Путь Джека

      Тяжелые дубовые двери с глухим стуком захлопнулись, наглухо отрезав зал совещаний от внешнего мира.       В повисшей тишине лишь потрескивали масляные лампы, их колеблющийся свет скользил по столу, выхватывая из полумрака напряженные лица собравшихся.       Среди стульев выделялся один — массивный, с резными подлокотниками в виде львиных голов. И он все еще пустовал. Это был зал совещаний Восьми Пальцев. Они собрались здесь, едва их худшие опасения подтвердились.       Их люди уже прочесали весь Э-Рантэл. От мелких канцелярских крыс до высших чинов, присутствовавших в тот роковой день на арене, — все, кого удалось найти и допросить, твердили одно: Глава отдела безопасности Зеро мертв. Убийца — эльф исполинского роста.       Эльф. Новость казалась нелепой. Но это был лишь первый удар.       Второй оказался сокрушительнее. Сразу после убийства появилась фигура в темном плаще, которая похитила тело Зеро, растворившись в ослепительной вспышке телепортационного свитка. И в этом заключалась настоящая катастрофа. Будь тело в их распоряжении, Зеро смогли бы воскресить.       Тот факт, что его забрали… вызывал немую ярость и леденящее осознание провала.       Зеро был не просто одним из лидеров Восьми Пальцев — он был их опорой, тем самым фундаментом, что годами обеспечивал безопасность всей организации. Теперь этот фундамент был не просто поврежден — его вырвали с корнем и унесли с собой.       И каждый, сидевший за этим столом, уже в ближайшее время ощутит, насколько зыбкой стала почва под ногами.       Тишина стала гуще. Напряжение витало в воздухе, как предгрозовая тяжесть, — ещё мгновение, и оно прорвётся.       Их единство всегда было иллюзией. Да, они работали вместе — но лишь до тех пор, пока это сулило выгоду. Каждый тихо продвигал своих сателлитов, каждый выжидал, мечтая завладеть большим влиянием.       И теперь — настал их час.       Взгляд одного из собравшихся, скользнув по опустевшему креслу, стал твёрже и холоднее. Бесспорно… Потеря Зеро являлась глубокой утратой. Но не воспользоваться ею было бы преступлением. Тем, кто захватит власть над отделом безопасности, сможет давить на остальных.       И вот теперь, в этой давящей тишине, кто-то должен был сделать первый шаг.       — Приступим.       Одно слово. Тихое, но неумолимое. За которым последовал скрип стульев — все присутствующие невольно выпрямились.       Говорил Председатель. Лидер Восьми Пальцев. Человек, отмеченный печатью Водного Бога.       Его лицо — добродушное, обрамлённое мягкими морщинками. Его взгляд — тёплый, почти отеческий. Смертельно опасная иллюзия. На первый взгляд простоватый деревенский лекарь. В действительности паук, тридцать лет плевший невидимую паутину подпольной империи.       Когда его рука поднялась, воздух словно загустел. Сама комната затаила дыхание в ожидании его слов.       — Нам предстоит многое обсудить. Но сначала… Хильма.       — Да-а? — голос прозвучал томно, как струйка дыма.       Все взгляды обратились к женщине в белоснежных одеждах. Её кожа — болезненно бледная, почти прозрачная — сливалась с тканью, создавая призрачное впечатление. Лиловый дымок вился из длинной трубки в её изящных пальцах, перекликаясь с ядовито-пурпурной помадой на губах. Татуировка в виде змеи, казалось, шевелилась при каждом движении, обвивая руку от плеча до запястья. Вся её фигура источала опасную чувственность — дорогая куртизанка, привыкшая к власти над мужчинами.       Она была лидером отдела по торговле наркотиками.       — Твои люди, — продолжил Председатель, игнорируя её вызывающий тон. — Узнали что-нибудь о том эльфе… и похитителе, что унес тело Зеро?       Все присутствующие наблюдали за Хильмой — взглядами, в которых читалась настороженность, зависть и отточенное годами понимание. Каждый за этим столом знал о её особом положении.       Причина такого благоволения со стороны Председателя оставалась загадкой — возможно, старые связи, может, какие-то взаимные обязательства. Но факт оставался фактом: только Хильма удостаивалась чести получать личные поручения от самого лидера. Как сейчас — задание расследовать убийство Зеро, что уже говорило о многом.       Глаза присутствующих невольно скользили к Председателю, когда Хильма томно выпустила клубы лилового дыма.       В организации существовало негласное правило: отдел Хильмы — неприкосновенен. Даже в самых ожесточённых внутренних разборках никто не смел переходить ей дорогу. Все помнили судьбу прошлого лидера отдела контрабанды, который попытался подсидеть её людей — несколько его складов «случайно» оказались в руках отдела наркоторговли, а сам он исчез без следа.       