаете. — Ладно я то, а ты, — она прищурилась, — чего ж не приезжал? А что отвечать то? Тэхён лохматит немного свои волосы и перекатываться с ноги на ногу. Ну не хотел он. Скучал по бабушке конечно, но новая жизнь казалась ему интересной. Довольно скоро, он правда передумал. Однако о возвращении не думал. Да и родители тоже. Они даже наоборот, будто ограждали сына от каких-либо мыслей о бабушке. Возможно они тогда серьёзно поругались, но главное –сейчас всë хорошо. — Да не выходило как-то. У родителей работа, у меня учëба. А время шло, шло и вот, — давай-давай, Тэхён, придумывай оправдания. — Эх. Наслаждайся жизнью! У тебя сейчас самый сладкий период, — как-то слишком неожиданно говорит госпожа Кан. — Ага, — он не знает, что на это ответить. — А ты мне не веришь? — тëтушка снимает шапочку и отходит от окошка. Через пару секунд Тэхён слышит скрип деревянной двери. Она выходит из-за стены, отряхивая руки. Такая милая. Госпожа Кан полненького телосложения. Светло-русые волосы собраны в низкий пучок. Запах чëрного хлеба окутывает воздух вокруг. Очень тяжёлый аромат. Ведь она — альфа. Огромная редкость. Девушки очень редко рождаются альфами, как и парни — омегами, хотя они и то чаще встречаются. Тут ещё и внешний вид не совпадает с реальностью. Они похожи. — Поверь моему слову, — сладко улыбается, — ты уже не ребёнок, но и не взрослый с кучей нудных проблем. Делай всë, что вздумается! Твоим гармонам позволено бушевать. Пей, кури, ошибайся, разочаровывайся, улыбайся, веселись, убегай от полиции после комендантского часа, отсиди пятнадцать суток в обезьяннике, влюбись до безумия, живи, — она отдышавшись от монолога в одно дыхание, продолжает, — хотела бы я снова туда, — непонятно почему начавшийся монолог заканчивается. Странно, но после услышанного Тэхён чувствует опустошённость, но такую приятную. Не апатию, а… Свободу? Спокойствие? Что-то очень приятное. Они стоят молча. Госпожа Кан погрузилась в воспоминания своей юности. А Тэхён просто наслаждался тишиной. — Так, — она тряхнула головой, — тебе надобно то чего? — Хлеба, — пауза, — белого, — Тэхён снова зачем-то замолкает, — две буханки. — Секунду. Она быстро скрывается за дверью, а через секунду слышится шуршание из окошка. — На, — она просовывает два прозрачных целлофановых пакета, — сегодняшний. — Сколько? — Да иди ты. Нисколько не надо. Против что-то скажешь, обратно заберу, — кивает на хлеб в руках. Тэхён квадратно улыбается и низко кланяется, а потом разворачивается и направляется домой. Он не чувствовал дискомфорта в разговоре. Редко найдутся такие люди, в разговоре с которыми, даже спустя много лет, будет комфортно. Нужно ценить таких знакомых. Когда Тэхён выходит на улицу с его домом, он замечает их. Стоят и болтают. Сумин — омега, Минхо — альфа, Хëнджин — бета, и единственная девушка, Ëна — омега. Все в прежнем составе, за исключением Менджу, который теперь тусуется за границей. Правда тут он замечает ещё одного парня, незнакомого ему. Тэхён невольно замирает. Хëнджин замечает его, наклоняет голову на бок и нежно улыбается. Сердце летит в пятки. Это тупое волнение, заставляющее ладошки противно потеть. Бета кивает в сторону Кима, говоря что-то остальным. Все пятеро сразу оборачиваются на него. Он слегка улыбается и поднимает руку, чтобы помахать. Ëна срывается с места и влетает в Тэхёна с объятиями. Ким отшатывается, но руками придерживает девушку за талию. Она крепко сжимает его шею. — Вернулся! — чуть-ли не кричит, — Тэхёна, это правда ты? Я сплю? — парни, ранее стоящие позади, тоже походят к ним. Каждый улыбается, каждый, кроме незнакомого парня. — Тише, задушишь же, — Ким смеëтся, поглаживая девушку по голове. Ким Ëна. Самое яркое воспоминание с детства. Они были настоящими лучшими друзьями. Скучал, правда скучал. Этого не чувствовалось так ярко до этого момента. Вообще думал, что она его даже не вспомнит. Как же он рад, что ошибался. Он знает, теперь точно не соскучится. — А я уж думал у