Экзорцист Семьи Ноя.

Птицы за окном шумели особенно громко, будто в первые дни весны, совсем позабыв, что сейчас декабрь. И совсем не ранее утро, когда они должны надрывать глотку, а полдень. Может быть, даже время шагнуло дальше, Алчность точно не измерял, но знал, что находится в этом небольшом, уютном кабинете, уставленном массивной, старой мебелью довольно много времени. За окном погода, птицы и, может быть, даже вся живность (кажется, он слышал жужжание мухи) забыли о времени года. Времени суток и сути времени вообще. Шерил сам мог бы давно позабыть об этом, учитывая отсутствие снега и на редкость тёплую погоду. Это временно – понимал Алчность, но мозг всё равно отказывался принимать новое положение дел. Слишком уж Шерил привык к порядку и, отлично зная, в какой стране, в каком климатическом поясе и в какое время года находится, чувствовал себя в эти тёплые денёчки откровенно паршиво. Ещё паршивей он себя чувствовал сегодня, наблюдая в утреннем выпуске газет подлую улыбочку одного из министров, что должен был быть давно на поводке. Вся его речь противоречила решению, необходимому Шерилу, решению, которое должно было быть принято буквально на днях. Алчность посвятил этому решению и этому типу немало часов своего никем не оплачиваемого времени, что мог бы провести в покое, отдыхе, с любимой дочкой. Но нет же!! Почему же этот тип вдруг стал настолько смелым, что пошёл на попятную? И именно за три дня до заседания! И именно провозгласив на весь свет о своём мнении!! Три дня, за это время даже акума из него не слепишь, как следует! Зубы сводит, до чего люди ненадёжны, зачем вообще оставлять их в живых? Ах да, акума голодают, жаждут убийств и потому не могут по-настоящему хорошо и долго играть нужную роль. Конечно, есть те, кто поумнее, такие выделяются со второго уровня ещё, с ними можно и дело сделать, но не скажешь же так сразу, перспективным ли получится акума из сестры или жены политика, что в последствии украдёт обличие самого политика? Не скажешь. Так же, как не скажешь, искренне этот обманщик расстроится смерти жены или же только обрадуется. Шерил всё ещё слишком мало времени был в этой игре, чтобы успеть позаботиться об отступных и запасных путях. Конечно, были уже некоторые влиятельные игроки, что частично знали о ведущейся игре и, вроде бы, были полностью на его стороне в большинстве случаев, мечтая подмять и уничтожить Шерила, как только представится шанс. Ему на мгновение стало интересно, не устранят ли его прямо сейчас другие крупные фигуры, действующие по своей воле заодно с Шерилом и знающее о Тысячелетнем Графе? Не всё, конечно, знающие. Но такие фигуры всегда существовали в человеческом мире. Благодаря этому экзорцисты время от времени сталкивались с препятствиями и Орден тоже. Небольшая польза, но забавно видеть их смятения, когда они вынуждены биться о стену непонимания или презрения. Отделения во всех частях света, да? Они Ордену не помогают особенно. Если Алчность правильно слышал, то одно отделение Ордена вообще держалось особняком и при первой же возможности отделится, спрячется, оставив научные разработки себе, не желая помогать в какой-то там святой войне с какими-то там экзорцистами. Ах, как Алчность любил разнообразие существующих в мире религий и ревностное отношение к этой теме некоторых отдельно взятых людей, успешно занимающих позиции лидеров! Не всё так гладко и идеально в этом мире, как иным хочется. Кажется, за всю историю был лишь один экзорцист с другой верой, который совершенно не переносил Орден на дух, был белой вороной и умер по глупости. Кто его там убил, Алчность не знал, это было ещё во времена прошлого поколения. Просто они с Графом обсуждали эту тему, и убил этого экзорциста Ной. Хотя Нои тогда на экзорцистов даже не охотились. Чего руки марать? Орден только вставал на ноги и рассылал первых агентов по миру. Как им повезло всё же, что им покровительствовал сам Ватикан. Влияния у них немало… Какая польза от всего этого Ватикану? Разве они раньше не могли безнаказанно тратить кучу денег на секретные исследования, привлекать лучших учёных, нанимать сотни людей, что таинственно