Сеул: хроники тёмных

      — Бакэнэко не стоит в этом участвовать по вполне очевидным причинам, — заметил Хосок, и Чонгук согласно кивнул.       Ему не нравилась необходимость просить помощи у других кланов, но ситуация была таковой, что приходилось наступать себе на горло и заталкивать собственную гордость куда подальше. Впрочем, что примечательно, никто не сыпал издевательскими комментариями, не глумился, и, ладно, Юнги — они с давних пор поддерживали друг друга, и Намджун, который практически всегда и на все реагировал ровно. Но вот молчаливый серьезный Чимин — это уже что-то из разряда невозможного. Хотя и его можно понять: их противники расправились с несколькими мороями, быть может, если бы они осознали всю опасность раньше, если бы не были всегда поодиночке, заботясь лишь о благополучии собственного клана, а приняли решение объединиться сразу, как все началось, этих смертей удалось бы избежать. Какой бы высокомерной скотиной и прожжённым циником ни был Чимин, даже ему было больно терять соклановцев.       — Не верю, что я это говорю, — Намджун метнул быстрый взгляд на Юнги и тяжело вздохнул, — но нам стоит вывезти и укрыть не только самых слабых варлоков, но и тех из бакэнэко, кто еще учится владеть своим даром.       Рыжие брови Юнги удивленно взметнулись вверх, а рот чуть приоткрылся, и Чонгук не удержал смешка, ведь нечасто ему приходилось видеть друга настолько опешившим. Правда, тот быстро вернул себе спокойное выражение лица и поинтересовался ехидно:       — Что я слышу? Неужели ликаны готовы помогать бакэнэко? — протянул, кривя губы.       Но Намджун эту его пантомиму и явную провокацию в словах проигнорировал, глянул прямо на Юнги, спокойно и тяжело, и уронил весомое:       — Бакэнэко же нам помогли, когда было нужно. Как и все остальные кланы.       Повисла тишина, казалось, что до них до всех только сейчас в полной мере дошла ситуация: а ведь, действительно, несмотря на все дрязги и разногласия, на все накопленные за долгие годы обиды и множество поводов для мести, они все же сумели по-настоящему объединиться перед лицом общего врага. Не сами, правда, а с помощью Хосока и, как ни странно, Тэхёна. Даже в прошлый раз, когда они практически уничтожили Анахоретов, вся их совместная деятельность сводилась лишь к нападению на особняк, и не сказать, что оно вышло сильно слаженным, хоть и оказалось вполне успешным.       — Намджун прав, — вмешался оракул. — Бакэнэко лучше укрыть на территории клана Ликанов, тогда даже в случае нападения оборотни смогут использовать берсу, не боясь навредить своим, в то время как варлоки могут попасть под раздачу.       Учитывая, что в состоянии берсерка ликаны готовы разорвать любого, не трогая лишь соклановцев и бакэнэко, слова Хосока звучали вполне логично. Только вот при таком раскладе выходило, что…       — Значит, самые слабые варлоки идут к нам, — растягивая бледные губы в клыкастой ухмылке, заметил Чимин. — Мы что-то в последнее время часто гостим друг у друга, прямо как лучшие друзья, да, Чонгук-и?       То, насколько часто и сильно у него зудели кулаки в присутствии Чимина, не описать словами. И как Юнги только терпит этого кровососа?       — Я буду в долгу перед Мороями за помощь, — нацепив на лицо нарочито-фальшивую улыбку, ответил Чонгук.       — Да ладно тебе, — неожиданно отмахнулся Чимин. — Наш Сокджин же гостит у вас, причем, безо всяких уговоров. Вампиры с удовольствием помогут, — это морой только что отказался от потенциального должника в лице Чонгука? Что вообще происходит?! — К тому же, я искренне надеюсь, что эти твари придут за варлоками к нам, — в глазах блеснули кровавые всполохи. — Жду не дождусь новой встречи.       — Хочешь отомстить? — догадался Чонгук.       — О, очень хочу, — согласился Чимин.       