меня галюцинации, — Тэхён наконец выпускает Ëну из своих рук, смотря на Хëнджина, — а нет. И правда, сам Ким Тэхён, — по началу ломается, а потом тоже подходит и обнимает. Чего Тэ так боялся? Надо было ещё в первый день подойти! Знал бы, так и поступил. Каждый по очереди подходит к Тэхёну, обнимают, спрашивают, что нового. — Кха-кха, — незнакомый для Тэхёна парень демонстративно кашляет, привлекает внимание. Ким смотрит на него, оценивает. Высокий, волосы русые, среднее телосложение, мышцы есть, но в меру, симпотяжка на лицо. Тэхён, вспоминает как он одет и смущается. Он уже понял, что этот незнакомец альфа. Пахнет он шоколадом, так что определить сложно, но тело говорит само за себя. Угловатые линии и широкие плечи выдают доминантную личность. Румянец на лице омеги не появляется, не свойственно. Стеснение томится и бурлит где-то глубоко внутри. — Ах да, — Минхо подходит к парню и облокачивается на него, — это, — тыкает он пальцем в незнакомца, — Субин – наш друг. Он вместе со мной в местной футбольной команде гоняет. Субин переводит взгляд с Минхо на Тэхёна. Он подходит к Киму и протягивает руку для рукопожатия. Омега смотрит на руку, затем на альфу, потом опять на руку. Совсем невольно в голове всплывает воспоминает о том дне, о Чонгуке, о том, как он так же протянул руку, о том как эту руку ему не пожали. — Будем знакомы, — вкладывает в протянутую ладошку свою. — Будем, — Субин улыбается в ответ. Оба подвисают. Держат руки, не отпуская, смотрят друг другу в глаза. Они у Субина серые, как утренний туман, как дым от костра, который очень вкусно пахнет, но может заставить задыхаться. Тэхёну вспоминаются романтические фильмы, где главные герои стоят в замедленной съёмке перед поцелуем. Ким улыбается и мягко говорит: — Может отпустишь мою руку уже? — Субин сразу разрывает сцепленные ладошки. — Прости. — Да ничего страшного. Кто-то присвистывает и оба сразу обращают внимание на остальных. А те лыбятся стоят. Не сложно догадаться, что у них в головах. — Рановато присвистывать, мы только познакомились, — говорит Тэхён. Субин немного удивляется. — Узнаю нашего Тэхёна, — произносит Сумин, — с детства болтает всë, что в голову придёт. Сам вырос, а прямолинейность всë ещë с тобой? — Было бы гораздо легче, если бы все люди говорили то, что думают, — пожимает плечами в ответ. — Я посмотрю на тебя, как ты смело будешь в любви признаваться, — ехидничает Ëна. Знает, что только у влюблëнного Тэхёна язык в узел скручивается. Они болтают ещë совсем недолго, пока идут до дома Тэхёна. Он рассказывает как жил в городе. Почему не приезжал и как боялся подойти. Остальные докладывают о всех сплетнях деревни и теории пропажи людей. Оказывается все в деревне верят в легенду, что это лесные черти людей воруют. Тэхён не стал рассказывать, что с ним было. Интуиция ему подсказывала молчать, он так и делал. Разговоры не стихают, пока они не останавливаются у дома. — Ладно мне домой пора. — Нам тоже расходится уже надо, — отвечает Минхо, — с самого утра гуляем, теперь дела, — все кивают. — Тэхён, — Ëна смотрит на всех, а потом продолжает, — ты же в курсе про фестиваль? — Что за фестиваль? — Тэ перекладывает хлеб в руках. — Так Купалье же, — она делает паузу, — день солнцеворота. — Солнцеворот? Солнцестояние типо? Так день Ивана Купала же 7 июля, нет? — все переглядываются. — Эх, Тэхёна, — вздыхает Сумин, — не знаешь ты истории. День Ивана Купала — праздник не солнцестояния, а день Рождества Иоанна Предтечи. — Что-то я не догоняю. — Смотри, — спокойно говорит Ëна, — раньше говорили солнцеворот, а не солнцестояние, чтобы тебе было проще, говорить буду так, — Тэхён кивает, — На самом деле, самый длинный день, то есть день солнцестояния, происходит 24 июня, а если точнее в ночь на 24 июня. Раньше отмечали именного его — Купалье или день Купало. С течением времени, сменой календаря и веры, Рождество Иоанна Предтечи стали называть Днëм Ивана Купала, так как его имя переводилось, как