«1943»

Возвращения в Корею давно потеряли чувство домашней теплоты и уюта; Тэхен напрочь отвык от здешнего гула по вечерам, запаха вафель на каждом углу и льющейся соджу с пивом под очередной набравший популярность кей-поп трек. За долгий, почти десяток лет жизни в Майами в привычке остался только ярый аппетит к корейской кухне и невольные поклоны в знак благодарности, уважения да и всего на свете. В целом же американский уклад жизни, жаркая и безоблачная погода в регионе стали настолько обычными для мужчины, что он и не задумывался, как было «до»: когда он абсолютно счастливым бродил по Мапо-гу; бегал на рынок по выходным за всякими вкусностями вроде фруктов в стекле и пуннопанов с бобовой пастой; прогуливался в парке у Намсана, попивая персиковый чай со льдом. Была в этом определенная ностальгия, но и грустная паволока тоже. Он ни разу не пожалел о решении уехать в другую страну, пойти навстречу мечте развить корейскую моду в международном масштабе. И даже без поддержки родных добился небывалого успеха. Сейчас он отвечал за маркетинговую составляющую именитого бренда, который сочетал в себе американскую раскрепощенность и полюбившийся многим классический, сдержанный стиль Кореи. В связи с этим его жизнь все еще была тесно подвязана с родиной – да и он от нее вовсе ведь не отказывался: поддерживал контакты с коллегами в Сеуле и все еще очень часто переходил на корейскую речь. А ближайшую неделю этого и вовсе должно было стать в избытке – деловая поездка обещала ненадолго вернуть Тэхена на долгие годы назад и позволить чуть–чуть побыть дома, пускай он и не характеризовал это место так уже очень давно. Тем не менее забавно было снова оказаться в тишайшем метро, где никто даже и звука не проронит, наблюдая, как по ту сторону моста разбредались маленькие здания и деревья цветущей вишни. И, потратив, всю оставшуюся часть поездки за работой в телефоне, мужчина ощутил себя особенно гармонично среди всех остальных, так же уткнувшихся в смартфоны и свои личные дела. По приезде в район Йонсан, славившийся дорогими жилыми комплексами и деловыми центрами, Тэхен по-быстрому сбросил вещи, принял душ и переоделся, на минуту засматриваясь на причудливый вид вечернего Сеула из окна высотного отеля. Кажется, за эти годы количество зданий только увеличилось: город стал еще ярче, изрядно прогрессируя с повышением уровня туризма и экономики в целом. Это вызывало гордость, безусловно. Тэхен все еще помнил город совсем другим. Первая бизнес встреча наметилась в одном из сульчипов, что совсем не вызвало удивлений у самого Кима. Это и не ресторан, и не типичная забегаловка, но все же не самое привычное место для деловых обсуждений, и все же хорошее место для зарождения непринужденного общения и расположения друг к другу. Тэхен заранее заверил себя и свой организм, что алкоголь здесь будет идти как вода. Без этого не построить дружественных взаимоотношений – вернее, оставить их без стойкого фундамента. А маркетолог любил делать все по стандарту, а еще вызывать чужое обожание. Да и что греха таить, он любил Корею за качественный алкоголь, после которого на утро не чувствуешь усталости, а в моменте – легкость сознания. В заведение под названием «1943» в клубном районе Каннама Тэхен пришел раньше партнеров, поэтому первым отдал паспорт в качестве залога и занял свободный столик. Время было еще ранним, но народу все равно собралось не мало при том, что здание вмещало в себя пару этажей и несколько залов с квадратными столами, переливающимися люстрами прямо на полу и экранами с меню для заказа. Для большего комфорта он даже не стал дожидаться остальных и сходу заказал стакан холодной пенящейся «Терры» – все же корейское пиво он любил, как никакое другое, пускай и перепробовал его самые разные варианты, начиная от не безызвестного Октоберфеста