Одним вечером...

Сюжет никак не заинтересовал его. Он не мог выкинуть из головы Дазая. — Чуя, раз уж мы близкие люди, то называй меня хоть иногда по имени, — с надеждой улыбнулся детектив. — Вау~, Чуя~, даже так, — ухмыльнулся детектив, приобнимая его за талию, чтобы тот, вдруг что, не упал. — Хм... Сядь ко мне на колени! — А ты всё же решил поменять мою ориентацию. — Ахах, может и так. — Чиби-кун мне действительно симпатичен~. — Хрен с тобой, — бросил он и скинул с себя портупею. — Доволен? — Ну... Для начала да. — Мне нравятся твои волосы, — раскидывая локоны по плечам, улыбался детектив. — Очень мягкие. — И чего ты к ним пристал? — Согласен. В тебе есть ещё куча всего привлекательного. — Прибереги слова для дамы сердца. — Прости, Чуя~, но я откажусь. — Тц, идиот. Странные диалоги и реплики бывшего напарника всплывали один за другим. Щеки предательски горели. Сердцебиение участилось. Вспомнились и томный взгляд карих глаз, и ласковый тенор с хрипотцой, переходящий в шёпот, и тёплые объятия, и подтянутое тело с кучей шрамов, которые сам шатен считал уродливыми, и до безумия красивая улыбка, которую мафиози прекрасно видел и втихоря ей любовался. Рука скользнула под резинку спортивок. Закинув голову назад, он невольно простонал. Пальцы ласкали орган, налившийся кровью. Это слишком хорошо, чтобы остановиться. Он не контролирует себя и свои мысли. Перед полуприкрытыми глазами мелькают картинки с детективом: история их знакомства, совместные задания, проведённые вечера в компании вина, игр и фильмов. Тяжёлое дыхание вперемешку с тихими стонами вырывались из искусанных губ. Очень жарко, просто невыносимо жарко. Он шептал его имя, растягивая слоги. Эти тихие слова растворялись в шуме из экрана ноутбука. Он представил эти широкие плечи, за которые хотел держаться, хитрый взгляд, крепкие руки, которые обнимали бы его, шею, на которой он хотел разорвать бинты и оставить там засос, мягкие волнистые волосы, за которые бы притягивал ближе к себе, тонкие губы в усмешке, которые целовали бы его. Накахара содрогнулся всем телом, шипя и мыча. "Я... Кончил? Думая о нём?! " Он всё ещё тяжело дышал, не решаясь убрать руку с члена. Сглотнул слюну и остановил фильм. "Надо бы принять душ. " До назначенного времени осталось полчаса. Чуя вышел из ванной, вытирая полотенцем рыжие локоны. Остановился у зеркала, покрутился: немного подкаченное тело и всё равно женственная талия, прикрываемые домашней красной рубашкой с короткими рукавами. Мафиози стеснялся своей астенической, слегка феминной фигуры. Со стороны он похож на девушку, только плоскую. Именно по этой причине он занялся своим телом. Как итог, он стал более выносливым и появилась какая-никакая мускулатура. Неожиданно постучали. Накахара сразу же открыл дверь, зная, кто пришёл. — Рановато ты, — слегка улыбнулся он. — Ну, ты же не расстроился из-за этого. Или я отвлёк тебя от важного занятия?~, — издевательски сказал Дазай, проходя в квартиру. С собой на этот раз он принёс пироженки, за которыми пришлось отстоять длинную очередь. Голубоглазый покраснел, пытаясь отогнать воспоминания о недавнем прошлом прочь. — Нет, не отвлёк. Чем займёмся? — ставя чайник на плиту, поинтересовался он. — Предлагаю снова играть в карты, — откуда ни возьмись в руках у детектива материализовалась колода. — Снова с выпивкой? — М~, вряд ли ты захочешь, поэтому нет, — он сел напротив друга и начал раскладывать цветные картонки с красивыми изумрудными рубашками. — Так же на желание? — Определённо, — усмехнулся кареглазый. Он засучил рукава серо-голубой толстовки, и только сейчас Накахара заметил, что на госте нет бинтов. Татуировка сразу бросилась в глаза, соблазняя прикоснуться. — Ты без бинтов?! — приятно удивился