Бродяга из Руконгая

— Давай, выложись на полную! — с широкой улыбкой, переполненной азартом, наседала на меня Фурофуши, не замедляя танца наших клинков ни на мгновение. — Тебе ещё есть куда расти! Средний офицер уже не смог бы увидеть, как проходила наша обычная тренировка. Для него сражение между капитаном и мной давно вышло за пределы той скорости, которую он ещё был способен воспринимать. Эволюция класса Мечник в Мастера меча оказалась огромным качественным скачком. С одной стороны, этот класс не был ни официальным титулом, ни профессией. Я не стал настоящим, признанным «Мастером меча» в реальном мире. С другой же, в моём понимании фехтования произошли поистине колоссальные изменения. Больше я не измерял своё мастерство тем, сколько способен продержаться против соперников невыразимой величины, вроде Генрюсая или Сайто. Перемены коснулись самого моего разума, как это всегда происходило при получении класса. Однако настолько глобальными они оказались впервые. Движения капитана, смешавшей в своей технике сотни идеально подходящих друг другу элементов чужих стилей, теперь буквально раскладывались в моём сознании подобно картам. И я не имел в виду смутные догадки, которые прежде мог уловить благодаря опыту и обучению. Перед моим внутренним взором сами собой возникали фантомные фигуры, каждое движение которых я мог мгновенно выделить, осознать и запомнить. У генерала был более цельный стиль, но таких прозрений тоже хватало. То, что раньше воспринималось мной почти исключительно интуитивно, постепенно улучшая мою собственную технику на инстинктах, теперь раскрывалось как на ладони. Мне всегда не хватало именно такой осознанности. Недоступная прежде степень контроля над частью собственного внутреннего мира наконец оказалась в моих руках. Теперь он был готов подчиняться моей воле, словно пластилин. Образы противников, хранившие накопленные данные об их стилях и доступные для повторных сражений в любой момент? Болванчики, которых я использовал в качестве тренировочных мишеней половину времени? Ничто из этого даже близко не отражало их настоящие возможности, что и доказало повышение класса. Истинный потенциал Алых Песков наконец был готов сделать первый шаг к своему полному раскрытию. Как сейчас помню, эта идея пришла ко мне всего спустя несколько спаррингов с учителями. Повинуясь моему желанию, вместо привычных человеческих фигур с чёрными лицами, нарисованные кровью на алом песке, появились однотипные человеческие манекены в простой тренировочной одежде. Безликие, чистые листы красного цвета, принявшие человеческий облик. Сотни фигур. При желании их число можно было довести и до тысячи. Фантомные образы бесчисленных приёмов начали перетекать из моего сознания в пустые сосуды, наполняя их знаниями. Манекены рассредоточились, освобождая друг другу пространство для движений и ударов. Началась практика. Первые взмахи мечей не заставили себя ждать, а следом пришли и десятые. Манекены будто постепенно правились и перетекали, подгоняя собственные тела под идеальные параметры для исполнения доставшихся им техник. Рост, ширина плеч, телосложение, даже пол — всё подстраивалось под идеальную форму пользователя, которую изначально задумывал создатель стиля. Его самого. Я не отрывал от них взгляда. Воображаемые фантомные фигуры накладывались друг на друга, дополняя движения соседей. Манекены, изучавшие один и тот же стиль, осыпались песком, после чего собирались уже в единый силуэт. Происходило слияние и дополнение. Ряды многих сотен заметно поредели, но фигур всё ещё оставалось немало. Разрозненные обрывки, состоявшие всего из нескольких движений, постепенно складывались в естественные связки. Между ними ещё зияли пробелы, но я уже начинал восстанавливать оригинальные стили. Я стоял перед обновлённым Легионом. Больше не было в нём тех, кого я лично поглотил или хотя бы с ними сражался. Они ушли вглубь моей души, под песок. Лишь гипотетические оригиналы перед моим взором, собранные из обрывков сохранившихся знаний, трудолюбивым роем исполняли поставленную задачу. А идеи всё не заканчивались. Работы впереди было ещё очень много, но уже сейчас я испытывал настоящий восторг. Из меня вырвалось несколько неловких смешков. Перестав себя сдерживать, ведь