Что ж, теперь по крайней мере становились ясны его мотивы, Чонгуку не очень нравилось сотрудничать с тем, чьи действия он не понимал. Но месть — вполне в духе главы клана Мороев.       — Проблема в том, что мы не знаем, кто следующий, — снова вернул разговор в нужное русло Хосок. — Готовым к бою нужно быть всем кланам. Возможно, Мороям и Ликанам стоит послать своих бойцов на территорию Бакэнэко и Варлоков?       — А нам-то зачем? — сразу не согласился Юнги. — Если противник окажется нам не по зубам, то мы просто уйдем в инвиз и скроемся.       — Вечно бегать не получится, — вмешался Чонгук. — Проще сразу разобраться с врагами. К тому же, анахореты могут брать силу из вашего источника, Юнги, а значит, полностью скрыться в инвизе у вас не выйдет.       — А еще, — подхватил Намджун, — когда они напали на ликанов, то использовали наши же способности против нас, отравив воду неизвестным веществом. Очевидно, что они готовились, скорее всего, и к вам не полезут наобум.       — Хан Муёль слишком умный и хитрый ублюдок, чтобы рисковать, — согласился Чонгук. — Уверен, у него есть план для атаки каждого клана, в зависимости от способностей. Потому, Юнги, я бы на твоем месте не рассчитывал только на свои силы, а принял помощь Намджуна.       Друг закатил глаза, но все же кивнул. А потом даже выдавил из себя благодарность:       — Спасибо… — запнувшись. — Намджун, — и тут же испортил все впечатление, добавив: — Бля, весь же дом волчарами облезлыми провоняет, кошмар, — но звучало не зло, а как-то даже сокрушенно, так что его слова вызвали лишь смешки остальных.       — Что ж, Чонгук-и, — Чимин выглядел воодушевленно, — тогда и ты жди вампиров в своем особняке. Надеюсь, ты гостеприимный хозяин?       — Очень, — буркнул он, понимая, что этот клыкастый засранец самолично заявится к нему, уж точно не упустит такой возможности.       Похоже, их ждут непростые, но определенно незабываемые дни…

***

      — Не пытайся сбежать, — заметив попытку Тэхёна отступить к дверям, произнес Хан, — не получится. А чтобы нам уж точно не помешали, — тот махнул рукой, и вокруг них образовался такой же купол, что он уже видел прежде при первой встрече с близняшками. — Прости, это всего лишь меры предосторожности. Я гарантирую твою безопасность сейчас, даю слово, что не причиню вреда.       С одной стороны, у него не было ни единого повода верить этому человеку, а с другой — если бы Хан хотел напасть, то уже сделал бы это. Неужели действительно пришел просто поговорить?       — Странно это слышать от того, кто в прошлый раз подвесил меня на цепь, а затем послал сумасшедшую суку, которая нас едва не убила, — по-прежнему внимательно следя за каждым движением.       — Мия действовала по собственной инициативе, поверь мне, — спокойно ответил тот. — Она слегка… не поддается контролю. Ее, бывает, срывает, и она не думает над последствиями. Все, о чем я ее просил — это приглядеть за вами. Наказание за свое своеволие она уже получила, уверяю тебя.       — Допустим, — не стал развивать эту тему Тэхён. — И что дальше? Ты же сюда пришел не за тем, чтобы обсудить ее поведение.       — Я ценю своих соклановцев, Тэхён, — Хан сел на ограждение крыши и, устроив локти на коленях, наклонился чуть вперед. — А ты можешь стать одним из нас.       — Этого не будет, — он даже головой мотнул для убедительности. — Никогда.       — Другого ответа я и не ожидал, — тот усмехнулся. — Конечно же, ты не предашь Чон Чонгука, да и глупо было бы рассчитывать, что ты кинешься в мои объятия, едва встретив. Особенно учитывая обстоятельства нашего знакомства.       — Именно, — Тэхёну даже слушать этого человека не хотелось. — Так что, может, не будешь терять время на меня и просто свалишь отсюда? — недружелюбно предложил он. Ну а что? Не нравился ему этот хмырь, от него веяло опасностью, аж мурашки вдоль позвоночника бежали. И оставаться с ним один на один вот вообще не хотелось нисколько. А что еще хуже — скоро должен был подняться Джинхо, и как тогда Хан поведет себя? Если с Тэхёном тот решил просто поговорить, то вот к ликану вряд ли так добродушно настроен.       — Я все же выскажусь, с твоего позволения, — продолжая раздражающе улыбаться, искренне так, что и не придерешься. — Знаешь, как с моей стороны выглядят твои отношения с главой клана Варлоков? Вот смотри, Тэхён: жил ты себе в Пусане, учился, работал, мечтая однажды переехать в Сеул и начать новую жизнь. И тебе это удалось, поздравляю. Только вот лучше не стало: пахать пришлось в два раза больше, средств на существование практически не было, в общем, все, что ты из себя представлял — это нищий студент, который кое-как умудрялся выживать, убиваясь на работе и на учебе.       — Искал информацию про меня? — он прищурился, чувствуя, как сильно заколотилось собственное сердце. Хан не лгал, не преувеличивал, но его формулировки заставляли чувствовать себя полным ничтожеством — и слышать это вот так, прямо в лицо, было не слишком приятно. Но и возразить по сути нечего.       — Разумеется, — ничуть не смутился тот. — А ты думал, что я совершенно не заинтересуюсь тем, кто является моим сыном и, что куда важнее — может стать одним из Анахоретов? — Приоритеты на лицо просто. — Нас слишком мало, чтобы я мог так запросто разбрасываться соклановцами, даже такими, как близняшки.       — И при этом, вместо того, чтобы поговорить сразу, ты предпочел…       — Ты представляешь опасность, — перебил Хан. — Ты варлок, Тэхён. До мозга костей предан Чонгуку, по крайней мере, пока. Я не мог позволить тебе спокойно разгуливать по территории одного из наших укрытий, тем более, что сам был вынужден уйти, чтобы провести ритуал. Я планировал вернуться и побеседовать с тобой, держал бы пленником, но постепенно давал бы послабления, чтобы ты проникался ко мне симпатией, но все планы рухнули, когда ты сбежал. Из-за импульсивности Мии пришлось искать другие способы встретиться с тобой, — поморщившись и выдавая свое реальное отношение как минимум к одной из близняшек. — Но вот я здесь. И пока твой друг-оборотень не пришел, предлагаю продолжить разговор о Чонгуке.       Бля. Хан и про Джинхо знает.       — Подожди, — Тэхён, чувствуя, как подрагивают его пальцы, все же подошел к двери под пристальным взглядом Хана и с помощью телекинеза деформировал дверной замок, чтобы дверь невозможно было открыть, не выбивая ее.       — Беспокоишься за жизнь ликана? — с нотками веселья в голосе поинтересовался Хан.       — И не слишком доверяю тебе, — ехидно ответил он.       — Что ж, вполне обосновано. А теперь, раз уж ты сам заблокировал единственный выход, может, все же сядешь, и мы продолжим разговор?       Учитывая, что и он сам, и его собеседник вполне себе умели летать, слова про заблокированный выход звучали как минимум смешно. Другое дело, что Тэхён не был настолько уверен в своих навыках левитации, чтобы прыгать с крыши — мало ли что пойдет не так? И, рассудив, что ему проще все же выслушать главу клана Анахоретов, Тэхён подошел ближе и тоже опустился на бортик, оставив между собой и Ханом приличное расстояние.       — Мы остановились на том, что я нищий студент без перспектив, — ядовито уронил он. Ничего не мог с собой поделать — такая характеристика бесила до зубовного скрежета.       — Не язви, я не солгал ни единым словом, — одернул тот. — Еще совсем недавно ты именно таким и был — ни надежды на что-то хорошее, ни денег, ни друзей, да вообще никого здесь у тебя не было. Голодный и вечно уставший, без каких-то особых планов на будущее, с одним лишь желанием выжить и не возвращаться в Пусан. Скажешь, что я не прав?       — Не скажу, — недовольно буркнул он. Какой смысл спорить? Сейчас Хан действительно описывал его самого и его жизнь, какой она была до встречи с Чонгуком.       — Уже прогресс, — самодовольно так, что Тэхёну захотелось закатить глаза, но он сдержался. — Дальше все еще интереснее. Происходит событие, в результате которого ты влипаешь в большие неприятности и тебе грозит немалый срок в тюрьме. И тут, как по заказу, появляется Чон Чонгук — этакий рыцарь на белом коне, который не только спасает тебя от тюрьмы, но и полностью обеспечивает твои потребности. Не сказка ли? Или, может, дорама, которые вы — молодежь — так любите?       — К чему ты клонишь? — подобрался Тэхён. Ему решительно не нравилось направление, которое принимал этот разговор.       — К тому, что Чон — глава увядающего клана, готовый на все, чтобы его возродить. И он вполне мог подстроить ситуацию, в которой бедному-несчастному и одинокому студенту пришлось применить свои способности.       — Бред! — выплюнул Тэхён и ушел в оборону: — Где гарантия, что я смог бы справиться с вампирами? Что нашел бы Источник и сумел призвать силу? Я тогда испугался и…       — Именно, что испугался, — с энтузиазмом перебил Хан. — Это ли не лучший мотиватор, м? Что еще так быстро и так легко смогло бы пробудить твою силу, как не желание выжить? А дальше, как по заказу — полиция, допрос и Чон Чонгук в роли спасителя.       Тэхён молчал. Он как-то никогда не пытался рассматривать всю ситуацию с этого ракурса. Могло ли быть правдой то, что говорил сейчас Хан, или это просто манипуляция, попытка запутать его? Тэхёну всем сердцем хотелось доверять Чонгуку, но то, что он сейчас слышал, звучало слишком… логично.       — А дальше все ровно по учебнику по какой-нибудь там психологии: он внушил тебе, что без вступления в клан ты просто не выживешь, несколько раз спас тебя, аки рыцарь в сияющих доспехах, дал понять, что тебе не придется убиваться на работе, чтобы оплатить учебу, этакий добрый самаритянин просто. Дал дом, подобие семьи, которой у тебя никогда не было — не влюбиться шансов просто не было, — Тэхён вздрогнул от этих слов. — И вот чудо — глава клана, тот, кто живет уже много лет, тот, кто может завоевать сердце любого, привлекательный, обеспеченный, наделенный великой мощью, вдруг ответил тебе взаимностью.       — Т-ты… — голос дрогнул, и Тэхён сжал губы, шумно дыша через нос. Нет. То, что говорит Хан, не может быть правдой, тот просто разворачивает ситуацию так, как ему самому выгодно, вот и все. Да?.. — Ты пытаешься настроить меня против Чонгука! — Тэхён вскочил на ноги, зло уставившись на своего собеседника. — У тебя ничего не выйдет, слышишь?!       — Я и не рассчитывал, что ты мне сразу поверишь, — Хан тоже элегантно поднялся. — Все, о чем я прошу тебя — подумай над моими словами и сделай правильные выводы, — тот неожиданно сделал шаг к нему. — Мы никогда не хотели войны с кланами, никогда не думали, что нам придется с боем выгрызать право на существование. Это они не приняли нас, Тэхён. Это кланы хотели подмять нас под себя, сделать такими же, как они, управлять нами и держать под контролем. Все, к чему мы стремились — это свобода. Неужели это так много? Но именно твой обожаемый Чон Чонгук и другие кланы уничтожили нас, — тот говорил так эмоционально, что даже Тэхёна цепляло. — Они убивали всех той ночью, не щадили никого, даже самых молодых и слабых, их целью было вырезать нас полностью. Я помню, как все вокруг было залито кровью близких мне людей… А теперь они строят из себя добряков и жертв! Чон Чонгук лично участвовал в этом геноциде — иначе и не назовешь, а сейчас весь из себя добренький лидер и спаситель страждущих. Ты попал под его влияние, влетел в его сети и поверил не тому человеку, Тэхён, и я хочу вытащить тебя из этих сетей. Подумай над тем, что я сказал, и к следующей нашей встрече прими окончательное решение.