Обратный отсчет

      15 лет спустя.       Лето в этом году было по-настоящему удивительным. Жаркие солнечные дни, наполненные зноем, перемешивались типичной лондонской серостью, ливнями, грозами. Однако такой природный симбиоз стал настоящей благодатью для флоры. Все, что могло цвести в городе, расцвело еще в начале лета, а что творилось в лесах…       Гермиона как раз трансгрессировала на опушку леса на окраине города, пусть место назначения и находилось несколько дальше. Но она не могла себе позволить не пройти среди деревьев, сквозь которые светит закатное солнце, рисуя яркие световые лучи и коридоры теней.       Вскоре перед ее глазами предстала поляна, какую обычно не встретишь в диком лесу. Трава везде была одного уровня, ведь она была заколдована, чтобы не расти выше определенного уровня. Но это не мешало полевым цветочкам разбавлять зелень своими яркими красками.       В самом центре поляны когда-то стоял дом. Он был полон любви, надежд и счастья. Потом здесь было пепелище, пламя буквально сожрало это место и, казалось, что густой смог никогда не уступит лучику солнца, не говоря уже от зелени.       Но шло время и сейчас на месте того дома стоял удивительный мемориал. Он представлял собой высокий, тонкий, идеально отшлифованный гранитный монолит. На этом описание памятника могло бы закончиться, однако…       Верхняя грань мемориала будто бы разрушалась. Осколки разного размера медленно отрывались от основания и уплывали вверх, постепенно растворяясь в воздухе. На их месте «отрастали» новые куски, которые тоже вздымались вверх. Минималистично и символично.       На самом камне было выбито три имени в ряд и лаконичная эпитафия: «Последним жертвам Второй магической войны».       — Привет, мама, папа, Рон, — прошептала Гермиона, грустно улыбаясь, глядя на мемориал.       Она наколдовала небольшую скамейку рядом и опустилась на нее, наблюдая за растворяющимися в воздухе камушками.       — Меня давно не было… Последний месяц был наполнен событиями. Начну с того, что сегодня наконец-то состоялось мое первое судебное заседание. Дело пустяковое, на самом деле. Трудовые отношения: один продавец волшебных товаров платил работникам зарплату в натуре; договоров, конечно же, не было, поэтому большую часть времени пришлось уделить разъяснениям необходимости правовой грамотности. И вообще, скорее всего, курсы права в Хогвартсе надо будет расширять и добавить на каждый год обучения, а не только для первого и седьмого.       Начиная тараторить о работе, Гермиона активно зажестикулировала руками.       — Завтра меня ждет полноценный день судьи Визенгамота, всего десять дел, но это начало. Гражданские пока что. Я раньше говорила, что мы стараемся делить судей по категориям дел. А вообще…       Гермиона резко замолчала и улыбнулась самой себе, останавливая свой словесный поток.       — Закончу пока о работе. Оставлю на следующий раз. Единственное, что добавлю — это то, как сильно спасает окклюменция во время заседаний. Эмоции прячутся, хотя и не все. Мы же судьи, а не роботы.       Солнечные лучи удачно нашли путь сквозь густые ветви и засветили лицо девушки. Гермиона зажмурилась, развернула лицо навстречу теплому свету и замолчала. Вскоре солнце опустилось ниже и поляну залила тень.       — Недавно прошли выборы на должность Министра Магии. Кингсли давно занимает должность консультанта и говорит, что мне тоже пора бы задуматься об этом посте. Но… Я пока не знаю, мне так нравится суд, что я сомневаюсь, что за срок действия полномочий министра устану от нее.       Она ненадолго задумалась, вспоминая недавний разговор с мужем на эту тему. Откуда-то вылетела ласточка и опустилась на один парящий камушек, уставившись на Гермиону. Однако, когда камушек начал «растворяться», птичка спрыгнула на нижний осколок, а потом еще ниже. Спустя пару попыток, она улетела, а Гермиона улыбнулась.       — Кстати, Гарри наконец-то перестал быть оперативником. Теперь он тренирует молодых мракоборцев. Он почти семь лет этого добивался, а сейчас уже думает о том, чтобы через пару лет попробовать себя в преподавании защиты от темных искусств в Хогвартсе.       — В остальном тоже все спокойно и хорошо. Даже не знаю, что рассказать про мир… Мы развиваемся, стремимся к лучшему… С переменным успехом.       — Я давно ничего не рассказывала о… Нас с Северусом. Думаю, потому что тоже все спокойно. Он по-прежнему потрясающий партнер по жизни, он понимает меня, чувствует малейшую перемену. Ворчит время от времени…       Она снова улыбнулась, а потом захихикала.       — Недавно Соул спросил, как же он появился на свет и почему дочка Гарри… Эм, отличается от него. Я начала объяснять, как вбежал Северус и отвел сына на «мужской» разговор. Это было так мило. Соул вовсю балуется с магией. Здорово, что закон ограничивает использование магии школьникам, но не ДОшкольникам. Чем Северус и учит Соула нагло пользоваться. Кажется, у нас растет маленький слизеринец.       — Пожалуй, воспитание Соула — единственное, где Северус действует единолично, говоря, что моя задача — это забота, а отец должен воспитывать сына. Я не спорю, потому что слишком много в нашей жизни я решила, по сути, сама. В карьере, в выборе дома для нас, даже с ребенком. Семь лет назад я просто подошла к нему и намекнула, что можно было бы подумать о детях, но не обязательно, ведь это решение двоих. Он заткнул меня, потому что я, как обычно, тараторила и сказал, что если я буду готова, то могу прекратить пить противозачаточное. Вот такой он оказался в семейной жизни. Сам Северус, конечно же, занимается зельями, он очень востребован, а еще он пишет научные работы о ментальной магии, где буквально большими буквами предостерегает не связываться с ней.       Гермиона посмотрела на мемориал, прочитала внимательно каждое выведенное красивыми буквами слова. И сказала:       — Я счастлива, пусть мне безумно не хватает вас. Не проходит дня, чтобы я не вспоминала…       Маленькая слезинка прокатилась по щеке. Каждый раз, когда она приходит, одинокая слеза обязательно покидает ее.       — Люблю вас и постараюсь вернуться как можно скорее. Может быть, даже с Соулом, он давно спрашивает о моих родителях. Он вообще очень любознательный мальчик и… я даже не знаю, в кого он больше. Наверное, в Северуса, потому что внешне у него лишь мои непослушные волосы и нос.       Гермиона поднялась и подошла к камню почти вплотную, приложив ладошку к нагретой на солнце поверхности.       — До свидания…       Постояв еще минутку, Гермиона улыбнулась на прощание и пошла в сторону, откуда пришла. Солнце опустилось за горизонт и, скорее всего, на одной из опушек зельевар уже закончил сбор необходимых трав, а маленький любознательный сопровождающий уже утомил его своими расспросами обо всем, что попадало в поле зрения крохи. Поэтому Гермиона поспешила к ним, чтобы вместе отправиться домой.       Конец.