купатель, — девушка следит, чтобы Тэхён всë понимал, — Можно сказать, что эти два праздника совместили из-за схожести названий и традиций. Здесь мы празднуем праздник Солнца в день настоящего солнцестояния. — Я даже не представлял себе, — всю жизнь Тэ считал день Ивана Купала празником солнца, — Купалье значит, но так это же послезавтра? — Да, — говорит Хëнджин, — но завтра день Аграфены Купальницы, канун купалья. Люди встречаются, рассказывают другу другу различные легенды, поют, пляшут, прыгают через костер и гадают, — будто не в современном мире, — Там будет даже народ из городка, — от его упоминания, мозг накрывает волна воспоминаний. Закрытый городок. Тэхён хорошо его помнит. Это совсем небольшой город, и то тяжело сказать, за час обойти можно. Вход туда запрещается для людей не прописанных в домах на его территории. Говорят, что это из-за военной закрытой базы, расположенной на его территории, однако это слухи, но военных и правда очень много. Раньше там был простой забор, в котором часто были дыры, через которые деревенские проходили внутрь. Несмотря на закон, все местные знали о проходах. Сейчас на месте забора бетонная огромная стена. — Для безопасности граждан поставили. Верхушки узнали о лазах. Так, а к чему это вообще всë было, — Ëна задумывается, — а, точно. Так ты пойдёшь на фестиваль? — Я не знаю. — Поехали с нами. Мы все поедем в прицепе машины Субина. Будет круто, — девушка видимо очень воодушевлена. Да только Тэхён не может. Он под домашним арестом. — Не думаю, что у меня выйдет, — хотя так хочется. — Ну Тэхёнаааа, пожалуйста, тебя так долго не было, — Ëна тормошит его за рукав, — я так много раз представляля, как мы с тобой там веселимся. На празднике солнца кто-кто, но ты обязан быть. — Почему? — Потому что ты — лучик солнца, — улыбается Ëна. Тэхён чувствует себя сейчас счастливо, о нëм помнили, не забывали, скучали. — Я постараюсь, — все облегченно выдыхают. Они все быстро прощаются, так как время поджимало. Все разворачиваются и начинают уходить, но Субин останавливается. — До встречи, — все уже отдаляются, а альфа оборачивается, — Тэхёни, — милое «Тэхёни» получается слишком сладким. — И тебе пока, — специально делает такую же паузу, — Субини, — альфа хмыкает. И они наконец расходятся. Возможно у Тэхёна всë же получится завести первые отношения, пусть и в этой глуши. Когда он заходит внутрь дома, видит родителей. А те. — Чего? — Тэхён не понимает. Родители носятся с сумками по дому и собирают вещи. Вещи с которыми они приехали. Бабушка же спокойно сидит пьёт чай. — Что тут происходит? Старшие наконец перестают суетиться и обращают внимание на сына. — Тэхён, иди собирай вещи, мы едем обратно в город, — говорит отец слова, вгоняющие Тэ в непонимание. — Почему? — папа убегает за вещами, а за него продолжает мама. — На заводе проблемы, — родители работали на заводе, зарплата небольшая, но живëтся нормально, — один из поставщиков обманул на деньги, производство встало. Нам срочно нужно возвращаться, а то останемся без работы. — Почему это вы потеряете работу? — Потому что если мы сейчас не сделаем всë, чтобы производство опять пошло, будут огромные убытки, а там начнутся и сокращения, — мама язвительно улыбнулась, — Ну, а еще начальник сказал, что если не явимся, можем не возвращаться. Тэхён в шоке, он как-то не расчитывал. Он вроде должен быть рад, но тут он переводит взгляд на бабушку, которая даже их не слушает. — Иди собирайся быстрее, — и добавляет потом уже шёпотом, — ты же всë равно не хотел ехать. Считай судьба тебя услышала. — Но я уже не хочу, — Тэхён быстро думает, — мам, а можно я останусь? Тут выходит отец с двумя сумками в руках. Мама его останавливает и они о чем-то перешëптываются. Затем смотрят на Тэхёна. — Ладно, если хочешь, оставайся. Никто не видел, как бабушка нежно улыбнулась, как с наполняющей любовью прикрыла глаза. А Тэхён не хочет уезжать. Уезжать от бабушки. Уезжать от чего-то родного. Уезжать из… Дома?

