Бродяга из Руконгая

Не прошло и трёх месяцев, как неловкая нора превратилась в школьный спортзал средних размеров. Укрепление стен шло не без проблем, но я хотя бы избежал обвалов. Тренироваться здесь пока не решаюсь, так как планирую глобальное расширение. Мне нужно в десять раз больше места, а то и в двадцать. Увы, я привык к роскоши своего бескрайнего внутреннего мира. К тому же мне всё-таки придётся как-то изучить кидо для установки барьеров. Да, я могу уплотнить землю до состояния камня, но даже подобной прочности далеко не хватит, чтобы сдержать нашу с Баншо разрушительную мощь. Похоронить себя в процессе пробуждения Банкая казалось мне крайне нелепой смертью. — Как же мне это всё надоело, — распластался я на земле и тяжело выдохнул. Никогда не поверю, что Урахара рыл свои подземелья вручную. Он слишком… «эксцентричен» для подобного примитивного труда. А значит должен существовать какой-то способ облегчить мне задачу. Хотя если в деле как-то замешана его Бенихиме, то остаётся лишь кусать локти. «А ты думал, в сказку попал? Нищим выбирать не приходится, Герой», — фыркнула Кобальт у меня в голове. — «Так что рой себе яму, жнец, солнце ещё высоко». Ну уж нет, на сегодня хватит. Я никуда не тороплюсь, если так подумать… Да и нет в этой яме солнца, приходится себе подсвечивать шариком Шаккахо у потолка. Открыв со вздохом список навыков, я погрузился в размышления, что и как могло бы мне помочь. И ответа, увы, не находил. У вас есть предложения, мои духовные мечи? «Ты ведь пробовал уже воткнуть меч в землю и напрямую поглощать духовные частицы?» — начала на что-то намекать пустая. Поначалу я действительно так делал. Но это требовало двойных усилий, учитывая, что корректировку фуллбрингом всё равно приходилось выполнять вручную. Уже укреплённые стены от этого тоже страдали, а потому пришлось подобные эксперименты свернуть. «Всё потому, что у тебя недостаточная пропускная способность. Ты пока не можешь менять целые ландшафты. Но знаешь, с чем у тебя не будет такой проблемы?» Догадываюсь… Перчатка Санрей, не так ли? Точнее, её архивная копия, добытая в тяжёлом бою. «Умница, Герой, мы понимаем друг друга с полусло-», — с намёком замолчала она, ожидая продолжения. — …-нёнок. Тебе очень сильно хотелось вставить эту шутку, не так ли? «Бу-у, не будь таким скучным. Так что насчёт нашей идеи?» Определённо, Летц Штиль на время усилит мою способность поглощать рейши просто в космических масштабах. Однако есть два весомых минуса. Во-первых, от меня будет фонить реацу квинси, когда я вернусь в Готей. К тому же, для его активации мне сперва нужно беспрерывно носить перчатку как миминум неделю. «Так возьми отгул. Попрыгаешь на задних лапках перед своей капитаншей, и она тебя отпустит на недельку-две. Наверное». Ладно, как вариант. Она та ещё раздолбайка, может, и даст мне поблажку. Во-вторых, я не уверен, какие побочные эффекты могут вылезти мне боком. Очевидно, силы квинси я не потеряю. Даже Справка подтвердила, что это всего лишь защитный механизм живых тел квинси. Однако триггером для такой реакции становятся духовные и одновременно физические внутренние повреждения, наносимые себе этой техникой. Да, я уже достиг ранга B в Поглощении духовных частиц, и это немало. Но я прекрасно помню, что представляла собой эта форма, вполне способная убить капитана одним выстрелом. И боюсь, как бы меня не разорвало под таким напором, как того хомячка от капли никотина. «Разорвать не разорвёт, но…» — я живо представил, как она постукивает пальцем по подбородку. — «Всё-таки не зря квинси переработают эту технику в Фольштендиг. Нанести себе внутренние повреждения в процессе ты вполне можешь». Вот и я о том же. Так что идея на миллион, а вот последствия её реализации меня отпугивают. Печально вообще-то. Артефакт безусловно ценный, но шанса использовать его на полную катушку никак не выпадает. А даже если и выпадет, не приведи Король Душ, то я не уверен, что хочу после этого остаться в живых и в окружении жнецов. «Хотя твои