пропадали или умирали после этого? С другой стороны, ведя эту войну, они, кажется, получили новых спонсоров. И новую поддержку. Всё же далеко не все люди науки поддерживали их. А сейчас зачастую были вынуждены идти на уступки. Мир даже не подозревал, как далеко они продвинулись, совмещая свою скудную магию и технологические изыскания. И всё во славу войны, что сохранит мир. Какая цель всё же была главной? И была ли главная цель вообще? Ватикан - в одном названии слышна вся мощь этого государства, этой идеологии. Это слово весит немало, да и репутация чудесная. Но если хорошенько постараться, и такую громадину можно смешать с грязью. Постараться хорошенько — это не то, на что был способен Шерил в такую неправильную погоду. Кажется, называвшие его перфекционистом, были в чём-то да правы. — Граф? — протянул он, понимая, что застывший у распахнутого окна (как будто мало напоминаний об аномально тёплой погоде!) Ной подозрительно долго вчитывается в бумаги. — Я задумался, — Шерилу ответили всё так же, не меняя позы и продолжая смотреть в бумаги. — И не о том, о чём стоит, так? — Когда у тебя появляются проблемы, ты звучишь довольно занудно. — Мои проблемы, Граф, не в этом законченном идиоте, а в несовместимости моего сознания и здешней погоды! Так что вы просчитались! Массивная фигура обернулась от окна, оставляя лицо Графа в тени и не позволяя прочесть его эмоции. — Что ты будешь с ним делать? — Граф бросил бумаги на стол. — Так вы всё-таки сначала прочли, а потом отправили мысли в свободный хоровод? — Шерил, что ты будешь делать? — Вариант с подменой уже не устроить. Мудрости, способного перекопать воспоминания и убедить парня в том, что нам нужно, — нет. Значит, устраним. — И отложим принятие… — Да, да, да. И наверняка будет скандал, и полгода нам ждать, и надо бы найти убийцу какого-нибудь, что убьёт его за что-то грязное. Любовница, с которой он решил расстаться, узрев, что, кажется, пора начинать казаться порядочным семьянином, к примеру. Или вообще любовник. Такое на обществе ярче взяточничества действует. — На это мои акума всегда готовы. — Главное сделать это так, чтобы не слишком публично, и тело преступника, конечно же, - с ним надо будет поработать предварительно, чтобы никто и не подкопался, что это акума. Орден расширяет влияние, если заметят, могут быть проблемы. — Все тонкости доверяю тебе, — кивнул Граф, вновь поворачиваясь к окну, на этот раз чтобы захлопнуть раму и провернуть шпингалет. — Что касается Ордена…. С каких пор он начал мешаться под ногами? — Надо было прихлопнуть его, когда он только появился, — буркнул Шерил, отлично понимая, что у Графа были свои мотивы в действиях сто лет назад. И не ожидая ответа на свою реплику. И он был прав, Граф пропустил замечание мимо ушей, развернулся, прошёл к своему креслу, замер, уставившись на нагло жмурящуюся пушистую морду. Задумался. Шерил даже не пытался подавить смешок, наблюдая за тем, как Граф отходит к дивану и усаживается на него, не тревожа дремлющего кота. — Книжник, вот кто меня немного беспокоит. Присоединится ли он так откровенно и официально к Ордену на этот раз? Тема книжника поднималась всего один раз. Когда Алчность вспоминал и узнавал всё, что ему нужно было для адекватных действий в мире. Так что здесь он был также неплохо осведомлён. — Он нашёл себе нового ученика? — решил всё же уточнить Шерил. О гибели предыдущего он знал. Да. И это было почти четыре десятка лет назад. Немногим раньше смерти предыдущего поколения. Странно было бы, если бы Книжник не подсуетился и не отыскал нового преемника. — Говорят – да. Он стар, не думаю, что у него был большой выбор. И не думаю, что его новый ученик окажется способнее. Вопрос на самом деле в том, умнее ли будет этот мальчишка или так же глуп? — Вряд ли Книжник позволит новичку такие же вольности. — Стоит отдать должное, его первый ученик казался перспективным, давно выученным… и слишком самоуверенным всё же. Решил, что сможет играть сам. Старик наверняка попытается не дать истории пойти по тому же пути. — Как? Будет глядеть за новичком в оба? Или внушать ему всё время, что мальчишка не умеет ничего и