Глава 17
12 июня 2023 г., 14:40
4 мая 2010 г.
Лос-Анджелес, Калифорния
— Спасибо, что присоединились ко мне сегодня, мисс Старк, я знаю, что у вас очень напряженный график.
Мэгги улыбнулась и пожала руку Ретту Букеру, ведущему программы WHiH Tech News. У него была широкая белоснежная улыбка и крепкое рукопожатие.
— Мне очень приятно, Ретт.
— Пожалуйста, присаживайтесь.
Мэгги села на один из темных кожаных диванов в со вкусом обставленной студии для интервью, разглаживая свой кремовый костюм. Это был не самый лучший вариант одежды, поскольку она все утро боялась, что размажет свою красную помаду, но Пеппер помогла ей подобрать наряд для каждого интервью, которое она должна была пройти в этом месяце, и сказала, что этот идеально подходит.
Она подняла взгляд, осматривая студию для интервью. Она была сделана так, чтобы выглядеть как однокомнатная квартира в Лос-Анджелесе, но чувствовалось, что она очень искусственная — система освещения вокруг пары диванов была промышленной, с целым комплексом камер, направленных на них, а растения были ненастоящими. В комнате было жутко тихо и приглушенно из-за звукоизоляции стен.
Ретт занял место на другом кожаном диване, продолжая улыбаться. Он наклонился к ней, пока оператор и звукооператор настраивали свои параметры.
— Я знаю, что вы уже провели дюжину таких съемок, но мы просто начнем с основных вопросов, чтобы убедиться, что у нас все в порядке со звуком и освещением, а затем приступим к делу.
Мэгги улыбнулась и кивнула. Пресс-группа СИ уже предварительно одобрила все вопросы WHiH, так что она знала, что будет дальше.
Продюсер, мужчина в серебристо-сером костюме, кивнул из-за главной камеры.
— Хорошо, — сказал Ретт, снова обращая свою улыбку на Мэгги. Он скрестил одну ногу на другой. — Пожалуйста, расскажите нам немного о том, кто вы и что привело вас сегодня в студию.
— Я Мэгги Старк, и я здесь, чтобы рассказать о предстоящей выставке Старк Экспо в Нью-Йорке.
— Потрясающе! И, как я понимаю, до начала выставки осталось совсем немного времени — всего три дня, верно?
— Верно, церемония открытия состоится 7 мая, — кивнула она. — Боюсь, что все билеты на церемонию открытия уже проданы, — сказала она с небольшой улыбкой. — Но вы можете посмотреть ее в прямом эфире на сайте "Старк Индастриз", и там есть много билетов на выставки в течение всего года.
Ретт кивнул.
— Расскажите нам немного об истории Старк Экспо. Последняя выставка была целых тридцать шесть лет назад — зачем проводить ее сейчас?
Мэгги сцепила руки на коленях.
— Ну, мой брат может не очень хорошо отнестись к тому, что вы сказали «целых тридцать шесть лет назад», — ухмыльнулась она, — учитывая, что он был рядом в то время.
Ретт рассмеялся, и она продолжила.
— Первая выставка такого рода была проведена в 1941 году, хотя тогда она называлась Всемирной выставкой. СИ тогда была молодой компанией, и мой... Говард Старк хотел продемонстрировать изобретения Старка. На выставке присутствовал молодой Стив Роджерс — Капитан Америка, хотя в то время никто не знал его имени. После войны, в 1954 году, отец переименовал это мероприятие в "Старк Экспо" и проводил его каждые несколько лет до 1974 года.
Она переместилась в своем кресле.
— А в конце прошлого года, во время перестановки в компании, мы с Тони оглянулись назад и поняли, что "Старк Экспо" — это способ воплотить дух лучшей жизни через технологии — способ отпраздновать инновации и пролить свет на великих мыслителей сегодняшнего и завтрашнего дня. К тому же, мне так и не удалось побывать на Старк Экспо. Хочу, чтобы и я побывала, — улыбнулась она. Она потянулась за стаканом воды и сделала глоток. Она репетировала эту маленькую речь.
— Вы упомянули о перестановках в компании, — сказал Ретт, и Мэгги почувствовала, как ее распирает от гордости. — Это были напряженные шесть месяцев для вас, не так ли?
— Да, это так, — улыбнулась она. Ретт не знал и половины.
Мир изменился в тот день, когда Тони сказал: "Я — Железный Человек". Он отправился в миротворческий поход, и это сработало. Его главной целью были Десять Колец, но он привел к периоду относительного мира во всем мире. Он не остановил само существование войны, но стабилизировал шаткие отношения между Востоком и Западом, разыскал и уничтожил все остатки потерянного оружия "Старк Индастриз", а вне костюма поддерживал миротворческие усилия и филантропию по всему миру.
Если бы вы сказали Мэгги в прошлом году, что ее брат будет назван человеком года по версии TIME, она бы рассмеялась. В этом году в ее гостиной висела в рамке обложка TIME с Железным человеком.
Тони был занят миссиями, компанией и выставкой Старка. А Мэгги оставалась.