опасения имеют под собой весомую почву в лице Совета 46 Маразматиков, ты не видишь глобальной картины», — хищно оскалилась пустая. — «Скрытность не проблема. Основной недостаток — это побочные эффекты. Верно я говорю, Герой?» И к чему ты клонишь, Кокуу? «А к тому, что спустя десяток лет ты вполне можешь поучаствовать в зачистках Зависимых, раз уж они существуют в данной версии вселенной. Помнишь их? Тех самых, что существуют лишь благодаря поглощению рейши и рейрёку? Переваривание и пропуск сквозь себя неадекватно огромного количества духовной энергии лежит в самой их сути. И при этом, без каких-либо существенных минусов». Страшно представить на что способен Зависимый с перчаткой Санрей, на самом деле. Для них Летц Штиль неиронично мог считать чем-то вроде Банкая. В теории, полагаю, пара-тройка, а то и парой десятков больше поглощённых вампирских выродков действительно могли решить эту проблемку. — Конечно, если они действительно дадут мне нечто полезное, — посетовал я вслух, чтобы разбавить тишину ямы. Знаешь, иногда ты начинаешь говорить, как самый настоящий демон, Кобальт. Подговариваешь меня поглощать несчастные души ради собственной выгоды. «Ну, я же твоя пустота», — хмыкнула она, наверняка довольно разводя руками. — «К тому же, тебя даже не приходится уговаривать. Нам повезло, что ты не из героев-морализаторов, а действительно меня слушаешь. Предполагаю, Хичиго бы тоже с радостью предложил что-то подобное рыжику, если бы не боялся радикально отвернуть того от принятия настоящего Зангецу». Честно, не будь ты моей естественной частью, а подселенцем вроде Белого, я бы тоже относился к тебе с опаской. «Так и я бы пыталась захватить контроль, но это не наш вариант», — фыркнула она. — «И в этом нам безусловно повезло». Да уж. Особенно в подобном новом мире, где баланс с самим собой стоит во главе прогресса личного развития. *** Создание базы, хотя и было работой муторной, но вообще-то не такой уж и скучной. Улучить шанс использовать навыки фуллбринга спустя столько времени чувствовалось довольно освежающе. Словно наконец-то размял затёкшую до онемения руку, даже приятнее. Да и несколько рангов мне эта «стройка» подняла.

Повышение навыка!

Подчинение духовной материи: С → B

Контроль духовных частиц: F → D

Шунпо: С → B

Повышение характеристики!

Ловкость: С → B

Дорога туда и обратно всё же наконец-то дала свои плоды. А буквально следом за Шунпо повысилась и Ловкость. Я на каком-то интуитивном уровне был свято уверен, что их рост взаимосвязан. Например, как тот же Духовный покров, что подрос вслед за моей характеристикой Духовной силы. Похожее чувство у меня вызывали Восприятие и Обнаружение присутствия. Казалось, что повышение одного из них потянет за собой другое. Ведь в каком-то смысле они отражают друг друга, хоть и не полностью тождественные. Однако как-то проверить и подтвердить или же опровергнуть данную связь у меня возможности не было. Посмотрим. Пока рано делать выводы. Вероятно, Дневник имел гораздо больше сакральных тайн, чем кажется на первый взгляд, но как бы подступиться к ним? Не знаю. А пока… возвращаемся к тренировкам. Куу всё ещё не поддавалось, но я становился всё креативнее в поисках подхода к нему. Как вот сейчас, когда я был занят тренировкой использования копий глаз, при отработке пятого приёма школы Генджи. Оказалось, что наблюдение за собой исключительно со стороны неплохо так повышало прогресс Отрешённости. !!! Инстинкты успели меня предупредить, что откуда-то придёт атака, но за ними не поспевал я сам. И последним, что я увидел, был средний палец, щелбаном летящий мне в золотой зрачок. Резко дёрнувшись всем телом, я схватился за лицо. Боли не было. Просто сама ситуация произошла настолько неожиданно, что переданная в мозг картинка сама дорисовала фантомный дискомфорт. Проморгавшись несколько раз, я убрал руки от своих органических глаз и сосредоточился на фиолетовой голове перед собой. — Я же вижу, что тебе не больно, — фыркнула она. — Иначе бы ты скулил каждый