Маленькая мертвая принцесса

Виви бесцельно слонялась по родной Алабасте, заглядывая то сюда, то туда. У Крокодаила сегодня были какие-то важные дела, поэтому девочка решила дать ему выходной и пройтись по родине. С ее похорон прошло почти полтора года… А кажется все уже и забыли, что здесь когда-то бегала маленькая, голубоволосая принцесса. У людей очень короткая память. «Это обидно…» — кольнуло ее неприятное чувство. Виви было себя жалко. Она не отрицает это. И она, черт возьми, имеет на это право. Злиться на эту вселенную, на эту жизнь, жаловаться, что она в таком состоянии. Единственный на кого она не могла пожаловаться — это Крокодаил. Все же он был ее единственным, пусть и невольным, слушателем и другом. Пусть он и ругается, ворчит, ищет способ от нее избавиться, но все равно слушает. Возможно он и не замечает, но частенько мужчина поддерживает с ней разговор и отвечает на вопросы. Кто в здравом уме бы вообще такое делал с призраком? Она бы точно не стала… Его подчиненные уже давно шепчутся, что он немного… Того. Впрочем, она тоже так считает. Пусть причина его «того» — это она. — Не может быть… — разговор двух женщин неожиданно привлек внимания призрака. — Да! Моя сестра там работает! Она видела документы! — полушепотом говорила женщина. — Как хорошо… А то я уже волновалась, что род наших правителей прервется… — облегченно произнесла женщина. На слове «правитель» Виви подскочила к женщинам, сама того от себя не ожидая. — Невеста прибудет уже в этом месяце, о свадьбе объявят и того раньше… — внутри Виви что-то оборвалось. — Надеюсь, они быстро обзаведутся наследниками и не одним… Маленькая мертвая девочка и не заметила как оказалась во дворце. Назвать это место домом язык не поворачивался. Она бежала по красивым мраморным коридорам, не замечая ни людей, ни препятствия… Ее интересовало лишь одно. Ее отец. Кобра был в кабинете. Задумчиво корпел над бумагами, ставя подписи и делая поправки. Он выглядел так, словно… Она и не умирала. Словно она вбежала сюда живая, ведь именно такая же картина была при ее жизни. Маленьким принцессам уделяют очень мало внимания. Еще одна причина почему новая Виви так и не привязалась к этому месту. Здесь она чувствовала себя почти также, как сейчас… Невидимой. Наверное, будь она живая, отец бы сейчас поднял голову и спросил почему она не на уроках. Не строго, но этот вопрос повторялся из раза в раз. Почему. Она. Не. Учится. Потом бы он прочитал лекцию о том какими принцессы должны быть и отправил бы к няне, так как он занят. А занят он был всегда… Прошлая Виви была хорошей девочкой. Прошлая Виви говорила, что все понимает, пусть и понимала немногое. Прошлая Виви ценила те минуты, что он ей уделял… Но новой было мало. Ей отчаянно хотелось кого-то своего в этом новом, неизведанном мире. В этом постоянном одиночестве красивых дворцовых комнат. Новая Виви была плохой девочкой и она не желала быть хорошей только потому, что она принцесса этого места. Места, которое она, не любила и заочно любить не желала. Плохая девочка поплатилась. — Значит… Это правда? — губы против воли задрожали. На столе лежал план свадьбы… План его свадьбы с другой женщиной. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей все равно. Ей̂ вс͝е͡ равн͡о.͜ Е͞й͜ в͡се рав͠н͞о͡. Ѐ͠й́ в͢се͛ ра͢вн̚о.͡Ей͠ в̉се͡ р͞а͠вно. Е͝йͅ вͅсе р̋а͠вн͞о. Е̕й в͝с͡е̚ рӓвно.ͅ Ей в͜с͞е͞ р͝а͡вно.͠ Е͞йͅ в̂се́ рͅав̚нͅо.̀ ̕Е͡й͝ ͜все͡ р̎а͠вн͠о.͝ Ё͝й͝ в̕с̕ѐ рав̎н͝о͞. Е͠й в̚с͞е р̀аͅвн͝о.̽ Еͅйͅ все͝ р͞аͅвнͅо. Е͗й вс͠е р͂ав̚н͠о.͠ Ей в͞сѐ р͝авн̊о.͢ Еͅй в͝се равн͡о. Ё͝й͠ вс͝е͝ р̔авн̊о̕. Ей вс͞е͠ рав͠н̋о.͠ Ей вс͡ӗ р͡ав͡но͝.͜ Ей вс͜е̕ равно.̕ Е͝й̚ в͝с͝е͞ р͜а͡в̕но. Е̕й все р͝авно.͠ Ей͞ все͝ рав̕н̀о. Е͝й͊ в̚с͢е̕ ра̕в͢н͢о.͞ Ей вс͝ӗ̕ р͝ӓв͝но. ͅЕ͡й в̀с͡е͠ р͝а́вн͡о͠. Ӗй͝ ͝вͅсе͠ равно͞. Ей ̚в͜се равно͠.͞ Е͠й в͝сͅе рͅав͡но.͞ Е͝й вс͜е равно.͠ Е́й вс͞ѐ̆ р͜ав͝н̚о.͠ Е͝й в̓с̑еͅ р͢а͒в͛н̉о̔. Е͠й в͝се р͂ав͡но. Еͅй͢ все͜ ра̄в͜н͒о͝.͡..͜ О̱нͅа̿ н͡е͞ ͅп͝р͘и͢в͝я̀з͡аͅл̕а͞сь̀ ͢к̕ ̣н͡е͜м͢у͝.͠ ͅО̕н͞а͟ ͡н͞е͞ ͡л͠ю͠б͟и͝тͅ ̀е͡г͞о͞.͟ ͞ О͢нͩа̀ ̕н̅е͛ ͒в̂и͜д̽е́л͌а͘ ͓вͭ ̾н́е́м͢ ͢о̃т̉ц́а̪.̕ ͙ Лгунья Лгунья. Старая Виви сказала бы, что все понимает. Она бы сказала, что все хорошо, что это ради страны, ради будущего. Новая Виви же скажет… — Предатель. Предатель. Предатель. И плевать имеет ли на это права! Кабинет Крокодаила встретил ее тишиной. Мужчина почувствовал, что она пришла, однако из-за чуждой ей тишины в замешательстве развернулся. — Что-то случилось? — спросил он, хмурясь. Девочка не смогла сдержать дрожь и порывисто обняла себя руками, оседая на пол. — Ненавижу… Крупные капли тихо начали падать на дорогой ковер кабинета. Девочка позорно всхлипнула и вся сжалась, не в силах вытерпеть этого… Унижения? Обиды? Она не знала. У нее было ощущение, будто ее пережевали и выплюнули. Будто ее выкинули. Будто забыли… — Иди сюда… — хлопнул мужчина по подлокотнику кресла. Девочка замотала отрицательно головой, однако следущие раздраженное: — Иди уже… — заставило ее поплестись и усесться рядом. — Я так понимаю, ты узнала о предстоящей свадьбе… — закурил он свою папиросу. Виви кивнула. — Неужели не все равно? — хмыкнул мужчина. — Мне все равно… — всхлипнула тихо она. — Я вижу… — хохотнул мужчина. — Это не честно… — сжала свои локоны девочка. — Неужели ты думала, что и после смерти ты будешь маленькой принцессой? — цинично спросил он. Виви сначала отрицательно закачала головой, но потом тихо кивнула. — Почему мне так больно? — он тяжело вздохнул на этот вопрос. — Потому что ты хороший ребенок… — она вздрогнула, — но с тобой случилось много плохих вещей, о которых никто не знает. И не узнает… — Я умерла три раза… — призналась она тихо. — И мне ни разу не понравилось. — Смерть мало кому нравится вообще. Она рассмеялась. Легче неожиданно стало ему.