Она жила дома в своей квартире в Лос-Анджелесе с тех пор, как Тони стал Железным Человеком. Ее наняли в качестве консультанта в "Старк Индастриз", и она помогала Тони перестроить компанию так, чтобы она производила технологии, улучшающие жизнь, а не разрушающие ее: они перестроили подразделение медицинских технологий, углубились в технологии полетов, открыли линию персональных устройств, включая новый Старкфон, и в настоящее время работали над устойчивым источником энергии. Выставка Stark Expo была способом продемонстрировать этот новый путь компании, а также поискать новые таланты и идеи.
Мэгги нравилось работать в СИ, но она намеренно отклоняла любые предложения о руководящей должности. Термин "консультант" был достаточно теневым, чтобы она могла присутствовать на совещаниях и возиться в инженерном крыле, но при этом имела возможность отстраниться, когда ей это было нужно.
Потому что в то время как "Старк Индастриз" и Железный Человек росли в своем значении, росла и Виверна. Конечно, не в той же степени; ее имя не было известным. Но в теневом мире секретов и лжи Виверна стала силой, с которой приходилось считаться.
Мэгги больше не нужно было перемещаться по миру. Она выбирала задания, основываясь на данных собственной разведки, а также на предложениях спецслужб и частных лиц по всему миру. Она охотилась за тенями и призраками, умея находить то, что невозможно найти.
Железный Человек стал иконой — он делал громкую работу, работу, которая притягивала взгляды и передавала сообщения. Мэгги поняла, что может работать в тени, пробираясь через обломки того, что оставил после себя Железный человек, отбирая беглецов и собирая шепотки.
Теперь, когда Десять Колец были практически уничтожены, Мэгги вернулась к охоте на Зимнего солдата. Ведь каким бы холодным ни был след, она всегда возвращалась к нему. Она нашла зацепки для нескольких других преступлений, в совершении которых была уверена, и даже поговорила с несколькими свидетелями. Она глубоко копала в КГБ и его ответвлениях, ведя поиск. Но всякий раз, когда ей казалось, что она подобралась к цели, Солдат просто исчезал.
Она разработала теорию. Преступления Зимнего Солдата растянулись на десятилетия, поэтому она предположила, что, возможно, Зимний Солдат — это титул, мантия, которая передается по наследству: один солдат обучает следующего, а затем следующего. Возможно, ее Солдат еще существует, но даже если это не так, она найдет нынешнего и выследит его хозяина.
— Да, наверное, сейчас напряженное время, — сказал Ретт, возвращая ее мысли к кожаным диванам и яркому искусственному освещению студии для интервью. — Старк Экспо, полная перестройка структуры "Старк Индастриз", брат-супергерой. Как вы находите время на личную жизнь?
Мэгги улыбнулась.
— Забавно, но никто никогда не спрашивает об этом моего брата. — Она наклонила голову. — Хотя я полагаю, что он склонен делать свою личную жизнь очень публичной. — Она покачала головой. — Мне это удается. В настоящее время мне даже приходится отказываться от профессиональных обязательств, которые я бы очень хотела взять на себя.
На прошлой неделе Джейн Фостер написала письмо, приглашая Мэгги посетить ее исследовательский центр в пустыне Нью-Мексико. Это было очень интересно: она занималась исследованием мостов Эйнштейна-Розена, и ей удалось получить финансирование для строительства объекта, оборудования и ассистента. Но Мэгги пришлось ей отказать. В настоящее время у нас очень напряженная работа на выставке, — написала она в ответ, — но, надеюсь, если вы будете там через месяц или около того, я смогу вас навестить. Также дайте мне знать, не хотите ли вы принять участие в выставке!
— И каково это — быть сестрой Железного Человека? — спросил Ретт, слегка наклонившись вперед в своем кресле.
Вот он. Вопрос, который ей задавали, наверное, тысячу раз после пресс-конференции Тони. Вопрос, который задавали все, от маленьких детей до стариков.
Она не возражала против этого — не зря она отодвинула себя в тень, сделала себя настолько неприметной, насколько это было возможно, чтобы иметь возможность выполнять свою работу. Для публики Мэгги была вторым Старком, жила в Лос-Анджелесе полный рабочий день (изредка отлучаясь на несколько дней), работая в "Старк Индастриз" вместе со своим братом-супергероем.
И Железный Человек был... чем-то, чего никто никогда не видел раньше. Мэгги понимала очарование, славу. Людям нужна была ее реакция. Если из-за вопросов людей она чувствовала себя немного оставленной позади, то с этим нужно было смириться.
— Постоянные приключения, — улыбаясь, продолжала она.
Но Ретт не был удовлетворен.
— Да ладно, — сказал он, сверкнув глазами. — Вы были рядом с мистером Старком с тех пор, как он вернулся из Афганистана, и видно, что вы близки. Всем известно, что вы помогали ему создавать доспехи. — Он поднял на нее бровь. — Но вы мало говорили о Железном человеке в прессе. Я знаю, что вы обычно предпочитаете, чтобы о Железном человеке говорил ваш брат, но могу ли я получить от вас честную реакцию?
Мэгги изогнула бровь. Этого вопроса не было в списке вопросов. Она подумала о том, чтобы просто сказать "нет", но потом вздохнула.
— Мне не нравится, что мой брат подвергает себя опасности, — ровно сказала она. — Но я понимаю, почему он это делает. У него есть способность помогать людям так, как никто не помогал раньше, поэтому он это делает. Я не могу им не гордиться. И действительно, если он собирается выйти в мир и избивать плохих парней, я рада, что он в этом костюме. — Она наклонила голову. — Хотя я думаю, что красное и золотое — это перебор.
