Сеул: хроники тёмных

      — Все будет хорошо, — Тэхён попытался подбодрить пришедшего в себя Сокджина, но выходило, откровенно говоря, не очень. Он и сам понимал, что улыбка у него до смешного натянутая и неискренняя, однако никак не мог себя заставить улыбнуться по-настоящему. Да, план Чимина работал, а после первого, успешно найденного Источника, второй он, под руководством Намджуна, отыскал довольно быстро. Только вот любой из них понимал, что это лишь временная мера, а что делать дальше… Плана не было. Идей тоже. — Ты полежи, ладно? Мы что-нибудь обязательно придумаем и со всем разберемся, — врал, пытаясь взрастить в самом себе надежду.       — Я знаю, — разлепив сухие и потрескавшиеся губы, — знаю, Тэ, — переплетая свои пальцы с его. — Ты найдешь выход.       Ему бы эту уверенность.       — Мне надо идти, — поднимаясь с кровати. — Если Джинхо придет в себя, объясни ему все, хорошо? А я попрошу кого-нибудь принести тебе воды.       Сокджин кивнул, не поднимая голову с подушки, а Тэхён, подойдя к дверям спальни, обернулся, чтобы увидеть, как его хён устало прикрыл глаза. Несмотря на то, что Тэхён влил в его тело немного силы от вампирского Источника, этого было явно недостаточно. Сколько у них в запасе есть времени?..       Дальше все слилось в череду измученных лиц — уже знакомых и не очень, но одинаково потерянных. Ослабшие вампиры и ликаны ждали смерти, не слишком-то веря, что их кто-то спасет. Для тех, кто много лет был связан с Источником, потерять его — означало конец всему. Тэхён в сопровождении Хвана переходил от комнаты к комнате, с каждым разом все быстрее и быстрее переключаясь между Источниками, снова и снова вливал силу, тихо благодаря судьбу за то, что не подвержен откатам — страшно представить, что могло бы произойти, поддайся он вампирскому голоду или безумию ликанов.       Тем, кто приходил в себя, Хван брался объяснять, что вообще происходит, тогда как Тэхён не останавливался, переходя от одной кровати к другой. Спустя несколько часов голова неимоверно кружилась, руки дрожали от напряжения и усталости, а сознание мутилось из-за частого обращения к разным Источникам. Но он не собирался останавливаться, пока не обойдет каждого, всех до единого.       — Осторожнее, — Хван придержал его за предплечье, когда Тэхён, резко поднявшись на ноги, пошатнулся и едва не осел обратно. — Может, тебе немного отдохнуть?       — Позже, — отмахнулся он, понимая, что не простит себе, если кто-то умрет просто потому, что он прохлаждался.       Да и страшно было остановиться, ведь стоит только остаться наедине со своими мыслями, как снова придут тоска и тревога. И чувство собственной бесполезности, беспомощности, невозможности на что-то повлиять, прямо как тогда, под завалами, где иронично ощущалось, что при всей своей мощи, по сравнению с обычными людьми, он ничего толком не мог сделать. Никто из них не мог. А потому Тэхён продолжал переходить из комнаты в комнату, убеждая себя в том, что делает что-то действительно полезное.       А потом изнутри словно бы чем-то ударило, в груди ёкнуло, сердце на мгновение стянуло болью — не своей, чужой. Тэхён замер, судорожно глотая ртом воздух, и огромными глазами уставился на Хвана, который схватился за грудь практически одновременно с ним.       — Что?.. — он сухо сглотнул. — Что произошло?       Руки подрагивали, и Тэхён нервно потер влажные ладони о собственные штаны.       — Почувствовал, да? — Хван смотрел слишком понимающе, а в глазах застыла неприкрытая горечь. — Кто-то из наших умер…       — Что? В каком смысле? — непонимающе, не желая признавать то, что было и так очевидно — анахореты ведь забрали варлоков с одной конкретной целью.       — Ты же еще не в курсе, да? Мы связаны друг с другом, эта связь появляется не сразу, как вступаешь в клан, но со временем можно ощутить отголоски чужой сильной боли, ярости, счастья и… смерть тоже.       