совершенно не готов быть книжником, чтобы тот не возгордился, как его предшественник? В любом случае, как присоединение Книжника определит уровень влияния и силы Ордена? — О, он никогда не присоединится к слишком слабой стороне официально, воюя за выбранную сторону, — прикрыв глаза, мечтательно улыбнулся Граф. — Слишком велик риск, даже если они могут в любой момент уйти. Нет. Если он решит, что Орден уже достаточно созрел для противостояния мне на достойном уровне, они придут туда. Он очень осторожен в подобных ситуациях. Он знает о нас больше, чем Орден и Ватикан. Но он никогда не станет делиться всем, это то, что я люблю в нём. Книжники так эгоистичны. Они познают все тайные закоулки истории, но никогда никому об этом не сообщают. Они не сохраняют её для потомков, не для того, чтобы исправлять и не повторять прошлые ошибки, не для того, чтобы просвещать! О нет, только лишь для себя. И дело не столько в их невмешательстве, сколько в эгоизме самого факта их существования. И они даже не пытаются это скрыть. — Так что он придёт в Орден? — Да. И я хочу узнать об этом в то же мгновение. — Не хотите посмотреть на него раньше, чем это произойдёт? — спросил Алчность. Вот ему было немного любопытно, что именно представляет собой этот Книжник и его новый ученик, которого Книжники должен был выбирать в поспешности. Ничего особенного от такого выбора не ожидалось. Но вдруг старику повезло? — Не вижу особого смысла. Зачем мне прерывать его работу? Зачем мне вмешиваться в неё сейчас? Ничего не имею против книжников, пусть творят, что обычно и творят. — Хотелось бы знать, чего они стоят. У них есть чистая сила? — Хмм, — казалось, на мгновение Граф задумался. — У старшего точно есть. И была. Ученик? Может, сейчас и нет, но, если влезут в войну, конечно же, будет. Синхронизация пройдёт хорошо, это понятно. А свою чистую силу Книжник, если я правильно информирован, нашёл себе сам, не думаю, что ему трудно будет найти и для преемника. — Вряд ли это будет что-то мощное. — Ну уж точно не уровень Генерала. Но и цели разные, им то главное выживать да смотреть в оба. Вот же их призвание. — Высматривать чужие секреты? — Камелот понимал, этот разговор себя, по сути, изжил, добавить нечего, кроме пустых предположений, информации слишком мало. Можно, конечно, позволить Графу вспомнить былые времена, но тот не был сегодня настроен на подобное. — Теперь меня точно сожрёт любопытство! — И ты всё равно ничего не найдёшь. Проколовшись однажды, Книжник вряд ли будет выставлять ученика на всеобщее обозрение. С другой стороны, учить его придётся ускоренным темпом, всему и сразу. К тому же тут опасная война приближается. Интересно, сколько он планирует прожить с таким раскладом? Кажется, трезво оценивать ситуацию ему удавалось всегда, тогда он должен торопиться. Тогда… может быть, если постараться, Книжников можно найти. И старшего, и младшего. Но смысла в этих стараниях никакого. Шерил кивнул. Опять же было сказано лишь то, известное им обоим, подтверждая его опасения: эту тему пора прикрывать. Вот только переходить к обсуждению прочих дел не хотелось. Их было не так много, они могли подождать, ведь были не очень важны, и Шерил был не в настроении. Спасение пришло оттуда, откуда не ждали. — Утречко, детки!! — танцующей походкой ворвался в кабинет Майтра в развевающемся плаще с прорезями до колен, облегающей безрукавке, длинных перчатках без пальцев до самого локтя. Он казался полуголым по сравнению с обычными одеяниями. Уже сама возможность видеть смуглую кожу рук, шеи и груди, а так же непокрытую тёмноволосую голову казалась невероятной. Впрочем, лёгкая маска на пол лица всё же не давала усомниться в том, что это всё ещё Майтра. — Не называй меня так! — поморщился Граф, быстро смирившись со странным, слишком летним видом Ноя. — И уже давно не утро. — Что-то ты мирный. Опять кому-то мордобой устроил? — спокойно поинтересовался Шерил. — Фу, как грубо! Граф и Шерил демонстративно переглянулись, как будто напоминая о том, кто обычно бывает несдержан, груб и оскорбителен. Майтра в это время подошёл к столу, заглянул за него, с улыбкой кивнул котику и осторожно