Снова 11:42
17 марта 2026 г., 10:23
Отпуск Драко Малфоя не удался.
Нет, на самом деле он и вправду провёл неплохие две недели на побережье Атлантического океана и даже прихватил в свою компанию недалёкую грудастую Асторию. Да вот только мысли и фантазии — особенно фантазии! — регулярно возвращались к главе отдела магического правопорядка, потрахивающей длинными пальчиками влажную промежность и сосущей фальшивый член на зеркале. О-о-ох, это зеркало... Похотливый взгляд, которым смотрела на себя Грейнджер в отражении...
Каждый день отпуска Драко Малфоя начинался сексом с Асторией и заканчивался сексом с Асторией, которая не могла нарадоваться ненасытности Малфоя. Тот брал её везде и во всех позах, которые только способен был выдумать его озабоченный Грейнджер мозг и которые позволяла сделать гибкая Гринграсс.
Драко Малфою было тяжело.
Гермиона Грейнджер буквально превратилась в его идею фикс после того, как он стал свидетелем её нетривиального времяпровождения. И хотя Грейнджер по-прежнему не догадывалась об этом акте вуайеризма, Драко не упускал возможности перехватить её взор в коридоре-кафе-переговорной Министерства с первого же дня, как только закончились треклятые каникулы.
После второго «взора» Грейнджер нахмурилась, после пятого — гневно сморщила нос, после седьмого почти выплюнула, опираясь на барный стол кафетерия:
— На мне что-то нарисовано? Что за дурацкая ухмылка?
Воображение Малфоя тем временем нарисовало разлёгшуюся на этом самом столе Грейнджер, приподнявшую бюстгальтер и теребящую упругие розовато-коричневые соски.
В первый же рабочий день Драко Малфой подумал, что ему стоит принимать сдерживающие эрекцию зелья... Но это бы сломало все его пока не до конца сформировавшиеся планы, да и широкая мантия превосходно скрывала сей прелюбопытный факт.
В первый же рабочий день Драко Малфой дрочил в туалете Министерства с одиннадцати часов сорока двух минут, с того самого момента, когда глава отдела магического правопорядка скрылась в своём офисе с искусственным окном и искусственным членом.
На третий рабочий день Драко сделал попытку проникнуть в кабинет Гермионы в её отсутствие, но на этот раз там были установлены надёжные запирающие заклинания. Чертыхнувшись и хлопнув ладонью возле золочёной таблички «Г. Дж. Грейнджер», Драко вдруг застыл, а затем победно вскинул вверх указательный палец. В голову пришла изумительная идея.
* * *
Воздух в Лютном переулке смердел горьким разнотравьем и надушенными уличными торговками артефактов и талисманов. Драко брезгливо толкнул пальцем дверь третьей от угла лавки и вошёл внутрь. С потолка свисали причудливые экспонаты, начиная от выцветших пустых флаконов из-под лекарств и заканчивая поросшими паутиной бусами из пробок сливочного пива. Но Малфою не было до них никакого дела. Он прошествовал мимо жестяной скульптуры в форме совокупляющихся пузатых ангелов, стараясь ничего не задеть даже краем мантии, и нервно побарабанил четырьмя пальцами по деревянной стойке. Из-за стола вынырнул сонный одутловатый мужчина в полосатой мантии. — Чего изволите-с, господин? — позёвывая, спросил он, но когда глаза его сфокусировались на одиноком посетителе, то немного выпрямился и откашлялся: — А-а-а, мистер Малфой? Не ожидал-с увидеть вас так рано-с утром... Что привело вас ко... — Сегодня у меня особый заказ... если, конечно, вы понимаете, о чём я, — приглушённо произнёс Драко, слегка наклонившись к торгашу и по совместительству — мастеру по изготовлению неординарных зелий. — Разумеется, мистер Фергюсон, всё должно остаться в строжайшем секрете. — О, я...гхм. Конечно, мистер Малфой, — мистер Фергюсон сгрёб со стойки высыпанные Драко золотые монеты, и его блёклые голубые глаза загорелись в предвкушении будущей оплаты за работу. Молодой господин всегда щедро соглашался на выставленную ему цену. — А теперь поподробнее опишите свойства желаемого вами снадобья.* * *