Ошарашенный и потерянный, Тэхён так и продолжал стоять на месте, со скрипом вспоминая, что когда-то Чонгук говорил ему об этом. Давно. Кажется, целую вечность назад.       — Мне нужен Юнги, — неуклюже задев Хвана плечом, Тэхён поспешил вниз, через холл на улицу и в дом, что они делили с Чонгуком. Глава клана Бакэнэко ожидаемо обнаружился на кухне, тот сидел на стуле, подогнув под себя ноги, и, не моргая, смотрел в никуда. Тэхён уже знал, что Юнги так выглядит, когда концентрируется на поступающей от фамильяров информации. — Есть что-то? — спросил бесцеремонно, не став дожидаться, пока тот вернется в реальность.       — Подожди, — не глядя на него, Юнги поднял палец, намекая, чтобы Тэхён заткнулся и не мешал. — Я практически уверен, что нашел их, мне нужно лишь…       Снова кольнуло. Хотя, «кольнуло» — не подходящее слово. Чувство такое, будто тебе в грудь загнали монтировку и продолжают елозить внутри, а ты не особо чувствуешь из-за того, что чем-то накачан, но сам факт того, что происходит, вполне осознаешь. Понимаешь и последствия — и от этого особенно горько.       — Нашел! — ворвалось в уши, будто через слой ваты. Юнги вскочил на ноги и в один шаг оказался рядом с Тэхёном: — Я нашел их! Идем?       Он моргнул, сбрасывая с себя опустошающее ощущение чужой смерти, и наконец, подняв глаза на Юнги, осознал, что именно тот сказал. И пускай Тэхён не особенно понимал, чем вообще сможет помочь в этой ситуации, сидеть себе спокойненько дома, пока где-то, совсем недалеко от них, один за другим умирают варлоки, просто не мог. А потому согласился:       — Да, — кивнул и, развернувшись на пятках, собрался было рвануть с места, как наткнулся взглядом на замершего в дверях Чонгука. — Очнулся, — пробормотал, с разбегу влетая в чужие объятия. Ткнулся носом в шею, вдыхая горьковатый запах табака, немного крови и самого Чонгука. — Как же хорошо, что ты пришел в себя, — прижимаясь плотнее, ища то чувство безопасности, которого был лишен. — Я так испугался. Как же сильно я испугался, — на поясницу легли теплые ладони и, честное слово, так бы и простоял целую вечность, но… — Чонгук, — позвал, поднимая голову и глядя в чужое уставшее лицо, — Чонгук, Юнги...он нашел. Нам надо… Ну, то есть, анахореты захватили пятерых наших, — сбиваясь в словах, соображая, что тот ведь еще не в курсе произошедшего. — Надо вытащить их, и…       — Уже не надо, — перебил Чонгук негромко.       — Что? — моргнув непонимающе. — Но п-почему?       — Никого из пятерых нет в живых, — настолько спокойно, что от этого становилось жутко.       Как это — «никого»? Неправда!       — Да нет же! — отшатнувшись и эмоционально всплеснув руками. — Я только двоих почувствовал! А, значит, мы еще можем успеть! — раздражаясь из-за того, что приходилось терять время на уговоры. — Может, хватит уже тормозить, и сделаем что-нибудь, Чонгук, они…       — Тэхён! — рявкнул тот, отчего он заткнулся так резко, что клацнули зубы. — Я же сказал, что мы уже не успеем, — уже куда тише, словно бы устыдившись своего срыва. — Ты еще только начинаешь чувствовать своих соклановцев, а потому… — осёкся, дрожаще выдохнув, и уронил тяжелое: — Некого уже спасать.       Он отступил еще на шаг, зажимая рот ладонью, — черт знает, зачем, — и переводил взгляд с Юнги на Чонгука и обратно. Некого? А как же Миён? Она ведь не могла так просто погибнуть! Да?..       — Ты не виноват, — бескомпромиссное от Юнги. — Знаешь же, Чонгук?       — Мы потом разберемся, кто и в чем виноват, — тот перевел взгляд на Тэхёна и, поймав его за руку, притянул к себе, вновь обнимая и без слов пытаясь успокоить. — Следи за анахоретами, уверен, что следующим их шагом будет попытка забрать наш Источник. Но, что куда важнее, мне нужно, чтобы ты отыскал моего бывшего главу и передал ему, что я хочу с ним поговорить. Это срочно, Юнги.       — Сделаю, — тот кивнул.       — И еще… А где Чимин?

