Солнце в горах

      Как можно за месяц привыкнуть к присутствию человека, который каждый раз встречает тебя с работы, провожает до дома, заботиться, покупает вкусняшки и является единственным, кто привносит в твою жизнь положительные эмоции? Наверно к этому привыкнуть очень даже легко.       Феликс может с уверенностью сказать, что он скучает. Безумно скучает. Хенджин стал частью его повседневной жизни так быстро. А теперь они могут общаться только по телефону. То, что они созваниваются, почти каждый вечер, немного спасает ситуацию. Но это все не то, Ли не видит его, не может ощутить его теплых объятий. Все не так, как хотелось бы.       Последний месяц лета подходит к концу. Нужно что-то решать по поводу диплома. А еще, он все еще висит на шее у Минхо и его отца. Никто, почему-то, не хочет сдавать даже комнату парню, которого выгнали за неуплату долга с прошлой квартиры. Да, заявление на него не подавали, но слушок прошел. Дела как-то не налаживаются. И судя по тому, что он слышит от Хенджина, у того тоже.       Невероятно сильно хочется бросить все и уехать к Хвану в Сеул, сбежать с ним далеко-далеко, подальше от проблем. Но они оба стали заложниками правил. Хенджин — правил компании, а Феликс — своих предрассудков. Он хочет написать диплом, закончить университет и тогда уже, может быть, что-нибудь делать и решать. Все как обычно откладывается на потом, вот это «пока рано» преследует его постоянно. Дальше будет не легче. Он получит диплом об окончании университета и снова найдутся какие-то дела и отговорки, чтобы отложить все на будущее.       Ну а сейчас… Нужно как-то решать проблемы, которые уже некуда откладывать, количество которых только прибавляются с каждым днем.       Теперь, довольно часто в магазин захаживают люди, которые спрашивают, не знаком ли он с Хван Хенджином. Такие ситуации настораживают и пугают. Что если да? Что они могут сделать? Ли, конечно, отвечает, что не знает никого такого. Но все равно мурашки пробегают по коже, при каждом таком случае. Ведь это спрашивали не только какие-то маленькие девочки, но и не внушающие доверия мужчины, которые не выглядят безопасно, особенно когда это происходило ночью.       В такие моменты, когда ему страшно, всегда спасает Хенджин. Что старается писать ему, когда у Феликса ночная смена, чтобы тот не заскучал. Правда, не всегда получается, иногда Хван отрубается после тяжелого расписания.       И вот Ли вновь в ночную, время уже близиться к утру, а он сидит и глупо улыбается шуткам Хенджина, что тот травит, пытаясь развеселить его. Шутки настолько тупые, что многие бы с них точно не смеялись, а некоторые бы и обиделись, но Ликсу смешно до безумия, все что рассказывает Хенджин — интересно, все, о чем он шутит — смешно, сам Хенджин — самое лучшее, что случилось с Феликсом. Он еще иногда сомневается в этом, пытаясь переосмыслить, что он чувствует. Но то, как он по нему скучает и постоянно думает «а что бы сказал в этой ситуации Хенджин» — многое говорит.       В магазинчик завалилась очередная пьяная компания, трое парней заходят в помещение, толкаясь и споря о том, какое пиво лучше, а за ними входят две девушки, чуть ли не падая на пол от смеха. Немного испугавшись резкого шума, Феликсу пришлось отложить переписку с Хенджином. Всей толпой компания направились к полкам с алкоголем, за добавкой. Ли пришлось убрать телефон, с такими стоит быть очень аккуратным и бдительным. Пьяные компании и днем не самое приятно, а в ночь с пятницы на субботу, после длинной рабочей недели, так вообще.       — Пробейте нам вот это, — одаривая Феликса неприятным ароматом перегара, мужчина ставит на прилавок корзинку, в которой стоит около десяти бутылок спиртного. Его друзья ждут около входа, начиная без повода ругаться между собой.       — Извините, не больше одной бутылки на руки, в ночное время, — мужчина напротив явно не понял, что ему только что сказали, — таковы правила нашего магазина, — тыкнул пальцем в лист, висящий на стойке рядом, в котором было прописано несколько пунктов правил, — я могу продать вам максимум пять бутылок и то, разными чеками.       — Пробивай все, идиот, можешь хоть двадцатью чеками, — повышая голос, подошел другой мужчина, заметив какую-то задержку на кассе.       — Прошу прощения, но я не могу, — настаивал на своем Феликс. Не хочется получать от директора из-за каких-то неадекватных. Вся компания подошла ближе.       — Эй, а ты… Мне кажется я видела тебя где-то в новостях, — вглядывается в лицо одна из девушек.       — Да, точно! — подскакивает вторая, тыкая в Ли пальцем. — Это же тот, что был с Хван Хенджином тогда, помнишь, Мэй говорила, что видела его в каком-то круглосуточном!       — Ха-ха-ха, так ты не только идиот, да еще и пидор! — мерзко заржал один из парней, вероятно тоже вспомнив новость. — Тогда, с такими как ты дела делаются по-другому, — мужчина начал надвигаться на Феликса, обходя прилавок.       Ли быстро зажал «спасательную кнопку» вызова полиции под прилавком, но та не сработала, ни в первый раз, ни во второй, она просто заела и не нажималась. Это была единственный спасательный круг, что лопнул до спуска в воду.       — Что вы делаете? Я вызову полицию! — вжался в стеллаж с табачными изделиями за спиной, — Здесь камеры, отойдите от меня!       — Так вызывай, зайчик, я же тебе не мешаю, — усмехнулся надвигающийся на него мужчина, — пока что.       Ли быстро схватил телефон, но не успел даже разблокировать, как устройство вырвали из руки и кинули в стену. Их затуманенному алкоголем мозгу было все равно на камеры, на полицию, на то, что кто-то может зайти в магазин или увидеть с улицы. Сначала эти люди хотели получить свою выпивку любым возможным способом. Но теперь им, вероятно, захотелось развлечься.       Мужчина над Феликсом оскалил зубы, изображая улыбку, подошел совсем вплотную. Ли пригнулся и попытался перескочить через прилавок, но его схватил другой парень, что до этого стоял дальше всех. Послышался женский смех.       — Отпусти, урод!       Ли начал брыкаться, пытаясь попасть хоть по кому-то. Но сильные руки держали слишком крепко, сковывая движения. Размахивая ногами, он заехал одной из девушек по ноге, что и так плохо держала равновесие, от количество выпитого. Девушка с вскриком упала на пол, скорчила гримасу боли и наиграно захныкала.       — Ах ты сучара! — налетел на Феликса кто-то из парней сбоку, заезжая со всей силы в живот.       Тут же, с другой стороны, прилетает оглушающий удар в висок. У Феликса потемнело в глазах, он стал терять связь с миром, голова закружилась. Попытки защититься и отбиться не увенчались успехом, его руки крепко держат за спиной и продолжают бить двое парней. Ни за что, просто ради забавы.       Руки, держащие Феликса до этого, ослабевают и Ли теряет контроль над своим телом, колени подгибаются и он падает на пол. Время замедлилось, его сознание начало погружаться в темноту. Все, что он успел увидеть, прежде чем отключиться, это как девушки наконец оттаскивают своих парней от него. Ум пытался соединить обрывки реальности, чтобы остаться в сознании, но все тщетно.       Через пару часов он пришел в себя в темном месте, пытаясь осознать, что с ним произошло. Все тело болело, но не так сильно, как после побоев отца. Поэтому удалось встать. Голова тут же закружилась, ноги еле держали. Пройдясь вдоль стены в непроглядной темноте, он нащупал ручку двери и потянул на себя, вышел в зал круглосуточного. Видимо те ребята спрятали его в кладовку, осознав ситуацию и пытаясь замести следы и сбежали.       Безумно больно и обидно. Почему именно он? Почему он постоянно попадает в такие ситуации? Когда Ли Джин умер, Феликс думал, что все его физические страдания на этом закончены, но это продолжается… Он что, похож на боксерскую грушу, что так и привлекает, чтобы по ней ударили? Это несправедливо.       На улицу уже светает и выйдя из темной кладовой, яркое солнце ослепляло. Глаза начинает щипать, не только от слез. Все тело ломит, привычное когда-то чувство. Снова захотелось убежать. Бежать от себя, от проблем, от всего мира. И в этот раз он не стал себя останавливать, просто не смог.       Вылетая прочь из магазина, он сорвался с места и побежал, сам не знает куда. Не забрав вещи, не закрыв магазин, не в лучшем виде, весь в ссадинах и кровоподтеках, но дальше, как можно дальше. Из последних сил.       Ударивший в голову адреналин закончился очень скоро. Ноги вновь стали подкашиваться, но останавливаться он не собирался. На улицах еще никого не было, слишком рано. Машин нет. Поэтому идти по проезжей части было самым лучшим решением, по мнению Феликса. Бездумно бродя по пустой дороге, Ли умирал внутри. Сколько можно так жить? Сколько еще испытаний предназначила для него жизнь? Может быть лучше все бросить и покинуть этот мир? Все равно никто жалеть об это не станет, никому не будет больно. Единственный человек, ради которого он держался раньше, покинул этот мир почти три месяца назад. Феликс отпустил это. Нашел новый смысл жить дальше. Но это смысл не стал еще веской причиной.       