Ретт рассмеялся.
— А что вы скажете о тех, кто в правительстве — и в обществе — поддерживает военный контроль над броней Железного человека?
Мэгги не сбавила своей приятной улыбки.
— Я бы попросила их внимательно рассмотреть, что произошло в последний раз, когда "Старк Индастриз" предоставила оружие вооруженным силам, и сравнить это с положением дел в мире сейчас, когда Железный человек работает один. — Она встретила взгляд Ретта. Пошевеливайся, приятель.
Он понял намек.
— Итак, вы с Тони, должно быть, рады началу выставки.
Она улыбнулась.
— О, безусловно. Мы так долго работали над этим, что трудно поверить, что она уже почти началась.
По крайней мере, Мэгги думала, что они были взволнованы. Пару месяцев назад что-то помешало энтузиазму Тони. Она не могла определить, что именно, поскольку он по-прежнему ходил на задания и усердно работал в СИ, оставаясь своим обычным обаятельным "я". Но когда выключались камеры и закрывалась дверь перед публикой, блеск исчезал из его глаз. Он стал более сдержанным, запираясь в своей мастерской без Мэгги. Иногда она задавалась вопросом, не тяготит ли его Железный Человек. Трудно было сказать. Ей казалось, что он любит броню, любит летать на помощь людям.
Тем не менее, Тони имел право на свои секреты. У Мэгги их точно хватало.
— Итак, пожалуйста, — улыбнулся Ретт, — расскажите нам о расписании выставки. — Он протянул глянцевую брошюру, лежавшую на подлокотнике его кресла. Но когда Мэгги протянула руку, чтобы взять у него программу, ее ребра протестующе вскрикнули, и она заметно вздрогнула.
— С вами все в порядке? — спросил Ретт, протягивая руку.
— Я в порядке, — натянуто улыбнулась Мэгги. — Просто не сделала утром растяжку. — Она взяла брошюру и села на свое место, едва заметно коснувшись рукой своего бока. Это вызвало новую вспышку боли, вернув ее в темную, туманную ночь в Сингапуре две недели назад.
***
Мэгги следила за объектом: высокопоставленным международным банкиром, имеющим связи с теневым преступным миром, занимающимся кредитованием. Для Мэгги это было относительно небольшое задание. Просто наблюдение, не более того. Но затем, когда она смотрела в бинокль на темноволосого банкира, потягивающего коньяк на кожаном диване, мужчина дернулся. Коньяк выпал из его пальцев. Мэгги смотрела на выплеснувшуюся на пол янтарную жидкость, затем перевела взгляд на банкира. Он был уже мертв: два цветка алой крови просочились в его шелковую рубашку. Мэгги почти ожидала, что застынет на месте. Но вместо этого она закрутилась, натягивая красные очки и осматривая окружающие здания на предмет активности. Когда она заметила, что кто-то бежит по пожарному выходу в четырех кварталах от дома, она поднялась в воздух, двигатели завывали, а кожа покрылась колючками. Она преследовала стрелка еще два квартала. Он держался на крышах, бежал быстрее, чем Мэгги думала, и держался вне поля зрения. Он был маслянистой тенью, скользящей по городу, словно мог просто раствориться в нем. Затем она молнией обогнула небоскреб, чтобы отсечь его. И она увидела руку. Она сверкала в лунном свете, как жидкая ртуть. Человек сдвинулся, его скрытое лицо поднялось, чтобы посмотреть на Виверну, и она заметила красную звезду, сверкающую на его металлическом плече. Мэгги застыла в воздухе, все мысли о преследовании и поимке вылетели у нее из головы. Ей было пять лет, и ее родители погибли в горящей машине. Ее тащили по дороге, слезы застилали ей зрение, а рука была зажата тисками. Ты — моя миссия. Затем трещина рассекла ночной воздух, и Мэгги спасло только неровное движение ее бьющихся крыльев, а пуля Солдата просвистела в дюймах от ее головы. Она взмахнула крыльями, и когда солдат снова поднял винтовку, она стала добычей. Она металась, пытаясь собраться с мыслями и крыльями и при этом не попасть под пулю. Он был прямо там, увертываясь от выстрелов на темной крыше: одетый с ног до головы в черное, с маской, закрывающей нижнюю половину лица, и темными очками на глазах. Если бы не блеск металлической руки, его вряд ли можно было бы заметить. Я даже не искала его, оцепенело подумала Мэгги. Я не готова. Но затем ее мысли выкристаллизовались: ты — моя миссия. Она ловко увернулась от залпа пуль и обратила горящие красные глаза на Зимнего Солдата. Зимний Солдат, тот самый, за которым она охотилась двадцать лет. Он стоял на коленях на крыше, настоящий, из плоти и костей, и стрелял в нее. Моя миссия. Ее крылья взметнулись, и она замерла, готовая к атаке. Солдат, должно быть, почувствовал, что она переключила внимание, потому что в следующую секунду он бросил винтовку и повернулся, чтобы убежать. Мэгги бросилась за ним, ветер свистел в ушах, но это был обман — перепрыгивая с одной крыши на другую, солдат бросил что-то позади себя. Мэгги увидела это, но не успела повернуться. Взрывное устройство сработало со взрывом, который опалил ночь и, казалось, высосал весь воздух из легких Мэгги. Взрыв отбросил ее в сторону, головой вперед, пока она не упала на бок на металлическую пожарную лестницу на крыше здания. Она почувствовала, как ломаются два ребра. Через несколько мгновений она все же поднялась в воздух, задыхаясь от боли, но было уже слишком поздно. Зимний солдат сбежал.***
