Третий глаз

      На парня в странном и, надо добавить, весьма потрёпанном трико и плаще оборачивались многие. Очень. Жаль, что ему при выписке не разрешили забрать ту одежду, в которой он расхаживал по палате.       Поначалу это даже поднимало мне настроение: совсем чуть-чуть, что уже весьма неплохо в сложившейся ситуации. Однако спустя двадцать минут подобное внимание действительно начало раздражать. И проблема была даже не в том, что на Брендона пялились все проходящие мимо старшеклассницы и студентки (а иногда и дамы постарше), а в том, что он шёл рядом со мной и часть внимания, соответственно, перепадала мне.       Всё произошедшее: и глазеющие прохожие, и Селина с её выходками, и сам иномирянин (а что, по-моему это идеально ему подходит. По крайней мере звучит гораздо лучше, чем «инопланетянин») — настолько утомили, разозлили и разочаровали меня одновременно, что дверь дома я открыла с такой силой, что та врезалась в стену. Грохот стоял такой, что в коридор почти сразу выбежала мама. И вот только когда она перевела взгляд с пострадавшей стены на что-то за моим плечом, стало понятно, что я забыла одну маленькую деталь. Ага, Брендона, стоящего прямо за моей спиной. — Милая, ты не говорила, что зайдёшь с Брендоном… — мама смотрела на нас с такой растерянностью, что мне стало стыдно. Впрочем, сказать что-то в своё оправдание мне не удалось — маму словно встряхнуло, и на её лице появилась та самая улыбка, которая до чёртиков напугала меня утром. — Проходите скорее! Я уже и суп приготовила, сейчас ещё картошку фри дожарю, и всё. Брендон, дорогой, проходи в дом. Блум, не держи гостя у порога!       Мама ушла обратно на кухню, у меня нервно дёрнулся глаз, а Брендон тактично кашлянул в кулак, не зная, как ещё можно прокомментировать произошедшее. — Не думал… что она будет настолько рада моему приходу, — в его голосе послышалось удивление. — Поверь, ты тут вообще ни при чём, — кинув на парня взгляд исподлобья, я вздохнула. — Если обувь относительно чистая, то можешь не разуваться. — Гхм, — парень посмотрел на меня с подозрением, проверил подошву и неуверенно перешагнул порог. — У вас здесь… довольно уютно?       Утвердительная фраза превратилась в вопрос, стоило ему заметить образовавшуюся на стене вмятину — последствия удара двери. Я тоже не могла смотреть на неё без удивления — откуда вообще взялась такая сила в моём теле? У меня на физкультуре оценки такие, что плакать хочется! Впрочем, комментировать не стала — это за меня прекрасно сделает папа, когда вернётся домой с работы. Думаю, неделя домашнего ареста мне обеспечена.       И всё же я решила ответить хоть что-то на уже откровенно ошалевший взгляд Брендона: — Перенервничала, — короткая и понятная фраза — и вот уже в его глазах мелькает едва заметное уважение. Ага, супер, оно ведь мне так нужно!       С едой, а точнее с её количеством, мама даже немного перестаралась: порций хватило бы на семь, а то и на восемь человек. Брендон, если и видел местную еду впервые, никак не высказал удивления. А потом начался очередной допрос, только в более мягкой, можно даже сказать безобидной форме — именно так родители пытаются узнать больше о второй половинке своего ребёнка.       Пришлось изображать радость, хотя на это у меня не было ни сил, ни тем более желания. Выражение лица Брендона тоже было максимально непохожим на счастливое. — Твои родители, наверное, волнуются, — мама подпёрла подбородок рукой — именно так, как делала я время от времени, в основном, когда с головой окуналась в рисование, забывая про всё остальное. — Разве в мобильнике не было никакой информации?       