Но истинный урок все усвоили позже. Самоуправство Хильмы выходило за все мыслимые рамки. Устранение одного лидера другим никогда не приветствовалось в их кругу. Да, у них бывали разногласия, порой кровавые… но ликвидация делового партнёра, пусть и конкурента, подрывала саму основу их хрупкого согласия. По неписаному закону, проигравший откупался — территорией, золотом, ресурсами. Кровь высших руководителей была последней, недопустимой монетой. В обычных обстоятельствах, на Хильму обрушился бы гнев всех остальных, ведь устранение одного из них ослабляло позиции каждого, создавая угрожающий прецедент.       Когда разборки закончились, все взгляды обратились к Председателю, ожидая суда и расплаты. Он же лишь молча посмотрел на Хильму… и кивнул. Этого было достаточно.       И в тот миг любое возмущение умерло, задавленное холодным расчетом. Выступить против его воли значило бросить вызов не просто главе организации. Опора Председателя простиралась далеко за стены этого зала — его связи опутывали королевскую администрацию, гильдии и суды, делая его почти неуязвимым для обычных интриг. Но главным аргументом был он сам. Он был живым оружием, магом такой мощи, что сама мысль о противостоянии с ним казалась самоубийством. Их кинжалы, шпионы и наёмники были бессильны против человека, способного волею мысли обратить комнату в пылающий ад.       С тех пор её отдел существовал вне иерархии. Подобно ядовитой орхидее, что цветёт не на свету, а в глухой тени могучего дуба, она существовала по его молчаливому позволению — красивая, смертоносная и неприкасаемая.       — Это оказалось… до смешного просто. Эльф — авантюрист железного ранга. Джек Хаммер. Великаном, конечно, не является… но габаритами действительно выделяется. В городе около месяца, но откуда прибыл неизвестно. По словам одного свидетеля… он монах. Как и наш покойный Зеро.       Лидеры обменивались краткими взглядами. Каждый из них осознавал — Зеро не был простым бойцом. Его мощь ставили в один ряд с авантюристами адамантового ранга, а некоторые смельчаки даже шептались, что он мог бы потягаться с самим Газефом Стронофом.       Именно поэтому сейчас в воздухе витала не просто тревога — а ледяное предчувствие беды. Неизвестный эльф, появившийся из ниоткуда… и расправившийся с сильнейшим из Восьми Пальцев.       В случае чего… Что они смогут ему противопоставить?       — Что ещё любопытнее, — продолжила Хильма, играя кончиком трубки. — Конфликт начался из-за двух девушек, подруг эльфа, которых Зеро взял в плен. Джек не только их освободил… но и перебил охрану и выпустил всех рабов, принадлежавших Кокодолу.       Все головы повернулись в сторону Кокодола. Лидер отдела работорговли сидел, сгорбившись, его длинные пальцы нервно перебирали по столу.       — Безусловно… Этот инцидент нанес мне значительный урон, — зашелестел его мягкий голос, больше подходящий учителю или писарю, чем работорговцу. — Признаюсь, даже в самых кошмарных снах я не предполагал… что найдется кто-то сильнее нашего Зеро… Какая досада — я щедро заплатил ему авансом… а в итоге он мертв, и мое имущество разбежалось.       Его слова висели в воздухе фальшивой нотой. Ни тени настоящей скорби — только сожаление о потерянных инвестициях. Все прекрасно видели, как его глаза оставались сухими, а губы подрагивали не от горя, а от ярости при мысли о понесенных убытках.       Он изо всех сил старался сохранить лицо, но каждый в зале понимал — сейчас Кокодолу хотелось не рыдать, а вопить от бессилия, рвать на себе одежду и проклинать весь мир. Но он сдерживался — слишком много глаз наблюдало за его реакцией.       — В любом случае… — голос Хильмы стелился как дым от трубки. — Пока мы не знаем, куда скрылся эльф с теми девчонками. Мои люди перевернули их лачугу и ту забегаловку… но там оказалось пусто. Судя по всему, они исчезли из города сразу после убийства Зеро.       Кокодол искривил губы в кривой улыбке.       — Хильма, душечка. Выходит, мы даже не сможем… покарать их должным образом? А что насчёт моего товара? Хоть что-то?       Хильма лениво покачала головой, заставляя змеиную татуировку извиваться.       — Ни следа. Будто их и не было.       — Ясно… — вырвалось у Кокодола что-то среднее между смешком и нервным всхлипом.       — Значит, работы предстоит немало, — Председатель сложил руки перед собой, его обычно добродушное лицо внезапно стало непроницаемым. — Гибель Зеро — удар по всем нам. А то, что его убийцы всё ещё на свободе… это вызов, брошенный каждому из Восьми Пальцев.       Его взгляд скользнул по лицам, читая невысказанные мысли.       — Вижу, как многие из вас желают заполучить сферу влияния отдела безопасности. Но я уже нашел достойного преемника.       В зале повисла гробовая тишина. Присутствующие переглядывались — дело было не в том, что Председатель разгадал их замысел. Кого же он мог посадить на место Зеро?       Из тени в углу комнаты раздался лёгкий скрип дивана. Все вздрогнули — они и не подозревали, что кто-то находился здесь всё это время, оставаясь совершенно незамеченным.       