раз, когда я рубила твои «руки». — Даже если и так, мне всё равно неприятно, тайчо, — вздохнул я. — Довольно отвратительное зрелище, когда в твой глаз входит палец. — Расскажи мне об этом, сопляк, — фыркнула она и поправила повязку на глазу. — Думаешь, если повесить над собой настолько очевидно уязвимую точку, никто не станет её атаковать? Фатальная ошибка. — Я использовал дополнительные глаза исключительно для тренировки Куу, Сайто-тайчо, — покачал я головой. — В реальном бою я бы, разумеется, не стал так рисковать. — О? Так дело не пойдёт. Я, как твой непосредственный руководитель, просто обязана помочь тебе использовать дополнительные глаза в бою, — загорелась она, найдя новый способ развлечься, и даже достала катану. — Вы уверены, что это входит в перечень ваших обязанностей, капитан? — лениво попытался я отмазаться, прекрасно понимая, что её не остановить. — Конечно. Я рада помочь в развитии каждого своего подчинённого, — оскалилась одноглазая девушка. — Другое дело, что никто не осмеливается об этом попросить, по каким-то совершенно глупым причинам. Охотно верю. На территории Шестого отряда было несколько тренировочных площадок, и всех их объединяло одно. Когда там находился я, они внезапно очень быстро становились пустыми. Хотел бы я сказать, что мог распугать всех жнецов одним своим присутствием… но нет. Мои сослуживцы попросту до усрачки боялись попасть под горячую руку Сайто, которая могла появиться в любой момент. — И отказаться я не могу? — вздохнул я. — Какой ты забавный, Каору-кун, — усмехнулась она и снова нацелилась на новосозданный мною глаз. — Конечно же… нет! Сорвавшись в мгновенной поступи, двухвостая девушка атаковала меня. И снова я борюсь за собственную сохранность во имя её развлечения. Но жаловаться было бы неблагодарно с моей стороны хотя бы потому, что оно того стоит. Пускай такой способ перебороть естественную потребность защищать собственные органы зрения был немного экстремальным. Но он эффективен, спору нет. Это как со скримерами в хоррор-играх. Если раз за разом пугаешься, то рано или поздно становишься абсолютно нечувствительным к этому. К сожалению, за день или два избавиться от данной реакции мозга не получится. Горе мне. Но в пылу сего процесса у меня родилась более оригинальная идея прокачки Отрешённости. Привыкнув к виду своего тела от третьего лица, я вознамерился пойти дальше. А именно — Рансотенгай. Высокоуровневая техника квинси. Редко можно найти лучника, овладевшего ею. К счастью, лидер того радикального культа имени тотального уничтожения шинигами был превосходно обучен. И даже поглотив его навыки и опыт, я всё ещё оставался крайне неуклюжим марионеточником. Вот только во внешнем мире я этот навык применить не мог, а потому пришлось переместиться во внутренний. — Так… ты на самом деле пытаешься вылепить из себя игрового персонажа? — подняла синюю бровь пустая. В двух метрах надо мной парил глаз, которым я наблюдал за собой сверху. Из этой перспективы я и пытался управлять своим телом. — А на что это ещё похоже? — ответил я ей из-под маски Баншо с наглухо закрытыми прорезями для зрения. — Оригинально, ничего не скажешь, — хмыкнула она. — А главное — работает, как бы нелепо это ни выглядело со стороны, — резко пожал я плечами, мысленно дёргая за голубые нити, что обвивали моё тело. Образно говоря, сосредоточив своё сознание в так называемой «внешней камере», я действительно становился очень неловким в управлении аватаром. Другая же пара навыков помогала полностью психологически отдалиться от него. — Можешь ли ты сражаться в таком состоянии? — задала она любопытный вопрос. — Вот сейчас и узнаем, — хмыкнул я. — Баншо, окажи мне эту честь. И, пожалуйста, будь помягче. — Как пожелаете, Мастер, — собралась она в одно мгновение из песка передо мной. Девушка в белом костюме провела крайне медленную атаку наискосок. Даже ребёнок, обладай он мечом, вполне смог бы защититься. Неловко дёрнув руками, я отразил удар, выронив при этом занпакто. Попытавшись наклониться