Ужасный город, но приятный человек.

Дадзаю было неуютно спать в новых стенах. Пусть всё выполнено вполне уютно, но Осаму даже в собственных стенах родительского дома было неуютно, ведь рядом с ним спят его сёстры, а их он недолюбливал. Считал, что поступают они нелогично. Одна из его сестёр за спиной обсуждала вместе с братом свою подругу. Как так можно говорить в лицо комплименты, а за спиной гадости? Этого Дадзай никогда не понимал женщин. Стены этой гостиницы были давящими на разум Дадзая, говоря, что ему не место в этом городе. Парень всегда задавался вопросом, где же ему будет место? Где его место? Человеческая жизнь состоит из того, чтобы передавать информацию. Но кому Дадзай сможет передать информацию? Как можно любить человека, если чувств совсем нет? Ему что, нужно сброситься в реку, когда у него будет семья? Он только всё испортит этим поступком! Разгневанный человек, кажется Осаму куда страшнее всех, ибо он знал, что человек в гневе может сделать или сказать что-то очень страшное. Но что делать ему, если нет никаких чувств и эмоций? Да, Дадзай Осаму и есть неполноценный человек. Возможно, он просто умное существо. Но зачем ему мозги, если это ему не принесёт никакого счастья? Только несчастье. Парень ещё с самых ранних лет обожал думать обо всём, размышлять о словах, их значения, придумывать разные планы. Но в один момент всё пошло не так. Он, наконец, понял слова «Горе от ума». Размышляя о чувствах, любви, человеческом значении – это убило его последние чувства. Дадзай знал, что с детства он был замкнутым. В детском саду он всегда сидел на лестницах, наблюдая за другими детьми. Его когда-то сфотографировала воспитательница. Маленький мальчик, на вид года четыре, сидит на самом верху лестницы, схватившись руками за лесенку, на которой сидит. Его лицо выглядит так, будто он недавно плакал. Он смотрит на всех сверху вниз. Да, Дадзай помнит, что ни с кем не контактировал в детском саду, лишь наблюдал за всеми. Только в 13 лет он решил притворяться тем, кем он не является. Он не может сказать, что ему это как-либо не нравилось. Наоборот, это была лишь защита от всех людей, чтобы его настоящего не трогали. Утром Дадзай был сонным, словно муха. Он не отказался бы посидеть в четырёх стенах этой китайской гостиницы, но, когда парень шёл вчера ночью к этой гостинице, заметил заведение, где готовят японские суши. Хоть что-то родное. Одевшись, Дадзай направился к выходу из этой гостиницы. Ему нужно было перейти через дорогу, но ни пешехода, ни светофора рядом не было. В этом городе делают их как-то странно. То они на каждом углу, а там, где они нужны, как воздух – их нет. Оставался только дин вариант – пробежать через дорогу. Сейчас было утро, многие спешили на работу, поэтому машин было много. Шатен решил довериться судьбе и пробежать через эти машины. Сейчас он выглядел как суицидник, смотрящий на машины и людей, которые куда-то смешат. Его взгляд был решительным. Дадзай вытянул одну ногу чуть вперёд, оставив другую немного позади. Выдохнув, он начал бежать через машины. Ему много сигналили, но Дадзай лишь бежал вперёд. Теперь он на другой улицы, а машины продолжили свой путь. Это было и страшно, и весело! Он был на волоске от смерти или от инвалидной коляски! После нескольких секунд отдышки, Осаму продолжил ход к тому суши-бару. Конечно, он знал, что еда будет другой на вкус, ибо подстроена она под русских, а не под японцев, поэтому Осаму ожидал другой вкус. Но какое-же было его разочарование, когда шатен заметил зебру, которая была дальше от него, когда он подвергал себя риску… Что-ж…о прошлом не нужно жалеть. Зато он пробежался утром немного. Теперь его тёмно-карие глаза смотрели на большое здание. И в нём готовят только суши? Но Дадзай решил зайти. Он заказал себе суши. Сев за стол, он начал ожидать, когда ему приготовят его заказ. *** Достоевский сидел около этого озера, ожидая, когда его ноги