Что-то человеческое.

– Знаешь, а мы ведь с тобой похожи на две звезды! Они работали в кафе. Кофейня, если быть точнее. Выходили на смену только вместе, да и Федор был единственным, кто способен успокоить буйного Дазая, а он в свою очередь справиться с отстраненностью первого и стать с ним чем то похожим на команду. И о причине этого знали многие. Любовь сильно меняет людей, по крайней мере так поговаривают, но наша пара лишь стала очередным доказательством этих слов. – Удиви меня. - Федор лишь закатывает глаза, чуть громче положенного ставя только что вымытый стакан на стол, чтобы Осаму вытер его. – Ну, знаешь, в космосе есть физически двойные звезды. Они как бы целуются, хотя это только с романтического взгляда на эту ситуацию. Так то, конечно, там все намного сложнее и не так мило. Меньшая звезда всасывает вещества из более крупного партнера.. – Пф, какие-то абьюзивные отношения у них. После этих слов приходится отвлечься от их беседы, чтобы принять заказ у нового клиента, вот Дазай и молчит, спокойно ожидая, заняв себя какими-то другими делами в это время. Например - начать варить кофе, ведь первую часть заказа он точно услышал, а с остальным его возлюбленный разберется. Номер заказа выдан, мужчина за руку с маленькой девочкой отошел к столику у окна, пока та уже начала что-то радостно рассказывать предполагаемому отцу. Тихий кашель за спиной Достоевского, попытка привлечь внимание, на что тот с мягкой улыбкой разворачивается, наблюдая за своим счастливым парнем, ожидающего кивка, чтобы продолжить прерванную беседу. И Федор кивает, становясь рядом, ведь заказали далеко не только кофе. – Вот главное, что это не похоже на наши отношения! Эти звезды, кстати, составляют почти половину звезд нашей галактики, а так же очень важны для нашей жизни, ибо являются одними из главных производителей кислорода, представляешь! Там, на самом деле, можно еще глубоко заплыть, но нужны такие точные названия, а они такие длинные там.. И запутанные, просто кошмар. Как они вообще сами это все запоминают и ориентируются? – Ну, учитывая, что ты не можешь запомнить ни одно название, то тебе свою жизнь связывать с космосом точно не стоит, Саму. А Дазай лишь смеется в ответ, следя за тем, как Достоевский заваривает какао рядом. – О, тогда тебе придется мучаться и слушать мои рассказы про космос до тех пор, пока смерть не разлучит нас! Мягкая улыбка тронула губы Федора вновь, после чего тот аккуратно переставил весь заказ на поднос, переставляя его на стойку и сообщая, что заказ выданным номером готов. – Поверь, я бы не стал работать с тобой в одну смену и жить в одной квартире, так еще и спать в одной кровати, целовать твои губы по утрам и перед сном, а еще будить на работу, если бы не был готов к твоим рассказам про космос. И, вероятно, это есть счастье. То, к чему стремятся многие, а постичь его в реальности удается совсем немногим. А они самые настоящие везунчики, судя по всему. Дазай кратко целует любимые губы, проводя рукой по талии, прежде чем отдалиться, дабы подойти к стойке и принять уже следующий заказ - это они делают по очереди.