Возможно из-за этого смысла и случилось то, что случилось. Но Ли не хочет думать так. Он не винит Хенджина в случившимся. Хван был единственным, кто спасал его от тягот реального мира последние пару месяцев, он делал Феликса счастливым. Но от этих мыслей не мог его спасти даже Хенджин. Чтобы он не делал, как бы не поддерживал, сейчас его нет рядом. У него свои проблемы, свои дела. Ему не должно быть какое-то дело до Феликса. Это осознание пришло в голову Ликса только сейчас.       Куда ему идти? Что сделать? В голове рой мыслей, что не выдают ни одной ясной идеи. Хочется и плакать, и истерически смеяться. Но единственное, что он может — идти. Идти по просторному проспекту туда… Просто куда-нибудь.       Из мыслей его вырывает громкий скрежет шин об асфальт где-то сбоку. Вяло повернув голову в сторону источника звука, он видит авто, из которого выбегает высокий мужчина, что-то крича. Но Феликс уже не слышит, в его ушах звучат лишь глухие шумы, словно он находился под водой, силы иссякли после долгого бега, еле волоча ноги, он вновь падает, теряя сознание.

***

      Феликс не ответил на последнее сообщение, сопровождающееся милым мемом с капибарой и вообще перестал заходить в сеть уже больше часа. Это начало сильно тревожить Хенджина. Почему он не ответил? Спать он пойти, в ночную смену, не мог. Даже если разрядился телефон, у него всегда была возможность его зарядить. Определенно что-то случилось.       Но сейчас на его вопрос никто не сможет ответить. Во-первых, слишком поздно. А во-вторых кто? Поэтому Хенджин решил, что пора идти спать, раз Ли больше не хочет ему отвечать. Но сон никак не приходил. Мыслей слишком много. И не самых хороших.       Пришлось начать новый тяжелый день раньше обычного и заставить себя встать. Сегодня должна быть запись очередной песни для нового альбома, к которому они сейчас усиленно готовились. Вроде шумиха из-за той новости немного затихла, поэтому откладывать дату камбэка пока не стали, но пока строить прогнозы рано, а время поджимает.       На улице уже встало солнце. На часах шесть утра. Хенджин вышел в общую комнату, решая приготовить что-нибудь вкусное на завтрак и угостить остальных. Давненько он так не делал.       Выбор пал на панкейки и смузи. Как раз в холодильнике нашлись свежие фрукты, которые, вероятно, вчера купил Чонин. Хенджин только начал замешивать тесто, как сзади послышалось шарканье домашних тапок по полу.       — Ты чего так рано встал? — сонным голосом поинтересовался барабанщик.       — М-м, просто, — не оборачиваясь протянул Хенджин.       — Когда ты так говоришь, то это не «просто». Хоть я и не хочу грузиться с самого утра, но рассказывай, — потер глаза Чан, присаживаясь за обеденный стол.       — Я просто переписывался с Феликсом, — повернулся на сонного лидера с миской в руках, — у него была ночная смена в магазине. И тут он перестал мне отвечать. И опережая все твои варианты, почему такое произошло: он не мог просто так мне не ответить. Поэтому я волнуюсь.       — Ты серьезно? Вы все еще общаетесь с Феликсом? Ты уверен, что это хорошая идея? — пропустив мимо ушей все сказанное Хенджином, удивился старший. Это заявление даже заставило его проснуться.       Он серьезно надеялся, что эти двое перестали наконец общаться после того случая. Но Хенджин все еще продолжал идти по лезвию ножа, несмотря на все риски.       — Нет, но… — помолчал, обдумывая, как лучше объяснить Чану, почему он не собирается прекращать общаться с Ли. Но никакой веской причины не нашлось. — Я не собираюсь его бросать. Поэтому мне нужно как-то узнать, что с ним. Я безумно переживаю, — сел на стул, напротив лидера.       Чан потер переносицу и оперся лбом о руку. За что ему это наказание? Он, конечно, может спросить у Минхо про Феликса. Но Хенджин не знает о том, что Бан знаком с ним, никто до сих пор не знает, кроме Чанбина. Слишком тяжелое решение с самого утра. Зачем он только спросил, что случилось?       — Ла-адно, я могу узнать, что с твоим Феликсом, — доставая телефон из кармана халата, недовольно протянул Чан. Ему тоже стало интересно.       — Правда? Как? — наклонился ближе Хенджин.       — Не важно, делай, что делал. Узнаю, расскажу.       — Ты лучший, хен. Я приготовлю для тебя самые вкусные в твоей жизни панкейки, — услышав мычание в знак согласия, занялся первоначальным делом.