за ним, я потерял контроль над ногами и деревянным бревном рухнул на колени. — М-да, — хихикнула Кобальт. — Зрелище, конечно… любопытное. Поначалу так и было, но мало-помалу Рансотенгай мне поддавался. Никуда эта техника от меня не денется. Уже спустя пару недель я мог на самом начальном уровне поддерживать темп сражения. Но было несколько проблем. И если первую, отсутствие у герра Блау опыта применения Рансотенгая в ближнем бою можно было проигнорировать, оставалась вторая и сама важная. А заключалась она в том, что эта техника изначально создавалась для восстановления боеспособности квинси при серьёзных повреждениях или старости. Не в этом суть, смысл всё равно сводится к одному. Её использовали для продолжения боя, что изначально подразумевало неспособность конечностей функционировать нормально. Мне же, полностью дееспособному, для воссоздания подобного эффекта нужно было полностью отказаться от привычного контроля тела, переключившись на голубые нити под управлением золотого глаза. Ибо через Отрешённость я познавал Сокрытие присутствия. Только так я мог стереть все следы собственного существования из движений. Я более не участвовал в самом сражении как таковом, а всего лишь дёргал нити в нужные моменты, наблюдая со стороны. Кто-то скажет, что познание Куу наверняка заключалось в другом. Я прекрасно это понимаю, но таков мой путь погружения в философию этой техники, и именно он приближал меня к успеху. Тот ускользал от меня на расстоянии всего-то нескольких… лет. Да, кажется, что это много, но по сравнению с возможными десятилетиями? Сущий пустяк. Какое имеет значение путь, если в итоге ты окажешься на финише первым? *** Бывали и перерывы в моей монотонной жизни. И я не говорю о вечерних попойках с друзьями. Одним прекрасным «выходным» днём вызвали меня в кабинет Фурофуши. Не совсем редкая или необычная ситуация, но чаще всего она сама без предупреждения появлялась на полигонах. Отправившись в заваленную невыполненной бумажной работой берлогу, я снова застал одноглазую девушку на столе. На этот раз она свесила голову с края, лениво листая перед собой книгу в мягкой обложке. По собственному опыту скажу, что читать в такой позе крайне неудобно. Хотя кто же знает, что в этой бедовой голове творится? Я даже не сразу заметил отсутствие у неё на лице чёрной повязки. Настолько эта картина выбила меня из колеи. — Звали меня, тайчо? — задал я очевидный вопрос. — Нет, наверное, ты пришёл сюда по зову сердца, — закатила она глаза. — Конечно, звала. Она плавно, ловким змеиным движением, перевернулась и села на край столика. — Мне скучно, — безапелляционно заявила она. И ох, поверьте, это очень плохие новости. Бывало после таких заявлений, половина отряда отправлялась с тяжкими телесными в лазарет. И то лишь потому, что вторая половина работала. — И как я вам могу с этим помочь? — тяжело выдохнул я, ожидая очередную порцию спаррингов. — Не задавай тупых вопросов, Каору, — фыркнула она. — Развлеки меня как-нибудь. Это приказ твоего капитана. Ну и что мне, станцевать перед ней или спеть? Не хочу. Может, что ли картину ей нарисовать? Всё же отказываться себе дороже выйдет. — Хм, а знаешь что? Можешь позадавать мне вопросы, я разрешаю, — нагло ухмыльнулась она, наслаждаясь моим плохо скрытым раздражением от возникшего противоречия. Она откровенно издевается. Буквально как в анекдоте: «Почему без шапки? Почему в шапке?». Пускай она далеко не худший капитан по нынешним меркам, данный факт вовсе не мешал ей быть одной из самых раздражающих… Впрочем, меня бы устроил любой из них. Само собой, кроме Маюри. Этот маньяк буквально превращал своих подчинённых в живые бомбы, а перебить такое будет довольно трудно. Но кажется мне, что сегодня всё обойдётся без насилия. Такие редкие моменты стоит ценить. Наши отношения с Фурофуши Сайто в принципе были очень странными. Капитан и подчинённый, в какой-то мере учитель и ученик, а временами жертва и хулиган. Теперь вот, госпожа и придворный шут. «Ты можешь сколько угодно это