осудить жнеца посреди собственной души было некому, я громко расхохотался. Со стороны этот смех наверняка казался резким и неприятным, способным вызвать нервную дрожь. Истеричная экзальтация безумца, постепенно перешедшая в короткие довольные смешки. — Тебе бы в фильмах ужасов сниматься, — появилась Кокуу в своём старом наряде за моей спиной. — С таким-то смехом. — Я подумаю над этим, — хмыкнул я, переводя дыхание. — Только не говори, что не понимаешь причин моей радости. Не поверю. — Значит, ты наконец нашёл Алым Пескам достойное применение, — уважительно покивала она. — Точнее, наконец получил к ним доступ. — Только начал, если честно. Самое интересное ещё впереди, — оскалился я, но всё же насилу заставил себя успокоиться. — Если получится. Ты ведь знаешь, как оно у нас обычно бывает. — Давай уже, что ты там придумал? — ткнула меня в бок пустая, поторапливая с действиями. — Для начала заставлю их сражаться между собой, — поднял я руку исключительно для удобства мысленных манипуляций. Беззвучный приказ мгновенно достиг песчаных кукол. Они быстро разбились на пары и начали беспощадную резню. Победители сразу переходили к следующим противникам, не имея ни права, ни необходимости отпраздновать успех. Проигравшие же молча восставали вновь, исправляя ошибки после поражения. — Пусть я поселил в них лишь отдельные стили… — не сводил я взгляда с марионеток. — У них всё ещё есть доступ ко всей моей «общей базе» боевых навыков. Я рассчитываю, что в бесконечных схватках они смогут достроить цельную картину из полученных обрывков. Моего мастерства ранга S должно хватить для подобных манипуляций. Мгновенно ожидаемого результата я не увидел, но методом проб и ошибок у кукол уже начинало что-то получаться. Пока ещё очень далеко от желаемого, однако останавливаться на достигнутом я не собирался. Их ожидали сотни тысяч итераций без отдыха и выходных, пока я находился во внешнем мире. У моей силы теперь оставалось всего два выхода. Либо дать мне желаемое, либо крупно меня разочаровать. — Знаешь, теперь это реально напоминает чит. Как будто прямо из какой-нибудь сянься, — подвела итог Кокуу, вскинув руки к небу. — Узрите же, Бессмертные на Небесах! Теперь мой хозяин — настоящий Сын Удачи. — Как ты думаешь, откуда я всё это беру? — пожал я плечами. — Надо же хоть как-то компенсировать годы Первой моей жизни, бездарно потраченные на чтение всякого шлака. — Нам только старика из кольца здесь не хватает, — фыркнула Кобальт. — Оно и к лучшему, — нервно покачал я головой, на секунду представив жизнь в китайской версии Сообщества Душ. — Да и можно ли назвать это читом, если победителя всё равно определяет духовная сила? Унохане не помогли её восемь тысяч стилей. — Тебе ли жаловаться, — закатила она глаза. — У тебя есть возможность развивать и мастерство, и духовную силу. Чего же тебе ещё нужно? — Человеку свойственно всегда хотеть большего. Прямо здесь и сейчас, ни секундой позже, — пожал я плечами. — Мы, человечество, вообще ненасытный вид. Воистину. Совсем недавно я радовался открывшимся возможностям, а теперь уже хотел ещё большего. Чит? Я ради него столько лет горбатился, что теперь воспринимал это скорее как приятную компенсацию. И то с большой натяжкой. К моей радости, после неопределённого времени Алые Пески меня всё же не подвели. Куклы без устали сражались, используя накопленный мной опыт и постепенно достраивая общую картину. Архив медленно пополнялся новым, «восстановленным» знанием. Хотя уверенно утверждать, что именно так когда-то задумывали создатели этих стилей, я всё же не мог. Это были мои собственные выводы из наличных данных большей частью. Более того, некоторые элементы я даже значительно улучшил. Да, вполне возможно, что их создатели были людьми талантливее меня и намного. Но я тренировался у сильнейших мечников Сообщества Душ, собственной кровью и потом впитывая их опыт. Неужели этого недостаточно? В любом случае, результатом я был более чем доволен. Теперь мне оставалось лишь… — Интересно, а получится ли… — нахмурился я, продавливая волей внутренний мир. Из песка сформировалась моя точная копия. Без черт лица, но форма головы и причёска недвусмысленно намекали, кого она изображала. В отличие от остальных, двойник был одет в стандартную