По тому, как Брендон нахмурился, я поняла одну простую вещь: если в Магиксе и есть какой-то аналог мобильных телефон, то называется совсем не так. — Мы так и не нашли телефон, — перехватила инициативу в разговоре, до того, как специалист успел что-то ответить. — Точнее, я. Сбегала в парк, когда появилась возможность. Наверное, надо было раньше, сейчас его уже точно нет там. — А звонить пробовала? Может, кто-то нашёл? — Мам, — я закатила глаза — временами она бывала ещё наивнее, чем я. — Модель, конечно, не худшая, но ему тоже нужно заряжаться. А даже если мобильник и нашёл кто-то, то не факт, что вернёт его. — В Гардинии живут хорошие и честные люди, — Ванесса насупилась, а я лишь грустно улыбнулась.       Честные, говоришь? Что-то вы с папой не спешите рассказывать мне правду о том, что удочерили меня. Возможно, мне было бы не так больно раз за разом отмахиваться от правды. Брендон, каким-то образом понявший в какую сторону повернули мои мысли, тоже подключился к разговору. — Ничего страшного, если не найдём его, — парень улыбнулась, пытаясь выглядеть оптимистично. — Решу вопрос с документами, оплачу долг за лечение — и сразу займусь всем остальным. Главное, что имена вспомнил, так что связаться с родственниками будет довольно просто.       Ага, просто, только найди сперва какой-нибудь способ связаться с кем-то из другого мира. Селина явно понятия не имеет о том, как это можно сделать, а других знакомых, связанных с магией, у меня нет… Шилли и Дарма не в счёт — они подруги Митси и превратят меня в жабу при первой же возможности. Думаю, раз они учатся в школе магии, то способны на что-то такое. — Очень надеюсь, — мама покачала головой, то ли высказывая отношение к ситуации в целом, то ли к тому, что Брендон с такой лёгкостью махнул рукой на мобильник. — И да, пока не забыла… Другой одежды, так понимаю, у тебя нет? Я, конечно, уважаю… театр, но не знаю, как отреагируют люди на улице. — Этим вопросом мы тоже займёмся, — подозрительно быстро ответил Брендон и бросил на меня непонятный взгляд. — Может, завтра? — Отличная идея, — пожала плечами и положила вилку возле опустевшей тарелки. — Тебе помочь всё помыть? — Нет, не нужно, милая, — мама на удивление резво вскочила из-за стола и принялась сама всё убирать. — Брендон, будешь добавку? Я не очень хорошо разбираюсь в предпочтениях цыган, поэтому, если тебе нельзя какую-то еду, то скажи заранее.       Если бы в этот момент я пила кофе или ела что-нибудь, то всё это добро оказалось на столе. Хотелось не просто смеяться, а ухахатываться, сползая со стула — громко, во весь голос. Совсем из головы вылетело, что мама теперь верит в то, что Брендон — цыган, приехавший с другого конца страны.       Когда я увидела выражение лица специалиста, стало ещё хуже. Не выдержав, я начала смеяться вслух и сразу поймала на себе два взгляда, оба недоумевающие — мамы и Брендона. Надо будет обязательно рассказать ему подробности новой биографии. — Я… Извините, просто вспомнила кое-что, — попытки перестать не увенчались успехом, поэтому пришлось встать из-за стола и начать пятиться в сторону своей комнаты. — Брендон, пойдём, если наелся. Хочу посмотреть ту новинку, о которой рассказывала. — Спасибо, всё очень вкусно, — парень медленно поднялся, неловко посмотрел на грязную посуду и пошёл следом за мной. — И нет, у меня нет каких-то конкретных предпочтений… Разве что капусту не очень люблю. — Вот как, — мама смотрела на нас подозрительным взглядом до тех пор, пока мы не скрылись из виду.       Оказавшись в своей комнате, я махнула рукой в сторону кровати, намекая Брендону, что он может сесть на неё, а сама плюхнулась на стул (он же очень удобное офисное кресло на колёсиках) возле стола. Взгляд невольно скользнул по специалисту, мысли же, напрочь обогнув все темы, которые нужно обсудить в первую очередь, переметнулись к рисунку, лежащему в верхнем ящике стола. Захотелось взять его и сравнить, так сказать, с оригиналом. Да, рисовала я его посреди ночи, уставшая, и там наверняка есть множество недочётов, но мне почему-то кажется, что получилось очень похоже. Возможно, рисунок с Брендоном — одна из моих лучших работ за всё время. — Что такое «цыган»? — «Кто», — не задумываясь, поправила парня. — Неважно. Серьёзно, ничего важного. — Вот только, твоя мама так не считает, — Брендон, для виду принявший расслабленную позу, выглядел очень напряжённым. Складка между бровями, сжатые кулаки, серьёзный взгляд. Парень выглядел так, словно готовился к сражению с монстром, а не разговору со мной тет-а-тет. — Ладно, раз тебе это так важно… Зависит от того, про какой тип мы говорим. Одни просто специфически одеваются и живут как все остальные, а есть те, кто живëт в таборе и очень любит подходить к людям на улице со словами «Позолоти ручку». Вторые могут как просто нагадать чего-нибудь и выпросить денег за это, так и просто обокрасть. Люди как люди.       