Красивые руки: Хо-я, меня тут Хенджин достает, что с Шиничи что-то случилось, он не отвечает ему

Проблема: Мне тоже очень интересно, что с ним случилось, потому что он уже должен был вернуться с ночной смены

Красивые руки: Черт, реально? То есть опасения Хвана не бессмысленны?

Проблема: Не знаю, Чани, сейчас собирался пойти к нему в магазин, потому что мне он тоже не отвечает

Красивые руки: Сообщи мне, если что узнаешь

      Чан тяжело вздохнул, откладывая телефон в сторону, сразу привлекая внимание Хенджина, что так ждал хоть какой-то подсказки от старшего. И этот тяжелый вздох стал не лучшей новостью.       — Что? — обеспокоено спросил он, со звонким металлическим звуком уронив ложку в миску.       — Ты только не спеши делать какие-то выводы, но он действительно куда-то пропал и не вернулся домой, — складывая руки в замок, сообщил лидер. По этой фразе можно было понять откуда Чан это все узнал, но тревога затуманила разум Хенджина. Все, о чем он мог сейчас думать — как быстрее попасть в Японию. Он сорвался с места, хватая телефон, — Хенджин, я тебя прошу… Подожди, возможно с ним все хорошо.       — Нет, я должен его увидеть. Если с ним все хорошо, я должен убедиться сам.       — Хенджин! — начал злиться Бан, повышая голос, вскочил со стула, вслед за суетящимся парнем.       — Что? Что ты от меня хочешь? — крикнул Хенджин, судорожно тыкая в телефон, пытался заказать билет на ближайший рейс в Японию.       — Ты с ума сошел? Хочешь еще больше проблем? — сорвался на крик лидер, когда понял, что собирается сделать Хенджин. Он попытался вырвать телефон из его рук, но Хван увернулся. Из комнат на шум вылезли Чонин с Ханом, — Нет, ты серьезно ненормальный, у нас сегодня запись, расписание! Тебе нельзя никуда ехать!       — Отвали, Чан, мне все равно, — отрезал Хенджин, забывая про правила приличия.       Он быстро собрал все необходимые документы и закинул пару вещей в небольшую сумку. Переоделся и выбежал из общаги, больше его никто не попытался остановить.       — Он ненормальный? Что тут произошло? — недоумевая спросил Чонин.       — Сегодня записываем без него… — без сил присаживаясь обратно на стул, оперся головой на сложенные руки. — Он улетел в Японию.       — Куда?! — не смог сдержать эмоций Хан. — К тому парню из новостей? — Чан кивнул. — Он не ненормальный, он ебанутый, — заключил Хан, идя обратно в свою комнату.