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

Омега заваливается на кровать. Тэхён собственно и не расчитывал, что бабушка ему разрешит.

flashback

— Нет, Тэхён. — Ну бабушка, пожалуйста. Тэхён пытается сделать тот самый взгляд, перед которым не устоять. — Нет, — отрезает она. Взгляд, как у Кота в сапогах, у него явно не получается. — Я прошу тебя, там же все будут. — Ким Тэхён, будь я твоим опекуном, я бы разрешила, но твои родители явно против. Ты же спрашивал у них? — Нет. — Тем более. Прости меня, мой лучик, но сейчас такие обстоятельства.

flashback

Ему обидно. Все будут там. Бабушка уже дремлет на диване в зале. Навряд ли она уже перейдёт на кровать. Время почти одинадцать ночи. Ангел и демон борятся прямо сейчас на плечах Тэхёна. Сбежать или остаться дома? Ослушаться или лечь спать, чтобы она не волновалась? Друзьям Тэхён уже сообщил, что не сможет пойти. Они были очень расстроены, особенно Субин и Ëна. И оба ясно по каким причинам. Про Ëну даже говорить не надо. Тэхён и сам соскучился по ней больше всего. А вот Субин — интересная личность. Ким понимает, что приглянулся альфе. Знали бы вы, как ему от этого до чëртиков приятно. Он впервые за долгое время чувствует себя хорошо в теле омеги. Но действительно ли впервые? Тэ снова вспоминает Чонгука. Он резко вскакивает на кровате. Все будут. Значит и Чонгук тоже, может быть, там будет. Тэхёну хотелось бы отдать ему деньги и рубашку, возможно даже немного поговорить. Что-ж, демон выйграл в этой войне. Омега надевает чëрные прямые джинсы и коричневый свитер с высоким горлом, а потом, немного подумав, стягивает с себя свитер, надевая вместо него серую футболку, а поверх накидывает чужую рубашку. Он выглядывает в проём между дверью. Бабушка крепко спит, немного похрапывая. Главная дверь на улицу закрывается щеколдой только изнутри. Так что Тэхён берёт кросовки и возвращается тихо в комнату. Совесть начинает долбить, как дятел голодающий неделю. Поэтому он берёт листочек и пишет записку, на случай если бабушка проснëтся раньше, чем он вернëтся. «Я ушëл в гости к Сумину. Прости пожалуйста, что не предупредил. Я не хотел тебя будить. Ночую я тоже у него. С нами будет ещё Ëна. Эти омежьи посиделки мне необходимы. Тебе не о чëм переживать. Звони, я отвечу, если спать не буду.» Тэхён кладëт записку на кровать, но потом чуть подумав дописывает. «Возможно я останусь у него на парочку дней.» Это ведь не плохая идея. Дом у него большой. Да и Тэхён думает, что Сумин только обрадуется. Если всë так произойдёт, то Тэхён даже и не обманет. Вещи брать нету смысла, Сумин с радостью одолжит что-нибудь из своего гардероба, всегда был добрым и отзывчивым. Ким оставляет записку на подушке, надевает кроссовки и вылазиет в окно.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ: *

— Он точно не придёт? — Ëна стояла у машины, пока все уже залезли в прицеп. — Точно, — Сумин выглядывает из прецепа, — он ещë с утра мне сообщение написал. — Залезай уже, — громко говорит Субин из машины, он за рулëм. Девушка, грустно вздохнув, забирается в прицеп. Держа за руку, ей помогает Минхо. Ногой она отталкивается от колеса и запрыгивает внутрь. Стенки прицепа высокие, так что поездка будет безопасной. Если, конечно, не считать, что поездка в прицепе в целом вещь не безопасная. Субин заводит автомобиль, как вдруг слышет стук по багажнику и крик. — Тэхёни! — голос Ëны разносится по улице. Кажется, что даже птицы в тëмном лесу проснулись от девичьего визга, и начали наблюдать крохотными глазками из чащи. Тэхён бежит со всех ног в сторону машины, чуть-ли не падая. Он так боялся не успеть, ведь где конкретно проходит праздник, Ким не знал, а уж темболее, как туда добраться самостоятельно. — Ты пришёл, — Хëнджин оглядывает запыхавшигося