Экзорцист Семьи Ноя.

— Аллен, для чего тебе мозг, солнышко моё неугасаемое? — ласково поинтересовался Майтра с самой страшной улыбкой на свете, и юноша предпочёл раствориться в стенах. Всё же после того как Тринадцатый «выпустил пар» и нарвался на Второго, Майтра стал как-то немного странно общаться. Первые дни выглядел очень уставшим и опустошённым, теперь вот даже далеко не всегда ругался. Аллен наконец-то понял, что всю свою жизнь этот Ной придерживается собственной философии о крепких словах, необходимых только в сложной ситуации. Правда, у этого Ноя, кажется, вся жизнь оказалась перечнем непрекращающихся сложных ситуаций. «Он бомба замедленного действия, одно из самых воистину страшных созданий в этом мире», — отметил Тики, когда они сегодня направлялись в лаборатории. Наличие шагающего рядом Тики сбивало с толку и в то же время казалось таким привычным, настоящим, что юноша не собирался возражать. Только привыкал, как и ко всему хорошему, очень быстро. Тогда же у Тики он попытался уточнить подробности о Тринадцатом. Ведь раньше он был самым ничего не ведающим о других членах семьи Ноем, а сейчас то и дело распространял интересную информацию. Тики сказал, что столь разрушительная природа Тринадцатого – его большая, огромная особенность. И когда Тринадцатый так же неожиданно появился в их семье, как недавно Четырнадцатый, это тоже стало неожиданностью, так как изначально, тысячелетия назад их было как бы двенадцать. Но совсем недолго. Аллен задумался и кивнул, понимая, куда именно клонит Тики, и показывая, что тайна появления Четырнадцатого ему известна, а вот что Тринадцатый пришёл когда-то точно так же, мог бы и догадаться, в принципе. «Мы сомневались, что он вообще нам нужен, Четырнадцатый, ведь всё время оставался Тринадцатый, — отметил Тики. — Но через пару тысячелетий жизни с нами, точно не помню, Тринадцатый принял на себя бремя рядового члена Семьи, так как нужды в нём как в том, кем он родился, не было, а он был очень мощным». «Что делает ещё более жутким Второго, Трайда» — улыбнулся в ту пору Аллен, и Тики согласился. Но понятное дело, Трайд не просто так стоял сразу за Графом, да и, как оказалось, его оружие, меч, было создано лишь специально для усмирения Майтры Графом (никому другому такое было бы не под силу). А так Трайд имел возможность убивать других членов семьи, если с ними происходит что-то плохое, и гораздо раньше. Это создавало массу слухов о том, как же именно прорвался мимо его контроля Четырнадцатый, и о их возможном тандеме. Когда во время построения зеркального коридора Аллен попытался прояснить этот вопрос у Четырнадцатого, он попытался сменить тему, но, вовремя припомнив о бульдожьей хватке Аллена, пытающегося допытаться определённого ответа, просил спрашивать Трайда. Исходя из сказанного, Аллен позволил себе считать, что подобие договора между ними действительно заключалось. Только какого содержания? И возможно, Неа не говорил ничего, лишь опасаясь плохого отношения Трайда к себе? Как именно Трайд относился к пробуждению Четырнадцатого, не мог точно сказать даже Граф. И Майтра. И Аллен с ними. А сейчас Аллен даже не пытался размышлять на эту тему, пытаясь понять, что же хочет донести до него Майтра. — Мне мозг много для чего нужен, — Майтра грыз кончик ручки, разглядывая какие-то рентгеновские снимки, к счастью, не пытаясь давить на Аллена. — Так… что? — поинтересовался Тики. После получаса переживаний и обсуждений они решили обратиться к Майтре и уточнить про все особенности и возможности чистой силы. Искренне надеясь, что всё объяснимо. Что ж, наверное, так они и было. — Аллен, скажи мне, как поживает твоя чистая сила? — А какое это… — Аллен, — шёлковый голос Майтры пугал до чертиков так же, как и нежелание Ноя смотреть на юношу. Аллен оглянулся пугливо на Тики, вздохнул, собираясь с силами и припоминая, каким нервным должен быть Майтра, учитывая возможность пробуждения Четырнадцатого в любой момент. Никакого желания говорить это не прибавило. — Я искренне не понимаю, чего ты от меня хочешь. — Аллен, как ведёт себя твоя чистая сила? — Хорошо. В смысле, теперь она меня слушает. Ты же знаешь. А после борьбы с Тики, — Аллен опять оглянулся на Ноя, — мы и вовсе душа в душу. — Ты говоришь о ней, как о живом создании, — прищурившись, отметил Микк, и Аллен, отметив краем глаза