тренировочную форму Академии. Его я не стал наполнять отдельными знаниями, сразу предоставив полный доступ к Архиву. Сражайся. Приспосабливайся. Побеждай. Мой двойник не колебался ни мгновения. Он сразу выбрал себе противника, сошёлся с ним в бою и одержал победу. Затем перешёл к следующему. Манекены проигрывали, рассыпались песком и смирно ожидали своей очереди снова. Безликие не знали ни усталости, ни страха. Их не раздражало даже сотое поражение подряд. Пускай все они были частью одного и того же Архива, мой клон находился в совершенно иных условиях. Он видел перед собой не отдельный паззлы, а всю картину целиком. Каждый следующий противник становился для него ещё одной строчкой в книге, которую он сам же постепенно и писал. «Я» ковал из противников собственный стиль, как когда-то сделали Ямамото, Унохана и Фурофуши. Затем я сам сражусь с финальной версией «себя» и изучу всё это на практике. Славная вышла бойня. Жаль только, что попадание в Архив не передавало мне мышечную память, ограничиваясь одной лишь сухой информацией. Эх, и где же моя сила была раньше? Упустил я свой шанс стать самым молодым Мастером меча Сообщества Душ или кем-то вроде того. Подчиняйся мне Алые Пески с самого начала, и к этому времени я уже забрался бы на Пик боевых искусств. Интересно, а какие вообще требования предъявляют к официальному титулу Мастера меча в Сейрейтее? Надеюсь, существует какой-нибудь упрощённый способ его получить. Например, победить действующего обладателя титула. С Кенпачи же работает, так почему бы и нет? Пока только не знаю, зачем он мне вообще нужен. Ткнуть Кобаяши лицом в собственные достижения? Будем честны, я не настолько мелочный. Да и он обо мне уже лет десять как забыл, наверное. Разве что Харизма немного подрастёт, как я полагаю. Не на целый ранг, конечно, но хоть какую-то часть шкалы прогресса это наверняка заполнит. По крайней мере, мне хочется в это верить. Вернёмся к реальности. Хотя возвращаться, по большому счёту, уже было не к чему. Пускай пропасть между нами и сократилась, победа над Фурофуши всё ещё казалась мне недостижимой. Она по-прежнему была техничнее, быстрее и сильнее, когда переставала сдерживаться. Поэтому вскоре я снова оказался под ней. В самом прямом смысле. У моего капитана уже вошло в привычку усаживаться сверху после победы. — Продолжай в том же духе, мой офицер, и однажды ты меня победишь, — она нежно провела костяшками пальцев по моей щеке. — Но не сегодня. Она легонько щёлкнула меня по носу, вскочила на ноги и позволила мне подняться. Не сказав больше ни слова, Фурофуши исчезла в шунпо, а я остался стоять на месте, молча делая выводы. Таков напрашивался всего один, и его мне только что подсказала сама капитан. Продолжать двигаться в том же направлении. Больше опыта, больше знаний, больше практики с сильнейшими мира сего. Ну и, конечно, подтянуть физические характеристики, но это уже дело наживное. Я постепенно приближался к их порогу ранга А, чему немало способствовала перчатка квинси. Насколько я помнил, после курса тренировок она была способна вывести обычного человека на уровень офицера Готея. Происходило так из-за постоянно подавления рейрёку пользователя, ускоряя тем самым её перестройку и развитие. Я не видел причин, по которым этот принцип не работал бы и на более сильных духовных существ. Всё-таки души не наращивали мышцы, как живые люди. Они учились всё лучше и лучше владеть собственным духовным телом. Обычно на это уходили годы сражений и тренировок, но у меня имелась возможность немного схитрить. Кстати, о жульничестве. Чуть не забыл. Всё те же Алые Пески. На самом деле, во внутреннем мире я мог проделывать подобные вещи с любым видом оружия, не ограничиваясь одной лишь катаной. Единственное, чего мне по-прежнему не хватало, так это исходных данных. Слишком мало противников обладали действительно стоящим опытом владения оружием, который можно было бы разобрать и восстановить. К счастью, вместе с новым постом у меня появилась и новая обязанность. Когда у Фурофуши не возникало желания лично мутузить подчинённых, проводить их тренировки поручали мне. Этим я пользовался с огромным удовольствием, архивируя даже самые незначительные крупицы опыта, накопленные подчинёнными офицерами при владении