Моя месть будет жестокой и болезненной.

7:40. Громким и шумным звуком будильник подал сигнал о том, что пора вставать.

31 первого августа  Ян Чонин обещал себе, что проснётся раньше, чем его разбудит будильник. Но всё обернулось наоборот. Его мягкие, слабые пальцы наполовину сжимали тёплое одеяло, из которого невозможно выбраться, если ты уснул под ним.

Чонин любит спать, но ненавидел опаздывать. Впрочем, он и не опаздывал; это его первый день в новом университете. Пары начинались в 9:00, это он точно помнит, поэтому поставил будильник на 7:40. Наконец-то Чонин осознаёт, что будильник зазвенел не во сне, и решает резко открыть глаза. Но и 5 секунд не прошло, как он их сразу же закрыл: мягкие, яркие и тёплые лучи солнца выглядывали из плотных штор и освещали комнату. Они ослепили Чонина, у которого остался след лучей в  глазах. Он неохотно откидывает от себя одеяло, в котором хотел провести вечность. Чонин переворачивается на другой конец кровати и ставит ноги на пол. В глазах Яна чуть потемнело; низкий гемоглобин говорил за себя. Громкий звук будильника не умолкал и все также бил по ушам. Чонина это раздражало, поэтому он мигом подошёл к будильник и с громким хлопотом выключил его. Его родители не живут с ним. Они сильно любили его, но всё же отпустили Чонина в зрослую, самостоятельную жизнь, которая редко обретала яркие краски. Но всё же Ян Чонин был жизнерадостным человеком, который находил в каждой грустной вещи что-то весёлое и радостное. Одним словосочетанием – душа компании. Его друзья, Ли Феликс, Ким Сынмин и Хан  Джисон дети богатых родителей, которые владели одной крупной компании и работали над ней, в том числе и родители Чонина. Ребята часто гуляли вместе, собирались по ночам и ехали в клуб на машине Хана. Только у него были права, ведь Джисон самый старший из них. Чонин был самым младшим, поэтому не пил в клубах. Хёны всегда его защищали, не давали в обиду. Мальчики учились в одной школе, их знали как самую шумную и весёлую четвёрку, которая часто попадала в кабинет директора. Закончив школу, они все вместе решили подать заявку на Сеульский университет, вскоре они все прошли туда. Сегодня их первый день. Чонин раздвигает плотные, темные шторы, которые всю ночь закрывали вид на прекрасный город. Он жил в самом цетре, где никогда не было тихо. Университет был в пяти шагах от его квартиры, поэтому спешить некуда. Пару минут, и он уже поправил кровать и переоделся. Чонин стоит возле зеркала и расчёсывает свои мягкие, светлые волосы. Ян тщательно ухаживал за собой, следил за питанием и часто гулял. Родители разрешали ему всё, что и сделало его таким заботливым к самому себе. Конечно, у него не была хорошая самооценка, но и  Чонин не считал себя уродом. И он не вырос таким разбалованным: всё время ограничивал себя, чтобы не тратить много денег. Одним словом – мальчик-сказка. Чонин, закончив, пошёл на кухню заварить себе кофе. Свет лучей проникал в кухню и освещал её настолько, что у Яна начали болеть глаза. Сделав себе кофе он сел за стол, приготовил завтрак и засел в телефон. Там он увидел уведомление от с Сынмина. Сынмин:"Доброе утречко. К тебе итди?" Чонину стало тепло в душе. Друзья с ним переписывались только тогда, когда он не мог прийти или что-то на подобии этого:обычно они общаются не по телефону. Чонин:"да, конечно. Можешь сразу заходить в квартиру, когда придёшь." 