почесал за ушком кончиками пальцев. — А вот и хозяин кабинета. Здравствуй, блохастик! Граф закатил глаза, Шерил улыбнулся. Но улыбка исчезла, стоило только Майтре обернуться и посмотреть прямо на него. — Это всего лишь тест. То, что я тестирую вас в бою, ничего не меняет. Напомните мне, Граф, придуман ли лучший способ определять способности и помогать им развиваться? — А зачем нам придумывать, если у нас есть ты? То есть на твои способности нам жаловаться не приходится… — Но все жалуются. Развивать эту тему Граф не стал. Было очевидно, что все жаловались. Не на способности Одарённости, скорее на его подход к делу. Но из песни слов не выкинешь. Хочешь результат? Терпи и молчи. По крайней мере, то время, что проводишь перед Майтрой. Эту науку даже Аллен с первой встречи выучил. Одарённость тестировал способности Ноев так же, как он мог протестировать способности любого человека. Он дрался. С Ноями он дрался обычно, когда те в обычном, человеческом состоянии, да и сам тоже был. И Ноям доставалось, конечно же. В конце концов вряд ли можно было найти лучшего знатока рукопашного боя самых разных и порой невероятных стилей. Майтра накапливал знания из жизни в жизнь. А его тело после пробуждения сразу же перестраивалось неким таинственным образом для его дара, но оно отлично подходило и для борьбы. Суть его дара была в накоплении сил, для чего, как и на что они тратились, обычно никто не пояснял. Знал ли это сам Майтра? — Раз ты в хорошем настроении, значит, у тебя новости? — наконец-то приступил к делу Граф. — Конечно же, — слабая улыбка изогнула тонкие, едва видные под маской губы. — И это не хорошие новости. Чего и следовало ожидать. Если Граф решил вести войну, то, конечно же, новое поколение Ноев окажется не самым замечательным и талантливым. Уже сейчас можно было увидеть, насколько они не соответствуют ожиданиям. Зачем Тринадцатому повторять то, что все и так знают? — И какие же тогда у тебя новости? — Замечательные!! Майтра усмехался, побледневший Граф выглядел так, словно вот-вот упадёт в обморок. Или свалится с сердечным приступом — от счастья или от ужаса. Шерил и сам не доверял своему состоянию после того, как услышал эту реплику. — Ты убил кого-то? Ну да, припоминая, как развлекался его сынок, можно предположить подобное и от Одарённости. — Нет. Я Ной мирный, если вы забыли, Граф, и всегда сижу у себя. Кого я мог там убить? Свернуть шею парочке акума? Или черепам? Так вторых у вас жестокая нехватка, вы вообще собираетесь искать подходящих или нет? Но это всё не то! Мы говорили о том, что я выяснил про Ноев, так? Так вот, ничего, способного меня расстроить, не выяснилось. Меня всё устраивает. — Что ты с ними всё-таки сделал? — Протестировал. Подрался, раз уж вам так неймётся. — И? — одновременно спросили Граф и Шерил, которых это молчание порядком уже нервировало. Что он там такого мог выяснить. — Всё неплохо, я же сказал. И ладно, начнём с… Роад! — Майтра хлопнул в ладоши, Алчность захлопал глазами. — То есть ты и её… — Она сама предложила. Сразу отделаться от меня и узнать, как продвинулась. Всё же не маленькая, живёт-то давно, ей интересно, есть ли прогресс. И я бы сказал, что Роад в замечательной форме. Вас же сейчас в основном управление и направление дара интересует, так? Ориентирование в пространстве и его расширение на уровне, высокая пропускная способность эфирных стен, великолепные наслоения внутренних иллюзий. Разумеется, эффективная защита ядра. Состояние нынешнего внешнего тела немного беспокоит, есть небольшая нестабильность, как обычно связанная с эмоциональным состоянием. Низкая сосредоточенность тоже присутствует, фокусировка от этого страдает и в материальном плане, и в реальном, когда надо думать головой. Но это то, что у Мечты наблюдается всегда. Я так понимаю, убийства братьев были для неё большим стрессом… — Она три года пропадала безвылазно у себя, — отметил Граф. Шерил вздохнул, он об этом слышал и даже спрашивал у самой Роад. Она сказала, что просто не могла перестать плакать. Алчность пообещал себе, что убьёт сам того, кто ещё посмеет подвергнуть его дочь такому стрессу. А потом вспомнил, что