Мэгги отвлеклась от горьких воспоминаний и обнаружила, что роботизированно говорит по программе Экспо — она уже знала ее как свои пять пальцев. Ребра все еще болели, но еще хуже была боль, которая лизала сердце и поднималась по горлу, словно ее сжигали изнутри. Боль поражения. Она знала, что ей повезло выжить во второй встрече с Зимним Солдатом — возможно, потому, что на этот раз он не был послан убить ее. Они удивили друг друга. Но она знала, что ей должно очень, очень повезти, чтобы снова найти Солдата. Он уже снова стал призраком, не оставив в мире никаких следов, по которым она могла бы его выследить. Сглотнув жаркое чувство, Мэгги постаралась придать своему голосу немного энтузиазма, рассказывая о выставках, которые она помогала разрабатывать: о месячнике медицинской науки с целым выходным днем для протезирования, о выставках летной техники и о ежемесячных вечерах молодежной науки с участием детей. До конца интервью она старалась больше не думать о Зимнем Солдате. Но, казалось, в эти дни он всегда таился на задворках ее сознания: не тот образ, когда он держал ее за руку после автокатастрофы, на этот раз он стоял на крыше, подняв затененное лицо, чтобы посмотреть на нее, красная звезда горела на его руке, как обещание.***
Мэгги возвращалась домой после интервью, встревоженная и усталая. На ее улице ее ждал фургон цветочного магазина. Курьер усмехнулся и протянул ей огромный букет красных роз, завернутый в золотую бумагу. Это аляповатое сочетание цветов могло означать только одно, и, когда Мэгги проверила приложенную карточку, там было написано: Не слишком ли это перебор? Конечно, он уже видел запись интервью, — вздохнула Мэгги. Она вошла в свою квартиру и достала телефон, чтобы написать Тони: Ха, ха. Он ответил: Придешь на ужин? Пеппер заказывает тайскую кухню и, вероятно, заставит меня работать. Мэгги сняла туфли на шпильке. У меня планы, извини. Увидимся на работе в понедельник. Она переоделась в более повседневную одежду, проверила время, затем взяла свою сумку и снова направилась к двери. У нее была миссия, на которую она должна была попасть.***
Штаб-квартира Щ.И.Т.а, Нью-Йорк — Агент Бартон, пройдите со мной. Клинт Бартон поднял голову, заметил агента Фила Коулсона, идущего по смежному коридору, затем кивнул и последовал за ним. Коулсон был одет в свой стандартный костюм, а на Бартоне был темный тактический костюм, который он предпочитал. — Сэр, — поздоровался он. Коулсон вежливо улыбнулся ему. — Обычно я бы запланировал это, но дела идут неважно, и я должен отправиться в Трискелион. Я подумал, что мы проведем ваш еженедельный брифинг по заданию сейчас. — Хорошо, — кивнул Бартон. — У меня нет с собой моих записей… — Ничего страшного, просто дайте мне знать о ваших успехах. — Если быть до конца честным, сэр, то успехи невелики, — язвительно сказал Бартон. Их шаги казались громкими на хорошо отполированных полах базы. — Пока что я просто просматриваю все имеющиеся разведданные, но мне трудно обнаружить какие-либо действенные зацепки. Именно так проходило большинство его брифингов с тех пор, как Клинту поручили дело Виверны пару месяцев назад. В марте Виверна, теневой, технологически усовершенствованный охотник за головами, в одиночку уничтожил целую банду торговцев людьми в Сербии. Щ.И.Т. уже некоторое время знала о существовании Виверны, но эта акция внесла её в список "Идентификация и контакт", и Клинт был назначен на это дело. После того, как он установит личность и контакт, SHIELD будет решать, является ли Виверна той, кого они хотят нанять, или той, кого они хотят остановить. Последним таким человеком, которого ему поручили, была Наташа, и он пошел против указаний Щ.И.Т.а. Коулсон надеялся, что это задание будет немного проще. Однако все складывалось иначе. — Была ли Виверна активна с момента вашего последнего брифинга? — спросил Коулсон. — Нет, насколько я могу судить. И я до сих пор не могу определить место её базы. Разведывательные данные, которые она посылает, отправляются в то ведомство, которое лучше всего сможет на них отреагировать, и она выполняет задания по всему миру — я не вижу в этом никакой закономерности. Я также не знаю, как она узнала о Щ.И.Т.е. — Щ.И.Т. не объявлял охоту за головами, но несколько месяцев назад Виверна начала время от времени посылать им разведывательную информацию. Клинт провел рукой по волосам, досадуя на себя. — Думаю, у меня есть несколько зацепок относительно потенциальных целей Виверны. Так что я собираюсь проследить за этим, может быть, что-нибудь прояснится. — Что ж, продолжайте в том же духе, — вздохнул Коулсон. — Кто бы это ни был, он не может оставаться скрытым вечно. Клинт кивнул. — Вы уже возвращаете Нат в строй? — У нее свое задание, — сказал Коулсон с улыбкой. — Фьюри курирует ее, и пока они держатся на расстоянии, но я думаю, что он скоро введет ее в игру.***