Воспользовавшись тем, что Брендон благополучно завис, повернулась к рабочему столу и подтянула к себе случайный лист. Перечеркнув лишнюю надпись, расположившуюся в самом уголке, подпёрла подбородок рукой и покрутила в руке карандаш.       Мысли разбегались подобно тараканам. Не знаю из-за чего конкретно: из-за неподходящего настроения или усталости, с каждой минутой всё сильнее напоминающей о себе. Удивительно, что я вообще дошла до дома — не иначе как на чистом упрямстве. Конечно, мне ничто не мешает прямо сейчас завалиться спать и дать Брендону время рассмотреть каждый сантиметр моей комнаты, но сперва нужно решить ещё пару вопросов.       На лице против воли возникла вымученная усмешка. Злиться на Брендона дальше не получится — это очевидно. И дело даже не в том, что он буквально заставил Селину сказать мне правду, и не в том, что напоил каким-то лекарством (к слову, если найдётся способ сделать его хотя бы безвкусным, то можно будет пить целыми кружками — сахар и не такие проблемы решает), а просто. Не знаю почему, но у меня никогда не получалось злиться на других долго: на Митси, на Селину, бросившую меня одну на несколько месяцев, на маму, частенько игнорирующую моё мнение. Да, он поступил хуже, гораздо хуже, чем любой другой человек, когда-либо причинивший мне боль, но Брендона хотя бы можно было понять. Понять и простить. Как банально, но так в моём стиле.       На самом деле, это первый раз, когда мне действительно хочется простить человеку почти что угодно. Возможно, дело в том, что он был искренним со мной? Попытки помочь, обоснованная злость на Селину, переживания за меня — во всём этом не было ни капли наигранности. Это… Довольно приятно, если подумать.       Мама всегда говорила, что к человеку нужно относиться так же, как он относится к тебе. Поэтому я тоже буду с максимально честной с Брендоном. — На Земле есть посольство Магикса, — чтобы не сбиваться с мысли, я не стала смотреть на парня. — На данный момент оно — твоя единственная возможность вернуться домой. Но, как говорится, есть подвох.       Брендон молчал, но я почему-то чувствовала полную уверенность в том, что он слушает каждое моё слово. — Работники посольства оборвали почти все контакты с Магиксом, оставив возможность связаться только с Облачной башней. Но, чтобы они открыли портал туда, нужно подать заявку и сдать вступительный экзамен. Селина не проходит по критериям… — я сделала паузу, собираясь с мыслями. Интересно, что он сделает? Поблагодарит или назовёт безрассудно рискующей идиоткой? Так или иначе будет прав. — И поэтому мы пытались понять, есть ли у меня шанс поступить туда.       Кровать жалобно скрипнула, а я упрямо вцепилась в подлокотники, буквально заставляя себя не смотреть в сторону Брендона. Не знаю почему, но видеть осуждение на его лице не хотелось. — То есть… Ты не «экспериментировала», просто чтобы научиться колдовать?       Голос Брендона раздался где-то над ухом, и я вздрогнула от неожиданности — он подошёл ко мне совершенно беззвучно. — Эм… — перед глазами пронёсся наш с Селиной диалог, состоявшийся как раз перед попыткой помедитировать. — Конечно же мне хотелось научиться колдовать, но в первую очередь мы думали про Облачную башню и поступление. Ты не представляешь насколько я была зла. — Что-то ещё?       