он. — Да... Решил попробовать снять "защиту", — отвёл взгляд Дазай, потирая шею. — Новый уровень доверия? — Что-то типа того, — шатен вытянул козырь из общей колоды. Червовая семёрка. — Итак, мой ход. Дазай во время игры постоянно бросал неоднозначные взгляды на соперника, что, конечно, не осталось незамеченным. Мафиози уловил момент и, смотря прямо в карие глаза, положил последнюю карту — туз. Шатен усмехнулся. — Задавай. — Чего ты хочешь от меня? — он наклонился к парню, не теряя контакт. Тот пригнулся к столу, приближаясь к Чуе. Лёгкая, игривая ухмылочка заставила пылать щеки. — Что я хочу?~, — получив положительный ответ, детектив продолжил. — Тебя. Зрачки в голубых глазах расширились. Накахара вздрогнул, отодвигаясь от бывшего напарника. Тот лишь посмеялся. — Глупенький Чиби-кун~, такой милый, прям не могу. — Придурок, че так шутишь?! — сердце отплясывало чечётку, гулкими ударами билось об рёбра. — Я не шучу, — невинно посмотрел на хозяина квартиры он, мешая карты. — Ты так отчаянно пытаешься внушить себе, что я разыгрываю тебя... Ты же понял все намёки, все значения моих фраз. Чуя, ты действительно мне нравишься~, — мурлыкнул Дазай, довольно улыбаясь. — Тц... О, боже... — Накахара спрятал красное лицо в ладонях. Над ухом раздался ласковый голос. — Я не прошу ответа прямо сейчас, просто знай это, — тёплые руки легли на хрупкие плечи. — Продолжим играть? Мафиози глубоко вздохнул и выдохнул. — Продолжим играть! Все оставшиеся партии проходили очень странно для Чуи. Нервно попивая кофе, он раз за разом проигрывал и выполнял тупые желания: отжаться от пола 5 раз, походить по потолку, несколько минут держать в равновесии книги на макушке. Из головы никак не выходило признание Дазая. В какой-то момент ему показалось, что его и вовсе не было, но... Стоит ли отрицать очевидное? В последний раз Накахара проигрывает и устало глядит на партнёра. Тот задумался. — Не бей меня. — М? Ладно, — пожал плечами он. Дазай встал с места, медленно подошёл к голубоглазому. Не спеша, погладил волнистые волосы, заправляя одну прядь за ухо. Нежные действия очень расслабили парня, невольно подставляющегося под широкую ладонь. Голубые глаза встретились с карими. — Осаму? Детектив прильнул к губам Чуи, не торопясь углублять поцелуй. Накахара немного приоткрыл рот, впуская чужой язык. Руками он вцепился в плечи, слегка поглаживая, а после обнимая за шею. Мафиози просто таял, охотно поддаваясь вперёд и отвечая ласками. На талию опустилась одна рука, немного приподнимая край рубашки и стеснительно касаясь чувствительной кожи. Довольный Дазай подхватил партнёра и отнёс на диван. Усаживая себе на колени, он наконец разорвал поцелуй, оставляя тонкую ниточку слюны, соединяющую их. Рыжеволосый тяжело дышал. Он уткнулся в плечо парня, пряча пунцовые щеки. — Чуя~, это да? — Да, — еле слышно произнёс он, сжимая чужую толстовку. Шатен поглаживал спину парня, прикрыв глаза и наслаждаясь идиллией. — Убери руки... — Не уберу, — назло рыжеволосому он стал расстегивать рубашку. — Дазай! — пытался сопротивляться Чуя, но только сильнее прижался к нему. — Да успокойся ты, как будто я тебя голым не видел, — обдал горячим воздухом шею, рисуя незамысловатые узоры на чужой груди. — Пока я тебе ничего не сделаю. — И не сделаешь. Шатен поднял взгляд: карие глаза с золотым отливом лукаво улыбнулись. — Ты сам попросишь. — Ты слишком самоуверен, — усмехнулся мафиози, ерзая на чужих ногах. Тонкие пальцы зарылись в тёмные волосы, убирая чёлку. Открыв лоб, он еле ощутимо поцеловал его. — Есть такое. Помнишь, я говорил, что могу влюбить в себя кого угодно? — продолжая гладить оголенную грудь и спину, улыбался Дазай. — Ой, сейчас начнёшь понтоваться перед остальными, мол, вот этот рыжий