5 мая 2009 г. Гибралтар В густом лесу, прижавшемся к берегу Гибралтарской скалы, Мэгги натягивала снаряжение для своей миссии. Несколько недель назад она столкнулась с международным преступным синдикатом, который, как она узнала позже, зарабатывал на синтетических наркотиках и отмывании денег. Хуже того, недавно она узнала, что они тестировали свои наркотики в бедных общинах в регионах, где их никто не защищал. Она еще не выяснила, кто их лидер, но узнала, что их фабрика находится в Гибралтаре. И вот она здесь. Мэгги натянула свой прочный бронированный летный костюм: она разработала для него легкую кевларовую ткань темно-серого цвета с бордовыми панелями. Костюм защищал от ножей и пуль и был растянут от шеи до лодыжек. Вместе с летными ботинками, когтистыми перчатками, колпаком и очками он казался второй кожей. Костюм сидел плотно — она тренировалась при каждом удобном случае, занимаясь боевыми искусствами, ловкостью, меткостью и полетами, и нарастила мышцы. Мэгги протянула руку к спине, проверяя, чисты ли два отверстия, прорезанные в спине летного костюма. Ее пальцы скользнули по ткани и нащупали металл. В январе Мэгги перенесла операцию. Она полагала, что некоторые люди могут назвать то, что она сделала, чудовищным, ужасным поступком. Конечно, это была экстремальная форма изменения тела. Но для нее это было больше похоже на... превращение в человека, которым она должна была стать. Насколько знала Тони (и ее врачи), операция заключалась в том, чтобы вправить спинные пластины, которые немного сместились с возрастом. То, что Роуз деактивировал механизмы, беспокоило Мэгги, и она хотела обновить технологию. Мэгги также попросила хирургов установить дополнительные механизмы: у нее уже были металлические провода, передающие ощущения и связь вверх и вниз по телу, а теперь у нее было два небольших металлических порта в центре спины, по обе стороны от позвоночника. Так будет легче обновить технологию в будущем, сказала она врачам, и, доверившись ее гению, они пошли навстречу. Операция оказалась не такой уж инвазивной, и на восстановление ушло всего несколько недель. Теперь она была уверена, что механизмы, извивающиеся вверх и вниз по позвоночнику, не могут быть отключены никакими электронными деактиваторами, и у нее было два внешних напоминания о том, что она всегда будет частично машиной. Порты были размером с мяч для гольфа в диаметре, кожа вокруг них была чисто заживлена, так что был аккуратный переход от плоти к металлу. В деактивированном состоянии порты были гладким металлом с тонкими дугообразными бороздками на поверхности. При активации желобки раскрывались, отодвигаясь назад, открывая механические углубления глубиной до костяшек пальцев. Убедившись, что порты чисты, Мэгги присела, подхватила крыльевой ранец и перекинула ремни через спину. Он мгновенно раскрылся. Мэгги закрыла глаза, когда почувствовала, как порты на спине активизировались и с жужжанием разомкнулись. В тот же миг металлический комок на ее спине начал двигаться, и два механических порта вошли в крепления на ее спине. Она стала частью крылатого ранца, а он стал частью ее. Несколько металлических жгутов протянулись вокруг груди Мэгги и до плеч, полностью стабилизируя соединение и центрируя ее тело. Как будто ее обнимали крылья. Когда крылья раскрылись, широко раскинувшись по обе стороны от нее, Мэгги испустила вздох. Она все еще не привыкла к приливу чувств. Кроме металлических креплений, Мэгги пришлось на удивление мало изменить в своей внутренней проводке. В течение двадцати лет Мэгги пользовалась машинами, которые считывали ее биологические сигналы и преобразовывали их в ощущения и движения. Установив связь со своими крыльями, Мэгги обратила этот процесс вспять: перевела механические показания и связи в биологические. И это сработало. Когда Мэгги стояла на лесной подстилке, ее крылья нахлынули на нее: она почувствовала место их соединения со спиной — теплую точку с проводами и нервными окончаниями, пульсирующую информацией и силой. Она чувствовала, как поднимаются и опускаются крылья при каждом вдохе, ощущала слабый шум ветра на каждой углепластиковой поверхности. Мэгги стерла грань между металлом и плотью. Крылья напрямую считывали сигналы ее тела — ей больше не нужно было летать с помощью ручного управления, ведь крылья были частью ее самой. И теперь она могла читать крылья. Она могла их чувствовать. Тони носил свой металл как броню. Металл Мэгги был внутри ее костей, внутри ее тела. Когда крылья развернулись на ее спине, она почувствовала, что металл живет в ее разуме и сердце. Раньше она чувствовала давление ветра на крылья, как моряк чувствует, как наполняются и ослабевают паруса его корабля. Но теперь, стоило кому-то провести пальцем по ее крылу, Мэгги