Я удивлённо хлопнула глазами. В смысле? Больше ничего важного не… Настроение мигом ухудшилось, стоило лишь мне вспомнить, что конкретно произошло утром — причина, по которой я, собственно, и отключилась в больнице. Да, пожалуй, это подходит под понятие «что-то ещё». Следом промелькнуло неприятное осознание, и я резко повернула голову в сторону специалиста. — Ты ведь уже знаешь ответ! — в моём голосе отчётливо слышалось осуждение.       Брендон смотрел на меня настолько спокойным, но в то же время понимающим взглядом, что мне показалось, будто я попала на приём к психологу. Хотелось скинуть что-нибудь на пол, закрыть уши и напевать глупую детскую песенку, а лучше вообще спрятаться в шкафу — что угодно, лишь бы не признавать свою ошибку. Слова Селины про то, что с мамой всё в порядке, после того, как выяснилось, что та очень даже умеет ошибаться, перестали приносить облегчение, даже наоборот, легли на плечи тяжёлым грузом. И признаваться в такой ошибке Брендону совсем не хотелось… Да и смысл, если он и сам всё понял? — Хотелось бы услышать его от тебя.       Вот же… Специалист! Не знаю почему, но другое ругательство на ум не пришло. Может, в их школе действительно учат всему понемногу? Так сказать, на все случаи жизни. Ведьм, по этой же логике, должны учить творить зло и учинять беспорядки при любом удобном случае. И, кажется, пока что я двигаюсь в нужном направлении. Интересно, что будет дальше? Начну изучать магию вуду и причинять людям боль? Или, может, насылать проклятья на одноклассников и учителей, чтобы те оставили меня в покое? — Мы с мамой повздорили, и я случайно внушила ей… Как там было? — сделала вид, что задумалась и пытаюсь вспомнить, хотя каждое мамино слово настолько отпечаталось в моей памяти, что мне не пришлось прилагать даже малейшее усилие. — Что ты из штата Огайо, что тебя зря подозревает Страбберс… И кучу ещё кучу какого-то бреда, потому что я очень разозлилась и совершенно не думала о том, что говорю.       Несмотря на то, что мне было очень неприятно, почти противно говорить всё это, губы растянулись в усмешке, которая со стороны могла показаться едкой и, возможно, немного гнусной. Мне хотелось, чтобы меня хорошенько встряхнули и сказали, что всё в порядке. Что я не стану какой-нибудь злобной ведьмой из сказок — одной из тех, которых в конце неизбежно ждёт встреча с главным героем и верная гибель. Что всё это — неудачное стечение обстоятельств и ничего более.       Брендон, решив что-то для себя, присел на корточки. Так, чтобы не смотреть на меня сверху вниз, за что я была ему благодарна. На самом деле, я задолжала ему уже не одну благодарность. — Может, я и не так много знаю про магию, но не слепой, — Брендон протянул ладони и мне чисто интуитивно удалось понять, что от меня хотят — пришлось вытянуть свои. Чужие прикосновения подействовали успокаивающее. — Глубоко вдохни и послушай меня.       Доверившись, сделала так, как он сказал. — Ты самая храбрая фея из всех, кого я когда-либо знал, — я дёрнулась, словно от удара, и попыталась вырваться, но Брендон чуть надавил на мои ладони, не давая сделать этого. — Только феи, Блум, пытаются помочь незнакомцам и лезут вперёд, не думая об опасности. — Я сбежала, когда той девушке нужна была помощь, — проговорила быстро и шёпотом, больше для себя, чем для Брендона. — А это уже называется здравым смыслом. Ты бы ничем не смогла ей помочь. Принцесса Стелла сделала самое главное в этой ситуации — вызвала специалистов. Ей лишь нужно было продержаться до нашего прихода, но она не смогла бы защитить ещё и тебя.       