8:20. Чонин уже позавтракал и ждёт Сынмина. Дружба у них была крепче всех в их компании. Они были всегда вместе, часто ночевали друг у друга, на уроках сидели за одной партой, в общем – не разлей вода. Возможно, у Сынмина особые чувства к Чонину, либо же наоборот. Возможно, между ними что-то есть, но никто не знает. Знает только они сами. Всё, что происходит между ними, так и останется только между ними. Стук в дверь. Чонин сразу же выскочил из-за стола и побежал к входной двери. Он ждал Сынмина с нетерпением. Как будто маленький сын дожидается своей матери, когда она припозднилась, или не возвращалась домой несколько дней. Сердце билось с бешеным ритмом, а душа кричала. Наконец, наконец-то он пришёл. Дверь распахнулась. В квартиру зашёл высокий, темноволосый парень с осветлённой чёлкой. На нём было худи, темные оверсайз штаны и много украшений. Сынмин был необычно красив. Его яркая, завораживающая улыбка не могла не заинтересовать каждую мимо проходящую девушку. Парень, подобен ангелу. Ян Чонин сразу же тепло обнял Сынмина, ведь такой тактильный человек, как Чонин, очень любит объятия. Мальчики долго обнимались, согревали друг друга своими телами, но потом чуть отстранились, чтобы не задерживаться. Чонин осматривал своего друга, проводил взглядом длинные линии с головы до ног. Будто он не осматривал, а проводил эти линии своими длинными бледными пальцами. Сынмин в это время посмотрел на время. 8:34. – Чонин, может пойдём? Не дай бог, если мы опоздаем, либо придём не вовремя в первый день. Блондин ярко улыбнулся, тем самым показав свои углублённые ямочки на щеках. – Мы же успеем, не волнуйся ты так. Университет в пяти минутах от нас, спешить некуда. – Может мы просто пойдём? – Да, хорошо. Ян Чонин быстро обул свои белые кроссовки, закрыл свою квартиру и ребята двинулись в университет. Тёмная улица вновь обретала яркие краски с восходом солнца. С приходом осени Чонин смотрит на внешний мир по другому. Летом мир обретал красно-желтые оттенки с зелёным цветом молодых, вкусно пахнущих деревьев, цветов и  кустарников. 1 сентября. Вроде и лето было буквально вчера, но на душе так сыро и тускло. Для кого-то время бежит очень быстро и незаметно. А для кого-то это время, словно ад, специально идёт медленно и постепенно. Но время идёт само по себе, в своём ритме, и не медленно, и не быстро. Каждый человек тратит своё время по-своему, и даже может этого не заметить. Иногда кто-то тратит свои часы, годы жизни в адских мучениях, которые, казалось бы, могли не закончится. Но в итоге всё равно умирает. Мы все вскоре можем умереть; в любую минуту, секунду, в одно мгновение. Жизнью нужно наслаждаться, каждым риск, каждый момент может оказаться последним. Жизнь словно лезвие острого ножа: опасна и может ранить в самое сердце. Ребята уже и не заметили, как быстро они пришли в университет. Сам университет представлял собой огромное, белое, четырёхэтажное здание с большими коридорами. Зайдя внутрь парни увидели вахту. Пройдя через неё, Сынмину и Чонину дали пропускной билет и номер от шкафчика. – Чонин, какой у тебя номер шкафа? У меня 75. – Я думал мы не будем рядом. У меня 74, – блондин посмотрел на Сынмина искренними глазами с ярким бликом от лучей. – Воу, повезло. Даже шкафы рядом. Ребята улыбнулись друг другу и пошли по длинному коридору, в конце которого была дверь в кабинет. Им было некомфортно в новом месте, были сами не свои. Будто маленькие мальчики, которых отвезли в лес, оставив одних выживать. Мимо них проходили студенты, но знакомых лиц так они и не увидели. Ребята знают только одно; что в этом университете должны быть Хан и Феликс. Через широкие окна в коридоре проходили лучи яркого солнца. Дойдя до конца коридора, Сынмин и Чонин увидели, что это тот кабинет, в котором они должны учиться. По спине Чонина прошлись муражки. Что же, это его первый день, и он не хочет облажаться. Он не хочет проявить на себе плохое впечатление, чтобы на него косо смотрели. Сынмин же, наоборот: даже и не старался думать о плохом. Он представляет, как ходит по коридорам с шумной компанией вместе с Чонином, представляет о том, как его будут любить, восхвалять и брать с него пример. Сынмин с лёгкостью может набрать популярность, сам того и не