обидчик его самого в тот раз убил. — Она восстановилась. Но будем честны, если объявится Четырнадцатый… или, что более верно, когда объявится Четырнадцатый, за ней стоит присмотреть. Я не знаю, как она сможет с этим справиться. Тема возвращения Четырнадцатого была той темой, которую не любили. Но все знали, что он вернётся. Это было очевидно. Особенно сейчас, когда они узнали про зеркало. Только вот Граф не спешил делиться своими соображениями на этот счёт. — А когда он может вернуться? — Интересный вопрос. Четырнадцатый, он не обычный Ной. Он сын Ноя, и он нечто особенное, пора уже признать это, — Граф пристально посмотрел на Майтру, и Алчность ощутил себя совершенно не при делах. — Думаю, он не будет засыпать. Не должен умирать. — То есть? — в горле пересохло, и Шерил едва сумел заставить себя задать вопрос. — Тот, кто в зеркале и при этом держит связь с Алленом, это и есть Четырнадцатый. И я не знаю, что он должен сделать, чтобы снова занять человеческое тело. Серьёзно. В этом у меня столько теорий, легко запутаться. — То есть он не мёртв сейчас? — Все Нои по-своему не мертвы, когда их называют мёртвыми, — напомнил Первый Ной. — Четырнадцатый просто немного по-другому. А зеркало, скорее всего, его поддержка из реального мира. Так же, как и связь с Алленом и ранее с Маной. Собственно, связь работает в два конца, она скорее была создана для защиты. Сначала защиты Маны, потом Мана передал эту связь Аллену и вскоре умер. И, разумеется, все нюансы известны только Неа. Для нас это что-то слишком новое, чтобы сказать вот так сразу с полной уверенностью. Так будем ждать, когда он предстанет перед нами в чьём-то теле, а пока Аллен передаст что-то действительно важное, если возникнет необходимость. — Главное, чтобы мальчишку при этом не одурачили, — фыркнул Шерил и тут же наткнулся за злобный взгляд Тринадцатого. — Он убил нас всех, этого не достаточно для беспокойства? — Нас нельзя убить. — холодно отметил Одарённость. — А твой любознательный сыночек проверял эту теорию? — Стоп! Закроем эту тему, пока не переругались совсем! — хлопнул в ладоши Граф, и оба Ноя повернулись к нему. — Майтра, кого ты там ещё изучал-тестировал? — Кто попался. Тики, к примеру. — Тики попался? Он ещё и здесь был? — Действительно странно, что он заходит в помещения, где находишься ты, Алчность, — издевательски протянул Ной, и Шерил с силой сжал кулак, едва контролируя готовый вырваться наружу дар. Этот…. Ну почему, почему Шерил его понимал так, а?? Вот он же сам любому глотку порвёт за Роад, чего бы она там не натворила! И Майтра говорит о своём сыне. Нужно было держать себя в руках! — Что с Тики? Ничего выдающегося я в нём не видел. — Тики полон сюрпризов. Сейчас — да, он посредственность. — Я надеюсь, ты не говоришь о тех перспективах, которые есть у всех Ноев, но никогда не достигаются? — хмуро уточнил Граф, тоже не веря в таланты Удовольствия. — Разумеется, нет. Но я понятия не имею, как ему помочь. Кажется, есть что-то рядом, совсем близко, но нет же… Такое ощущение, что я вижу перспективность в перспективе. Говоря простым языком, наш новый Удовольствие Ноя незауряден. Я не могу точно ответить, от чего это зависит, но сейчас он гораздо лучше, чем раньше, в прошлых поколениях, если судить по моим записям. Возможно, его можно подвести к принятию себя. Сейчас это реально, сейчас это может случиться. Он может утопиться в своей тёмной сущности. Вот только существует риск, что больше не выплывет вообще. То есть полностью потеряет рассудок или разрушит себя изнутри. Так что это большой и больной вопрос: как это сделать. — То есть Тики хорош, но только если ты сумеешь выполнить нечто невыполнимое? — Это может произойти когда угодно, во время серьёзного боя с чистой силой, например, — раздражённо отмахнулся Тринадцатый. — Но уровень боя должен быть опасен для Тики — это раз. И даже если Тики окунётся во тьму, как я уже говорил, слишком много шансов, что он не очнётся больше. — Это... интересно… — задумчиво произнёс Граф. — Только не бросайте его сейчас же к Генералам, а? При плохом итоге его придётся послать под суд, а сейчас возможность плохого