до снежных европейских курортов. Поэтому когда пришло время поприветствовать коллег, Тэхен ощущал себя достаточно расслабленно, но при этом сосредоточенно. Речь в основном шла о том, какой акцент следует сделать на CRM, поддерживая контакты с покупателями и расширяя клиентскую базу. Он самолично делал выгрузки, составлял наглядные графики и списки по предпочтениями и возврату лояльных клиентов, требуя, чтобы корейский филиал следовал его указаниям. Да, штаб-квартира бренда все еще твердо закрепилась за жарким Майами, но Сеул все еще оставлял за собой немаловажную часть касательно разработок и сохранения той самой золотой стилевой направленности, которую хотел сохранить Тэхен совместно с остальными главами компании. Но за долгими разговорами дело не встало, ведь у них в любом случае было еще несколько дней на беседы в более строгой обстановке. Тэхен с энтузиазмом заказал любимый поккым паб, уже предвкушая, как будет самостоятельно жарить рис в сыре с кимчи прямо тут и уплетать вместе с тарелкой жареной курочки и свежих фруктов. Раз уж он все равно здесь, то обязан воспользоваться всеми прелестями, которых был лишен. Кстати, о прелестях… – Извините, пожалуйста, – к столику подошел официант, наклоняясь поближе из-за гулкой музыки: его бесспорно выдавала полностью черная форма и наушник для связи. – К сожалению, мы пока не можем принять ваш заказ на поккым паб. У нас…– ему явно было неловко это говорить, и эта доля смущения добавляла умиления образу. Парень и без того выглядел прямо как плюшевая игрушка, которую хочется сжать в объятиях и повсюду таскать с собой: большие глаза-пуговки, мягкие волосы и абсолютно нежная улыбка. – У нас нет риса. – В Корее закончился рис? – Тэхен по-доброму усмехнулся, но парень, видимо, только больше разнервничался, что расстроил гостя. – Может это знак, что тебе пора вернуться, – добавил один из партнеров, на что Тэхен только улыбнулся. – Скажи, милашка, а есть вероятность, что ситуация как-то изменится? Официант очевидно смутился еще больше с такого обращения, но все же не прекращал смотреть прямо в пожирающие его глаза посетителя: Тэхен даже не скрывал – он был очарован. Парнишка произнес всего несколько слов, а уже заграбастал все внимание гостя, тем более что тот так сильно соскучился по корейским парням – еще одна вещь, по которой он изголодался, но старался не распространяться. Стоит признать, ни один иностранец так и не смог удовлетворить его желания достаточно: то внешность слишком грубая, то смелости в постели недостаточно, то манеры ужасные. В Америке парни часто подходили к нему самостоятельно, знакомились и открыто флиртовали. Но Тэхен предпочитал иное развитие событий, где он первый идет в наступление, питается смущенными взглядами и пьяным безрассудством, а затем жестко и долго имеет во всех возможных местах, куда только заведет его фантазия. Надо признать, он и забыл совсем, насколько сильно любил секс, пока не наткнулся на очередной объект своих лучших воспоминаний. – Подождите пол часа, пожалуйста, и я с удовольствием приму у Вас заказ. Мы все исправим, – заверил его парень, улыбаясь до ушей и кланяясь прежде чем удалиться к другим обязанностям. – Его зовут Чонгук, – проинформировал Сокджин – один из наиболее близких контактных лиц Тэхена в корейском филиале. – Я знаю, потому что наш мерчендайзер близко общается со здешним персоналом. – Он спит с кем-то здесь? – нужды скрывать свои желания не находил, тем более что все и без того читалось в жадном взгляде. – Точно не с Чонгуком. Этот довольно неразговорчивый и работает здесь недавно. Я даже не уверен, гей ли он. – Ну ничего, я настырный. И ему точно нравятся парни – это легко считать, – Тэхен мечтательно облизнулся и залпом выпил лимонную соджу, лишь раззадоривая похоть градусом. – Мы все равно хотим позже пойти в клуб