заметив. Дверь распахнулась со скрипом, и ребята увидели много молодых студентов, занимавшиеся своими делами. Сынмин осмотрел пространство и, нашёв самое комфортное для Чонина место повёл его за собой. Они сели спереди Феликса и Хана, которые что-то разбирали в словаре и не увидели Чонина с Сынмином. Разложив свои вещи, они начали разговаривать на разные темы. С Сынмином никогда не было скучно. Он имел прекрасное чувство юмора и придумывал шутки на ходу, чтобы развеселить ребят. Чонин уже плачет от смеха, улыбается во зубы, сверкая своими ямочками. Без Сынмина мир для Чонина казался серым и тусклым, но блондин все также искал что-то жизнерадостное и без компании. Чонин любит гулять по аллея, лесам и по паркам. Он считал это небольшой прогулкой. Больше всего он любит гулять ночью, когда никого нет. Тишина, спокойствие и лёгкий ветер – всё, что нужно для комфорта Чонина. Ночь пробирается в сердце блондина и не выходит оттуда, словно нужная деталь нашла своё целое и идеально подошла к нему. 9:00. В кабинет зашёл высокий, крупный мужчина со светлыми волосами. На вид ему было примерно 23 года. Стройный, накачанный человек подошёл к столу, разложил вещи и начал вести лекцию об экономике и социалистике. Чонин, Сынмин, Хан и Феликс поступали на одно образование. Они все были хороши в создании программ и в экономике, поэтому поступили на программистов. Мужчина представил себя как Бан Кристофер Чан – преподаватель с высшим образованием. Он объяснял умело и понятно, чтобы новые студенты понимали, о чём идёт речь. Это было невероятное умение, которое объясняет, что человек работает тут не один год. Вся четверка быстро понимала, каждый  записывал важные предложения для себя, вникали в тему, иногда сидели в телефоне, но не долго. Время пролетело как одно мгновение, ребята и не заметили, как пары закончились и начался обед. У студентов есть час, чтобы сходить в магазины, кафе, либо в буфет, чтобы перекусить. Феликс и Хан встали и подошли к младшим, чтобы спросить куда они пойдут. Чонин страшно проголодался, в животе так крутило, что ему это напоминало барабан в стиральной машине. Нет мыслей, кроме еды. Сынмин, заметив это достал из своего шопера еду, которую он оставил на всякий случай и протянул Чонину. – Держи, угощайся. А то от голода умрёшь. – Спасибо тебе, Сынмин. Что бы я без тебя делал. Чонин засиял от доброты своего друга. Ямочки в щеках продавливали в полости рта, но Чонин уже привык. Он аккуратно открыл бокс с едой, достал оттуда пару тостов и начал есть их. Голод пробуждал в нём дикий аппетит. От Сынмина шёл сладкий, завораживающий запах, настолько сладкий, что Ян бы скоро не удержался и набросился бы на него. Чонин стал откусывать вкусный ланч зубами, а потом медленно пережёвывал, чтобы насладиться вкусом. Божественно. Феликс, Сынмин и Джисон ждали, пока их маленький мальчик наесться и наберётся сил, чтобы прогуляться вокруг университета. Они всегда были вместе, и не бросали своих же в беде. После школы они некоторое время не общались, потому что не знали, кто куда пропал. Но вскоре ребята нашлись и снова вместе. В то время, как младший доел, компания встала и пошла в сторону двери, чтобы изучить университет. Вышев из кабинета, все пошли в левую сторону коридора. Незнакомые лица окружали со всех сторон, оставляя в голове пустоту после себя. Среди них были старые одноклассники, на которых компании было плевать. Ян Чонин иногда оглядывался, в мыслях у него было: "О, этого я в школе обижал. Интересно, он помнит меня?" И вот, дойдя до начала коридора они увидели высокого, темноволосого Хван Хёнджина – брата Ян Чонина. Они были сводными братьями: мать ушла к другому мужчине с Хёнджином и потом от него родила сына, взяв фамилию "Ян". Но братья очень сблизились. Чонин считает Хёнджина ангелом, посланным из