parawixia bistriata

Кап-кап. Она проснулась, но глаза еще не открывает – словно по ощущениям старается определить время. Гермиона привыкла просыпаться посреди ночи, даже учитывая, что принимала зелье для крепкого сна. Из-за тревожных мыслей она давно забыла, что такое здоровый сон, а постоянные кошмары мучали её, заставляя ненавидеть ночь. Кап-кап. Чертовы стены протекают уже третий раз за неделю, а Люпин все еще игнорирует ее просьбу разобраться с этим дерьмом. Всё-таки открывает глаза и смотрит перед собой несколько секунд, перед тем как перевернуться на другой бок – к окну. Ей бы хотелось увидеть там яркие лучи солнца, но видит она лишь ночное небо. Опять. Стук в дверь вырывает её из собственных размышлений. Несколько секунд тишины. Гермиона не отвечает, резко поднимаясь с кровати. Она слышит, как звуки шагов отдаляются от её двери, расслабляясь. Малфой единственный кто не тревожит больше одного раза, даже если она не отзывается – и тут стоит лишь догадываться в чем именно причина. Либо в его уверенности, что Гермиона достаточно ответственна, дабы вовремя присутствовать на собраниях, либо ему плевать. Второй вариант всегда казался ей более вероятным. Кап-кап. - Опаздываешь, Грейнджер – Голос Грюма звучит угрожающе, но это не замечание, скорее приятельская шутка, приевшаяся за столько лет. Гермиона лишь сухо улыбается, усаживаясь за стол. - Плохо будили – она бросает взгляд в сторону Малфоя, который склонился над картой, споря о чём-то с Гарри. Грюм лишь усмехается и качает головой, - Что за обсуждение? Гарри не сразу обращает внимание на слова Гермионы, лишь обреченно встает из-за стола, отталкивая от себя карту. -Какая к черту Франция, Малфой? Их основной штаб всегда находился в Британии и каждый… – Гарри кивает в сторону Грюма, словно ища поддержки –… прекрасно осведомлён об этом. Гермиона знает, о чем они. Уже неделю они говорят о надобности направить свои силы во Францию. Драко пытается убедить их, ссылаясь на собственные догадки и знания касательно стратегии Долохова. И в целом, Гермиона понимает, о чем он. Франция одна из самых нейтральных точек, на территории которой битвы прекратились еще год назад. Но тем не менее, за все года второй магической войны, французская делегация показала свое отношение к Ордену. И они скорее будут спасать самих себя, чем идти против министерства. Дверь распахивается слишком громко, заставляя каждого дернуться. Рон и Джордж вваливаются в комнату, быстро переговариваясь между собой о чем-то. Позади них Гермиона замечает аккуратно проходящую Флёр. Та лишь улыбается ей и усаживается рядом. - У нас информация…– Уизли не выглядят особо радостными, поэтому все напрягаются, переводя свое внимание полностью на Рона. Он достаточно уставший, немного неряшливый – волосы взлохмаченные, а щетина стала давно привычной. И это напоминает Гермионе Рона после квиддича, ведь он такой же уставший и неряшливый, словно было вчера – конец матча, к которому готовился неделями. Она бы хотела остаться в этих воспоминаниях. - Кингсли собирается подорвать Хоргватс, - На пару секунд царит тишина, из-за которой Гермиона даже решает оглянуться. Ведь эти пару секунд ей кажутся оглушающими. - Нам стоило…стоило догадаться на кой черт сукин сын восстанавливал обучение, несмотря на военные действия. Это был его запасной план, блять, - Джордж смеется, но его смех больше озлобленный, словно затерявшийся в собственных эмоциях. Каждый из них знал, что это значит. Каждый из них понимал, чего добивается Кингсли – официального ярлыка террористической организации для Ордена, ненависти магических семей и избавление их от поддержки хотя бы тех стран Европы, которая имелась на данный момент. Кингсли знал, что он делает, когда восстановил Хогвартс три года назад и как бы Орден не понимал его действий, сейчас это явно не играло им на руку. Ведь кто поверит, что само Министерство Магии подорвало Хогвартс с тысячами – детьми и подростками? Когда уже имеется оппозиция, против которой и так достаточно предъяв. -Откуда? – Гермиона слышит, как глухо звучит её голос, произнося вопрос за всех. Никто не сомневается в правдивости, Рон и Джордж доставляют всегда достоверную информацию, в которой все и всегда уверены. Но она надеется услышать ответ, который заставит её сомневаться. И она замечает взгляд Малфоя на себе. Он смотрит понимающе. - Пий, как всегда, - Рон произносит небрежно, устало усаживаясь за стол – Он сейчас как раз разрабатывает план действий вместе с Долоховым. Грюм и Гермиона сразу поднимают взгляд на Драко, словно схватившись за одну мысль. Теперь это выглядит более чем логично – внезапное появление Долохова во Франции, которое Малфой изначально считал подозрительной. - А Пий случаем не упоминал Францию в разговоре? – И он видимо мыслил о том же, ведь достаточно уверенно обращается к Рону, - Я уверен, Долохов появился там либо поглядеть на эйфелевую башню, либо…- Малфой указывает на карту, в которой несколько красных отметок, -...