вздрагивала, как будто он касался голой плоти. Мэгги не приходилось ни с кем объясняться, поэтому крылья просто... были. Как будто у нее вырос тайный набор дополнительных конечностей. Но она знала, зачем она это сделала. Потому что она знала, что крылья — это часть ее самой, как будто с самого рождения ей их недоставало. Они были её частью, как и протез ноги. И она не могла упустить возможность сделать их по настоящему её. И ее полет улучшился во много раз. Мэгги летала так, словно была рождена для этого. Еще раз проверив снаряжение, Мэгги запустила двигатели и одним взмахом крыльев взмыла в небо. По спирали она поднялась в темноту, оставив лес позади, — существо из металла, плоти и воздуха. Мир рассыпался под ней. Она чувствовала, как ветер давит на ее натянутые углепластиковые мембраны и свистит в ушах, ощущала влажность воздуха, собирающуюся в виде влаги на металлических кончиках крыльев, ее мышцы растягивались и горели, когда она рассекала небо. Мэгги задумалась, должна ли она испытывать страх. Но она не чувствовала страха во время полета — нервозность — иногда, как жужжание внизу живота, но не страх. Ей никогда не приходило в голову бояться этого, а сейчас, похоже, было не время начинать. Когда в поле зрения появилась фабрика по производству наркотиков, глаза Мэгги сузились за светящимися красными очками. Готова она или нет…***
Три часа спустя Мэгги вывела свой чартерный самолет из Севильи и взяла курс на Штаты. Затем она достала компьютер Виверны и отправила разведданные в местную полицию Гибралтара и Интерпол. В эти дни она заканчивала свои разведывательные пакеты не своим именем, а изображением: Два черных крыла с изгибом между ними, напоминающие тело виверны. Зевнув, Мэгги вытерла разбитую губу и осторожно нанесла крем на след от ожога под челюстью — произошел взрыв, и расплавленный осколок попал ей в узкую щель между капюшоном и костюмом. Проблема, которую следовало устранить. Как только компьютер пикнул, сообщая, что разведданные доставлены, Мэгги закрыла компьютер, затем откинулась в кресле пилота и стала смотреть на горизонт. Время шло, Мэгги чувствовала, как Виверна медленно удаляется от нее, и, свернув свои металлические когти и закрыв крылья, возвращается в себя. Она была готова сражаться еще один день.***
6 мая 2009 года Нью-Йорк — Спасибо, что пригласила меня на обед, Пеппер, — сказала Мэгги, садясь за столик в ресторане напротив Пеппер. — Я знаю, что ты тоже была занята на выставке, очень мило с твоей стороны организовать это. — О, хорошо, — сказала Пеппер, тонко улыбаясь. Ее глаза пробежались по лицу Мэгги. — Давно пора было это сделать. Они обе были в городе к началу завтрашней выставки, и в перерывах между бешеными приготовлениями в последнюю минуту Пеппер сказала Мэгги, что заказала столик на обед, только для них двоих. Они нечасто проводили время наедине, и Мэгги не знала, почему. Ей нравилось общество Пеппер. Они заказали еду и напитки, а затем в течение нескольких минут обсуждали подготовку к выставке. Они обе были в рабочей одежде: Пеппер — в тонком угольном платье-карандаше, а Мэгги — в синем костюме с закатанными до локтей рукавами пиджака. Когда принесли еду, Пеппер сделала глоток из своего бокала. — Так как у тебя дела, Мэгги? Вне работы? Мэгги наклонила голову. — Просто отлично, спасибо. Хотя работа отнимает у меня больше времени, чем следовало бы. Пеппер прикусила губу. — Я знаю. А ты… — она пригнула голову, чтобы откусить кусочек равиоли. "Как проходят свидания? Ее губы дрогнули. — Свидания? Пеппер слегка покраснела, но затем сделала жест, который явно должен был быть непринужденным. — Ну, твой брат явно адаптировался к возвращению, как мы видели в таблоидах, но я хотела спросить о тебе. Ты с кем-нибудь встречаешься? Мэгги подняла брови. — Я... нет. Во всяком случае, не больше чем на ночь. — К чему все идет? Пеппер прочистила горло. — Я хотела поговорить с тобой, Мэгги, о... ну, об отношениях. — О? — Да. Я знаю, что у тебя не было серьезных отношений — ну, не тех, о которых ты мне рассказывала… — на мгновение взгляд Пеппер стал острым, ищущим — ...и я подумала на днях о беседе, которую мне провела мама, когда я была подростком, и я… — О чем это, Пеппер? — спросила Мэгги, нахмурившись. Она никогда раньше не видела ее в таком состоянии. Пеппер вздохнула, затем посмотрела Мэгги в глаза. — Ты — гений. Это бесспорно, и я это знаю. Но я просто надеюсь, что ты знаешь, что... в отношениях, даже тех, которые могут казаться любовными, человек, который говорит, что любит тебя, может причинить тебе боль. Эмоционально и физически. Это случается гораздо чаще, чем ты думаешь, этот вид... насилия. И это неприемлемо. — Она протянула руку через стол и взяла руку Мэгги, на которой лежала ее вилка. — Ты заслуживаешь столько любви, Мэгги, уважения и безопасности. Если кто-то не дает тебе этого… — Подожди, подожди, — сказала Мэгги. Она чувствовала, что ее мозг морщится. — Что? Но тут