своими необычными физическими Шикаями. Его было немного, но, как говорится, это честная работа. Хах, связан с этим тоже один забавный случай. Казалось бы, наши тренировки с тайчо всегда проходили на глазах у всего отряда. Почему же никто не обращал внимания на её… своеобразные жесты проявления симпатии? Оказалось, обращали. Просто понимали их совершенно иначе. Как-то раз играя с ребятами в кости, чтобы окончательно не выпадать из коллектива, я выслушивал как дружно они жаловались на свою тяжёлую судьбу. Более того, по их словам, с первого же дня всем было очевидно, что я у Сайто-тайчо в любимчиках. Почему? Так, оказывается, она меня щадила. Вместо того чтобы втаптывать лицом в землю, прыгать по спине или отбивать пинками рёбра, капитан просто усаживалась на меня сверху. Унизительная демонстрация своего полного превосходства, да. Но на фоне того, как обычно доставалось остальным бездельникам, это воистину выглядело почти любовью. Я лишь рассмеялся и развёл руками. Формально они были абсолютно правы. Меня смешило только то, как именно они это вывернули. Развивать тему никто не стал. Вместо этого меня раз за разом благодарили за то, что я не перенял подобных привычек у своего капитана. Теперь весь отряд буквально молился по утрам, чтобы у Фурофуши не оказалось настроения, и построениями занимался лично я. Больше пользы, заметно меньше унижений — все довольны. … Но и перерывы стоило делать. Подкидывая в руке золотое колечко, откопанное на самом дне инвентаря, я невольно погрузился в воспоминания об Академии. По сравнению с нынешними трудовыми буднями тогдашняя жизнь казалась куда насыщеннее самыми разными событиями. А жилось, как это ни парадоксально, гораздо проще. Да и вообще, с тех пор даже зимы стали холоднее. Снег порой заваливал крыши, а новобранцам приходилось их чистить. Странно, это взрыв Джокайшо так подействовал или мне просто повезло переселиться в необычайно тёплые десятилетия? Без понятия. Впрочем, подобным переменам почти никто не удивился, кроме таких «новичков», как я. А кольцо? Ах да, та старая благодарность от Омаэды за помощь с пробуждением асаучи. Почему вообще я о нём вспомнил? Неужели всему виной тот давний разговор с Кокуу? Мудрого наставника-старика внутри кольца действительно не оказалось. Как и вообще какой-либо духовной реакции. Дневник давно вынес свой вердикт.

Ранг: Е

Ценный, но совершенно обычный предмет. За столько лет ничего не изменилось, но я всё никак не мог перестать думать о феномене артефактов в Сообществе Душ. Казалось, все они находились в руках благородных кланов, которые сами же их и создавали. Ничего подобного не валялось где-нибудь посреди Руконгая, в тёмной пещере возле давно забытого скелета легендарного героя. Какое разочарование. «Ты даже не можешь исполнить это набившее оскомину клише, где главный герой находит среди мусора божественный артефакт, который все остальные считали бесполезной рухлядью», — не упустила случая поддеть меня пустая. Не сыпь мне соль на рану, Кокуу. Ты же знаешь, я реально мог бы использовать Дневник именно таким способом. Было бы только что искать. За всё время мне ни разу не встретилось ни загадочных торговцев, ни мистических ломбардов. «Зато у тебя есть скидка в ювелирный магазин Омаэды. Может, хоть там что-нибудь найдётся», — предложила она. — «Колечко на плюсик к Удаче, например. Тебе бы пригодилось.» Да брось. Срок действия той скидки уже наверняка истёк. Меня с ней вышвырнут за дверь и посоветуют скатать бумажку в шарик. А потом засунуть его себе в задницу, желательно поглубже и без смазки. Это я даже молчу о том, что надежды найти здесь нечто подобное абсолютно напрасны. Мы же не в западном фэнтези. У меня в Лондоне больше шансов будет, если так подумать… «Не попробуешь — не узнаешь. И вообще, подумай сам. Этот мир всё-таки не совсем такой, каким ты видел его на экране. Мелочи продолжают накапливаться. Вдруг это одна из них?» — продолжала соблазнять меня Кобальт. Бесполезная трата времени. Мне там ничего не нужно. Будь иначе, Дневник давно бы уже подал какой-нибудь сигнал. «Ну давай. Ты всё равно сейчас ничего не делаешь», — ударила она точно в больное место. Не хочу — и не делаю. И не смей меня за это упрекать. Право понежиться на крыше под солнцем всегда