***

      Круглосуточный был не так уж и далеко от дома семьи Ли. Поэтому Минхо удалось добраться туда очень быстро. С виду было все как обычно. Все те же стеклянные двери с кучей рекламных объявлений, потрепанная вывеска и кто-то стоящий у кассы. Уже около двух часов, как должна была закончиться смена Шиничи, поэтому за кассой вероятно был кто-то другой.       Нервно пересчитывая деньги, парень за стойкой не обратил внимание на вошедшего в помещение Хо.       — Доброе утро, Риота-сан! — обратил на себя внимание мужчины.       Минхо знал, что с младшим работают еще два человека. Девушка по имени Аяка и парень — Риота. Он никогда с ними лично не встречался, но догадаться было не сложно.       — Добро пожаловать! Откуда вы знаете мое имя? — в недоумении спросил кассир.       — Я друг Шиничи, так что слышал от него про вас. Его здесь нет?       — А-а, — почесал затылок, кладя пачку денег обратно в кассу, — Шиничи… Я не знаю где он. Когда я пришел на смену, его тут не было и… — Минхо терпеливо ждал продолжения, хотя в душе уже разгорался очаг волнения. — Магазин был не закрыт и на полу пятна крови, поэтому я вызвал полицию.       — Что? — эта новость выбила весь воздух из легких. Какого черта здесь произошло? Минхо пытался не показывать, что растерялся, держа себя в руках, сейчас волнение ни к чему. — Что сказала полиция, разве здесь нет камер?       — Ну, в общем, — запнулся Риота, явно переживая, — оказывается камеры не работали уже порядком двух или трех дней. Поэтому они будут искать и…       — Ясно, я все понял, спасибо за информацию, — оборвал Ли. Дальше слушать бессмысленно, нужно самим где-то искать, — узнаете что-то, позвоните пожалуйста, — написал на каком-то лежащем рядом листочке номер, отдавая мужчине, — до свидания!       Что же делать дальше? Минхо вышел из магазина и решил сразу сообщить об этом Чану, потому что тот просил держать в курсе. Как только сообщение было отправлено, телефон зазвенел, на дисплее высветился номер отца.       — Минхо, я только пришел в больницу, — сразу перешел к делу мистер Ли, — видел в списках приемной Шиничи. Ты не знаешь что произошло?       — Нет, он еще там? — долго искать не пришлось.       — Да, он под капельницей. Но я пока тоже не знаю, что с ним.       Вот же черт. И куда он только вляпался? Благо хотя бы быстро нашелся. Минхо сорвался на бег, заказывать такси нет времени, на общественном транспорте тем более не вариант, а волнение за друга не давало покоя, нужно срочно узнать, что на самом деле случилось и проверить как он.

***

      В этот раз перелет длился будто целую вечность. Всего лишь два часа тянулись невероятно долго. Хенджин не мог усидеть в самолете спокойно без каких-либо сведений. Еще и нагрубил Чану, когда сорвался в аэропорт, возможно даже зря. Но это не важно, главное снова не попасть в какие-нибудь новости и узнать что с Феликсом, увидеть его собственными глазами, убедиться, что он в порядке.       Приземлившись в Токио, Хван получил сообщение от Чана, в котором был адрес больницы. Больница? Значит его переживания были не на пустом месте. Но то, что он оказался прав, совершенно не улучшала ситуацию. Что могло такого произойти ночью в магазине, что его солнце попало в больницу?       Вызвав такси и назвав адрес, буквально за полчаса удалось доехать до нужного места. Но преградой стала девушка в регистратуре, что не хотела пускать его к Феликсу, потому что сказать «я его парень» Хенджин не мог, а «друг» не сработало. Из этой безвыходной ситуации спас Минхо, поручившись за Хвана. Подошел он весьма вовремя, еще чуть-чуть и Хенджин точно бы закатил истерику. Нервы были на пределе, а перед ним еще сидит девушка, говорит, что он «никто» и угрожает вызвать охрану, что вышвырнет его как маленького котенка на улицу, не дав навестить Ликса.       В палате стоял запах свежести, благодаря увлажнителю воздуха. Феликс находился не в лучшем состоянии. Ссадины и синяки покрывали почти все открытые участки тела, что в некоторых местах закрывал тугой бинт. Парень все еще был без сознания.       — Врач сказал, что у него переломано два ребра и возможно сотрясение, его привез сюда мужчина, что заметил, как он плетется по проезжей части. Его явно кто-то избил. — сообщил Минхо шепотом. — Ты хочешь побыть здесь? — Хенджин кивнул, мысленно благодаря Хо за информацию.       Он взял рядом стоящий стул и поставил его ближе к койке. Неужели его побили? Побили из-за него? Феликс же не делал ничего противозаконного, не нарывался ни на какие проблемы и драки. Единственную причину, которую сейчас может придумать Хенджин — та новость. И если это так, то все это его вина. И ему нет прощения.       Он взял руку Ли, сжав посильнее и приложил к ней губы, закрывая глаза. Руки такие холодные, словно льдинки. Подумав, что Феликс наверно замерз, он приподнялся, решив потянуть одеяло, но заметил, что у Ли открыты глаза, и взгляд направлен прямо на него.       — Ликс, — прошептал, выдыхая с облегчением. Феликс пришел в себя и это замечательно, — как ты? — приобнял, утыкаясь носом в такую же как руки, холодную ключицу.       — Больно, — еле слышно прохрипел Феликс.       — Прости, прости, извини меня, — как можно быстрее отпустил, чтобы не причинять боль и уселся обратно на стул, разглядывая лицо Ли, что даже не повернулся в его сторону, продолжая смотреть перед собой, в потолок.       — Что ты здесь делаешь, Хенджин? Тебя не должно быть здесь, — прошептал Феликс.       Это был тот же холодный, безэмоциональный голос, который был когда-то, при их первой встрече в Японии. У Хенджина защемило в груди. Неужели все вернулось в то время, все его шаги по направлению к сердцу Феликса были перечеркнуты?       — Я очень сильно за тебя волновался, приехал так быстро, как только смог.       Хван не представляет, насколько этому солнцу сейчас больно и не только физически. На лице Феликса не отражается ни единого того лучика, что светились, когда они виделись в последний раз. Солнце погасло, убитое жестоким миром.       — Ликс, прости меня. Это все из-за меня, я… Я во всем виноват.       — Это ты прислал ту пьяную компанию, чтобы они меня избили? — все также безэмоционально и сухо спросил Ли, все же переведя взгляд в сторону Хенджина, но избегая зрительного контакта, будто смотря в пустоту.       — Боже, нет, нет конечно…       Ли снова уставился в потолок, а на лице отразилось что-то типа «ну вот и все». И Хенджин решил заткнуться. Но уходить не собирался. Да, Феликс явно сейчас не в настроении с ним разговаривать и пытается его оттолкнуть своим поведением. Но пока что хотя бы не просит уйти.       Хван сел в ту же позу, в какой сидел изначально, взял за руку Ликса, что даже не сопротивлялся, не пытался вырвать ее из теплых рук, смирился. Хенджин стал молча рассматривать такие красивые веснушки сквозь ужасные ссадины и кровоподтеки, согревая ледяные пальцы Ли теплым дыханием.       — Тебе разве не нужно сейчас быть в агенстве и готовиться к камбэку? — через несколько десятков минут, спросил Ли, переведя взгляд на рядом сидящего человека, который даже не сдвинулся с места, теперь уже смотря прямо в глаза. Феликса уже порядком стало раздражать его присутствие.       — Возможно, но я не хочу тебя оставлять, сильно за тебя волнуюсь.       — Я отсюда никуда не денусь, так что вали уже, — выплюнул Феликс, разозлившись.       Хенджин ждал, когда же Феликс его все-таки прогонит, этого стоило ожидать раньше. Уходить и оставлять его одного страшно. Вдруг Ли захочет с собой что-нибудь сделать. В голове мимолетно промелькнула мысль про то, что Ликсу нужно будет найти психолога. Но надежда, что все еще не так плохо, осталась, поэтому он решил послушаться Феликса и уйти, без возражений.       — Ладно, солнце, но я приду сюда завтра, — легко дотронувшись до забинтованного лба пересохшими губами, вышел из палаты.       Феликс не хочет. Не хочет, чтобы он приходил. Пускай он останется один, ему никто не нужен. Больно от того, что Хенджин рядом. Хван должен быть дома, налаживать свою жизнь и восстанавливать репутацию, которая тоже была подорвана из-за него. Снова безумно стыдно, он чувствует себя таким ущербным. Таким никчемным. Он снова не смог себя защитить, как в детстве. Хочется сбежать от реальности и погрузиться в вечный сон, чтобы никого больше не загружать своими проблемами, никому не причинять боль.       