***

      Выслушав краткий отчет Юнги, Чонгук потянул за собой Тэхёна, направляясь в особняк. Он не был бесчувственным, только вот предаваться горю сейчас — непозволительная роскошь. Чонгук держался, потому что знал, что на нем держались все остальные — теперь уже не только варлоки. Да и слишком отчетливо всплывали в памяти последствия прошлого срыва, когда он не сумел сдержать эмоций, после гибели почти всего клана — до сих пор разгребал. А вот Тэхён, который с потерей столкнулся, кажется, впервые в жизни, выглядел разбитым: тот просто передвигал ногами, следуя за ним, и смотрел совершенно пустым потерянным взглядом.       — Тэхён, — позвал, остановившись посреди безлюдного коридора. — Тэ, — повторил, касаясь ладонью его щеки. — Посмотри на меня. На меня, Тэхён! — нарочно требовательно, вытягивая из болезненных размышлений. А поймав осознанный взгляд светлых глаз, удерживал его. — Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, знаю, как сильно ты ошарашен и насколько трудно принять произошедшее. Но такие мысли и чувства утянут тебя за собой, не позволят размышлять здраво, а этого допустить нельзя. — Ему самому было больно: и за клан, и за то, что Тэхёну пришлось все это испытать, но Чонгук заткнул эмоции, погребя их под грузом ответственности. — Но сейчас ты мне нужен. Понимаешь? Моя бы воля, я не стал бы тебя втягивать, а, может, и вовсе предпочел спрятать подальше, но у меня просто нет другого выбора. А потому, пожалуйста, Тэхён, помоги мне. Хорошо?       — Да, — тихо-тихо, разлепив бледные губы. — Я помогу.       — Молодец, — укладывая ладони обеих рук на плечи. — Ты потом позволишь себе заплакать, понял? Скорбеть по погибшим — это нормально, но есть еще живые, которые рассчитывают на нас с тобой, и мы должны сделать все возможное, чтобы не допустить еще больше жертв. И, — он поджал губы, борясь с клубящейся внутри черной яростью, такой печально знакомой, — наказать всех тех, кто виновен. У нас нет времени на грусть, все понял?       — Понял, — губы Тэхёна подрагивали, а глаза наливались слезами, но ни одна не сорвалась по щекам. Вот и хорошо. Значит, справится. — Что мне делать?       — Тебе для начала — закончить начатое, и обойти всех остальных, напитывая силой. Сможешь? — тот кивнул. — Тогда иди. И найди меня, как закончишь.       — Хорошо, — прошелестел в ответ, выпрямляя спину. — А ты?       — А мне нужно кое-что обсудить с Чимином. — Он мягко коснулся губ Тэхёна в поцелуе, провел ладонью по волосам, поглаживая. Хотелось бы Чонгуку поддержать его, побыть вместе подольше, успокаивая и даря надежду на положительный исход. Но даже это было невозможно, слишком многое зависело от скорости, и время было не на их стороне, к сожалению. — Иди, Тэ.

***

      — Никогда бы не подумал, что глава клана Варлоков будет самолично за ручку вести меня к своему Источнику, — даже невзирая на откровенно помятый внешний вид, Чимин не переставал источать ехидство. — Что дальше, Чонгук-и? Свадьба, детишки, совместно нажитое имущество? Хотя, — качнув головой, указал на Тэхёна, который спускался по лестнице чуть позади них, — детишки уже имеются.       — Я уже жалею, что Тэхён поделился с тобой силой, — без капли злобы или раздражения огрызнулся он.       — Бьешь по больному, — театрально хватаясь за сердце. — Сразу с козырей пошел.       — Позёр.       Только вот понимал Чонгук, что это все ничто иное, как бахвальство — напускное, должное скрыть настоящие чувства вампира. А ведь когда-то он считал, что у этих созданий нет сердца, но как же сильно он ошибался. Разговор с главой клана Мороев вышел непростым, пускай и коротким. Чимин не стал спорить, только глянул пронзительно, скривив губы в болезненной гримасе, но кивнул, соглашаясь. Чонгук, поддавшись порыву, предложил ему попрощаться со своим бывшим главой, а теперь самолично вел вампира в святая святых своего клана — скажи ему еще несколько месяцев назад, что подобное вообще придет в его голову, он бы как минимум рассмеялся.       Держать в плену бывшего главу клана Мороев всегда было не слишком-то разумно, однако такова договоренность. Возможно, что тот, как и все вампиры, лишился своих сил и не представлял никакой опасности, но кто его знает? Магия крови — слишком слабоизученная область, а этот проклятый вампир опасен, чтобы Чонгук мог оставить его в живых теперь. Если анахоретам удастся забрать Источник варлоков, то эта тварь окажется на свободе — нельзя допустить подобного. Понимал это и Чимин, который, хоть и был не в восторге, правильность такого решения признавал.       — Если меня прикончит варлочьими флюидами, то моя смерть будет на твоей совести, имей в виду, — тем не менее, продолжая переставлять ноги по ступенькам, тяжело опираясь на руку Чонгука.       — В тебе от вампира остались жалкие крохи, — парировал он, — да и те заемные. Ничего тебе не сделается.       — Айщ, — поморщился Чимин. — Вот это сейчас было обидно.       — Переживешь, — они как раз преодолели длинную лестницу и свернули к Источнику.       — Никогда не думал, что увижу это, — не скрывая восхищения, пробормотал морой. — Ваш Источник так же прекрасен, как и наш. Был наш…