было священным для любого мужчины. Спроси Шунсуя, если мне не веришь. Давай посмотрим объективно, психически здоровым человеком меня и так не назовёшь. Если я совсем перестану отдыхать, моя крыша окончательно съедет. Я просто перегорю, опущу руки и начну гнить в праздном безделье. Ты хочешь слушать скрежет платформы? «Да при чём здесь это? Просто считай нашу прогулку ещё одним видом отдыха. Посещение сувенирной лавки у достопримечательности… или типа того», — не сдавалась она. — «Не хочешь ради себя, так сделай приятно мне. Я давно хочу посмотреть на всякие золотые побрякушки этой эпохи». Я тяжело вздохнул. Ладно. Только потом не говори, что я не прислушиваюсь к твоим словам. «Я тебя хоть раз подводила?» — самодовольно хмыкнула она. Когда ты спокойно наблюдала, как я наматываю круги по Миру Живых, и ни слова не сказала про запах ликориса? Это первое из недавнего, что пришло в голову. Я пока не настолько инвестирован в спор, чтобы рыться в памяти глубже. «Эй! Тогда впиши сюда и Золотце. Мы обе виноваты», — фыркнула Кокуу. Достав из кармана ту самую скидку, в которую когда-то было завёрнуто кольцо, я разгладил её фуллбрингом лучше любого утюга, наложив на руки Кьёкко перед этим. С новыми возможностями в скрытности я мог себе позволить исполнять подобные мелкие трюки, не привлекая внимания и не оставляя следов духовной силы. Спрыгнув с крыши, я направился за пределы Сейрейтея. Если эту бумажку бросят мне в лицо и посмеются, пусть хотя бы о моём позоре не узнает весь Благородный квартал уже через пару часов. … Как и ожидалось, лавка оказалась внушительным двухэтажным заведением в традиционном стиле. Во всём отчётливо чувствовался «богатый» акцент, выгодно выделявший её среди соседних добротных, но куда более скромных товарок. Фасад был облицован тёмным полированным деревом, крышу покрывала позолоченная черепица, а над входом висела большая лакированная вывеска тёмно-красного цвета с золотыми иероглифами: «Ювелирные изделия Омаэда». По обе стороны входа стояли два каменных фонаря, внутри которых вместо обычного огня горело голубоватое пламя какого-то кидо. Короче говоря, лавка идеально вписывалась в Первый район. Не настолько вычурная, как магазины в самом Сейрейтее, но с первого взгляда было понятно одно. Деньги здесь крутятся немалые. Внутри впечатление только усиливалось. Всё буквально говорило, что место рассчитано не на бедняков, а на состоятельных жителей Руконгая, младших аристократов и всех прочих желающих хоть ненадолго прикоснуться к роскоши. Главный зал оказался просторным, с высоким потолком и массивными балками из тёмного дерева. Лакированный пол мягко отражал свет. Стены были заставлены полками с выдвижными лотками, каждый из которых был обит бархатом или шёлком своего цвета. Между ними висели каллиграфические свитки с поэтичными названиями коллекций. В центре же располагалась большая стеклянная витрина, открытая сверху для лучшего обзора. Производство подобных листов стекла, насколько я знал, обходилось очень дорого. До сих пор я видел такое мельком и только в научных институтах, так что в массовое производство оно явно ещё не пошло. В воздухе витал лёгкий аромат благовоний, где-то в глубине помещения догорала его палочка. Освещение было тёплым, с преобладанием золотистых и янтарных оттенков. Прилавок соответствовал общему стилю лавки, а за ним стоял седой усатый старик. Сухой, как трость, но гордо державший осанку. Сразу становилось ясно, что он не простой торгаш, а прекрасно разбирающийся в своём деле человек. Со второго этажа ощущалось несколько источников реацу. Учитывая, что продавец и кассир в одном лице был абсолютно бессилен, это ни капли не удивительно. В таком месте обязана быть охрана на случай нужды. Чтобы объяснить случайным грабителям, насколько ошибочным оказалось их решение. Неплохой способ жить в достатке, не надевая форму шинигами. Не могу их осуждать. — Добро пожаловать, молодой человек, — приветствовал меня мужчина за прилавком, едва заметно задержав взгляд на жетоне Третьего офицера. — Могу я вам чем-нибудь помочь? Похоже, не приди я сюда в форме шинигами, меня бы вообще не удостоили вниманием. — Доброго дня, — кивнул я, одновременно просматривая витрину Дневником. — Покажите, пожалуйста, кольца или