одобрительный кивок Майтры, начал сосредоточенно размышлять. — Твоя чистая сила всегда вела себя, как живая. — Да, пару раз Майтра даже упоминал что-то о необходимости приручения, важности доказать ей что-то, донести, о её характере. То есть вся чистая сила живая и, если бы получила возможность, болтала бы? — вот теперь Аллен очень серьёзно задумался обо всём, что ему могла высказать его чистая сила. Он у Тимоти о Тсукиками боялся нормально спросить, опасаясь, что чистая сила мальчика откровенно взбунтуется, обнаружив, кто друзья её (или его, Тсукиками как будто представлялся в мужском роде) носителя. Ещё страшнее стало, когда обнаружилось, что Тсукиками как бы постоянно присутствовал, но не имел возможности связаться с Тимоти. Просто не имел возможности до поглощения первого акума, но видел всё то же, что и хозяин. То есть уже знал, кто такие Аллен с Тики и как неправильно с ними водиться. Вот как теперь убеждать Тимоти, что это он должен быть хозяином чистой силы, а не иначе? Что он должен доказать? Показать настоящую войну, сплотиться с чистой силой по примеру Аллена и самому командовать ею, доверяя Уолкеру? Аллен после всего этого не был даже уверен, что Тимоти рассказал им с Тики хотя бы половину сказанного Тсукиками. Может, хитрая чистая сила первым делом «раскрыла глаза» мальчику и попросила рассказать им только ложь. Хотя Аллен её не заметил, но всё же… Может, Тсукиками был даже умнее их всех вместе взятых и сам вначале обманывал Тимоти, делая вид, будто ему плевать, кто такие Аллен и Тики и что они внушили Тимоти, лишь до поры до времени. А как только гости покинули стены приюта, тут же начал перевоспитывать мальчика, раскрывая страшные тайны, подбивая на немедленный побег, хоть какие-то действия. Объясняя, что раньше говорить истину было даже немного опасно. Да прямо сейчас там могло происходить что угодно!.. …Если бы Тики не оставил за собой Третьего Уровня, наказав спрятаться, не шуметь и следить лишь за тем, чтобы мальчик не пытался куда-то сбежать слишком далеко. Если что, сразу сообщать о подозрительных перемещениях. Аллен, наблюдая за раздающим указания Тики, в тот момент мог лишь подивиться собственной тупости и предусмотрительности серьёзно настроенного Ноя. «Мало ли что он сдуру придумает сотворить. Или с пинка этого… Тсукиками», — объяснил тогда мужчина, но ему вовсе не стоило этого делать. Аллен и сам понимал и переживал. Только признал искренне, что наблюдать за другим экзорцистом, конечно же, в разы сложнее, чем коллекционировать чистую силу, наблюдать за ней, изучать некоторым образом. Подивился умениям членов Семьи, вырастившим его. Тики на это заметил, что Аллен был на редкость не проблемным экзорцистом. И может быть, даже с Тимоти тоже ничего серьёзного не происходит. Просто специфическая чистая сила. Галлюцинация или реальное, отдельное живое существо, мыслящее совершенно не как Тимоти – вот чем задавался Аллен. Но проблемы могли возникнуть даже от раздвоения личности, и от самого Тимоти, додумавшегося до какой-нибудь глупости, – тоже. Аллен понятия не имел, отчего Граф разрешил ему наблюдать за мальчиком, даже не пытаясь вмешаться. Может, понимал, что убивать вроде невинного ребёнка не гуманно. Особенно ребёнка, найденного Алленом. А извлечение чистой силы, застрявшей в таком месте, как лоб, и, возможно, пустившей корни в мозг мальчика, чрезвычайно опасно. Так что Граф предпочёл наблюдать. А раз ребёнка встретил Аллен и являлся причиной самой беды (может, так за спиной по-тихому Граф бы Тимоти убил), то на Уолкера заботу и сбросили. Как будто Аллен что-то знал или умел по этой части! Всё же поделиться заботами с Тики было правильным решением. — То есть говорящая чистая сила, что может показываться своему хозяину, – это нормально. — Если она у него в голове — без сомнения. Она напрямую воздействует на все нужные центры. Передать изображение самого себя, да ещё оправдав ожидания мальчика – проще простого. Чистая сила знает всё, что из себя мальчик представляет. Тем более понятно, что остальные услышать чистую силу не смогут, голос тоже создаётся лишь в его голове. Нет на самом деле реального, кому-то видного Тсукиками. Он заставляет мальчика видеть себя и разговаривает, зная, что так проще и удобнее им обоим… Что не так? — Ни одного ругательства, — шокировано пробормотал