Блокнот с аксолотлем.

В узком коридоре напротив двери с лаконичной табличкой и горящей надписью «не входить» стоит забитый людьми диванчик. Во-первых, он вдвое сокращает место в итак еле проходимом коридоре, во-вторых, люди там уж очень широко расселись. Один раздвинул ноги, вторая усадила рядом ребенка, который с радостью бы посидел у матери на коленках, если бы она разрешила, третий успел задремать, свесившись в сторону. Самое забавное, что они в очереди последние, а сидят прямо у кабинета. Все остальные ожидающие толпятся в закутке, который заканчивается тупиком, поэтому своим столпотворением они никому не помешают. Кто-то устроился прямо на полу в углу, протянув ноги до другой стенки, кто-то наваливался спиной или плечом на эту стену, кто-то стоял прямо, скрестив руки на груди или уткнувшись в телефон. А вот любители беспокойного хождения взад-вперед находятся чуть впереди всех остальных, ближе к основному холлу, от которого отходили своеобразные ветки кабинетов. Там и стояла большая часть диванчиков. Один из них был уже занят парнем с капельницей, откинувшим голову на спинку дивана и чуть съехавшим вниз. Все равно в холле никого не было. Можно сидеть в более лежачем положении. Нолан шлепает гибкими тапочками по серой плитке больницы, назвать ее белой не получалось. Свет не тот. Слишком блеклый. О’Ши проходит холл, минуя диваны, направляется в тот самый узкий коридор. Ему тоже, как и большинству, нужно в кабинет с табличкой «ЭКГ». Банальная и первичная процедура любого поступившего в больницу. Еще и пеленку всучили. Ну хорошо, что не накричали, что своей нет. Кто-то теребит Нолана за руку, сталкиваясь с ним плечом. Останавливает, кивая на дверь. — Ты по записи или как все? — А тут есть запись? — Понятно. Спроси, кто последний и жди. — А, хорошо. — О’Ши оглядывается, спрашивая достаточно громко, чтобы тот самый «последний» услышал. Коридор молчит. Только единицы кидают недовольные или, наоборот, заинтересованные взгляды на рыжего парнишку. — Вон там вроде сидит, он за мной был. — молодая девушка подает голос и указывает в направлении холла рукой. — не знаю, есть ли за ним кто-то сейчас.. Словно бы услышав, что о нем идет речь, пациент с капельницей оживляется и в просвете коридора становится видна его рука, которая предположительно указательным пальцем тычет в этого самого пациента, подтверждая, что он последний. — Да-да, я последний. Ты за мной, рыжик. О, так этот парень не спал все это время? Учитывая его позу и даже некое сопение, Нолан думал, что он просто задремал тут, как тот парень на диване у кабинета. Оказывается нет! И главное, как внимательно слушает! Хотя, возможно, своим голосом О’Ши его как раз-таки и разбудил.. в любом случае, в коридоре слишком тесно, видимо «последний» думал так же. Хорошо, тогда Нола отправится к нему. Там места все равно больше. Плюхаясь на то же кресло и поворачивая голову на расслабленного парня, О’Ши оглядывает его с головы до ног. Светлые растрепанные волосы непонятного цвета..грязный блонд? Пепельный? Русый? Не выглядят крашеными.. наверное русые. Футболка с длинным рукавом глубокого коричневого цвета, который больше близок к бордовому, нежели к желтоватому коричневому. Штаны в шотландскую клетку, теперь уж точно понятен цвет - красные! А клетка темная, бордовая. На ногах черные носки и розовые кроксы с пинами. Есть белый динозаврик, есть подобие жестяной крышки от пепси, есть даже черный котик с желтыми глазами. — А ты тоже тут сидишь потому, что там людей много? Внезапный вопрос разрезает тишину, которую до этого нарушал лишь шепот из коридора и шарканье тапочек. Казалось бы, вопрос останется без ответа, но полулежащий подает голос. — Ага. Но вообще у меня нога болит, когда я много хожу и вообще.. нога болит. А ты тут присел, потому что я тут сижу? — Ага. — Класс. В диалоге виснет неловкая пауза, спустя минуту парень с капельницей приоткрывает один глаз. — Футболка классная. Это осьминог? Да? — Вроде да, на кальмара не похож. — у кальмара стрелка на голове. — потягиваясь на диване, поднимая только одну руку, второй все так же цепляясь за капельницу, парень зевает, улыбается и смотрит на Нолана. — Ты в курсе, что у осьминогов голубая кровь? — Типо.. королевская? — О’Ши чуть округляет глаза, подаваясь вперед. — Неа. Реальная голубая кровь. Как у нас красная, а у них голубая. Потому, что у них медь в крови. — Медь? Это ведь металл. Подожди, цельная медь или там какие-то частицы? — Нет-нет, там настоящая медь. А ты думал? Осьминогов вылавливают, вкачивают из них медь, а после отправляют обратно, заменяют медь железом. У осьминогов очень высокое давление и температура тела, поэтому медь в их сосудах буквально плавится. А там между прочим нужно около 1000 градусов. — Ты не шутишь? — Вовсе нет. — парень поднимает брови домиком, невинно улыбаясь. И правда ведь, выглядит так, будто говорит чистейшую правду. Но вскоре его одергивают, постукивая по плечу. Какая-то медсестра решила что-то спросить. — А ты чего здесь, Като? — три буквы. Э-К-Г. — А чего раньше не сходил? И почему ты идешь на ЭКГ с капельницей? —Не успел до нее, проспал. Простите пожалуйста. — като вновь сводит бровки к переносице, но теперь более жалобно, принося свои неискренние извинения, добавляя моменту некой снисходительности и комичности. — Горе луковое, ты ко мне сейчас должен идти.. Это мне тебя ждать всю очередь. Кошмар какой, я собиралась уйти пораньше. — А может вы тогда в кабинете что-то нашаманите и я пройду пораньше, а? Ну может мне будто бы очень срочно надо. Пожалуйста. — Это и буду делать. У меня у дочери день рождения. Я не стану просиживать тут свое время.. с тобой. — Спасибо вам большое, чтобы я без вас делал. А девочке своей передайте от меня с днем рождения. У нее очень классная мама! — Не хватало ей привета от диабетика, сиди тут, тебя позовут. Не засни, главное. Като кивает, круглыми от восхищения глазами провожая девушку в коридор. Ну что за чудо сотрудники! Как только она скрывается из поля зрения, диабетик вновь разваливается на диване и вальяжно поворачивает голову на Нолана, который стал свидетелем такого хитрого плутовства. — Учись, как надо обходить очереди. — Като подмигивает, поудобнее второй рукой перехватываясь на капельнице. — Кстати, Като Акахиро, ди-а-бе-тик. — Нолан О’Ши или просто Нола. — он кивает новому знакомому, сразу же задавая тираду из вопросов. — А ты со многими докторами тут знаком? Со всеми так свободно общаешься? Правда проспал или ты специально поздно сюда пришел? Давно ты здесь? Не первый раз? Видимо пожалев, что приходится делить диван с таким общительным собеседником, Като так же медленно отворачивает голову от Нолана, перекатывая ее по спинке дивана, закрывая глаза. Но не тут-то было. Его, кажется зовут. — Оп, я побежал, может встретимся еще, как-нибудь. — опираясь на капельницу, Акахиро поднимается с места и шаркает тапочками к заветной двери, как победитель, проходя между ожидающих людей. Но напоследок он успевает кинуть О’Ши занятную фразу. «Я тебе соврал про осьминогов. Не плавится у них в сосудах медь. Она там образуется.»