Единственный кому он действительно нужен — это Хенджин. Осознание пришло еще несколько недель назад. Но это неправильно. Зачем он Хвану? Зачем ему такой бездарный человек?       От мыслей начинает болеть голова. Зачем он вообще живет? Хочется сдохнуть. Но он настолько никчемный, что даже не сможет этого сделать. Слишком страшно. Он хочет остаться один, не причинять своим существование вред другим людям, но одновременно с этим очень страшно оставаться одиноким. Он запутался.       — Эй, Хван, если хочешь, можешь остаться у меня, — подошел Хо сзади к парню, вышедшему из палаты.       — Это как-то не удобно, я лучше сниму номер в отеле.       — Да ладно, пойдем, — не принимая больше никаких возражений прошел мимо Хенджина. Ожидая, что тот последует за ним.       Хенджин решил не отказываться. Денег на самом деле у него немного. В спешке он взял с собой совсем мало. Поэтому послушно пошел за Ли. Они дождались мистера Ли после работы и ближе к вечеру направились домой.       Минхо снова пришлось спрятать своих котов, он был совершенно этим недоволен. Причинять котам дискомфорт — значит причинять дискомфорт ему. Но что не сделаешь ради парня, который нравится его другу.       Поужинав и обсудив случившееся с Феликсом, мистер Ли ушел к себе в кабинет, заполнять какие-то документы, оставив молодых в покое.       — Так значит ты знаком с Чаном? — поинтересовался Хенджин, дуя на горячий чай, наблюдал за разлетающимся паром.       Минхо подавился шоколадкой, не ожидая такого вопроса. А что сказать? Сказать или не сказать? Они с Чаном этого не обсуждали. Да и вообще… Какие у них отношения? Этого они тоже не обсуждали. Они даже не успели устроить второе, обещанное Баном, свидание, потому что тот уехал в Корею. Но продолжали общаться по телефону. Старший вроде был не против ни этого общения, ни вечных заигрываний Минхо. Что между ними?       — Ну вроде того… — от мысли про Чана, кончики его ушей окрасились в алый цвет.       — М-м, а я думал мне показалось, что видел тебя рядом с… Шиничи на концерте, — Хенджин запнулся, как же непривычно назвать его другим именем.       Минхо решил не продолжать, тему нужно сменить. А то вдруг Хван станет еще больше расспрашивать его про то, что у них с Чаном. А Минхо не знает как на это отвечать.       — А ты на долго собираешься здесь остаться? — решил поинтересоваться Хо.       — Пока он не поправится. Я… — помолчал, обдумывая стоит ли говорить это Минхо. — Я хочу забрать его с собой.       — Что? — снова поперхнулся. Он точно умрет в результате этого разговора. — Ты серьезно? А он этого хочет?       — Ну, он не возражал. Со мной ему будет безопаснее.       — Это, конечно, Шиничи решать, но не думаю, — выделил последнее слово.       — Что не думаешь? — слишком громко опустил кружку чая на керамическую поверхность стола.       — Ну… Если честно, мне вообще не кажется, что ему с тобой безопаснее. Там вероятность того, что такая ситуация с новостями повторится снова, возрастает.       — Возможно, но я не хочу оставлять его здесь одного, — заключил Хенджин.       — Ну в любом случае, это решать не тебе, Хван, — допил чай и вставая со стула, вышел из кухни, продолжая кричать из другой комнаты. — Я постелю тебе на диване. Хорошо? — в ответ согласное мычание, — постараюсь не пускать к тебе котов.       — Спасибо, Минхо, — погрузился в свои мысли, больше не слыша, что говорит парень из гостиной.       Ли добрый, хоть и невероятно наглый и прямолинейный. Он прав, не ему решать поедет Феликс или нет. В тот раз он так и не дал ему точного ответа. Что если теперь Ликс вообще не захочет с ним больше общаться. Перечеркнет их и так неокрепшие отношения совсем, что придется начинать с нуля. Хенджин очень надеется, что Феликс все же не будет его отталкивать сильнее и согласиться вернуться в Корею. Похоже сегодня ночью он точно не уснет от количества мыслей.       Минхо пожелал спокойной ночи и зашел в свою комнату, чуть не споткнувшись об слетающих с кровати котов, что решили встретить хозяина. Сегодня оказался сложный день. Хотя изначально он планировал провести его за видеоиграми и за отвлеканием Чана от работы. Все как обычно.       