Тики. — Ага. — Вы, два дебила, хотя бы слушали, о чём я? — мгновенно теряя доброту и очарование, прошипел Ной, и оба тут же закивали, отступая к стене. К удивлению Аллена, они застали приёмную Майтры в редком состоянии — промежуточном. Сейчас здесь не было никакой мебели, кроме фальшивых окон, что тоже причислялись к мебели, регулярно меняя местоположение. Так что отойти за любой предмет мебели сегодня не представлялось возможным, а комнату Майтра запер, пропустив внутрь гостей. В лаборатории и прилегающих помещениях вообще стало как-то страшно с дверьми. Аллен не видел никогда раньше, чтобы закрывали все одну за другой. — Мы слышали, — кивнул Аллен. — И прямо заслушались. — И какие будут вопросы? «А должны быть вопросы?» — Аллен оглянулся на Тики, но мужчина тоже выглядел слегка сбитым с толку. — Раз даже чистая сила имеет характер, то любая может иметь что-то даже вроде личности, а раз она связана с мозгом носителя, может и представиться ему, и создать образ. Всё логично и просто. — Но так же это может быть и галлюцинацией. Хотя вы вроде упоминали, что Тсукиками знал больше, чем его хозяин о некоторых вещах, так? — Да, — продолжил выручать Аллена Тики. — Об акума он знает несомненно больше. Либо мальчик сталкивался с ними и позабыл, шокированный, и как раз тогда и пробудилась его чистая сила. — Но тогда бы Тсукиками стал говорить с ним раньше, если бы Тимоти уже встречался с акума! — возразил Аллен. — Мы рассматриваем теорию, где Тсукиками не личность чистой силы, а галлюцинация, порождённая одиноким, пережившим нечто шокирующее мальчиком. Более того, раз он захватывает чужие тела, кто может гарантировать, что он не может слегка подбирать из них новую информацию о тех самых людях? Незаметно для себя, что за пределами сознания? Этим можно объяснить любые невозможные для Тимоти знания Тсукиками, — завершил размышления Аллен. Майтра согласно кивал на каждое слово, задумчиво почёсывая подбородок. Аллен пытался понять, к чему они пришли. К тому же, с чего начинали? — То есть Тсукиками может быть в равной степени как Чистой силой, что нормально, так и галлюцинацией, второй личностью, выдуманным другом и чем угодно, что тоже нормально. И от всего можно ждать любых ужасов и неприятностей. Я прав? И зачем мы сюда приходили, если так ничего и не сумели узнать, чёрт возь…. Ау! — Не ругайся! — выдал Майтра, собственно и врезавший Аллену по макушке. Не слишком больно, но весьма обидно. — Хорошо. Но мы идиоты. Это же не ругательство. — Констатация факта. Хотите знать что-то наверняка — приводите этого синхронизировавшегося сюда. И посмотрим заодно, как поведёт себя Тсукиками, как поведёт Тимоти, и что они из себя представляют. Я не Хевласка, конечно, но тоже кое-что да умею, — мрачно отметил Майтра и, конечно же, был прав. — Я знаю, Майтра. Ты «создавал меня», — улыбнулся Аллен. — Но мне правда жутко тащить сюда Тимоти. — Сам Тимоти скорее будет в восторге от возможности сюда прийти, — заметил Тики, — особенно, если правильно всё объявить и подстроить. И проблем быть не должно. К тому же Майтра сейчас как раз в довольно хорошем настроении и состоянии. Не напугает мальчика. — По-твоему, я детское пугало? — раздражённо перебил Ноя Майтра. — Не совсем, но ты умеешь быть жутким для всех, — попытался сгладить углы Аллен. — Вот сейчас для меня, например. И насчёт Тимоти, я думаю, сейчас Майтра и без него занят. Тики треснул себя по лбу, осознавая, что забыл о главном событии и полной занятости Тринадцатого в связи с ним. Впрочем, Аллен его не винил. У самого в какой-то момент всё же вылетело из головы. Отвлёкся, так отвлёкся. А ведь в другой ситуации сам Майтра уже требовал бы в голос, чтобы мальчика привели лично, и он сам покопался в столь интересном экземпляре. Яснее ясного, что, раз не поступает подобным образом, – очень сильно занят. Даже лечение Лулу, проводимое Алленом, курировать почти не смог. Оставил юношу разбираться самого. А извлекать ядовитые нити из тела Лулу это не из рук Уз! Джасдеби Аллен видел в разного вида образах и особо не стеснялся, да и чистая сила ранила лишь руки. А вот Лулу, что никогда не была даже приблизительно товарищем Аллена, и чистая сила внутри которой распространилась куда дальше… Вот это было действительно стрёмно. Аллен пытался убедить себя, что совсем не смущён, Лулу пережила процедуру как-то