отрицать, но знаешь, на что вы похожи? На дуэт из ромкома о назойливой гяру-старшекласснице, что вечно задирает отаку», — подсунула мне пустая карикатурную картинку Сайто в школьной форме с ярким макияжем и автозагаром. Кобальт, прошу тебя, закрой рот и больше никогда не поднимай эту тему. В ответ мне прозвучал лишь смех с металлическим эхом. — … — я снова тяжело вздохнул и решил ей подыграть. — Ладно. Тогда хотел спросить, разве не было у вас какой-то травмы? Кивнул я на её второй, на первый взгляд абсолютно здоровый лиловый глаз. — Мм? — она отложила книжку и пощупала своё лицо. — Ах да. Я уже давно не калека, если ты об этом. — Тогда зачем вы носите повязку? — Дело привычки, — пожала она плечами. — Я жила без глаза… Она быстро загнула несколько пальцев, что-то припоминая. — …несколько столетий, получается? Потеряла я его давно, ещё когда только попала в Куроину. И не в какой-то смертельной битве, а пытаясь вырвать из чужих рук объедки. Самый дорогой кусок хлеба в моей жизни, — усмехнулась высокоранговая шинигами, погружаясь в ностальгию. — Звучит знакомо, Каору? Восьмидесятые районы не меняются, в какую ты сторону не иди. — Было дело… — без особого энтузиазма кивнул я, совершенно не испытывая тех же тёплых чувств. — Риск большой, добыча того не стоит, но выбора всё равно нет. Иначе загнёшься в муках, пока желудок жрёт сам себя. Почему-то признаться в подобном перед ней было до ужаса неловко. Одно дело, втирать это в лицо людям живших в приличных условиях. Как доказательство всего пережитого дерьма, что не смогло тебя сломать. Другое же дело, открыться перед человеком с идентичным опытом. — Да не тушуйся, я всё понимаю. Ты тоже будешь вспоминать эти деньки, как старые-добрые, поверь мне, — фыркнула она, приложив повязку к глазу. — Вообще, не ожидала, что кайдо Рецу-чан способно обратить настолько старые повреждения. Осложнений не было, а потому я недолго думая исцелилась. Тупо же было бы оставаться калекой, если у тебя есть выбор? Но согласись, что с повязкой я выгляжу намного устрашающе. — Не думаю, что людей больше всего пугает ваша повязка, капитан, — не сдержал я усмешки, когда она вернулась к теме вопроса. — Да неужели? — прищурилась она, убрав упомянутый предмет от лица. — Ты сильно ошибаешься, Каору. Смотри, как умею. Она потянула за чёрные ленты и распустила свои хвостики. Затем спрятала лицо за рукавом. Спустя пару секунд она убрала его, и моему взгляду открылся совершенно другой человек. Длинные фиолетовые волосы струились по её плечам, нежно обрамляя неожиданно прекрасное лицо. Бледность кожи больше не казалось болезненной, а лишь утончённо аристократичной. Исчезла застывшая гримаса хищной усмешки, а окружавшая её аура запёкшейся в горле крови и едва сдерживаемого безумия полностью рассеялась. Капитанское хаори, как и форма шинигами под ним, казались на девушке слишком большими и совершенно чуждыми. Словно на принцессе, играющей в переодевание. Подобная перемена вызвала у меня нешуточный когнитивный диссонанс. Поставь её в этом образе рядом с привычным капитаном, и поначалу не скажешь, что это она и есть. Стоило только переодеть Фурофуши во что-то достойное молодой леди благородных кровей, и никто бы не отличил её от главной героини какой-нибудь сёдзё-манги в сеттинге феодальной Японии. Единственное, чего ей сейчас не хватало, так это обильно залитого цветами и сердечками розового фона. — Уже очарован? — фыркнула она, снова изменившись в лице. И вмиг всё очарование разбилось. Её голос, мимика, взгляд и манера говорить безжалостно выдавали в ней ту самую Сайто-тайчо. Двухвостого демона, одного из сильнейших жнецов нашего времени. — Скорее, поражён, — покачал я головой. — Вообще не узнать вас, тайчо. — Как думаешь, если я покажусь так на людях, они сильно удивятся? — оскалилась она, снова завязывая хвосты. — А это идея! Нужно только подобрать особый случай. Например, собрание капитанов. Она подло захихикала, высунув длинный язык, бесцеремонно демонстрируя свою гремлинскую