взгляд Пеппер переместился на ее разбитую губу и ожог на челюсти, и что-то внутри нее задрожало. О, Пеппер. Мэгги задумалась, как давно у нее возникло это подозрение. Пеппер замечала ее мелкие травмы на протяжении многих месяцев, но Мэгги не думала, что придет к такому выводу. Она должна была заподозрить это еще вчера, когда вернулась с задания, и Пеппер спросила об ожоге со слишком острой ноткой в голосе. Мэгги сказала ей, что обожглась, пока выпрямляла волосы, но Пеппер определяла ложь лучше, чем она думала. Пеппер продолжала. — Мэгги, ты можешь рассказать мне все, что угодно, надеюсь, ты знаешь, что… — Все не так, — поспешно сказала Мэгги. Она сжала руку Пеппер. — Я клянусь, это не то, что ты думаешь. Спасибо тебе, правда, за заботу. Это действительно много значит. Но тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я справлюсь. — Она ободряюще улыбнулась. Пеппер не выглядела убежденной. Тогда Мэгги прибегла к грязному приему, чтобы отвлечь Пеппер от мыслей, которые она не могла объяснить. — Когда ты заговорила об отношениях, я подумала, что ты собираешься сказать мне, что встречаешься с Тони. Пеппер сильно покраснела и уронила руку. — Я... нет, Боже, нет, Мэгги, я не хотела создать такое впечатление… — Все в порядке, — засмеялась Мэгги. Она потрогала крыло своего носа. — Твой секрет в безопасности со мной. Глаза Пеппер сузились. Возможно, это был слишком серьезный шаг. — Нет никакого секрета. Они оба вернулись к еде на несколько мгновений, каждый обдумывал то, что сказал другой. В конце концов, Пеппер нарушила молчание. — Я серьезно, Мэгги. Что бы это ни было, ты можешь рассказать мне все. — Ее голубые глаза были серьезными и обеспокоенными. Мэгги улыбнулась и снова потянулась через стол, чтобы взять ее за руку. — Я знаю.***
7 мая 2010 года Флашинг Медоуз, Нью-Йорк Когда Железный Человек пролетел через крышу стадиона Старк Экспо и с грохотом приземлился на сцену, огромная толпа разразилась радостными криками. С крыши стадиона и со сцены взлетели фейерверки, а вереница танцовщиц танцевала под песню "Shoot to Thrill". Они специально устроили все как концерт — ни Тони, ни Мэгги не хотели, чтобы Экспо была каким-то сухим научным шоу. Это был фестиваль науки. Железный человек поднял руки, и роботы-сборщики вокруг него ожили и начали разбирать броню. Толпа снова заревела, размахивая руками в воздухе. Вспыхнули огни, музыка зазвучала на стадионе, и все вокруг ожило от волнения. За кулисами Мэгги исполняла танец "Shoot to Thrill" в такт танцорам, вращаясь и отталкиваясь ногами. Пеппер, стоявшая неподалеку с гарнитурой, смеялась над ней. Мэгги видела, как танцоры репетировали хореографию около пятидесяти раз, и ей было чем заняться за кулисами. К тому же это заставило Тони закатить глаза, когда он увидел ее вчера. Шум толпы усилился еще больше, и Мэгги, танцуя, оглянулась через плечо, чтобы увидеть, что Тони полностью вышел из доспехов Железного Человека и поклонился зрителям. Через несколько мгновений песня закончилась, и танцоры ушли за кулисы, несколько из них по пути поприветствовали Мэгги. Затаив дыхание, Мэгги прислонилась к кулисам и наблюдала за Тони, когда он повернулся, очаровательный и элегантный в своем новом костюме, впитывая одобрительные возгласы толпы. — Вы скучали по мне? — позвал он, его голос усиливался динамиками по всему стадиону. — Взорвите что-нибудь! — крикнул кто-то. — Взорвать что-нибудь? Я уже сделал это, — рассмеялся Тони. Он посерьезнел, затем поднял руку. Он начал свою очень не скромную речь, и Мэгги, улыбаясь, качала головой, слушая ее. Толпа поглощала его, смеясь над его шутками и аплодируя всякий раз, когда он делал паузу. Мэгги услышала женский крик "Я люблю тебя, Тони!". — Пожалуйста, дело не во мне, — сказал Тони с язвительной улыбкой. — Дело не в вас. Дело даже не в нас. Дело в... наследии. — Мэгги вздохнула. — Речь идет о том, что мы хотим оставить после себя будущим поколениям. Вот почему в следующем году, впервые с 1974 года, лучшие и самые умные мужчины и женщины стран и корпораций всего мира объединят свои ресурсы, поделятся своим коллективным видением, чтобы оставить после себя светлое будущее. — Дело не в нас, — повторил Тони, его лицо было торжественным и решительным. Вот и человек за маской, подумала Мэгги, улыбаясь. — Поэтому, если что и говорить, то добро пожаловать обратно на Старк Экспо! Толпа снова разразилась аплодисментами. — А теперь, специально приглашенный гость из потустороннего мира, чтобы рассказать вам о том, что все это значит — поприветствуйте моего отца, Говарда. Тони еще раз поклонился и ушел со сцены налево. Экран позади него изменился, показывая кадры из фильма, на которых был изображен мужчина в строгом синем костюме, с сильными и красивыми чертами лица. — Все достижимо с помощью технологий, — сказал Говард Старк. Мэгги несколько мгновений смотрела на своего отца, позволяя его голосу и его словам овладеть ею. Она уже видела эти кадры, но