исхода велика. — Ничего такого и тем более сейчас. Мне сейчас даже экзорцистами заниматься лень. И тем более посылать Тики. Если у тебя будут какие-то рекомендации… — Я буду передавать вам их в обычном порядке, Граф. Теперь что касается Уз. Вы не чувствуете себя виноватым? — Ну, опоздал я на их пробуждение, с кем не бывает? — На пробуждение Уз!! Граф!! Чем можно было быть так занятым! Пять часов оно длилось, а вы пришли через два часа после окончания!!! — Я не знал, что это они, Майтра. — Сразу два! Вы не почувствовали? — Я чувствую лишь то, что пробуждается имя. Узы для меня отличны, лишь если я хорошенько на них сосредоточусь. — Граф, вы опоздали на их пробуждение? И это плохо? — спросил Шерил. Он знал, пробуждение Ноев вещь индивидуальная. Всё зависит от памяти, которую они в себе несут. — Для Уз физически важно быть друг с другом. Иметь свою собственную связь, иначе они погибнут, это яснее ясного, — объяснять начал Майтра, Граф выглядел на редкость виноватым. — Но Узы Ноя так же являются и олицетворением связи внутри нашей семьи. Им нужны и иные виды связи. Какие-то важны, другие не очень. Но связи с семьей важны для их спокойствия и комфортного проживания! Так было всегда, что их пробуждение длится долго. Одно из самых долгих, пока они кружат друг с другом, подбираясь к сути. Проходит несколько часов, и в это время нужно, чтобы кто-то из Семьи нашёл их. Вообще это важно, чтобы к пробуждённому пришёл Граф! К любому! Для них важно вдвойне, и обычно он приходил раньше, ещё и объясняя, что происходит и почему, а тут… ну просто бред, в самом деле. Не понимаю, как можно было так облажаться!! — И чем это чревато? — Кроме недоверия? Ты помнишь тот день, когда впервые с ними встретился? — заговорил Граф. — Тогда, когда вы отправили их за Алленом. Вы привели их без предупреждения, насколько я понял, они всего пару дней как пробудились к тому времени. — Как они вели себя, помнишь? — устало спросил Граф. — Они жались друг к другу. Чувствовали себя неуютно в собственной семье! У них совершенно не формировалась эмоциональная связь с нами. Нои пугали их, несмотря на то, что они сами были Ноями. — Вы не успели застать их в одном теле? — махнув рукой, Майтра выказал желание перейти к более конкретным проблемам, которые, может быть, ещё можно исправить. — Нет. Они уже оба были по отдельности. — А должны были быть вместе? — спросил Алчность. — Да, при пробуждении Узы всегда обретают своё собственное, новое тело, — кивнул Майтра. — На этот раз его никто не успел застать. Потому что так они проводят обычно не так уж много времени. Пока осознают, кто и что они на самом деле, полчаса или час. С тех пор они ни разу не принимали своё законченное обличие и тем более не пытались его развить. Конечно, чтобы его развить, им нужно развиваться и по отдельности, но… — Но они ни разу не объединяли тела, и это тревожно, — завершил Алчность. — Неестественно для них, так? — Не то чтобы неестественно. Это тело скорее создано для боя. Они и раздельно, но друг с другом отлично живут. Но ты прав, это нехорошо. Они нам не доверяют как минимум, чтобы это тело демонстрировать. Я не уверен в том, что они, если захотят, смогут объединиться вот так запросто, и не настаиваю. Пока их дар даётся им не слишком хорошо. Частые осечки. Я послал их в Ковчег тренировать простые атаки, замораживающую и огненную. Они разные по структуре, но очень простые, по сути. Идеально для тренировки, это плюс. Но я предложил сделать им ещё кое-что. В общем, дел у Уз хватит на ближайшие пару лет. Вы же не спешите, Граф? — У меня ещё и пол семьи не пробудилось, — с обречённой миной выдал Граф. Майтра кивнул с обманчиво спокойным видом. — ****, вы не умеете считать!! — Май….!!! — Не ныть! У вас ещё не так много проблем. Насчёт Страсти говорить не хочу. Она указания для идеальных тренировочных форм получила, проблем острых не имеет. — А что с мальчишкой Уолкером? — потянулся Шерил, разговор подходил к концу. И ему придётся либо уйти работать, либо обсуждать то, чего обсуждать не хотелось. — Среднее число почти на одной черте с потерей контроля. Чистая сила у него чересчур самостоятельная