Кима, — чего это вдруг? — Ну, — Тэхён ещё немного дышит, оперевшись руками в колени, — я на ночëвке у Сумина. — У меня? — омега вопросительно поднимает бровь, — а хотя, потом расскажешь. Мы и так опаздываем. К нам запрыгнешь или в салоне? — Думаю я уже надышался воздухом, — Ëна грустно на него смотрит, — и я устал. Вас тут явно не хило шатать будет. Тэхён обходит прицеп и садится на пассажирское переднее сиденье. — Привет, — альфа уже услышал, что это Тэхён пришëл. — И тебе привет, Субин. Омега пристёгивается и они наконец трогаются. По началу оба молчат. Тэхён наблюдает за природой через окно. Почти сразу машина выехала на дорогу вдоль леса. Небо чистое, не единого облачка, что скрывало бы темноту ночного неба и красоту небесных тел, не только звëзд, но и луны. Полная багровая луна, как гранат, зависла в небе, гипнотизируя своим величием. Такая холодная, одинокая, таинственная. Ким еле отрывает от неë взгяд и переводит его на альфу за рулëм. — Долго нам ещë ехать? — Учитывая, что мы едим около пяти минут, — Субин улыбается, он рад, что омега хоть что-то сказал, — осталось примерно столько же. — Пять минут значит. — Ага. Разговор явно не клеялся, ну Тэхёну, собственно, всë равно, ему даже не неловко, чего не скажешь про альфу. Субин нервно постукивает пацем по рулю и изредка прикусывает губу. — Мы ещё поболтаем, — говорит Тэхён, — сейчас времени нету. — Что-ж, — альфа прочищает горло, — конечно, я понимаю, — Тэхён смеётся. — Да не нервничай ты так. Знаешь, — омега облокачивается о переднюю панель, — можешь задать мне любой вопрос, а я честно отвечу. — Честно? — Честно при честно. Альфа задумывается. Есть один вопрос, который беспокоит его ещё с момента прихода Тэхёна. — Это твоя рубашка? — альфа взглядом указывает на клетчатую ткань на омежьи плечах. — Чего? — «Серьёзно? Из всех возможных вопросов, он решил задать именно этот? И так ясно почему. Какого чëрта все альфы такие», — моя, а что? — А, эм, — Субин теряется, — да нет, ничего. — Не, ты договаривай, — Ким начинает заводиться. Он злостно смотрит на парня. — Она пахнет молоком. Мне стало интересно, — всë же говорит Субин на выдохе, неловко потирая нос, — твой ли это запах… — А мы вроде ещë не на том уровне каких-либо взаимоотношений, чтобы тебя это как-то волновало, — Тэхён буквально закипает. — Ты чего? — А ничего, — Тэ складывает руки в замок, — как будто я не понимаю, что ты почувствовал чужой запах и приревновал, мол рубашка какого-то альфы и тд. — У меня и мысли не было! Правда! Тем более, навряд ли альфа молоком будет пахнуть, — омега фыркает, — ты же свой запах скрываешь. Вот я и подумал, — Ким начинает понимать глупость ситуации, — так она твоя? Значит молоком пахнешь? — Нет, не моя это рубашка, — не понятно почему, он застёгивает парочку пуговиц, — я планирую сегодня еë вернуть хозяину. — А. понятно, — Субин начинает улыбаться, — а знаешь, я правда не хотел бы, чтобы это была рубашка твоего альфы. Я бы не хотел тебя у кого-то уводить, — Тэхён тоже улыбается. — Делай так почаще, — альфа вопросительно выгибается бровь, — мне по нраву, когда говорят то, что думают, а не ходят вокруг да около. — А вот то, что ты мне говоришь сейчас всë прямо, меня не очень радует, — Тэхён не понимает, — мы приехали, — машина сворачивает к подножию леса. Машина тормозит. Все экстремальщики выпрыгивают из прицепа, а Тэхён и Субин из салона автомобиля. Все кроме их двоих заливисто смеются, и Ëна рассказывает как весело прошла их поездка, как Сумин три раза чуть не выпал, а Хёнджин отбил себе нос о его задницу, когда ловил. Общая атмосфера значительно улучшается. Ëна очень резко переводит взгляд на Тэхёна, подходит и обнимает. — Ты бы знал как я скучала, — девушка нежно улыбается, — помню, как ревела, когда тебя