парень в меня влюбился? Так самоутвердиться хочешь? — разочарованно протянул Накахара, плавно спустив руки на его плечи. — Чуя~, с чего ты взял? — запереживал детектив, вглядываясь в голубые глаза. Тёмные брови приподнялись, а руки крепче сжали талию. Мафиози опустил голову. — Ни разу не видел, что бы ты действительно кого-то любил... Все девушки, о которых я знаю, были брошены, когда ты уставал от них. Осаму, ещё скажи, что я не прав, — прошептал парень, благоговея от поглаживаний по влажным волосам. — Прав... Но, Чуя, я говорил, что ты лучше них, — голубоглазый посмотрел на бывшего напарника. — Я хочу сделать тебя счастливым. Позволь хотя бы попробовать! — Попробовать... Хорошо, — неуверенно разрешил Накахара. — Чуя~, ты лучший! Как мне тебя называть? — с энтузиазмом воскликнул шатен. — Может, милый? Сладкий? Солнышко? Дорогой? Лисёнок? Ангелок? А может, всё вместе? — карие глаза аж загорелись, а напористость немного пугала. Голубоглазый сначала сильно покраснел, однако быстро взял себя в руки. — Дазай, называй, как хочешь, но, — он притянул парня к себе ближе, — если в присутствии кого-то — отрежу язык, понял? — Да, золотце, — весело сказал детектив. — О, господи... — Что такое, солнце?~ Неужели стыдно? — прошептал в ухо он, руками блуждая по хрупким на вид плечам. — А сам как думаешь? — после недолгого молчания Накахара прибавил, — Непривычно... — Привыкнешь ещё, — кареглазый встал с места, держа на руках Чую, который обхватил его за шею, и направился в спальню. — Пошалим?~ — Ты идиот? — рыжеволосый выгнул бровь. — Чуя~, — Дазай потерся щекой о щеку парня, как бы прося. — Нет, нет, нет и ещё раз нет! Мафиози грубо кинули на кровать. Шатен навис сверху, угрожающе и одновременно с диким желанием рассматривая тело под собой. Накахаре стало не по себе от такого взгляда. Он шумно сглотнул, вжимаясь в постель и сминая одеяло. Детектив приблизился к его лицу. Чуя закрыл глаза, готовясь к чему-то плохому. Неожиданно послышался смешок. Шатен сдерживался, но всё равно заржал, как в последний раз, пряча лицо в чужой вздымающейся груди. — Ублюдок! — голубоглазый разозлился и врезал ему коленом в живот. — Чуя! Солнышко, я же пошутил! — сквозь зубы процедил Дазай. — На хрен такие шутки! Я испугался, — уши краснели гуще с каждой секундой. — Извини, но мне действительно сложно себя контролировать, — он улыбнулся краем губ. — Уж старайся. Если что, рука в помощь! — Накахара пытался спрыгнуть с кровати, но его прижали обратно. — Ну уж нет, так не пойдёт! — карие глаза приобрели красный отлив, поблескивающий в огне похоти, которому можно было ужаснуться и в котором одновременно зависнуть, рассматривая каждую искорку. — Чуя~, ты просто не представляешь, как сексуально выглядишь со стороны! Будет обидно, если я упущу такое сокровище, — он говорил хрипло, очень возбуждающе. Обворожительная улыбка просто сносила крышу. Любая девушка бы согласилась тут же отдаться этому похитителю сердец, казанове, чертовски красивому бабнику. Накахара стал понимать тех бедолаг, согласившихся на свидание с ним, ответивших на признание согласием. Но он не они. Он не будет раздвигать ноги. По крайней мере, не сейчас, не в первый день их недоотношений. Есть у него ещё некоторые сомнения. Есть и догадка, в плане того, что Дазаю надоедает такая лёгкая нажива, и он теряет всякий интерес к объекту воздыхания после жаркой ночи. "Он думает, что всё ему подвластно, что все ему будут ноги целовать. " Чуя отстранил от себя парня, надавив на грудь. Детектив немного удивился, приподнимая брови и широко раскрывая глаза. Рыжеволосый долго всматривался в них, пока тот расстегивал рубашку до конца и сразу же исследовал обнажённую кожу. — Осаму, как бы хорошо я не выглядел в