***

      Здесь становилось спокойнее, медленно пульсирующее фиолетовое свечение окутывало собой, казалось, что даже собственное сердце начинало биться ему в такт. Не слушая, о чем неподалеку негромко переговаривались Чонгук с Чимином, Тэхён подошел ближе к Источнику и коснулся ладонью гладкой поверхности, наслаждаясь ощущением силы, что витала в воздухе.       — И как нам тебя защитить, м? Вот если бы только тебя можно было спрятать…       Мысль мелькнула, но он не успел ее додумать, вздрогнув от громкого:       — Я сам убью его, Чонгук! Ясно тебе? — прошипел Чимин.       — Да? И каким образом? Будешь, подобно человеку, кромсать своего главу ножом? — скептически, явно старясь задеть побольнее. — Уверен, что сможешь поступить так с одним из своих?       — С каких это пор ты печешься о моем душевном состоянии?       — Плевать я хотел на твое состояние, я просто хочу быть уверен, что если Источник заберут, то сумасшедший вампир не перебьет всех, кто сейчас находится на территории варлоков! Так что иди прощайся, у тебя две минуты.       — Вот же! Думаешь, я позволю тебе…       — Я сам заберу его жизнь, — раздался совсем близко ровный голос Хосока, и все присутствующие, как по команде, обернулись. — Быстро и безболезненно.       Тэхён напрягся, чувствуя в происходящем что-то неправильное, но в голове пока не складывалось, что именно не так.       — Как ты смог пройти? — делая шаг навстречу Оракулу, недружелюбно поинтересовался Чонгук.       Точно же! Сюда могут попасть только члены клана, а любого постороннего должен привести сам глава — и никак иначе! Но вот он — Хосок — стоит посреди зала, в фиолетовом свечении Источника и, кажется, совершенно не испытывает никаких проблем по этому поводу.       — Это не имеет значения, — все так же спокойно.       — Может, для тебя так и есть, но уж никак не для меня, — процедил Чонгук сквозь зубы.       А Тэхён, который по-прежнему держал ладонь на одном из кристаллов, наполненных силой, почувствовал, как пульсация Источника стала намного чаще. Неужели такая реакция из-за Чонгука? Из-за его агрессии и злости? Тэхён впился в него глазами, но… нет. Не то. Чонгук источал эмоции, да, только вот реакция была не на них. А на… он перевел взгляд на Хосока, желая убедиться, и буквально всем телом ощутил, что Источник резонирует именно с Оракулом. Тот посмотрел в ответ и, будто читая его мысли, одобрительно кивнул, а еще, может быть, Тэхёну только показалось из-за освещения, но он был практически уверен, что увидел мелькнувшие в обычно серебристых глазах фиолетовые блики.       — Ты ведь уже почти придумал, что нужно делать, Тэхён, — не реагируя ни на Чонгука, ни на Чимина. — Тебе нужно только развить свою мысль.       Придумал? Он? Когда это?       — Я лишь пожалел, что не могу спрятать Источник, — ответил неуверенно, все еще силясь уложить в голове свалившееся на него открытие. Это казалось сумасшествием, чем-то невозможным, но чем дольше Тэхён смотрел на Оракула, тем больше ему казалось, что он не ошибся. Они же так похожи, черт! Не внешне, то есть, а… ну… энергией, которая от них исходит? Силами? Хрен его знает! Тэхён просто отчетливо это видел! И недоумевал, почему же не видят остальные? Ну, может, странно говорить о сходстве между огромными кристаллами, наполненными силой, и живым (хотя теперь уже не факт) человеком, только вот Тэхён его упорно прослеживал.       — Отчего же? — с непривычной улыбкой, тронувшей губы. — Его для этого нужно всего лишь передвинуть. Анахореты ведь смогли, остается лишь понять — как.       — Но они теперь не… — он запнулся, подбирая слово, но потом плюнул и выдал первое, что пришло в голову: — Они стали бесполезны для кланов!       — Только потому, что анахореты соединили два Источника, и один глушит другой. Им самим это не мешает, ведь они могут черпать силу из любого, а вот всем остальным, кто привязан лишь к одному, это создает определенные проблемы.       — И если они их соединили, — медленно заговорил он, следуя за только-только появившейся в голове идеей, — то их точно так же можно и разъединить.       — Именно! — Хосок хлопнул в ладоши, отчего звонкий звук эхом разнесся по пещере. — А теперь, если главы великих кланов, — тот слегка кивнул Чонгуку и Чимину, — не против, то я все же сделаю то, зачем сюда пришел, и заберу жизнь бывшего главы клана Мороев.