Фигура медленно вышла в свет, и колебания пламени ламп высветили…       Это был мужчина с подтянутой, жилистой фигурой — с мышцами, отточенными настоящими испытаниями, а не простыми тренировками. Его небрежная стрижка с разной длиной волос создавала впечатление, будто он только что встал с постели — отдельные пряди беспорядочно торчали в разные стороны.       Но этот нарочитый беспорядок контрастировал с его пронзительным карим взглядом, и едва уловимой ухмылкой, играющей на губах. Легкая щетина на подбородке лишь подчеркивала его небрежный образ.       Несмотря на внешнюю неопрятность, в каждом его движении читалась грация хищника. С легкостью он опустился на свободный стул, непринужденно закинув ногу на ногу.       — Здорово, — его голос звучал спокойно и уверенно. — Брейн Англаус. Думаю, мы найдем общий язык.       У его пояса покоилась изящная катана — длинный тонкий клинок, на рукояти которого лежала его расслабленная, но готовая в любой момент сжаться, ладонь. Казалось, меч был естественным продолжением его тела.       — Брейн долгие годы служил правой рукой Зеро… — начал Председатель, обводя присутствующих тяжелым взглядом. — Он входит в число сильнейших мечников Королевства, чьё мастерство сравнимо разве что с самим Газефом Стронофом. Он единственный, кто когда-либо сводил поединок с Зеро в ничью. Поэтому именно он возглавит отдел безопасности. Возражения?       Тишина в зале говорила сама за себя. Даже если у кого-то и были сомнения, никто не осмелился бы бросить вызов воле Председателя.       Почти.       — Есть, — раздался голос Хильмы, когда она неспешно подняла изящную руку.       Все взгляды мгновенно устремились к ней. Брейн лишь усмехнулся уголками губ, будто ожидал этого.       — Позвольте усомниться, — продолжила она, выпуская колечко дыма. — Этот деревенский рубака не справится с управлением отделом. Наемничьи замашки и опыт руководства шайкой головорезов — не лучшая рекомендация для такой должности.       В её словах была горькая правда, и все присутствующие знали это. Каждый из Пальцев, оценивая Брейна, видел ту же проблему: блестящий воин, но не управленец. Сможет ли он хоть на дольку исполнять обязательства прошлого лидера?       — Умение ублажать мужчин и пускать слухи — странный набор навыков для главы отдела, — Брейн лениво провел пальцами по рукояти катаны. — Но ты ведь как-то справляешься.       Все замерли, следя за тем, как Хильма медленно, будто наслаждаясь моментом, опускает свою трубку.       — Залаяла дворняга, которую впустили в дом. Интересно, когда ты последний раз видел мыло? Воняешь дешёвым вином, потом и беспросветной тупостью. Это и есть твой «дух воина»?       — В отличие от тебя, я не трачу полдня на прихорашивание перед зеркалом. Хотя, судя по результату, тебе это всё равно не помогает.       — О, мило! — Хильма приложила руку к груди в фальшивом ужасе. — Бродяга заучил пару колкостей. Должно быть, это всё, что осталось в твоей пустой голове после того, как собственная мать предпочла канаву твоей компании. Скажи, ты до сих пор ищешь её в каждом переулке?       — Лучше искать мать в переулке, чем продавать себя в будуаре, — парировал Брейн, его голос стал тише, но от этого каждое слово резало точнее отточенной стали. — По крайней мере, у меня есть что искать. А у тебя? Сосчитай-ка своих «покровителей», Хильма. Сколько их было — десять? Двадцать? Или ты так часто переходила из рук в руки, что уже сама забыла, чья подстилка ты сейчас?       В воздухе повисло напряжённое молчание. Хильма открыла рот для нового ядовитого ответа, но…       — Достаточно.       Голос Председателя прозвучал негромко, но с такой силой, что воздух в зале задрожал, как от далекого раската грома. Он не повышал тона, но в нём звучала такая неоспоримая власть, что даже Брейн инстинктивно отвёл взгляд от Хильмы, а её губы, уже сложившиеся для новой, отточенной колкости, замерли.       Она задержала дыхание на миг — короткая, яростная вспышка неповиновения, тут же задавленная железной хваткой самоконтроля. Её лицо, только что искажённое ядовитой усмешкой, стало бесстрастной маской в долю секунды. Она медленно перевела взгляд на Председателя       — Пока вы меряетесь недостатками, наш настоящий враг остаётся в тени. Зеро похищен. Золотая принцесса сводит против нас политические козни. А по нашей земле разгуливает эльф-убийца. Слишком много совпадений для одного квартала.       Он обвёл присутствующих тяжёлым, давая своим словам осесть.       — Возможно, эльф даже связан с принцессой Реннер. В последнее время слишком много «авантюристов» и прочих идеалистов проявляют интерес к нашим делам.       В наступившей тишине Хильма томно выпустила дымное кольцо, будто ставя точку в предыдущей сцене, прежде чем заговорить. Её голос теперь был чист от издёвки, деловит и спокоен.       — В таком случае, логично взять под контроль то, что мы можем. Я переговорю с дворянской фракцией. Постараюсь заблокировать новые законопроекты принцесски, — ее взгляд скользнул в сторону Кокодола. — Особенно те, что угрожают… определенным видам нашего бизнеса.       — Чёртова Реннер… — вырвалось у Кокодола сквозь стиснутые зубы.       Председатель продолжил, понизив голос.       — Что касается убийцы Зеро…       — Это моя забота, — неожиданно вставил Брейн, его пальцы непроизвольно сжали рукоять катаны. — Я лично отделю его голову от плеч.       — Такая уверенность… А ведь он победил Зеро, — Хильма язвительно усмехнулась. — Может, стоит попробовать переманить его? Сильный воин всегда полезен.       — Бессмыслица, — Брейн резко оборвал её. — Зеро никогда бы не упустил шанс нанять такого бойца. Тот точно отказался. И кроме того… Это уже стало личным.       Хильма лишь развела руками, понимая бесполезность дальнейших уговоров.       — Поскольку ключевые вопросы решены… — Председатель сменил тему, его голос вновь приобрёл деловую интонацию. — В ближайший год мы можем стать свидетелями падения Драконьего Королевства. Орды зверолюдей усиливают натиск. Если граница рухнет… — он мрачно посмотрел на собравшихся. — Кто-нибудь имеет предложения, как подготовиться к этому?

***

      Тихий шелест ветра разносился над дорогой, лазурное небо простиралось без единого облачка — хороший день для путешествий. Но ветер был сильным, порывистым, словно напоминая, что даже в ясный день не всё так просто.       Плащ за спиной Джека развевался, подхваченный воздушными потоками, а его верхняя часть одежды — нечто среднее между футболкой и пончо. Сшитая на заказ, она казалась мешковатой, но удобной.       — Мы ведь ещё встретимся? — тихо спросила Нинья, её голос почти потерялся в свисте ветра.       Вопрос был странным, но и чувствовала она себя не в своей тарелке. Джек направлялся в столицу, прямо в логово Восьми Пальцев… Но зачем? Он лишь сказал, что у него там «дела», и на этом всё.       А им он велел убираться из города как можно скорее. Бандиты не отстанут, и оставаться здесь — смерти подобно. Поэтому вскоре Нинья, Брита и Глинда покинут Э-Рантэл. К счастью, Лираль вызвался помочь — у него есть связи с главой гильдии бардов в Империи, так что с новым домом и работой проблем не будет. Да и сам он собирался отправиться в Империю, забрав с собой мать, пока суккуб Айлис не добралась до неё.       Но всё равно… ей было тревожно. Что-то щемило внутри, когда она смотрела, как Джек готовится уходить.       — Ничего не обещаю.       Холодный ответ. Но таким был Джек — всегда сдержанный, всегда отстраненный. Нинья незаметно сжала в кармане флакон с духами, которые так и не смогла использовать. Мысль о несостоявшемся свидании оставила горьковатый привкус.       — Ну же, Джек, — Брита усмехнулась. — Хоть на прощание мог бы разморозиться.       — Именно так! Ах… Искренне сожалею, что не смогу составить тебе компанию, дорогой великан, — его взгляд на мгновение стал серьезным. — Матушка… ей сейчас нужна моя защита больше всего, — затем снова заиграла привычная улыбка. — Хотя представьте, какие баллады я мог бы сложить о наших приключениях!       — Не утруждай себя, Лираль, — губы гиганта дрогнули в непривычной улыбке. — С твоими песнями… Я бы бросил тебя на первом же привале.       В наступившей тишине отчетливо слышалось, как Брита резко вдохнула.       — Джек… Ты только что… пошутил? — ее глаза округлились, будто она увидела, как дракон начал вязать крючком.       Это казалось столь же невероятным, как и все недавние события — словно мир перевернулся с ног на голову.       — Как жестоко! — Лираль воздел руки к небу с преувеличенной скорбью, но в глазах искрилось веселье. — Да и не смог бы ты от меня избавиться, поверь… Раз уж совместный путь нам не светит, — он сделал паузу для драматического эффекта. — То я обещаю разнести твое имя по всей Империи! Тебя будут воспевать в каждой таверне, мой угрюмый друг.       Джек лишь пожал плечами, его лицо снова стало невозмутимым.       — Делай что хочешь.       В глубине души он понимал — если этот болтливый бард действительно распустит слухи о его «геройствах», это может даже помочь. По крайней мере, люди перестанут шарахаться при его появлении… Хотя теперь придется терпеть восторженные взгляды и просьбы об автографах. Эта мысль заставила его едва заметно поморщиться.       В наступившей паузе к Джеку приблизился человек, выжидавший момент.       Нинья.       В груди щемило — это прощание получалось каким-то… незавершенным. Столько невысказанных слов, несделанных поступков оставалось между ними. Сердце бешено колотилось, когда она набралась смелости.       — Джек… — её голос дрогнул. — Можешь… наклониться? Хочу сказать тебе кое-что… на ушко.       Гигант удивленно поднял бровь, но без возражений опустился на одно колено, сравнявшись с ней в росте. Его дыхание было ровным и спокойным — в отличие от её прерывистого.       Нинья сделала шаг вперед, дрожащими пальцами схватилась за край его пончо для опоры. Губы её слегка дрожали, когда она приблизилась к его уху… И вместо шепота — нежно прикоснулась губами к его щеке.       Чмок.       Легкий, как дуновение ветра, поцелуй длился всего мгновение. Она тут же отпрыгнула назад, словно обожглась. Лицо пылало таким румянцем, что, казалось, могло осветить всю округу.       Где-то сбоку раздался восхищенный шёпот Бриты и сдержанный смешок Лираля.       — Я… э-это… — слова путались, язык будто прилип к нёбу. — Не п-придавай значения! Просто… ты мне… ну… — она сжала кулачки, — если не сейчас… то никогда бы не решилась… признаться…       Неожиданно Нинья почувствовала теплое прикосновение на макушке. Большая, грубоватая рука Джека нежно запуталась в её волосах, по-отечески потрепав их. Когда Нинья подняла взгляд, лицо Джека показалось ей удивительно мягким.       — Твои чувства… они очень ценны для меня, — его голос звучал непривычно тихо, словно боясь разбить хрупкий момент. — Но я не могу ответить на них.       Ещё когда Лираль впервые заговорил о чувствах Ниньи, Джек уже знал свой ответ. В глубине души он давно решил — любовь не для него. Это слишком дорогая роскошь, требующая времени, которого у него никогда не было в избытке.       Через время воспоминания о нём поблекнут в её сердце, освобождая место для кого-то другого — более подходящего, более… обычного. Так будет лучше для них нее.       Но.       Реакция девушки оказалась неожиданной. Вместо ожидаемых слёз или упрёков — лишь лёгкая тень грусти в глазах, словно она давно предвидела этот отказ. Её губы дрогнули, сложившись в улыбку, в которой было больше понимания, чем печали. И в следующий миг…       — Я понимаю… но Джек… — не закончив фразу, она вдруг резко прыгнула, обвивая его шею руками. — Я буду так по тебе скучать!       И тут же разрыдалась, пряча лицо в его широкой груди.       Джек застыл в полной растерянности. Ни один бой, ни одна опасность не ставили его в такое беспомощное положение.       Руки неловко замерли в воздухе — как успокоить эту бурю эмоций? Как найти нужные слова?       И тогда, медленно, осторожно, словно боясь раздавить хрупкий цветок, он обнял её в ответ, прижав к себе с неожиданной нежностью.       — Не плачь… — прошептал он, незнакомый самому себе. — Когда-нибудь мы встретимся снова.       Нинья лишь сильнее вжалась в его объятия, её пальцы вцепились в ткань его одежды, словно пытаясь задержать этот момент хотя бы на секунду дольше.       Мгновение нежности не могло длиться вечно. Они медленно разомкнули объятия, и Джек поднялся во весь свой двухметровый рост. Пальцы привычным движением натянули капюшон, тщательно скрывавший характерные остроконечные уши — в столице Королевства такая деталь могла вызвать ненужные вопросы и опасные взгляды.       Он уже собирался развернуться, когда…       — Эй, великан! — Брита резко шагнула вперед, перекрывая ему путь. — Не думай, что мы с тобой закончили. Есть кое-что, что я должна сказать.       Она встряхнула короткой стрижкой, собираясь с мыслями.       — Спасибо. За всё. И как воин воину — не подставляй спину и держи уши востро, — внезапно её губы растянулись в привычной дерзкой ухмылке. — Хотя с такими локаторами на голове проблем с этим у тебя не возникнет.       Твёрдая ладонь протянулась для рукопожатия. Джек на мгновение задержал взгляд на этой хрупкой, но такой сильной руке, прежде чем осторожно обхватить её своей огромной ладонью. Брита даже не дрогнула под этим пожатием, лишь сильнее сжала его пальцы.       — Буду надеяться, что наши пути ещё пересекутся.       Джек молча кивнул, последний раз окинув взглядом своих спутников. Затем плавно развернулся, и его длинный плащ качнулся, подхваченным внезапным порывом ветра. Тяжелые шаги застучали по дороге, ведущей к далеким стенам столицы.       Брита, Нинья и Лираль стояли, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. При нынешнем темпе ему потребуются недели, если не целый месяц пути. Лираль еще накануне предлагал нанять повозку или хотя бы лошадь, но Джек лишь покачал головой — у него были свои причины идти пешком, причины, которыми он не счел нужным поделиться.       Но сейчас их мысли занимал другой вопрос.       — Почему… Энфри так и не пришел?       Накануне лекарь сослался на неотложные дела, но все трое чувствовали — за этой отговоркой скрывалось что-то большее. Что-то, что заставило его избегать этого прощания.       Дорога впереди пустела. Фигура Джека становилась все меньше, пока окончательно не растворилась в утренней дымке.