природу. — «Удивятся» будет преуменьшением, Сайто-тайчо, — усмехнулся я, ведь тут подходит более матерный аналог данного слова. — Но я теперь понимаю, что вы имели в виду. И всё же я больше предпочитаю её дикий и жестокий образ. Он казался мне каким-то живым, более искренним. Очень трудно представить «милашку Фурофуши» в движении. Она хороша только на картинке. Кстати, кажется, в нашем разговоре уже мелькнуло место её происхождения. Куроину. Так назывался восьмидесятый район Южного Руконгая. Именно там я добил счётчик жертв, благодаря чему открыл класс Мага. И раз уж отпускать она меня пока не собиралась… — А вы тоже душа из Мира Живых или родились в Руконгае? — продолжил я расспросы, пользуясь данным мне разрешением. — Как и ты, я «генсейская». Не ожидал? — подняла она бровь. — Хотя, признаю, нас таких среди капитанов очень мало. На самом деле, только тот полутруп Нобуцуна да коровка Каторибацу. — Каторибацу? — переспросил я, ведь такого имени среди нынешнего состава Готея не водилось. — Бацуунсай Катори. Ну, тайчо Восьмого, где твой дружок служит, — отмахнулась она, но тут же загорелась какой-то идеей. — Кстати! Раз уж тебе нечем заняться, сегодня мы пойдём её доставать. Доставать капитана? Звучит небезопасно. Нет, я знаю, что они в дружеских отношениях, как немногие женщины-капитаны, но всё же. — Могу я отказаться? — Нет. Вот так обычно и заканчиваются мои попытки возразить, хотя я всё равно каждый раз спрашиваю. Безумие, таково его определение. Ну, хоть с Кьёраку повидаюсь, если застану его в отряде. — Почему же вам постоянно так скучно, капитан? — вздохнул я. — Да потому что со времён войны ничего интересного не происходило! — повысила она голос, в отчаянии вскинув руки к небу. — Ни кризисов, ни достойных противников, ни-че-го! Если что-то и случается, так оно только прибавляет мне кучу бесполезной бумажной работы. Кому вообще нужно столько отчётов? Их никто не читает и даже не собирается… Она на несколько минут пустилась в нытьё касательно своего положения. — Иногда я думаю, что стоило позволить сотайчо меня добить, — вздохнула она и снова грохнулась спиной на стол, зарывшись пальцами в волосы. Значит, прям настолько скучно? Понимаю. Пускай мы прожили несравнимо разное количество лет, иногда скука и рутина тоже начинали нестерпимо душить. — Полагаю, таков удел пришедших из Генсея, — высказал я свою теорию. — Ментально мы разительно отличаемся от душ, рождённых здесь. Нашим пределом всегда было столетие, которому сопутствовало постепенное дряхление тела. Здесь же, обладая столетиями в запасе и практически вечной молодостью, не знаем как жить и чем себя занять. — Ты думаешь, что первым до этого додумался? — перевела она на меня измученный временем взгляд. — Выводы лежат на поверхности, вот только ответов они не дают. Когда мы наконец-то привыкнем? Да и сможем ли вообще? У меня тоже не было для неё какого-либо ответа, а потому я в который раз пожал плечами. Что я мог выразить, так это сочувствие. Полагаю, если когда-нибудь окажусь в подобном положении, то наверняка аналогично буду маяться всякой дурью. Например… заведу себе ученицу, в одном лице с жертвой моего садизма. А что, неплохая идея. Вообще, у меня было припасено ещё много вопросов. Касательно её прозвищ, занпакто и прошлого, в роли лучшего наёмника Руконгая. Но Фурофуши была непредсказуемой. В один момент она измывалась от скуки, в другой же — потащила меня в Восьмой отряд. Буквально. Она спрятала за пазуху формы ту самую книжку, взяла меня за ворот и в несколько прыжков шунпо оказалась недалеко от входа чужого отряда… — Капитан, вы не думали для разнообразия иногда наслаждаться прогулками? — сбросил я с себя лёгкое головокружение, вызванное неожиданным перемещением, когда встал на ноги. — Нет. Я ненавижу эти тупые лабиринты, — радикально отказалась она. — Стены и повороты, на что там смотреть? Справедливо. Думаю, она бы подружилась с мелкой Ячиру и Зараки на этой почве. Ямамото такому уровню разрушений был бы не рад, но кто его спрашивает.