чётки. Сплошные Е. Лучшие украшения, выставленные на самом видном месте, оказались всего лишь качественными ювелирными изделиями. И ничем более. Довольна, Кокуу? «Попытка не пытка, Герой. Представь, как глупо бы ты себя чувствовал, окажись здесь настоящая диковинка, а ты даже не проверил», — развела она руками. Эх, нужно искать во всём плюсы. Зато посмотрели мир. Может, и правда прихватить какую-нибудь безделушку на память? У меня было то кольцо, но золото на простолюдине всегда выглядело слишком уж вызывающе. Да и предназначалось оно изначально совсем не для ношения, а скорее для перепродажи. Появись я с ним тогда на пальце, и слухи о покровительстве клана Омаэда поползли бы мгновенно. Я-то прекрасно понимал, что Марешигэ просто любил своё ремесло и был щедр к друзьям, но среди знати любая мелочь быстро превращалась в политический намёк. — Впрочем, если вы можете что-нибудь порекомендовать, я с удовольствием выслушаю, — пожал я плечами. Пожилому мужчине хватило одного взгляда, чтобы принять решение. — У дома Омаэда всегда найдётся вещь, подходящая именно вам, — уверенно произнёс он явно заученную фразу. Посмотрим, что же он во мне разглядел. Хм. А вкус у дедули определённо есть. Передо мной разложили несколько украшений на шёлковой подстилке. В основном двух видов, а именно чётки и длинные мужские заколки-иглы для волос, что шли парами. Кажется, они назывались когай? Если память мне не изменяла, такими пользовались самураи. Практичная штука. При желании ею вполне можно было выколоть врагу глаз или воткнуть в шею. Не заметить отсутствие золота и серебра в предложенном ассортименте было невозможно. Хах, ну конечно. Не по статусу бесклановому офицеру разгуливать в драгоценных металлах. Впрочем, нельзя сказать, что это выглядело как оскорбление. Скорее, как грамотная оценка покупателя. Предложенные когай были искусно вырезаны из некой белоснежной кости. Особенно мне приглянулась одна пара с изображением паука. Можно было выбрать и журавля, который тоже был мне дорог благодаря Шикаю, честно заработанному у Катори. Но Хиганбана всё-таки оставил в моей душе куда более глубокий след. Сплёл себе там гнёздышко. Чётки же поначалу казались совершенно обычными. Белые, красные, чёрные, самых разных размеров. Нашлись даже огромные, почти как у одного известного члена Нулевого отряда. Дневник вновь меня разочаровал. Однако взгляд неожиданно зацепился за совсем другой экземпляр. Голубые, как раз под цвет моих волос. Кто-то наверняка назвал бы такое сочетание безвкусным, но мне понравилось. Из чего они сделаны? Голубой мрамор? Или какой-нибудь полированный минерал? Одна из бусин ещё и несла золотистый узор. «Похоже на синий агат… Или разновидность кварца», — моя глупая Кобальт была ничуть не лучше меня осведомлена в камнях. — «Эй, я вообще-то слышу твои мысли. Погоди… Посмотри на центральную бусину. Тебе не кажется, что этот узор слишком уж похож на радужку глаза?» По-моему, обычная бусина дзи. У тибетских монахов такие орнаменты, подобные на глаз, встречались постоянно. «Да нет, присмотрись-ка получше! Слишком уж детально сделано. Не может быть, чтобы кто-то стал так заморачиваться ради посредственного украшения. Проверь её.» — Могу я их примерить? — спросил я продавца, получив в ответ любезное приглашение. На руке чётки почти не ощущались. Я же сделал вид, будто внимательно рассматриваю узор на центральной бусине. Кокуу не соврала, центральная чётка взаправду была неотличима от человеческой радужки глаза. Как будто я заглядывал внутрь зрачка. И… да. Как я и предсказывал, сами чётки оказались всё тем же украшением Е ранга. Чего я совершенно не ожидал, так это второго всплывшего окна. Жаль только, что других покупателей в лавке пока не было. Безымянный старик поневоле наблюдал за мной вполглаза. Предмет: Чётка монаха Ранг: С Свойства: Впитывая излишки реацу владельца, чётка позволяет ощущать слабые места льда. Описание: Кристаллизованный духовной силой глаз безымянного монаха, основательно сточенный временем. Останки замёрзшего во льдах пилигрима до сих пор несут в себе таинственную силу.

«Со слабым корнем не устоит ни один лотос. Себя к тому подготовь: Будь чист душой и телом. Не прикасайся к мирской пыли, И тогда вознесёшься ты в Высшее Царство.»