***

      — …Ладно, мы отвлеклись, — мягко перевела разговор одна из девушек, её голос звучал как перезвон хрустальных колокольчиков. — Вернёмся к главной теме?       — Ага, — кивнула собеседница, поправляя прядь золотистых волос. — Мы говорили о Восьми Пальцах. На чём я остановилась… Ах да! Наш налёт на их склад.       Эти слова звучали в уютной комнате, где изысканность интерьера подчёркивала статус хозяйки, а не кричала о нём. За резным столиком у высокого окна, залитого солнечным светом, расположились две блондинки, составлявшие поразительный контраст.       Реннер Тьеле Вайсер — Золотая принцесса Королевства Ре-Эстиз, чья красота не имела равных. Её тонкие пальцы обхватили фарфоровую чашку с изяществом, достойным королевских портретов. За внешним спокойствием скрывался неукротимый ум, уже изменивший законы королевства и нацелившийся на окончательное уничтожение рабства. Год назад ей удалось нанести первый удар по этой системе, но теперь она готовила решающее наступление.       Напротив восседала её визави — зелёные глаза, полные жизни, розовые губы, сияющие здоровьем. Если Реннер напоминала безупречно огранённый алмаз, холодный и совершенный, то эта девушка излучала тепло и энергию полноводной реки.       Лакюс Алвэйн Дейл Аиндра — в своём нежно-розовом платье она выглядела как невинная дебютантка, но за этой маской скрывался лидер одной из двух адамантовых команд искателей приключений Королевства. Её непринуждённая поза и дружелюбная улыбка не оставляли сомнений — перед принцессой не придворная дама, а равная подруга, разделяющая её идеалы.       — Операция в Э-Рантэле прошла успешно. И все благодаря твоему плану, Реннер. Тина и Тиа под масками наёмных ассасинов успешно проникли в тыл, докладывая обо всех маневрах противника, а мы своевременно обрушились на их склады… И самое ценное — захватили самого Зеро — их главу безопасности.       Губы Реннер тронула едва заметная улыбка.       — Я нисколько не сомневалась в вашем успехе. Составить план — это одно, но настоящее искусство в его исполнении. И вы справились безупречно.       — Будет тебе. Мы все молодцы. Сейчас Зеро находится под охраной… Я воскресила его, но организму требуется время на восстановление. Через неделю сможем начать допрос. Хотя… — её брови чуть сдвинулись. — Не всё прошло гладко.       Принцесса мгновенно уловила перемену в интонации.       — Кого-то ранили?       — Не только. В эту историю втянули гражданских… Трёх новичков-авантюристов. Зеро взял в заложницы двух девушек, чтобы выманить третьего.       Фарфоровая чашка с нежным звоном опустилась на блюдце. Реннер склонила голову набок, и этот лёгкий жест выдавал её искреннее недоумение.       — Странно… Что могло заинтересовать влиятельного преступника в новичках?       — Разгадка кроется в том самом третьем, — Лакюс провела пальцем по краю своей чашки. — Он… полностью перевернул наши планы, но в итоге неожиданно помог их осуществить. По изначальному сценарию, Тина и Тия должны были неожиданно атаковать Зеро в подходящий момент. Вместо этого они вступили в схватку с этим авантюристом… и получили серьёзные травмы.       — Как же так… Ты ведь сказала, что он начинающий авантюрист.       — Понимаю твоё недоумение. Признаться, я сама сначала не поверила.       Внезапно её зелёные глаза сузились, уловив едва заметное движение в глубине комнаты. Голос Лакюс приобрёл лёгкую укоризну.       — Раз уж пришли, то не пристало прятаться в тени. Покажитесь.       — Что? — начала Реннер, но её вопрос перекрыл знакомый голос из-за спины подруги.       — Как скажешь, босс.       Воздух в углу комнаты дрогнул, и из полумрака материализовалась стройная фигура.       — Госпожа Тина, — кивнула Реннер, беззвучно оценивая появление ассасина.       Девушка стояла, словно вырезанная из ночи — чёрная облегающая одежда подчёркивала каждую линию её гибкого тела, а тонкие руки, казалось, сами по себе были смертоносным оружием.       Но представление ещё не закончилось. С лёгким звоном металла появилась вторая фигура.       — И госпожа Клементина, — продолжила принцесса.       