сегодня, когда тысячи глаз смотрели на него, все было по-другому. Толпа затихла, свет экрана освещал их лица, и они слушали Говарда Старка с торжественным уважением. Мэгги никогда не знала, чтобы он выглядел так молодо. Усы она помнила, но в ее воспоминаниях они были белыми. На мгновение она почувствовала себя совсем маленькой. Нахмурившись, Мэгги повернулась и поплелась через закулисные проходы, пробираясь за массивный экран и к левой сцене. Ей не потребовалось много времени, чтобы найти Тони. Он стоял недалеко от сцены, потягивая воду из бутылки Старк Экспо, и хмуро смотрел на маленькое серебряное устройство в своей руке. — Что это? — спросила она, подкравшись к нему сзади. Он оглянулся через плечо, засовывая устройство в карман. — Геймбой. Мэгги вскинула бровь, но не стала допытываться. Тони взглянул на ее раскрасневшееся лицо. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не танцевала снова. — Что? — усмехнулась она, даже поправляя волосы и разглаживая костюм. — Он запоминающийся. Тебе повезло, что я не станцевала его на сцене. — Ее глаза сверкнули. — Может быть, я так и сделаю. — Не думаю, что интернет готов к этому. — Тони оглянулся через плечо, когда Говард говорил о Городе Будущего. — Папа все еще говорит, ты через две минуты. Мэгги подняла голову и посмотрела на лицо отца, нависшее над ней. — Это была хорошая идея, Тони. Но ты не должен выставлять его на парад только потому, что думаешь, что этого ждут люди. — Старк Индастриз — его детище, он основал Старк Экспо. Было бы странно, если бы мы его не отметили. Мэгги покачала головой, затем потянулась, чтобы обнять Тони. Он похлопал ее по спине. — Ты тоже его детище, Тони. Мы оба. Он совершил великие дела, но... теперь нам предстоит сделать свое собственное наследие. Они отстранились друг от друга, и Тони посмотрел на нее, выражение его лица было мягким и почти... грустным? Но фильм уже подходил к концу. Мэгги улыбнулась. — Мне нужно кое-куда сходить. — Сломай ногу, — язвительно сказал он. Она пошла прочь, направляясь к своей позиции, но на мгновение задержалась, чтобы окликнуть его через плечо: — У меня осталась только одна!***
Через минуту Говард на экране улыбнулся и сказал: — Старк Экспо. Добро пожаловать. Толпа снова зааплодировала. И вскоре после того, как экран снова потускнел, светящаяся панель на сцене снова начала двигаться. Люди кричали и показывали пальцами, когда платформа разделилась, показав фигуру, поднимающуюся из-под нее. Мэгги широко улыбнулась в мигающих огнях, когда она появилась из-под сцены, поднявшись на светящуюся платформу, и не поморщилась, когда нарастающий рев толпы врезался в нее. Не такой громкий рев, как при появлении Железного Человека, но за Тони было трудно угнаться. Кроме того, Мэгги решила, что такой вход будет уместен: Тони влетел сверху, как метеор, а она подкралась из тени под землей. Когда панель с шипением поравнялась со сценой, Мэгги сошла с нее и повернулась, помахав толпе. На ней был строгий бордовый костюм и острая улыбка, а также пара черных туфель на каблуках, которые щелкали при каждом шаге. — Добро пожаловать на Старк Экспо! — воскликнула она, микрофон, прикрепленный к ее куртке, подхватил ее голос и усилил его во сто крат. Тони был шоуменом в семье, но Мэгги не упустила гены Старков, и она не боялась. Она впитывала аплодисменты и свист, ухмылялась и махала руками, не позволяя огромной сцене поглотить ее целиком, но владея ею. Она не так часто появлялась на публике, и знала, что людям это интересно. Когда аплодисменты стихли, она перестала вышагивать. — Я знаю, что не так хорошо умею выходить на сцену, как мой брат, — сказала она, подмигнув, и раздался смех. — Но прежде чем мы вернемся к танцам и фейерверкам, я хочу рассказать вам о том, что вас ожидает в этом году. Она щелкнула пальцами, и позади нее открылась дюжина других секций сцены, панели поднялись вверх, чтобы показать дюжину тщательно отобранных изобретений, сверкающих, светящихся, жужжащих и вызывающих восхищенные возгласы толпы. Мэгги сделала жест позади себя, затем снова повернулась к зрителям. — Давайте посмотрим, а?***
После церемонии открытия Мэгги дала несколько интервью прессе, ее глаза начали болеть от мигающих огней. Она только что отошла от интервью с репортером CNN, когда в кармане зажужжал телефон. Она поднесла его к уху. — Мэгги у телефона. — Привет, Мэгс. — Тони? — Она слышала шум автомобильного двигателя на фоне его звонка. — Вы с Хэппи уже уехали? — Да, мне только что вручили повестку на утреннее заседание сенатского комитета по вооруженным силам. Мэгги ущипнула себя за переносицу. Просто идеально. — Ну... мы знали, что это произойдет, не так ли? Все будет хорошо… — Повестка только для меня, к счастью, не для тебя. Мэгги вздохнула. — Я сяду на ближайший рейс до Вашингтона, я должна быть там в любом случае. Ты на самолете? — Неа, мы с Хэппи поедем на машине. Она закатила глаза. — Увидимся в Вашингтоне, я думаю.