и бесконтрольная. Активировать её сам он в принципе не может. Если нет акума или Ноев, как врагов. Скорее всего, из-за возникшего расхождения привычной сути силы и того, что Аллен считает опасным и не опасным. По десятибалльной шкале расхождение на уровне четырёх сейчас, изначально было гораздо выше и приближало потенциальный минимум опасно близко к нулю. А там уже полный конфликт, не совместимый с жизнью для любого обладателя паразита. Падение. Но это позади. Максимум с самого начала перспективен, как и у всех паразитов, тут и обсуждать нечего. Этот их критический предел там далеко не предел, а норма, я бы сказал. А сейчас по общему уровню их синхронизация колеблется от сорока трёх до семидесяти шести. Числа неплохие, особенно последнее, но слишком большой разрыв между ними — это плохо. Признак дестабилизации. Ах, ну и формы у его оружия пока нет как таковой. Но это паразитический вид, там скорее и форм должно быть две как минимум: та, что постоянная, и та, что критическая, принимая при смерти и, возможно, повторяемая позже. Ну, инстинкты защитные, это вы знаете. — И что сейчас с ним делать? — Ничего, — улыбнулся Майтра. — Ему тринадцать лет вот-вот стукнет. У его тела и без чистой силы хватает забот, перегружать его сейчас, пробуждая какие-то невероятные чудеса, нет смысла. Пусть продолжает время от времени тренироваться с акума и растёт. Я буду за ним наблюдать, разумеется. — Ты тестировал Гнева? — кивнул Граф. — Я не хочу его тестировать. И я не люблю печенье, не предлагайте мне его больше, господин идиот!! — Как можно не любить печенье? — тут же возмутился Граф. — Но я не прочь протестировать его, — продолжил Одарённость, тыкая пальцем в Шерила. Камелот едва сдержался от того, чтобы шарахнуться в сторону. Слишком хорошо понимал неизбежность положения. — Я и так могу рассказать о состоянии меня, моего дара и тёмной сущности. — Не так, как это сделаю я. Что, боишься быть избитым до полусмерти? — фыркнул Майтра, отбрасывая длинные волосы за ухо. Шерил с некоторым удивлением обнаружил, что ухо у Тринадцатого оплетает серебряное украшение с чёрными, подозрительными каплями. Тёмную материю Шерил узнал легко, вернее, камни, что создавали из этой материи, но их предназначения Алчность не знал. Так же он слышал, что тёмное серебро это металл, который часто и Граф использует. То есть украшение, скорее всего, было совсем не стандартного типа. И за его разглядыванием можно было легко проигнорировать замечание об избиении. Ну, не был Шерил так уж хорош в рукопашном! Никто не был так хорош, как Майтра. — Сейчас я тебе себя предоставить не могу. Дела есть, — дела и впрямь были. Тринадцатый щёлкнул костями, разминая пальцы. — Тебе я вижу сейчас и так хорошо. Целый разговор, - ни одного всплеска эмоций, — довольно улыбаясь в чашку, отметил Граф. Откуда здесь взялась эта чашка? Шерил оглянулся. Он был уверен, что в комнату никто не входил и напитков в кабинете, как и чашек, вроде, не было. Разве что Глава Семьи их где-то в своём столе хранит. — Граф? — дверь распахнулась, пропуская в кабинет тут же затормозившего подростка, не ожидавшего присутствия других Ноев. — Оу… Привет, Майтра, Шерил, я не вовремя? — виновато улыбаясь, уточнил рыжеволосый мальчишка, сверкая серебряными глазами. Такое странное сочетание, в самом деле. — Всё в порядке, Аллен, ты хотел что-то спросить? — Граф, очевидно, был рад присутствию этого ребёнка в любое время дня и ночи. Ну... кроме того времени, когда он создаёт акума, или убивает людей, или занимается чем-то, что Аллену лучше не видеть. — Граф, у меня же скоро день рождения, помните? — Отлично помню. Отлично помню, как ужасно время, когда дети сами вспоминают о подобных праздниках и начинают выпрашивать себе подарки и привилегии. — Первый Ной демонстративно вздохнул. — А ты был таким милым мальчиком, Аллен!! — Граф. Серьёзно, я хотел попросить о Тики. — Что сделать с Тики? — Вы собираетесь послать его найти какую-то чистую силу, да? Акума с этим не слишком хорошо справляются, а вы уверены, что это как раз-таки нужное место, так? А я ни разу в жизни не видел настоящую чистую силу!!! Отпустите меня с ним!