Её броня представляло собой дерзкий вызов традиционным представлениям о защитном снаряжении. Металлический корсет, подчёркивающий грудь, и кольчужная юбка, защищающая бёдра, оставляли живот и руки открытыми.       — Давно не виделись, принцесса, — пропела Клементина сладким голосом, грациозно опускаясь на стул рядом с Тиной. Её движения были небрежными, словно она устраивалась в таверне, а не в королевских покоях.       — Не хочешь объясниться, к чему был этот фарс с тенью?       — А? — Клементина беззаботно закинула руки за голову, демонстрируя полное отсутствие раскаяния. — Да просто так.       Казалось ее совершено не волновал тон лидера ее группы.       — Кстати, а где твой верный паж? Клаим. Обычно он ходит за тобой хвостиком.       Уголки губ Реннер плавно поползли вверх.       — Ах, мой преданный рыцарь сейчас совершенствует свои навыки. Думаю, он скоро постучится в эти двери.       — Какая досада, — Клементина притворно надула губы. — Он такой забавный, когда я подшучиваю над ним.       — Так-так, — Лакюс резко хлопнула ладонью по столу, вернув разговор в нужное русло. — Раз уж вы обе здесь, самое время рассказать принцессе подробности операции. Тина, — её взгляд стал твёрже, — ты сообщила мне лишь краткий отчёт. Теперь я хочу услышать всё. В деталях.       — Ох, тот переросток, — закатила глаза Клементина.       — Хорошо, босс, — голос Тина прозвучал ровно, лишённым эмоций. — Если описывать его одним словом, то я бы сказала: он подавляющий.       Все взгляды были прикованы к Тине, ожидая продолжения.       — Его рост — без малого два с половиной метра. Физическая сила тоже на высоком уровне. Но самое поразительное это то, как он использует в бою собственные челюсти.       — Челюсти? Ты хочешь сказать, что те ужасные раны… — не закончила Лакюс, вспомнив ужасные раны Тии. Как раз поэтому ее сейчас не было здесь. Она до сих пор лечилась.       — Ещё как, — вмешалась Клементина. — Он и Зеро не пощадил. Когда я спустилась на арену они уже напоминали двух зверей в смертельной схватке. Ни защиты, ни уклонений — только грубая сила против силы. А в конце… он просто впился зубами в шею Зеро. Буквально оторвал кусок плоти.       — Его техника челюстей… это не просто животные укусы, — впервые за весь разговор в голосе Тины появились нотки профессионального восхищения. — Каждое движение было выверено, как в настоящем боевом искусстве.       — Боевое искусство? — Клементина фыркнула, скрестив руки на груди. — Скорее он просто дикарь. Причем, он ещё и владеет ки.       — Ки? Это же та энергия, которую используют монахи, не так ли? — уточнила принцесса.       — Точно попадаешь, принцесса, — Клементина развалилась в кресле. — Обычные монахи отшельничают в своих горных храмах, зарывшись в древние учения. Каждый храм — своя доктрина, свои правила. И ни один не примет под свои своды нелюдя.       — Тогда он…       — Догадалась? — Клементина самодовольно ухмыльнулась. — Должно быть, он наткнулся на монаха-скитальца. Тех, кто, закончив обучение, бродят по свету — кто для основания нового храма, кто для поиска просветления. Видимо, один из таких странников и научил этого урода своим трюкам.       — Против меня и Тии он не применял монашеских техник, — холодно заметила Тина.       — Потому что вы для него — даже не разминка, — язвила Клементина. — Куда вам до столкновения с воином в открытом бою? Думаю, не зря меня отправили к вам в помощь. Против Зеро вы также оказались бы беспомощны.       — Говорит та, кто щеголяет в «броне», оставляющей все уязвимые места открытыми, — безэмоционально парировала Тина. — Где же твои громкие заявления? «Разделаюсь с этим великаном за пару ударов», кажется? К тому же, мы бились с ним не в полную силу. Одной капли яда хватило бы, чтобы он сгинул.       — Ох, неужели мои прелести вызывают такую зависть? — Клементина сладострастно провела руками по своему декольте. Её взгляд ядовито скользнул по плоской фигуре Тины. — Не убила я его, потому что у меня были приоритеты поважнее — забрать тело Зеро. Что, кстати, успешно выполнила. А то, что он сделал вашу работу за вас… Разве не заслуживает благодарности? Я даже сказала ему «спасибо» от вашего имени… оставив его в живых.       — Довольно! — голос Лакюс прозвучал как удар хлыста. Она бросила предупреждающий взгляд на обеих. — Вы забываете, в чьём присутствии находитесь.       Реннер тем временем наблюдала за перепалкой с лёгкой улыбкой.       — Лакюс, я нисколько не обижена. Ваши перепалки... они лишь подтверждают, как сильно вы цените друг друга. Особенно, Клементина.       — Вообще не понимаю, о чём ты, — пробормотала она, делая вид полного безразличия.       — Ах, забудьте. Сейчас меня больше беспокоит другое, — Лакюс пристально посмотрела на Тину. — Почему вы вообще вступили в бой с тем эльфом? Что заставило вас попытаться убить ни в чём не повинного авантюриста? Из-за этого вы поставили под угрозу всю операцию по захвату одного из лидеров Восьми Пальцев.       — Простите, босс… — голос Тины звучал ровно, но в нём появилась едва уловимая напряжённость. — Мы действовали согласно приказу Зеро. Ослушаться его в тот момент означало бы поставить под угрозу всю операцию. Пожертвовать одним авантюристом ради успеха миссии казалось логичным решением. Но мы ошиблись в расчётах. Скорее… недооценили его.       — И это всё, что вы можете сказать? — глаза Лакюс вспыхнули холодным огнём. — Серьёзно?       В воздухе повисло тяжёлое молчание. Близняшек с детства воспитывали как идеальных убийц — без эмоций, без сомнений. Для них человеческая жизнь значила не больше, чем сломанный кинжал. Даже ребёнок на их пути был бы всего лишь ещё одним препятствием к выполнению задания. Именно поэтому Лакюс так упорно работала над их перевоспитанием, пытаясь разжечь в их ледяных сердцах искру человечности.       — Нет… не совсем, — неожиданно нарушила тишину Тина. Её обычно бесстрастное лицо исказила странная гримаса. — Когда мы с Тией столкнулись с ним лицом к лицу в нас что-то… вспыхнуло. Необъяснимая жажда боя. Мы никогда не испытывали ничего подобного. Сначала мы подумали о навыке. Что-то вроде «Провокации», которое использует Гагаран. Но никаких признаков активации способности мы не заметили.       Лакюс глубоко вздохнула.       — Ладно… — её голос потерял резкость, став почти усталым. — Это… мы вернёмся к этому разговору позже. — Она перевела взгляд на Клементину, и в её глазах вновь появилась деловая собранность. — Клементина, во время зачистки арены… ты ведь освободила всех рабов? Ни один из стражников не ускользнул?       — Не поздновато ли ты спрашиваешь? — её губы растянулись в самодовольной улыбке. — Но да, я выполнила свои задачи на все сто процентов. Как всегда. Клинки Тии оказались весьма… практичными. Так чисто расчищать ряды врагов — одно удовольствие. Почти не остаётся следов… — её улыбка стала пугающе сладострастной. — Хотя мой любимый моргенштерн оставил бы куда более… выразительные отметины.       — Я к тому, что среди них не было никого… необычного?       — Хм-м… — Клементина закатила глаза в театральном раздумье. — Если не считать того дылду-эльфа? Хотя, технически, он не человек, так что…       — Понятно, — кивнула Лакюс, но её задумчивый взгляд выдавал, что ответ не дал ей того, на что она надеялась.       В этот момент в разговор мягко вписалась Реннер.       — Простите за внезапный вопрос, но разве эльфы могут достигать таких размеров?       — Хм? Он мне напоминает дикого эльфа. Я лишь слышала рассказы — они обитают где-то на дальнем севере, за ледяными пустошами.       — Как захватывающе! — глаза Реннер загорелись неподдельным интересом. — Я бы непременно хотела увидеть такого эльфа собственными глазами. Клементина, тебе случайно не известно его имя?       — Э-э… — авантюристка почесала подбородок. — Кажется, Джек? Что-то вроде того.       — Джек… — принцесса произнесла имя, словно пробуя на вкус. — Необычно. Впервые слышу такое имя.       В комнате повисла лёгкая пауза, во время которой Реннер с изяществом поправила складки своего платья.       — Кстати, — её голос вдруг приобрёл светские нотки. — Вы ведь слышали, что мой отец объявил о проведении королевского турнира? Среди вас есть желающие поучаствовать?