увозили, — Тэхён тоже помнит, их буквально оторвали друг от друга, но походу для Ëны это было гораздо болезненней. Она вдруг оттягивает ворот футболки и утыкается носом в шею Тэхёна, из-за чего его тело покрывается мурашками, а все, кроме Сумина, неловко отворачиваются. — Т-ты чего? — Тэхён заикается, а девушка отрывается от него и улыбается во все тридцать два. — Мои любимые нектарины, — все поворачиваются обратно. — Наконец-то перестал скрывать, — Сумин вдыхает аромат, — слабоват ещё. У тебя шикарный запах, не пей подавители. Тэхён и не пил. Последнии недели. Он не рассказывал свою историю, но обязательно расскажет. Когда-нибудь точно. Его невероятно радует, что он идёт на поправку. — «Жаль, что запах ещë слишком слаб, чтобы остаться на рубашке», — мысленно говорит Ким, но тут же отдёргивает себя, — «Ты о чëм вообще думаешь, забудь.» Он тресёт головой и разгоняет глупые мысли. Минхо напоминает о том, что им пора поторопиться. Вокруг стоят другие машины, не единой дорогой тачки, все старенькие, доживающие остаток своих дней, пока двигатель ещë работает. Около деревьев брошены велосипеды, металлические, некоторые ржавые. У одного слетела цепь, видимо кто-то очень торопился. Если бы Тэхён умел, он бы обязательно еë починил, но он лишь проходит мимо за остальными, даже не обративших на больной велик своего внимания. Ветерок заставляет листья шуршать. Они идут в глубь леса, но Ким пока ничего не говорит. Оглядываясь вокруг, не создаётся живая дикая атмосфера. Вроде лес и лес, но очень много протоптанных тропинок, где-то засечка на дереве или повязанная ниточка на веточке, где-то валяется банка из-под шпрот, а где-то затушенная сигарета. На лицо человеческое присутствие. До ушей начинает доносится музыка, а из-за деревьев виднеются огоньки. Когда они выходят, открывается вид на поляну, на каждом дереве висит гирлянда с жëлтыми огнями, стоят шатры разных размеров и форм. Здесь огромное количество людей в белых рубахах с вышивками, кто-то танцует, кто-то стоит в шатрах и раздаёт жаренное мясо и картошку в фольге, только с костра. Детишки водят хороводы и носятся, играя в догонялки, а кто-то дерëтся на деревянных самодельных мечах. У многих детей и взрослых на руках нарисованны красивые разнообразные узоры. Гирлянды, костры, факела освещают всë пространство. — Невероятно, — каждый огонёк отражается в его глазах, — я словно в сказке. — Я знала, что ты будешь в восторге, — Ëна закидывает руку на плечи Тэхёна, из-за разницы в росте, тому приходится немного наклониться, —всю ночь будешь у меня через костëр прыгать, — она чуть лохматит ему волосы, а Тэ смеëтся. — С чего начнём? — Хëнджин в предвкушении обводит взглядом полянку. — Думаю, молодые люди, вам стоит преобразиться, а то как не свои, — доносится голос сбоку от всех. — Госпожа Кан, вы тоже здесь, — Ким улыбается женщине. — Здесь сегодня все. И я тебя умоляю, называй меня тëтушкой. — Как вам угодно, тëтушка Кан, — квадратная улыбка светиться ярче любой гирлянды. Субин, стоящий рядом, залипает на Тэхёна. Как же он красив. Его светлые чистые пряди волос кажутся такими невиными, девственными, так же, как и глаза, как и голос, как абсолютно всë. Субину кажется, что омегу такой красоты, он никогда не встречал. Вечность хочется смотреть на его тело, сочные бëдра, которые хочется смять, они так точно уместятся в его руки, Субин уверен. Запах омеги он почувствовал, не сказать, что ему понравилось. К нектаринам альфа всегда относился нейтрально, но ему всë равно, если это касается омеги по типу Тэхёна. Он бы так извивался под ним в кровати.. — Пошлите ко мне, а то вы слишком выделяетесь из толпы, — тëтушка махнула рукой и двинулась в сторону одного из шатров. Сама госпожа Кан была одета в белый сарафан в пол, по подолу и на рукавах