жизнь в красном оттенке

Он не чувствовал холода ночных улиц, хоть и был одет легко для поздней осени. Легкая морось отбивала известный только ей ритм, пока Джерико со своим отрядом, если сброд из пяти бунтарей можно было так назвать, тихо продвигался по узким переулкам. Пока что, все шло в точности соответствуя плану. Проходя все ближе ко внутренним стенам, все сильнее ощущалась давящая атмосфера тесноты: дома и постройки стояли буквально друг на друге, небо практически не было видно, а улицы становились все уже и уже. Дарквилл был невероятно скуп, когда дело доходило до внутренней защиты города. "Никто не прорвется так далеко, в этом нет нужды" — повторял он. Вспоминая эти слова, Свейн ухмыльнулся про себя. Ведь и в правду — никто не прорывался так далеко, все были там изначально. Внутренние стены начали трескаться уже давно и не составило большого труда, чтобы найти щель, достаточно большую дабы в нее смог пролезть человек. И вот, они внутри. Двое шли направо — отвлекать внимание стражи, трое шли налево — подготовить засаду и заранее перекрыть все возможные пути отхода, Джерико идет прямо - к тронному залу. Каждый миллиметр внутреннего Бастиона прямо-таки кричал о безвкусном высокомерии Борама: огромные портреты в позолоченных рамках с драгоценными камнями, дешевые красные ковры и старая мебель в серебряной отслаивающейся потали — все, только чтоб подчеркнуть, что он лучше, выше, богаче всех плебеев, живущих за полуразрушенными стенами этого места. Эти попытки выглядели просто уморительно, с одной стороны, а с другой безмерно мозолили глаза Свейну, пока тот шел по нескончаемым коридорам и лестницам. Последний проход с уже мирно спящими стражниками, и вот она — дверь в тронный зал, возле которой дежурит маг, встречающий Свейна коротким кивком. Джерико чуть медлит, берясь за ручки тяжелой дубовой двери, но потом открывает их резким рывком. В зале было душно. За большим темным столом собрались все бесчисленные советчики и чиновники, кои тешили самолюбие Дарквилла и пытались откусить себе побольше власти. Сам он, как всегда, на своем троне. Все произошло очень быстро и тихо: вот Борам с непониманием смотрит на фигуру в дверном проеме, а через мгновенье он уже лежит в осколках своего трона со вспоротой грудью. Чиновники, при виде этой картины, посыпались из зала. — Не надо, — сказал Свейн магу, уже приготовившемуся применять свою магию по назначению, — Как-то же все должны узнать о том, что случилось сегодня ночью.