У Гермионы Грейнджер были престранные рабочие дни. Особенно с понедельника, когда грёбаный Драко Малфой какого-то черта начал подозрительно пялиться на неё. Сначала Гермиону это просто взбесило. Затем зачесались руки, чтобы влепить ему пощёчину или ткнуть палочкой промеж глаз. Но вскоре в её умную голову закрались сомнения: вдруг... он что-то знает?.. Нет, ну глупости. Невозможно. Она была всегда осмотрительна в том, что касалось этого, и сдержанна во всём, что не касалось этого. Но с каждым липким, будто облапывающим её взглядом Драко Малфоя, Гермиона всё больше жаждала применить легилименцию или заставить его выпить сыворотку правды. Ну, не то чтобы ей было противно его внимание, но... Оно было довольно странным. Гермиона словно ненароком, очень аккуратно поделилась наблюдением с Джинни, когда та пришла повидаться с Гарри в мракоборческом центре. Надо признать, что после встречи с ним Джиневра Поттер была такой... воодушевлённой и так горела румянцем, что Гермиона слегка стушевалась. Всё было понятно без слов. — Может, влюбился? — поиграла бровями Джинни и загадочно улыбнулась. — Да ну... Я... как бы... Хм-м... — Гермиона резко встряхнула головой, и её шпилька, обычно надёжно фиксировавшая тугой узел, звякнула об пол. Грейнджер нагнулась к ней, и густые кудри рассыпались прямо перед лицом. Надо ли говорить, что сзади послышались глухие притормаживающие шаги? — О. Малфой. Давно не виделись, — невинно вскинула руку Джинни и подмигнула выпрямившейся Гермионе, мигом вспыхнувшей от двусмысленности своей позы. Уф, нет, она просто слишком, слишком озабоченная. Скоро одиннадцать сорок... Гермиона резко обернулась, всколыхнув волосы, и вперилась взглядом в проклятого Драко Малфоя. Тот отчего-то побледнел, затем покрылся красными пятнами и зачем-то прижал к мантии толстую папку с документами. Куда-то в области паха. — Привет, — кивнул он не то Джиневре, не то им обеим, и скользнул в соседний коридор, чтобы... Чтобы что? В том коридоре находились санузлы. Перед Гермионой вмиг предстала воображаемая картина трахающего свою руку Драко Малфоя, который возбудился, глядя на неё, Гермиону. Да ну, бред собачий. Но упрямый мозг, уже и так растревоженный приближающимся ритуалом в собственном кабинете, настойчиво подкидывал голую задницу того же Драко Малфоя. Уф. Гермиона вскинула руку с аккуратными часиками. Одиннадцать сорок одна.* * *
Через неделю после окончания его отпуска Гермиона Грейнджер снова удивила Драко. Разумеется, не так, как сделала это до него, но бонусов в её копилку экстраординарных поступков в голове Драко Малфоя точно прибавила. Тем самым намертво пригвоздив в его маньяческом разуме мысль о марафоне секса с ней. В своих грёзах Драко Малфой ежедневно совокуплялся с Гермионой, растягивал её членом, пальцами, даже фантазировал о том, что создал свои дубли и трахал Грейнджер с трёх сторон. Воображаемый вид обнаженной Грейнджер с тремя-четырьмя мужчинами невероятно заводил его, однако позволить другим озабоченными мудакам пихать в неё свои члены он не мог. Его уже совершенно не отталкивали строгие мантии, плоские безвкусные каблуки и туго собранные волосы. Напротив, Драко раз за разом представлял, как расстегивает — нет, срывает! — невзрачные пуговицы на чопорном наряде, и ему предстаёт грудь с торчащими сосками и прозрачные трусики, не скрывающие абсолютно ничего. И Грейнджер при этом обязательно вожделенно улыбалась. Во второй понедельник Гермиона Грейнджер явилась на работу в новой мантии бирюзового цвета, почти на фут оголившей её, в общем-то, стройные и длинные ноги. Туфли на изящном тонком каблуке звонко отбивали дробь по министерском полу. В этот понедельник Гермиона Грейнджер была особенно хороша и даже, как показалось Драко, гораздо меньше кричала на своих коллег. Впрочем, Малфой уже подловил её на том, что особо взвинченной она становилась после половины одиннадцатого часа. В этот понедельник Драко Малфой всё-таки выпил подавляющее зелье, чтобы хоть как-то контролировать похотливый мозг и добиться малейшего намёка на продуктивность в рабочем