Ох, вау. Довольно случайный предмет. Его эффект вряд ли пригодится мне в ближайшие лет восемьсот. Разумеется, я попытаюсь его заполучить, а дальше уже будем разбираться. Носить такие чётки я, скорее всего, не стану. Боюсь попросту порвать их во время боя. Зато Архив подобному артефакту будет только рад. Хм… Кажется, моя удача и правда работает по накопительному принципу. Затянувшееся тошнотворное затишье, в котором мы сейчас жили, неожиданно начало окупаться предоставленными возможностями. «Ага, съел? Я же говорила, что-то здесь должно было быть! Ну-ну, почему я не слышу слов благодарности?» — нагло дразнила меня пустая. Вынужден признать. Ты была права, а я зря артачился. «Ну, это же я, в конце концов,» — нагло выпятила она грудь. — «Лучшая в мире. Единственная и неповторимая.» Да-да, как скажешь. Может ли такое быть, что показатель удачи Кобальт каким-то образом выше моего? Мы же отдельные сущности… в каком-то роде. Хотя, действительно ли это удача? Если принцип появления подобных артефактов и в самом деле связан с останками живых существ, я был обречён наткнуться здесь на один из них. Это ведь не ювелирное изделие из драгоценных металлов, а всего лишь кристаллизованный материал, попавший на прилавок рядом с обычными украшениями из минералов. Например, из-за своего необычного внешнего вида. Учитывая моё положение и достаток, именно такие украшения мне и должны были предложить в первую очередь. Что и случилось. «Да-да,» — хмыкнула слишком уж удачливая Кобальт. — «Это абсолютно точно было разумное развитие событий.» По спине почему-то пробежала дрожь. Данное сочетание слов меня напрягало на инстинктивном уровне. Сама чётка для меня почти бесполезна. Слишком уж узкоспециализированная. Я даже не мог представить пользователей стихии льда в ближайшем времени. Именно факт её существования оказался для меня наивысшей ценностью. Теперь я точно знал, что в этом мире существуют естественные предметы с необычными свойствами. Вопрос оставался лишь один, какова вообще редкость их появления? В голове почти сразу возник план. Запустить под покровом ночи несколько песчинок Шикая в товарные лотки и осторожно перешерстить их содержимое. Сначала здесь, затем и в самом Сейрейтее. Насколько мне известно, Омаэда предпочитали полагаться на живую охрану, а не кидо-барьеры. Большая ошибка… хотя могу ли я их винить? Сообщество Душ ещё не видело по-настоящему Легендарного масштаба кражи. — Беру, — снял я чётки и положил их на прилавок. — И можно ещё посмотреть, как на мне будут смотреться эти заколки? — Безусловно, — кивнул продавец и снял со стоявшего в углу зеркала шёлковое покрывало с золотой вышивкой. Я распустил ленту и закрепил волосы когай. Всего две искусно вырезанные костяные иглы крест-накрест, что удерживали мой хвост. Казалось бы, ничего особенного. Однако выглядел я заметно солиднее. В образе сразу появилось какое-то достоинство, даже лёгкая элегантность. Мне не раз говорили, что стоило лишь прилично меня одеть, и я вполне сошёл бы за молодого благородного господина. Так вот что они имели в виду… Хм. — Мне подходит, — удовлетворённо кивнул я собственному отражению. — Их тоже беру. Деньги у меня были, причём весьма неплохие по меркам обывателей. Дом в Руконгае оказался вовсе не таким дорогим, как я тогда ныл и жаловался, а зарплата Третьего офицера поступало исправно. Просто я не любил тратить каны без необходимости. Присутствовала во мне некая скупость. — Не сомневайтесь, молодой человек, — подтвердил продавец с профессиональной улыбкой. — Они вам очень идут. — Благодарю, — кивнул я на его дежурную вежливость. — Кстати, могу я уточнить одну вещь? Имеет ли здесь силу вот это? Я положил на прилавок старый чек с подписью и печатью Омаэды. Мужчина внимательно прочитал текст, после чего достал из внутреннего кармана небольшую лупу и склонился над печатью. Минуты через полторы он наконец выпрямился. Скидка оказалась настоящей, чему удивился даже я сам. — Должно быть, вы хороший друг уважаемого наследника Омаэда, молодой господин, — покачал он головой, посмотрев на меня уже совсем иначе. — Постоянная скидка в десять процентов на весь ассортимент… признаться, прежде мне с подобным сталкиваться не доводилось. Прошу