красная каëмочка с узорами, а на голове красовался венок из полевых цветов. Внутри палатки было просторно. На полу ковролин, много пуфиков и подушек. В центре столик и около тканевой стены сундуки и сумки. Суди по всему с вещами. — Вы так заморачиваетесь на один день? — произносит Ким, изучая всë с пола до потолка. — Я бы не сказала, что один. — тихонько произносит Ëна. — Прости? —Тэхён поворачивается к девушке. Тëтушка пока копается в вещах, ищя рубахи по размеру. — Ты же не думал, что всë это, — девушка рукой обводит круг в воздухе, имея ввиду всю поляну, — ставят на одну ночь? Люди остаются здесь на всю неделю. Проводят все праздники, купаются, отдаются природе и отдыхают. — Верно, — женщина наконец достаëт последнюю рубаху, — завтра в обед в лес ещë омегам идти. Травы собирать и засушивать для веников и гадания. А сегодня к речке ещë все пойдём. Держите, — она протягивает каждому одежду, — пусть альфы сначала оденуться, пошлите выйдем, — чуть подталкивая рукой, она выводит из шатра омег. Тэхён изучает людей вокруг. Все такие счастливые. Это совершенно не похоже на город. Это будто реальная сказка, и для Кима это вызывает ощущение спокойствия, дома, будто бы он там, где должен быть. Омега замечает лошадей, они запряжены и находятся в конце поляны. Рядом с животными стоят мужики, кто-то поправляет седло, держа за поводье, а кто-то просто скармливает яблоко. Вокруг крутятся кучка детей. Видимо сейчас перерыв для отдыха кобыл. Дует тëплый ветерок. Из-за того, что чужая рубашка больше на пару размеров, она развивается на воздушных потоках, чуть надуваясь как шапарашут. Ким прижимает клетчатую ткань руками к телу, чтобы не выглядить как надутый шарик. — Сегодня особенный день, — говорит тëтушка Кан, — это первый раз, когда на наши праздники попало полнолуние, ещë и такое, — она не отрывает взгляда от кровавого диска, — считается, что красная луна к неудачам, беде. Нельзя ни спать под еë лучами, ни даже смотреть. Однако чувства влюблëнных, родившиеся под кровавой луной, самые искренние, а поцелуй укрепляет чувства на века, — женщина томно вздыхает, — как любовь всë же коварна. На улицу выходят парни освобождая палатку. Омеги отправляются переодеться. Внутрь ветер не задувает, поэтому тут душновато. Тэхён оголяется по пояс и оборачивается на Сумина. Такое изящное стройное телосложение, его запястье сравнимо со спичкой. Ким переводит взгяд на Ëну. Опьяняющие изгибы тела, средняя по размеру круглая грудь. От греха подальше он поворачивается обратно, продолжая натягивать на себя белую рубаху. Это не простые офисные рубашки, они без пуговиц, но у ворота небольшой разрез, который можно затянуть верëвочкой, вышивок тоже нету. Штаны никто не давал, поэтому на парне остаются чëрные джинсы. Он замечает сложенные вещи остальных на сундуке. Тэхён складывает футболку туда же, а вот клетчатую рубашку повязывает на бëдрах. Он всë ещё помнит про свой план. Найти Чонгука и поболтать. Точнее отдать рубашку. Да, отдать рубашку и деньги. Он взял их наличкой и положил под чехол телефона, который предварительно, кстати, зарядил. — Вы всë? — Ëна смотрит на парней, те в ответ кивают. Когда они выходят, видят как остальные стоят и ждут их. Только тëтушка Кан уже нет. Когда Тэхён снова смотрит в сторону лошадей, видит, как их отдых закончился. Дети и взрослые катаются верхом. — Покататься хочешь? — Субин оказывается позади Тэхёна, от неожиданности тот дëргается. — Ага.. — Ну, — Субин смотрит на остальных, все переглядываются и Сумин одобрительно кивает головой, — может тогда сходим, покатаемся? Сумин, Хëнджин и Минхо всë понимают, Ëна тоже, и она, со скрипом на сердце, уступает вечер с Тэ. Как бы она не скучала, личную жизнь ему надо налаживать, девушка мешать не хочет. — Можно, но, — Тэхён