И все-таки, что у них? Теперь эта мысль не выходила из головы, хотя он раньше почему-то не задумывался, не пытался выяснить, что чувствует Бан. Ему просто было хорошо с ним общаться. Как легкомысленно. Он всегда знал, что Чан ему нравится. Но что чувствует сам старший?       Минхо нужно срочно это выяснить, иначе не спать в этом доме будут двое. Хо решил позвонить ему сею секунду, плевать что поздно, Чан все равно не спит и скорее всего работает в студии. Но несмотря на всю свою прямолинейность, Минхо все же постеснялся звонить как обычно по видеосвязи, он не сможет задать вопрос, если будет видеть Чана.       — Хо? Что-то случилось? Уже очень поздно, — обеспокоено спросил старший.       — Нет, все хорошо, просто… — молчание.       — Просто? — молчание затянулось и Чан реально уже начал волноваться.       — Я хотел спросить, — нет, он не может. Может скинуть?       — Ну, Минхо, не томи. Что ты хочешь спросить?       — Ты мне нравишься! — выпалил Хо, откинувшись на кровать, он чуть не задавил кота.       Теперь длительное молчание исходило от Чана. Он молчал и будто даже не собирался отвечать. Он там живой? Ответ пришел сам, послышался тихий смех.       — Я знаю, Хо, — сказал Чан.       — Знаешь?       Минхо не ожидал такого ответа, он подумал, что Чан над ним просто смеется. Смеется над его чувствами. В принципе даже такой реакции он ожидал, думал, что Бан осудит, оттолкнет или ответит взаимностью. Но «знаю»… Что за ответ?       — Ты думаешь это непонятно? Ты же этого даже не скрываешь. А то, что ты постоянно пытаешься уговорить меня на секс по телефону? Серьезно?       — И что ты думаешь? — неуверенно поинтересовался он. Ну да, он очевиден, а вот Чан — нет.       — Ты тоже мне нравишься, Минхо. Это тоже было очевидно.       — Не очевидно, зараза! — сделал обиженный голос, ликуя внутри, что его чувства взаимны. — Так что между нами? Мы типа…       — Встречаемся? — продолжил Чан за Минхо. — Если ты хочешь это так называть. То окей. Но я бы назвал это «отношения на расстоянии», — посмеялся старший, выделяя последнюю фразу.       — Очень смешно. Я тут вообще-то каждый день с ума схожу.       — Я тоже немного, — признался Чан. — Но ты же понимаешь, что об этом не должны знать?       — Да, конечно. Но ты не сказал даже Хенджину. Он у меня сегодня допытывал, знаком ли я с тобой. А я не знал, что ему сказать.       — Ну, можешь ты сам ему сказать, что мы не просто знакомы, — хмыкнул Бан, — если хочешь.       — А вот и скажу, — отрезал Хо и через секунду рассмеялся.       На самом деле, ему было так смешно со всей этой ситуации. Чану было все понятно с самого начала, а он строил из себя ничего не понимающего влюбленного человека.       — Ладно, как там Хенджин и Шиничи?       — Хенджин пошел спать, он остался у меня. А Шиничи в больнице. Его сильно избили. Там… Все не очень хорошо… Но могло быть и хуже, — перевернулся на живот Минхо, гладя одного из котов, что так и требовали внимания.       — Ну да. Это его за…       — Связь с Хенджином? Скорее всего, но пока не поймали эту компанию виновников…       — Ну этого следовало ожидать. Надеюсь, с ним все будет хорошо. Может быть его к психологу отправить?       — Да, это хорошая идея. Но… Хенджин же хочет «забрать его с собой», — повторив голос Хвана, выделил последнюю фразу Минхо.       — Что он хочет? Он совсем сума сошел?       Чана все сильнее и сильнее удивляет этот непослушный ребенок. Хенджин как будто вообще не думает о последствиях, не думает ни о ком, даже о себе, кроме Феликса. Но, кажется, не делает ему лучше.       — А ты бы не хотел… Чтобы я переехал в Корею? — Хо сам не понимает, что спрашивает. Никогда об этом не думал. Но вдруг стало интересно, что об этом думает Чан. Раз у них вечер откровений, то почему бы и не спросить. Он ведь действительно может переехать.       — Я не знаю, Минхо, — молчание, — ты же понимаешь, даже если ты приедешь… Я не могу тебе ничего обещать. У нас совсем недавно сняли запрет на отношения. Поэтому это очень сложно, понимаешь?       — Понимаю. Ладно, не парься.       Но над этим можно подумать, отметил про себя Хо и решил, что стоит пойти спать, ведь уже поздно. Попрощался с Баном и скинул, откинув телефон в сторону, улыбаясь сам себе. Он нравится Чану — это ли не прекрасно.