тут рядом. А ты можешь пока поразвлечься. – Давайте дождемся, когда в Сеул вернется рис, а там решим, – все за столом дружно засмеялись и подняли рюмки, расценив это как тост. И в этот самый момент очередной хит New Jeans заглушила традиционная музыка в честь дня рождения. В центр, между столиками, вышел весь персонал с бенгальскими огнями в руках, напевая незамысловатую песенку и окружая Чонгука. Завидев такую картину, он искренне заулыбался и закрыл лицо руками, как бы прячась от взглядов коллег и всех посетителей, которые уже достали камеры и хлопали в унисон. А вот то, чего бы точно не понял любой иностранный посетитель – это следующий жест: сопротивляющегося Чонгука забили ногами в прямом смысле этого слова. Еще одна странная часть поздравления именинника, которая успела вызвать двойное желание Тэхена поскорее приласкать милашку. У него еще сегодня и день рождения! Что это, если не знак того, что Тэхен обязан сделать ему самый приятный на свете подарок, чтобы парень не забыл этот день уже никогда. Ким был пьян и определенно решителен. Теперь уж точно. И все же судьбу в свои уверенные объятия он не подталкивал: отдыхал как положено, расслабляя себя острыми закусками и алкоголем, параллельно поддерживая беседу и приглядывая за мельтешащим официантом. Чонгук в его сторону, кажется, даже больше и не смотрел, вечно занятой беготней от одного столика к другому, пока его не увлекло нечто весомое: парень буквально подпрыгнул от счастья, пока его коллеги нервно смеялись рядом с пароваркой. Запасы долгожданного риса наконец пополнились. И все такой же радостный, Чонгук вскоре снова одарил Тэхена и его компанию вниманием, оставляя огромную сковородку, наполненной поджаристым рисом с кимчи и плавленым сыром на мини плите. Как раз вовремя – Тэхен не на шутку проголодался (во всех смыслах). – Приятного аппетита, извините за ожидание, – он поклонился в извиняющем жесте. – Все в порядке. – Гость обольстительно улыбнулся, внимательно размешивая блюдо ложкой. – Кстати, с днем рождения, малыш. Чонгук на это ничего уже не ответил, лишь снова смущенно кланяясь и широко-широко улыбаясь. Если бы Тэхена попросили описать счастье, он бы просто показал на него: парнишка искрился изнутри. А потом Тэхену резко приспичило в туалет. Вот только столкнулся он с неприятным: прямо у входа стояла желтая табличка, перекрывающая проход, и тут же рядом с ней возник никто иной, как его любимый официант, водруженный шваброй и все еще таким же умилительным взглядом. – Подождете немного? – Я слегка устал ждать, – Тэхен показательно взглянул на часы, что скорее лишь для красоты томились на тонком запястье. – Пойдем со мной. Чонгук не успел даже выказать сопротивление, как его силой затащили внутрь и закрыли в крохотной кабинке. Здесь пахло свежей мятой от моющих средств, но Тэхена куда больше заботил аромат сеульского парня, который сейчас дрожал перед ним, при этом не стесняясь смотреть глаза в глаза. А они у него были и правда красивые: серо-зеленые с карей родинкой. – Меня зовут Тэхен, – чтобы чуть-чуть сбавить давление мужчина решил представиться. – Чонгук, – кажется, сработало. – С днем рождения, Чонгук. – Но вы ведь уже…. Пускай и скомканное, но знакомство между ними произошло, и в понимании Ким Тэхена – достаточное, чтобы он грубо впился в чужие губы, перебирая своими и углубляя и без того дерзкий поцелуй. Вот только Чонгук отвечать начал не сразу – и мужчина был честно готов к тому, что его пьяную тушу все-таки оттолкнут под каким-то нелепым предлогом, но оправдались лишь лучшие его ожидания. Будто выпив пробирку с нектаром смелости, парень начал двигаться навстречу партнеру, ответно играясь языком и запуская руки в шелковистые черные волосы. Тэхен удовлетворенно промычал в поцелуй, рукой нащупывая эрекцию Чонгука: та вполне явно проглядывала