процессе. После двенадцати Грейнджер всегда заявлялась в кафетерий, заказывала чашку кофе с круассаном и одиноко сидела за баром и покачивала ступнёй в ритме ненавязчивой мелодии, мурлыкающей тут каждый день. Но именно сегодня — конечно, именно в тот, сука, день, когда Драко решил подмешать ей необычный эликсир — Гермиона решила, что пора ей, в общем-то, перейти на салаты. Драко, прячущий крохотный флакон в своей большой ладони, едва не раздавил его и задвинул в потайную складку мантии. — Привет, — улыбнулся он и плюхнулся на стул рядом с Грейнджер. Та подозрительно на него воззрилась, а затем энергично воткнула вилку в кубик помидора и так сексуально — в глазах Малфоя — приоткрыла рот, отправляя на язык этот бесстыдный овощ и обхватывая столовый прибор слегка пухлыми губами, что Драко поблагодарил самого Мерлина за то, что выпил сегодня сдерживающее снадобье. Находиться вот так близко к Гермионе было бы совсем тяжко. — И тебе, — спустя несколько секунд тщательного пережёвывания, буркнула глава отдела магического правопорядка. Ох, он бы, Драко, прочувствовал бы от неё наказания за нарушения этого магического порядка... да посильнее. Особенно сейчас, когда скользил взглядом по обнажившейся коленке, когда Грейнджер скрестила ноги. Сдерживаемый зельем член всё-таки самую малость дёрнулся вверх. Она же точно пришла сюда после того, как... На её мантии изнутри даже могли быть влажные пятна смазки. — Я удивлён, Грейнджер. Гермиона вскинула бровь и промокнула бумажной салфеткой ненакрашенные губы. — Ты тоже, — не спросила, а констатировала она и хмыкнула. — Ещё Гарри, Кингсли, Перси, даже Булстроуд и Паркинсон. Как много в нашем обществе завязано на внешнем облике, и я ничего не могу с этим поделать, — неожиданно вздохнула она и всё-таки слегка улыбнулась, разворачиваясь к Драко. — Обычно ты пьёшь только кофе, — неожиданно озвучил Малфой. Его разум подкидывал новые идеи, начиная от того, чтобы просто заказать ей этот чёртов кофе, и заканчивая приглашением на свидание. Последняя мысль показалась самой необычной. Между ними двумя повисла тишина, не считая мерного урчания музыки и негромкого гомона посетителей кафетерия вокруг. Но это всё было будто снаружи. — Я... тоже удивлена, — на щеках Гермионы вдруг вспыхнул нежнейший румянец, и Драко подумал, что это тоже удивительно красиво. Хотя не так красиво, как грейнджеровский самотрах. — Ты наблюдателен. Или... Малфой не дал возможности договорить ей то, что, возможно, не готов был услышать из её уст. — Да, просто наблюдателен. В целом, со всеми. Гермиона кивнула скорее самой себе, а затем, о чём-то задумавшись и на миг опустив взгляд вниз, внезапно пробормотала: — Закажешь мне? Латте, без сахара. Вот, — вытянула она ровную купюру. Драко Малфой не смог сразу поверить своим глазам и везению. Он отстранил руку Грейнджер, не взяв деньги, на что она покачала головой и загадочно улыбнулась. До кассы Драко почти вальсировал от поднявшегося настроения — всегда приятно, когда планы идут как надо! — и даже едва не забыл замаскироваться заклятием, когда наливал Грейнджер в чашку этот эликсир. Когда он аккуратно опустил кофе рядом с Гермионой, та отчего-то снова покраснела и сделала глоток. Слава мистеру Фергюсону, который сделал зелье без выраженного вкуса. Когда Грейнджер закончила, она, не торопясь встала, будто нехотя, так, словно её что-то удерживало, а затем подняла уголок губ вверх и сжала свою безобразную сумку-седло, в которой, Драко был уверен, по-прежнему лежали те штуки. Воображение снова подкинуло Гермиону, разлёгшуюся на барной стойке с упругими сосками и раздвинутыми бёдрами. — Распусти волосы, Грейнджер. — Что?.. — Тебе так больше идёт. Если ты, конечно, действительно вознамерилась производить впечатление на мужчин и не только. В своих грёзах Драко Малфой зарылся носом в каштановые кудри и попытался до одури надышаться ими. А потом оттянул их назад и до такой же одури трахнул Грейнджер, глядя в эти бесстыжие карие глаза.