простить мою невежливость. Позвольте представиться. Сакаки Дзэндзо, управляющий этой лавкой. Могу ли я узнать ваше имя? — Каору, — ответил я, только потом осознав, насколько резко это прозвучало без фамилии. — Третий офицер Шестого отряда. Мы с наследником Омаэда знакомы ещё со времён Академии Шино. — Ах… — во взгляде старика мелькнуло узнавание. — Так это действительно вы, Каору-сан! Марешигэ-сама часто о вас рассказывал. Стоило этим словам прозвучать, как отношение ко мне изменилось окончательно. Из обычного покупателя я вдруг превратился в дорогого гостя, о котором хозяева дома уже давно слышали только хорошее. — Вот как? — хмыкнул я. — Не ожидал, что здесь обо мне наслышаны. Дзэндзо почтительно, двумя руками, вернул мне чек. Я сразу убрал его во внутренний карман, а затем в Инвентарь. — Не сочтите за грубость, Каору-сан, но это довольно забавная история, — улыбнулся он в усы. — Впрочем, где же мои манеры? Для гостей особого значения у нас предусмотрена отдельная комната. Позвольте угостить вас чаем. Обычно я отказался бы от подобного приглашения. Но иногда всё-таки приятно почувствовать себя человеком, а не расходным винтиком системы. — Конечно. Ведите, — пожал я плечами. Сакаки дважды встряхнул вычурный колокольчик. Почти сразу со второго этажа спустились двое молодых работников — парень и девушка. Те самые источники реацу, которые я почувствовал ещё при входе. — Геничи-кун, присмотри за лавкой, пока я сопровожу уважаемого гостя. Аоко-кун, подготовь его покупки. Получив подтверждение, Дзэндзо пригласил меня пройти за расписанную золотом ширму с лазурными драконами. За ней скрывалась небольшая комната для особых посетителей. Высший класс, не стыдно привести сюда VIP-клиентов. Интересно… как же выглядит подобная комната в филиале, что в Сейрейтее? Именно филиал, кстати. Ведь если верить табличкам на стенах, данная лавка в Первом районе Руконгая была родоначальницей всего их дела. Пока мне наливали чай, я лихорадочно вспоминал всё, чему когда-то учил меня Джуширо о чайных церемониях. А ведь я тогда был уверен, что эти знания никогда мне не пригодятся. Когда с формальностями было покончено, любопытство всё же взяло верх. — Так что же это за история, которую вы сочли забавной, Сакаки-сан? — Видите ли, Каору-сан, я слышал о той неоценимой услуге, которую вы оказали Марешигэ-сама во время пробуждения его занпакто, — неглубоко поклонился он, — В благодарность молодой наследник был готов принять вас сюда на работу, если бы ваша служба в Готее сложилась менее удачно. Так что заочно мы уже знакомы. Однако, вас сразу же взяли офицером на Пятое место, поэтому нам так и не довелось встретиться. Как по мне, обстоятельства сложились малость забавно. Я в непритворно удивлении поднял брови. Что-то такое он определённо бормотал, но по старой привычке я принял это за бахвальство о щедрости его клана. — Так он тогда говорил серьёзно? — невольно усмехнулся я. — Как вы могли подумать иначе? — искренне удивился Дзэндзо. — Дом Омаэда никогда не оставляет долги неоплаченными. Местные Ланнистеры, что ли? Хотя приятно осознавать, что Марешигэ я всё-таки недооценил. Буду скучать за ним, когда придёт очередь этого увальня Маричиё. — Признаю, было довольно малодушно с моей стороны, — хмыкнул я, пожимая плечами. — Честно говоря, никогда не считал свою помощь настолько значимой. Я всего лишь дал совет, а всё остальное наследник Омаэда сделал сам, решив к нему прислушаться. По правде говоря, я ожидал чего-то вроде одноразового купона на скидку, а не постоянной привилегии. Но тем больше я ценю его щедрость и заботу. — Кхм… — прочистил горло мой собеседник. — Простите, Каору-сан… Одноразовый купон? Что именно вы имеете в виду? Хм? Неужели им пока незнакома сама эта концепция? Такая обыденная и простая для человека из моего времени. Купон, который даёт скидку на одну покупку, после чего теряет силу. В будущем такими бумажками будут разбрасываться направо и налево. Дешёвый маркетинговый трюк, не более. Странно. Я думал, в Азии того времени торговля уже была довольно развитой. Впрочем, я опять меряю Сообщество Душ мерками Мира Живых. Может, пришла пора слегка просветить местную торговлю? Первый совет я дам бесплатно, а там уже посмотрим.