обсохнут. Уже было утро. Он снова не спал, а самое главное – забыл насыпать корм кошке… Хотя, вроде, в другой миске был другой корм, но Соня его не так охотно ела, как тот, который давал ей утром и вечером хозяин. Нужно было возвращаться, ибо кошка не любила, когда Достоевского долго не было. Она наказывала своего хозяин лаской. Когда его долго не было дома, то она дольше просила, чтобы её погладили. - Вроде, высохли… - сказал тихо Достоевский сам себе, потирая свои ноги, чтобы понять, хорошо ли они высохли или нет. Обув на свои ноги кроссовки, Фёдор встал с земли, отряхиваясь. Теперь нужно было как-то выбраться. Одна его рука схватилась за камень, который торчал. Было видно, что он плотно был в земле. Парень смог встать на рельсы, на которых поезда не ходят. Шагая по рельсам, он понял, что проголодался. Теперь он думал, куда пойти, встав на пути, чтобы выбрать, в какое место ему пойти. «Если я пойду в то заведение, где продают бургеры, то сильно наемся, а если пойду дальше в суши-бар, то можно заказать несколько роллов, то сильно не наемся и меньше заплачу», - подумал Достоевский в голове. После этих раздумий направился дальше. Он проходил мимо торгового центра, где продавали инструменты, сантехнику, гаджеты, сим-карты. На самом верху здания были часы, показывающие точное время. Сейчас было уже 9 часов утра. Многие спешили на работу. Парень аккуратно перешёл через дорогу, идя дальше в суши-бар. Через несколько минут он уже был около большого здания, где готовили японскую кухню. Посетителей было мало, что неудивительно для такого раннего утра. Но за столом сидела знакомая фигура… Это был тот самый шатен. Он уже ел свой заказ. Но Достоевский решил не замечать его, подумав «Не надо мне это». Он заказал свой заказ, но его предупредили, что делать будут долго, ибо заготовок не было. Фёдор кивнул, дав понять, что ему всё равно сколько ждать. Он оплатил заказ, сев за ближний стол, чтобы быть ближе к месту, где выдают заказы. *** Дадзай уже получил свой заказ, поедая его. «Это довольно сильно отличается от японской кухни, но вкус довольно интересный…», - подумал Осаму, хватая палочками другой ролл, обмакивая его в соус. В заведении был ещё один человек. Видимо, он завтракал перед работой и уже собирался уходить. Было слегка неловко осознавать мысль, что скоро он останется один с персоналом. Но в заведение зашёл ещё один человек. Дадзай сразу узнал того парня, который скрылся... Ему было интересно узнать, куда же он ушёл вчера. Он заметил, что парень сел рядом с выдачей. Осаму взял свой заказ и подсел рядом с незнакомым парнем, который выглядел ровесником Дадзая. Достоевский сразу узнал того парня с чемоданом, но пытался делать вид, что он не замечает его, лишь бы отстал. Дадзай – человек любопытный, поэтому прямолинейно спросит то, что он хочет узнать. - Приветик! Я тебя помню… Мы вчера встретились, так ведь? Я не местный, но хочу знать, куда ты скрылся, - Осаму слегка прикрыл свои тёмно-карие глаза на последнем предложении. Достоевский не хотел разговаривать с кем-то утром. Он привык сидеть дома, работать или играть с Соней. Хотя, нужно было ради приличия сказать что-то. - Ну, здравствуйте? – неуверенно сказал Достоевский, - Вчера я шёл в лес, чтобы отдохнуть, - коротко ответил Фёдор. Дадзаю было ясно, что парень устал и общаться не хочет. Но что, если прикинуться дураком, который ничего не понимает? - А, ясно, - сказал Дадзай, - Мне бы хотелось туда сходить. - Так сходи, - грубо ответил Фёдор. - Ну-ну, зачем так грубо? – проскулил Осаму, выжимая из себя милоту, - Я наделся, что местный человек, вроде тебя сможет показать мне тот лес. - В другой раз. Я устал и хочу спать, - прямолинейно ответил Достоевский, смотря на то, как повара готовят его заказ. Хорошо, что персоналу не до подслушивания разговоров. «Понятно. Значит, совсем не хочет разговаривать со своими ровесниками… Наверное, даже контактов своих не