рая. Хван был идеальным братом для Чонина, и даже в трудные минуты он всегда был рядом. Всегда старался чаще приезжать к нему. Хёнджин владел своей галереей, самой известной в Сеуле. Он прекрасно рисовал и продавал свои картины, некоторые вешал там. Его картины и потреты стали самыми наилучшими и качественными в Сеуле. Чонин, увидев своего старшего брата сразу бросился в нежные объятия. Хёнджин уезжал ненадолго, буквально на неделю, но Чонин уже успел соскучиться по нему. Ян почувствовал, как по его спине прошлись муражки. Хёнджин прижал его к своей груди и потрепал по голове. – Привет, Чонин. Я так соскучился по тебе. Прости, что задержался на неделю. Яну стало теплее на душе. Он ждал Хёнджина с нетерпением. В душе радость, глубокая радость. Он чувствовал очень сильную и крепкую любовь Хёнджина через его объятия. – Всё в порядке, хён, правда. Я тоже скучал по тебе. Теплота тел согревала обоих, не давая охладиться. Они оба скучали. Скучали по любви и заботе, что дарили друг другу. Кроме Сынмина никто не знал, что это Хёнджин и Чонин братья. Феликс и Джисон всегда думали, что Хёнджин и Чонин не больше, чем друзья, просто слишком близки. Да и сам Чонин не хотел им говорить про брата, постоянно молчал. Ведь Хёнджин прекрасен, в него очень просто влюбиться. Чонин боится, что Хёнджин его бросит. Ревность Яна страшнее всего на свете, как и его месть. Он умеет мстить, настолько, что после этой мести люди, которые сделали ему больно просто исчезали из его жизни. Такому умению его научил Хёнджин.

***

Первый день в университете выдался тяжёлым, новички студенты вернулись поздно, каждый из них хотел спать. Сегодня к Чонину должен вернуться Хёнджин, чтобы переночевать. 22:21. Чонин приготовил ему ужин, чтобы тот поел. Он готовил с огромной любовью, Ян очень старался, чтобы порадовать брата. Его длинные ладони потели, он волновался за Хвана. Наконец звонок в дверь. В квартиру зашёл темноволосый Хёнджин. Сам он выглядел как важная персона; светло-коричневое пальто, черные перчатки и чёрные солнечные очки. Зачем он надел очки вместе с перчатками? – Здравствуй ещё раз, Чонин. Как ты? Прости, что поздно, у меня гелерея до 22:00 работает. – Привет, хён. Я в порядке, всё хорошо. Я приготовил тебе ужин, думаю, что ты голодный. – Спасибо, я правда голоден. Мальчики пошли на кухню и сели за бирюзовый стол. На самом столе находился ужин. Чонин взял свою чашку с тёплым какао и начал медленно поглощать его. Хёнджин же наоборот, стал быстро впихивать в себя сладкую еду, ведь он был очень голоден. Тёплая субстанция согревала горло и таяла внутри. Идеально. Хван поначалу и не заметил, как съел всё буквально за 8-10 минут. – Спасибо тебе за ужин, Чонин. Это было божественно, правда. Теперь буду чаще приезжать, – Хван посмотрел на Чонина и ярко улыбнулся. На душе стало тепло. Если Хёнджину нравится еда Чонина, то Ян бы каждый день для него готовил, лишь бы он был счастлив. Чонин очень сильно заботился о своём хёне, как о своем ребенке. Тёплый воздух проникал на кухню через открытое окно. На улице было темно, но огни ночного Сеула прибавляли ему особый свет. Ян любит ночной город, хотел вырваться из квартиры и сбежать, сбежать в пустоту. Но так как Хван пришёл к нему, он не может просто взять и бросить его одного, верно? В голове у Чонина пусто, не об чем думать. Но вдруг к нему пришла идея: сбежать вместе с Хенджином. Да и к тому же, зачем этот сон? Они ведь просто уснут, даже и не пообщаясь ночью. Время пройдет, настанет утро и они снова разойдутся. Снова. И встретятся они не скоро, возможно будут видится в университете. Братьям это надоедало, что они виделись редко. – Слушай, Хёнджин. Ты не хочешь прогуляться по ночному городу? – Чонин мягко улыбнулся и взял хёна за руку, обводя своими пальцами его костяшки.  – Хм-м, я не против. Как раз хотел погулять по городу, – Хёнджин натянул свои уголки губ в ответ. 23:40. Яркие огни фонарей освещали улицу тёплым светом. Ночь была тёплой и тихой. Скоро пройдёт первый день сентября, но погода продолжала свою летнюю атмосферу. Самые лучшие дни рождения обычно проходят летом. Именинники могут отпраздновать день рождения на улице, не боясь о том, что будет холодно. Солнце будет припекать голову, можно погулять в парке. Вообщем – сказка. Чонину не сильно повезло, ведь он родился 3-его сентября, но это не так много от конца лета. Сынмин вместе с Феликсом часто спрашивали, что он хочет на день рождения, но Ян лишь говорил, чтобы ему ничего не дарили. Ему хватало просто сходить в кафе или побыть с друзьями. На своё совершеннолетие Чонин хочет прогуляться по Сеулу, прочувствовать каждую его темную сторону, ощутить на себе страх, ужас, адреналин. – Ты задумался? – Хёнджин повернулся к Чонину, и, вернув его в реальность, наклонился к его уху и прошептал, – я знаю одно место, тебе точно там понравиться. Слабое место Чонина – его уши. Он боялся их простудить, боялся любого прикосновение к ушам, сразу начинал краснеть. Да и сейчас также: мягкая и тонкая кожа залилась малиновым оттенком, а сам Чонин просто горел. Внутри живота крутило, было пусто. Ужасное чувство, душа хотела выбраться из тела и взлететь. Ощущение, что в живот вонзили острый нож и крутили лезвие из стороны в сторону. – Что за место? – Чонин спросил чуть дрожащим голосом. – Увидешь, – Хёнджин указал на огромную черную машину. Чонин сразу понял, что ему нужно туда сесть. Они двинулись к машине. У Хёнджина сбилось дыхание, а у Чонина покрасневшие уши. Со стороны они выглядели как пара, которая замышляла ужасный план, но на самом деле они два милых брата, которые не сделают плохое людям. В машине не было душно, скорее комфортно. Чонин старался не уснуть, но в итоге его сиденье в машине окутало его в сладкий сон.

***

Дверь машины открылась с громким хлопотом, спустя пару секунд на Чонина подул слабый ветер. – Мы приехали, выходи, – Хёнджин с улыбкой подал руку Чонину, который только что проснулся в салоне. – Ох, вы так вежливы со мной, – Чонин любит заигрывать с Хёнджином. – Уважаемый Ян Чонин, не могли бы вы встать из салона моей машины и пойти вместе со мной? – Хёнджин подыграл ему. – С удовольствием. 2:48. Чонин вместе с Хенджином смотрят на прекрасный вид моря возле города Чеджу. Море приобретало тёмный оттенок, отражая небо со звёздами. Моря завораживают, окутывают в свою глубокую атмосферу. Возле воды было холодно, ветер усилился. Чонин осматривал пляж, прибывая в немом шоке. Буря эмоций в одном маленьком, хрупком теле вырывались наружу. Хотелось кричать от радости, хотелось прыгнуть в эту холодную воду. – Хёнджин, давай искупаемся? – Чонин мягко улыбнулся, показав ямочки на щеках. – Чонин, ты с ума сошел? Мы же промокнем, а высушиться не сможем. Ты ведь замёрзнешь, котик, а я не хочу, чтобы ты заболел. – Ну и ладно. Они сели на холодный песок, разглядывая даль. Ветер придавал муражки по телу обоих, что им и нравилось. В голове не было ни единой мысли, даже о своём дне рождении. Ему просто не дали поплавать, из-за этого его мысли стёрты. Чонин закрыл глаза, лёг на плечё Хёнджина и уснул. Время тянулось очень долго, в надежде на то, что они оба смогу поговорить хотя бы часик. Но, Ян Чонин, уставший от утомительного дня разрушил эту надежду, уснув на Хёнджине. Сам Хван заметил его спящего только через несколько минут, когда голова Яна стала тяжелеть и надавливать на плечё.  Он аккуратно положил маленькую голову со светлыми волосами на песок, подложил под голову капюшон Чонина, а Сам медленно встал и взял своего брата на руки. – Уснул, котёнок? – Хёнджин чуть наклонил свою голову над волосами Яна и аккуратно поцеловал его в макушку.