Я молчала просто из-за того, что не понимала: нужно мне что-то отвечать или нет. Но, кажется, Брендона вполне устраивало и моё молчание. — Ты не виновата в том, что по незнанию использовала магию на своей маме. В том, что так получилось с медитацией, тоже никто не виноват: Селина не могла знать, что ты фея, а не ведьма. Я могу злиться и говорить что угодно, но факту во всём виновато неудачное стечение обстоятельств. — И всё же я буду учиться в школе для ведьм, — нервный смешок сдержать не удалось. — Так что никакая я не фея. — Ну и что? В этом же нет ничего такого, — к моему удивлению Брендон сказал это вполне искренне. — Редко, но случается такое, что феи бросают учёбу в Алфее и уходят в школу для ведьм. И наоборот. — Разве? У меня вот сложилось впечатление, что ведьм в Магиксе терпеть не могут, — я прикрыла глаза, чтобы те не выдали мои эмоции, но скрыть лёгкую дрожь не удалось. — Ты вполне наглядно продемонстрировал это. — Слушай, я был не прав. Надо было нормально поговорить, а не хвататься за меч. Неудивительно, что теперь ты считаешь меня больным на голову придурком, — парень фыркнул, пытаясь немного разрядить обстановку. — Учти, это не мои слова, — попыталась улыбнуться, но получилось вяло.       Секунд, наверное, десять специалист наблюдал за моей реакцией. Убедившись, что всё не так плохо, как могло быть, он продолжил: — Да, у меня был достаточно неприятный конфликт с ведьмами, но это не значит, что я их ненавижу, — Брендон сделал паузу, чтобы подобрать слова. — И тебя, если поступишь в Облачную башню, никто не станет ненавидеть. Я уж точно не стану.       Я открыла глаза, только чтобы впиться взглядом в его лицо и понять, насколько серьёзно он говорит это. Ни насмешки, ни сомнений — лишь полная уверенность в своих словах и твёрдость. И, пожалуй, это было именно то, что мне хотелось услышать. То, что мне нужно было услышать. — Спасибо, — в этот раз улыбка получилась более радостная, пусть и с заметным оттенком усталости. — За что? Я ведь твой парень, — Брендон широко улыбнулся и, совершенно неожиданно поднял меня со стула. Отдам должное, сделал он это очень осторожно — никакого дискомфорта от столь резкого подъёма не чувствовалось. — Должен же я поддерживать свою девушку! — Брендон! — с лёгким негодованием, но без какого-либо негатива воскликнула я и шутя стукнула специалиста по груди. — Шутник, блин!       Парень кивком указал на кровать, и прежде чем я успела что-то сказать, уложил меня на неё и поднял руки, показывая, что не имел в виду ничего двусмысленного. — Поспи немного. Обещаю, что не стану рыться в твоих вещах, — одна из моих бровей сразу изогнулась в немом вопросе. У него что, проскакивала такая мысль? — Думаю, небольшой отдых мне точно не повредит, — быстро посмотрев на кровать, а потом снова на Брендона, вздохнула. Мысли в голове медленно, но верно превращались в кашу. — Я сейчас напишу Селине и скажу, что мы здесь. Не думаю, что она придёт раньше, чем через пару часов, так что у меня будет возможность немного поспать. Знаешь, как пользоваться?       Последний вопрос я задала, указывая на компьютер, стоящий напротив кровати — с правой стороны от входной двери (стол для рисования и кровать вот уже который год стоят слева). — Честно? Ни разу не видел таких старых моделей, — парень окинул мой новенький компьютер каким-то странным взглядом. — Думаю, разберусь.       На всякий случай (по большей части для собственного спокойствия) я сама включила системный блок и вкратце объяснила, как всё работает. По взгляду Брендона было понятно, что он понял едва ли треть.       Последним, на что мне хватило сил, была смс-ка Селине. Простенькая, но всё же. Дожидаться ответа не стала — положила телефон возле Брендона и попросила в случае чего ответить самому. Точнее, это было предпредпоследним. Перед тем, как пойти к кровати и, не раздеваясь, завалиться спать, я ещё подошла к своему столу для рисования и вытащила тот самый рисунок, который запрятала ранее. Отдав Брендону эту пародию на портрет (всё же мне не очень верилось в то, что он будет всё время сидеть за компьютером и не начнёт осматривать комнату хотя бы чисто из любопытства), которую он всё равно увидит, я не стала дожидаться реакции и быстро нырнула под одеяло. — Начнёшь приставать — поджарю, — бросив эту фразу, зевнула и опустила голову на подушку. Почти сразу мысли начали утекать, словно песок в песочных часах, а в голове послышался шум океана.