скажет. Он, кажется мне, интересным…», - подумал Дадзай. - Хорошо-хорошо. Тогда, может, сходим завтра вместе? Я всегда свободен! «Какой назойливый…», - подумал Достоевский. - Знаешь ли, я тебе не девчонка, чтобы на свидания меня приглашать. - Это не свидание, а прогулка по городу. - Звучит, как одно и то же. - Нет. Достоевский вздохнул, закрыв глаза, - Ладно, пойдём завтра. - Ура! – сказал тихо Осаму, - Оставишь мне свои контакты? - Да, - сказал Достоевский протягивая свой телефон, заходя в контакты, чтобы парень мог записать свой номер. Дадзай записал себя своим именем в телефоне незнакомца. «Дадзай Осаму» виднелся контакт. Теперь Достоевский знает, как зовут человека, сидящего рядом с ним. - Теперь твоя очередь, - хитрым голосом сказал Дадзай, протягивая свой телефон. Включена русская раскладка, чтобы парень рядом с ним записал себя своим именем. Достоевский так и сделал, записав себя «Фёдор Достоевский». - Отличненько! – воскликнул Дадзай, беря свой телефон в свои руки. - Теперь ты отстанешь от меня на один день? - Конечно нет! Знаешь, вдруг ты маньяк и целый день будешь готовиться к моему убийству. Мне придётся весь день следить за тобой, - сказал Осаму, подтягиваясь. - Что за нелепица? Больно нужен ты мне, - сказал Достоевский, выдыхая. Они явно не поладят. «Дадзай выглядит худым… Я больше поверю, что трава синяя, чем в том, что он не носит маску клоуна. Клоун», - подумал Достоевский. - Ну, знаешь, ха… Всё может быть! Не хотелось бы умереть от рук, кого едва знаешь, - сказал дадзай с глупой улыбкой. - Значит, хочешь умереть от рук, кого знаешь? – спросил Достоевский, слегка заинтересованным взглядом. - Почему бы и нет. Звучит интересно, - на этот раз Дадзай выглядел не таким уж и радостным, что заметил Достоевский. «Что-то он не выглядит таким радостным… Реально хочет умереть? Тогда нет никаких сомнений, что он лишь претворяется тем, кем не является. Это интересно. Никогда не встречал таких людей, как он», - подумал Достоевский в своей голове. - Убивать тебя – себе дороже. Не собираюсь заморачиваться с заметанием следов, - Достоевский сделал паузу, - Кстати, зачем ты приехал в этот город? Не думаю, что иностранцев влечёт отдых в таком болоте. Дадзай заметил, что Достоевский слегка заинтересовался в нём, если он задал этот вопрос. «Хм… Я начинаю понимать, что он уже знает о моём притворстве. Выглядит он, как интроверт, сидящий дома. Возможно, что таких людей, как я он ещё не встречал», - подумал Осаму. - Меня отправили в этот город для самостоятельной практики русского языка. Я давно изучаю этот язык. - Понятно… - сказал Достоевский, прищуривая глаза. На большом телевизоре показывался, что новый заказ готов. Фёдор встал со стула, чтобы забрать свой заказ. На столе выдачи стояла маленькая коробка, в которой лежало несколько роллов. Рядом на выбор был бесплатный соус, но парень решил не брать этот соус, потому что недолюбливал соусы. Рядом на выбор были японские палочки и вилки. Фёдор не стал долго выбирать, не думая, взяв вилку, ибо палочками пользоваться не умел. Зачем ему вообще пользоваться палочками, если японскую кузню ест очень редко? По виду он мало ел, поэтому обучаться как есть еду другими приборами – не имеет смысла. Высокий парень сел за стол, где сидел Дадзай – его новый знакомый. Шатен сразу заметил маленькую порцию в маленькой коробочке. - Так мало? – спросил Дадзай, глядя то на коробку, то на Фёдора, который уже начал есть свой заказ. - Мне хватит, от голода не умру, - сказал Достоевский, поедая вилкой роллы. - Знаешь, это издевательство над японской кухней. Ты ешь неправильно, - сказал Дадзай, указывая на прибор, которым пользуется Фёдор во время еды. - И что, мне теперь обучаться есть палочками, чтобы раз в год ходить в японские кухни? Не думаешь, что звучит это глупо? - Ну, что-то в твоих словах есть… - сказал Дадзай с лёгкой ухмылкой на лице, прищуривая свои тёмно-карие глаза. …