безэмоционально и холодно, к счастью, а Тики… Тики услышал о подобном лишь от Уз не так давно. И как-то задумался. Услышал уже, когда Аллен первый раз извлёк нити и как раз занимался ими во второй раз. Джасдеби считали это неплохим поводом посмеяться над юношей за его спиной и поделиться новостями с Тики. Тики думал о большем. И решил, что надо лично прийти и забрать юношу от греха подальше. Пусть, конечно, Аллен никак не реагировал на Лулу и это даже звучало смешно, но думать о подобных ситуациях было неприятно. Правда, рассказывать Аллену, что именно побудило его начать действовать, Тики и не думал. — Но если что, позже мы заглянем к тебе, хорошо? — наконец решил Аллен, — сразу вместе с Тимоти. — Лучше вам действительно прийти с ним или вообще не касаться его даже полунамёком, — уточнил Майтра, и звучали его слова весомой угрозой. Аллен вздохнул, покачал головой, не в силах ничего объяснять. — Аллен переживает за мальчика, — зачем-то ответил Тики. — Он вообще много переживает, — Майтра смерил Аллена задумчивым взглядом — с открытым лицом и прямым взглядом Ной им попадался не очень часто. И Аллен всматривался в него отчаянно, стараясь запомнить и невольно размышляя о том, как уломать это создание хоть на одну фотографию с собой. — И ещё много переживу, — всё же решительно возвестил Аллен, не слишком довольный нелепым каламбуром. — В последнее время только и делаешь, что грустишь да размышляешь. Что, время мысли и поиска пришло? Надеюсь, поиск смысла жизни тебе в голову ещё не врезался полным составом. Он слишком тяжёлый и в целом отрицательно влияет на всех людей. Особенно молодых. И часто порождает фанатиков, придумавших идею и подчинившихся ей. — Я в такое не полезу, — категорично заявил Аллен. — А если что, вы меня вытащите. — Мы не всесильны, Малыш, — напомнил Тики. — Да, многое зависит и от тебя. И я никогда не ожидал, что твоё взросление будет простым, — задумчиво кивнул Майтра. — Граф, кстати, тоже. Ты его во многом удивил, оказавшись таким простым в обращении и неконфликтным, когда речь заходит о нас. — Да он и при мне удивлялся. Но у Графа и вас не слишком-то большой опыт. — Но у нас уже был один… Ной с братом-человеком, и как раз в этом возрасте он и придумал себе смысл жизни, наверное. — Уже одумался, — категорично заявил Аллен. И тут же смутился. — Но не совсем. Майтра кивнул и шагнул к двери. — У меня дела, а ваши вопросы, которых, в принципе, и не существовало, так как ответы вы имели сами, закончились. Только… Кто-нибудь ещё знает об этом ребёнке? — положив ладонь на дверную ручку, но не спеша открывать, поинтересовался Тринадцатый Ной. Выглядел он подозрительно: между весельем и злостью зависнув будто. — Граф, — неуверенно ответили Тики и Аллен одновременно. — А Узы нет? — Нет, а что? — продолжал не понимать Аллен. — Я мог и сам догадаться. — Майтра слегка нажал на ручку, всё ещё задерживая гостей в своих владениях. Впрочем, гости и сами теперь потеряли желание уходить. — Знай Джасдеби о ребёнке, уже составили бы немало хохм на эту тему. — Это какую же? — пытался нащупать истину Тики. — Что такого в этом синхронизировавшемся ребёнке? У нас уже жил Аллен, а Узы жили с ним, и данным фактом уж точно истощили запасы шуток-прибауток на данную тему. — Не в нём, не в самом ребёнке беда. В ситуации, — туманно ответил Тринадцатый, распахивая дверь и жестом показывая, куда им с Алленом следует идти. Вот только ни тот, ни другой с места не сдвинулись. — Что это значит? — продолжал настаивать Аллен. Майтра выругался, тряхнул головой, сбрасывая капюшон и процедил: — Вы двое бегаете вокруг ребёнка и заботитесь о нём, прямо как мамочка и папочка. Узы просекли бы ситуацию мгновенно. — Че… — Что? — Хотя вы правы, можете не уходить прямо сейчас, и мы обсудим некоторые не менее интересные вопросы. Я не Джасдеби, но Аллен мой внук, а ваша связь, Тики… — Мы уже уходим, — дёрнул Ноя за руку и провалился в дверь Аллен, почуяв нечто очень и очень опасное. Дверь захлопнулась, приёмную заполнила тишина нарушаемая лишь глубокими, тяжёлыми вздохами закрывшего ладонью глаза Майтры, в итоге смачно выругавшегося сквозь зубы. — Тсукиками. Тсуки-мать-его-ками! Самостоятельная, лезущая к хозяину чистая сила. У парижского… аррр!! Спокойствие! Арктическая мощь блаженного пофигизма! На апокалипсис то больше силёнок не хватит!!