сквозь рабочие брюки и так приятно ощущалась в его ладони, особенно под нежные постанывания. Парню пришлось прервать поцелуй, чтобы не задохнуться в собственных звуках, поэтому он стоял с приоткрытым ртом, откидываясь на дверцу, пока Тэхен собственнически водил по его уже оголенному члену и вылизывал открытую футболкой шею. Его хотелось везде попробовать, вылизать вдоль и поперек: Чонгук был и впрямь сладким, как праздничный торт. А Тэхен себе в удовольствии предпочитал не отказывать: его подарок заждался, чтобы поскорее избавиться от пестрой упаковочной бумаги и порадовать своего обладателя. – Наслаждайся. Только сегодня. И только для тебя, малыш. Мужчина облизнулся, демонстративно проводя кончиком языка по верхней губе, пока именинник наблюдал за этими махинациями, в искушении сжав зубы так, что желваки выступали. – Пожалуйста…– простонал Чонгук, то ли моля остановиться, то ли наоборот, но еще не догадывался, что его личный искуситель поступит по-своему в любом случае. Тэхен опустился на колени, не жалея черные брюки: к счастью, пол был достаточно чистый, но все еще изрядно жесткий – мужчина отвлекающие факторы игнорировал. С молнией на чужой одежде расправился в два счета; хотите назовите это искусством, а хотите – похабщиной, но Тэхен со всеми этапами сексуальных развлечений справляла на твердую пятерку. И оценкой служили звонкие постанывания сверху, пока мужчина с упоением посасывал головку, постепенно пропуская член все глубже в глотку. Как правило, Ким позволял делать это другим, а не наоборот, но сделать приятно столь сладкому парнишке стало давящим приоритетом. Он с жадностью сдавливал его ягодицы, самостоятельно вдалбливаясь в свой рот, причмокивая и двигая головой вверх-вниз. Чонгук боялся вмешаться, даже едва прикоснувшись к столь сексуально растрепанным волосам, что покрывались испариной вслед движениям владельца. Поэтому он просто наблюдал, периодически закатывая глаза и до першения в горле изнывая в удовольствии, пока затылок долбился о стенку, а его член тем временем – в чужое горло. – Я кончу…сейчас. Кончу, Тэ…– он даже не смог полностью произнести чужое имя – тяжелое дыхание перекрывало работу речевого аппарата. – Давай, малыш. Можешь кончить мне в рот. Пока я добрый. Для Чонгука это как спусковой крючок. Раз. Два. Глубже. Язык щекочет венки. Губы обхватывают вплоть до паха, размазывая слюну плотным вакуумом по всему члену. Выстрел. Тэхен сглотнул полностью, а что каплями осталось на губах слизал одним касанием с довольной ухмылкой. Отряхнул чуть побелевшие коленки, за которые уже вовсе не было стыдно, и притянул трясущегося Чонгука за поцелуем. Тот едва отвечал, пересиливая себя и свои легкие, а Тэхен все брал и брал без остатка. – Во сколько ты заканчиваешь? – хрипло, возбуждающе до боли между ног. – Через пару часов, – сипло произнес официант. – Хочешь продолжения? – в нем бушевала самоуверенность, но ответ он уже знал – спросил из вежливости и потешить собственное эго. – Дождешься меня? Чонгук был таким нуждающимся; глаза округлились еще больше, выдавая такой умоляющий и невинный взгляд. Ему уже отсосали, его уже хотели, а он все еще готовил себя к отказу. На его юном возрасте и обманчивой непорочности не раз игрались, воспринимая как временное развлечение, словно отдых в баре. И Тэхен не обещал ему ничего отличного от привычного развития событий, а Чонгук все равно просил взять себя. Плевать как и на каких условиях – если этот высокий, до умопомрачения красивый и пленительный мужчина трахнет его – единственное желание в этот день рождения уже исполнится. – Через два часа у выхода, – он чмокнул его в щеку. – И старайся не думать обо мне. А то твой член так никогда не упадет. – Вот черт. У Чонгука снова предательски стояло. А Тэхен разбрасываться подарками не любил. Продолжения стоило заслужить.