поворачивается к альфе, — сначала мне нужно кое-кого найти, — Субин переводит взгляд на клетчатую рубашку, повязанную на омежьих бёдрах. — Собираешься найти еë владельца, — Ким кивает, — навряд ли у тебя выйдет. — Почему? — Оглянись, здесь столько народу. Многие ушли на речку, кто-то в лес, — Субин говорит чуть раздражëнно, ему настоиграло, что омегу так заботит эта вещица, — пошли к лошадям. — Я бы просто прошëлся, посмотрел, вдруг он где-то здесь.. — Тэхён невольно начинает оглядываться. — Как его зовут? — Чонгук, — Тэ заметил, как его друзья только что незаметно свалили, слишком предсказуемо, — знаешь его? — Ммм, — мычит, — точно, он сын одного из рыбаков, — альфа оглядывается, буд-то кто-то мог их подслушать, — насколько мне известно, его папе с утра плохо было, — несите оскар, — он остался заботиться о нëм. Боюсь Чонгука тут нет, — ложь. Ложь чистой воды. Субин первый раз слышет это имя. Только Тэхён не знает, что правда, а что ложь. И с полными глазами доверия, принимает факт того, что сегодня он не встретиться с Чонгуком. Пусть Ким очень хотел встречи, но от того, что этого не произойдёт, ничего не меняется. — Пойдём? — Пошли. Пробираясь через толпу, Ким видит Ëну, танцующую с детками. Они обязательно сегодня ещë покумекают. Приходится подождать конца очереди. Желание оседлать копытного есть у многих. Когда же очередь доходит до них. Никто больше этим желаем не горит. За ними так никто и не встал. Видимо все желающие уже утолили свой интерес. Омега обводит взглядом всех кобыл и выбирает полностью чëрного коня. Мужики, следящие за лошадьми, помогают Тэхёну забраться верхом. Он устраивает поудобнее. Мужчина держит коня за поводье. Маршрут идëт по периметру поля. Субин подходит к Киму и смотрит снизу вверх, а мужчина терпеливо ждëт. — Иди, — Тэхён наклоняется к ниму, — садись на лошадь. — Я не хочу. — Чего? — Ким выгибает бровь, — всмысле не хочешь? — Это ты хотел, — пожимает плечами, — я не говорил ничего подобного. — И что ты предлагаешь? — Тэ шикает на альфу. Субин поворачивается к мужчине. — Эй, — тот оборачивается, Тэ наблюдает, — могу я вести лошадь? — Ну, — мужчина смотрит на коня, — уверен, что справишься? — Ещё бы, — ухмыляется Субин, — можете не переживать, я с детства с лошадьми. — Тогда удачи, — мужчина передаëт парню поводье. Ким Тэхён сейчас не вкуривает. Альфа тянет лошадь за поводье, и та послушно следует за человеком. Да это же, чëрт возьми, свидание! — «Что. Сейчас. Происходит.» — Тэхён старается внешне не выдавать свои мысли, — «Я конечно понимал, что вероятнее всего подобное произойдёт... Но не так быстро же!! А вдруг он воспринимает это не как свидание. Ну да, конечно, Тэхён, он точно не воспринимает это как свидание. Ну пиздец..» — Тэхён? — Кима из мыслей вырывает голос Субина. — Что? — прямо сейчас они проходят самую тëмную часть, за шатрами. — Ну.. — Субин мнëтся, то, что Тэхён прямолинеен, ему не помогает, — ты же понимаешь.. Я.. — Ты чувствуешь ко мне симпатию. И хотел бы, чтобы я был не против близкого общения и отношений. А ещë прямо сейчас тебе очень неловко, — перечисляет омега. — Как же ты прав, — выдыхает Субин и улыбается, — тогда.. Так ты не прот.. Он не договаривает, так как лошадь визжит, а вместе с ней и Тэхён. Животное легает воздух, а затем встаёт на задние копыта и срывается с места в гущу леса. Конь сбил Субина, из-за чего тот упал. Чëрный принц несëтся через деревья уже довольно долго. Ким держится мëртвой хваткой за седло, конь напуган и старается скинуть с себя абсолютно всë. У него это выходит. Ким падает с лошади на землю, слава богу, без веток и камней. Животное сразу убегает. Омега поднимается и оборачивается по сторонам. Серьёзно? Снова? Всë бы было не так плохо, если бы не знакомое шуршание из темноты.