именно там он собрал всех своих шавок и готовит план действий. Если они хотят назвать это террористической атакой, то будут так же использовать примитивные магловские оружия, после того, как разберутся с магическим куполом. И вряд-ли Кингсли хочет вызвать хоть какие то подозрения к себе, занимаясь этим в Британии. Гермиона думает. Она знает, что сейчас начнётся, ведь это происходит всегда. Спор, поиск единого решения, стремление к лучшему варианту. И она привыкла давать верный ответ. И потому, не обращает внимание на выкрики Гарри о том, насколько это необдуманное решение из-за неимения точной информации. Она игнорирует удивительно холодный ответ Рона «Я могу это уточнить», тихое бормотание Флёр в раздумьях и его взгляд. Он смотрит на неё, она знает. Ждёт поддержки? Или ожидает её ответа? Но Гермиона думает. Ей не кажется эта идея дикой, хоть и не подкрепленной какими-либо определенными, четкими факторами. Лишь сопоставление ситуаций. Достаточно логичное сопоставление. Они вполне могут выиграть время, сбить тот режим, которого придерживается Кингсли. Возможно, даже большего. - Что думаешь? – Несколько взглядов устремлено на неё. Ну конечно, как иначе. Ведь неудача останется именно на её совести. На её соглашении. Кап-кап. Точно. - Я думаю…Предположение Малфоя имеет место быть. Я согласна, Долохов находится во Франции не по ночному Парижу прогуляться, - Она кивает, словно в подтверждении собственных слов. Либо для уверенности. И видит этот взгляд вновь, - В любом случае дождемся Люпина и Тонкс, обсудим с ними. Гермиона ненавидит холод, но после каждого собрания она по привычке выходит на балкон. И так же по привычке тянется к карману, но замирает на пару секунд, выдыхая. Иногда она забывается из-за постоянных мыслей в голове. - Тебе не холодно? – Теплая шаль аккуратно ложится ей на плечи. Гарри стоит рядом, так же смотрит прямо. Но она чувствует лишь напряжение в воздухе, которое застывает каждый раз между ними, хоть и ощущается как в первый. - Есть прикурить? – Она знает, что есть. Гарри тянет ей полупустую пачку, а Гермиона с благодарностью кивает. - Ты вроде бросала, - Добрая усмешка в голосе кажется ей родной. И она сама улыбается, делая затяжку. Выдыхает и задумывается перед ответом. «Бросала». Гермиона бросает уже 8 раз, она бросает на каждый новый год после смерти Джинни. Она дает себе слово «больше никогда не притронусь к этому дерьму», но забывает про обещание, как только приходит после очередной долгой вылазки. - Ты тоже вроде бросал. Они начали курить вместе, Гермиона помнит этот пьяный вечер. А Гарри пропускает мимо её слова, чуть отстраняясь. - Ты уверена насчет идеи Малфоя? Кап-кап. Уверена ли? - Я уверена в нём. – Вырывается неожиданно, как нечаянно брошенная фраза. Гермиона на пару секунд застывает, - Вам всем насрать на Малфоя, а ваше доверие он так и не заполучил. Тем не менее, он пока не заставлял нас нервничать. А при возвращении его воспоминаний? Вы от него не отходите ни на шаг. Он как чертова лабораторная крыса, Гарри. Да и…- Гермиона выдыхает, словно все это время и не дышала вовсе, - Он на моей ответственности. Если в нем не буду уверена и я, то в чем смысл его нахождения в Ордене? Чтобы что? Просто существовать и иногда быть полезным всплесками воспоминаний? Это было резко, Гермиона знает. Она видит это. Видит по напряженному Гарри, по нахмуренным бровям и задумчивому виду. - Дело не в доверии, Гермиона. Ты прекрасно знаешь, что мы просто стараемся быть осторожны и ошибок быть не должно. Эта операция будет стоить многого, и ты… Она не сразу замечает, как смешок вырывается из груди. Смеется, словно Гарри сказал что-то смешное. А он смотрит на неё в удивлении, тянет руку к её плечу, придвигаясь ближе, делает шаг. В этот момент она проживает воспоминания вновь – тело словно помнит, даёт болезненный зов «нельзя». Гермиона отталкивает – лишь взглядом, немым и твёрдым отказом. -10 лет, Гарри, - Она не прерывает зрительного контакта, - Тебе напомнить все те роковые ошибки, которые произошли за эти грёбаные 10 лет войны? Напомнить, как из-за ошибки Артура они подорвали детский дом? А ошибка Невилла?Мы потеряли все наши сбережения в один миг, Гарри. - Я понял, Гермиона – Он звучит спокойно, да и вид у него больше не такой мрачный. Он выглядит расслабленным, - Извини, я думаю…думаю мы действительно забываем ради чего собрались и кто наш враг на самом деле. Она лишь кивает. Гермиона еще думает об этом разговоре. Она думает о своих словах и действиях. Действительно ли стоит идея Драко этих усилий? На самом деле она не может дать четкого ответа почему так хотелось поддержать Малфоя. И, боже, как это лицемерно – но она прекрасно понимает их. Гермиона понимает неуверенность Гарри в Малфое, она понимает косые взгляды Флёр и холодность Люпина по отношению к нему. Что-то внутри настырно ковыряло в ней это желание поддержать его сейчас. Это желание просыпалось в ней каждое собрание, каждый раз, когда Орден насмешливо отказывался от личных стратегий Малфоя. Каждый раз, когда она видела его на кухне в 4 часа утра – склонившегося над картой и собирающего данные из хроники. Гермиона не знает, как охарактеризовать это чувство. Но чувство, что она поступила сегодня «правильно» - не покидало её. И это казалось чем-то странным, ведь границы правильного и неправильного у Гермионы уже давно стёрлись. И чувство правильного не покидало её – даже когда Люпин сообщил ей с утра план действий.

«Вы с Малфоем отправляетесь во Францию…»

С Малфоем.