твоих глазах, знай, что я не из тех, кто за первый же комплимент готов заниматься любовью. И ты не причисляй меня к ним. А если тебя такой расклад не устраивает, то пошёл ты на хер со своим признанием, — выпалил мафиози, наблюдая за реакцией бывшего напарника. Сначала он пребывал в лёгком шоке, но следом лицо его изменилось: губы растянулись в лёгкой, доброй улыбке, глаза вновь стали цвета топлёного шоколада с золотым сиянием. — Какой ты гордый. — Какой есть, сладкий, — усмехнулся Накахара, игриво дернув бровью. — Я тебя понял. Дальше поцелуев не зайдем, — разочарованно вздохнул детектив, продолжая улыбаться. Он понимал, что с голубоглазым будет не то, что сложно, но правильно? Да, скорее всего, это слово подходит больше. — Ну вот и умница, что понял, а теперь выпусти меня, — между ними было довольно малое расстояние. — А? Да, хорошо, — Дазай сел рядом, не сводя глаз с парня. — Че пялишься? — оскалился Накахара. — Как ты тон сменил, дорогой~, — усмешка и сдвинутые брови к переносице позабавили Чую. Давно он не видел такого выражения лица. — Я ведь могу передумать и вообще тебя силой взять, — Дазай подцепил чужой подбородок и повернул голову к себе, смотря прямо в голубые глаза, — поэтому не язви мне, милый. — Рискни, — стало уже страшно за своё здоровье и гордость, — и я тебе хер отгрызу. — Нахальный мальчик, — было такое ощущение, словно вернулся старый Дазай, наводящий ужас на подчинённых. Но Накахара знал, что ничего плохого он ему не сделает. — Так нельзя общаться со своим хозяином. — Когда это я стал твоей собственностью? Или рангом ниже? — Когда согласился стать моей собачкой в том случае, если проиграешь мне. И ты проиграл, — на секунду взгляд смягчился. — Ты до сих пор носишь чокер, как ошейник, в знак своей верности мне? Как мило~, — детектив провёл большим пальцем по нижней губе. — Не зазнавайся, — уже более дружелюбно сказал Накахара. — И это мой стиль, а не знак верности тебе. — Как-то удачно твой стиль совпал с проигрышем мне, — подстегнул шатен, хмыкая. Он по-доброму улыбнулся, затмевая свою изощренную личность и становясь прежним. Дазай неожиданно поцеловал Чую, кусая за нижнюю губу и легонько посасывая. Горячим языком проник в ротик и слился в танце с чужим языком, хозяин которого как-то неловко и смущённо начал отвечать. Никто не хотел сдаваться. По подборку и шее стекала тонкая струйка слюны. Из голубоглазого вырвался болезненный стон. Он вцепился в плечо шатена и разорвал поцелуй, другой рукой хватаясь за губу. — Блин, ты переборщил, — кровь выступила с небольшой ранки, оставленных зубами. — Извини, лисёнок, — невинно улыбнулся Дазай, коротко чмокая парня в больное место. — Тц, бесишь... — лёгкий румянец выступил на щеках, умиляя детектива. — Ты... Снова на ночь останешься? — с надеждой глядя на него, спросил Чуя. — А как же? Не могу я бросить своего парня, когда он нуждается во мне~, — ехидно растянул отвечающий, подпирая ладонью подбородок. — Кто в ком что делает? — Хах, малыш, а чего так злимся? Или... Не хотим признавать этот факт?~, — Дазай сплел их пальцы, поднося к губам ручку Накахары. — Блин, Дазай, хватит меня смущать, — стыдливо ответил взгляд в сторону. — Эх, а ты всё Дазай, Дазай... Неужели не придумаешь и мне ласковое прозвище? — С тебя Осаму хватит, — мафиози зыркнул на него недовольно. Однако, увидев щенячьи глазки, так грустно сверкающие под бровками-домиками, сжалился. — Уф... Даже не знаю. Зайка? — Неплохо~. — Птенчик? — Миленько~. — Олень, блин... — А это уже грубо, — наигранно надулся детектив. — Начни просто перечислять. Может, найдешь что-то связанное с внешностью. — Черт, не знаю, — немного подумав, парень обхватил его щеки и повернул его голову к себе, всматриваясь в тёплые карие глаза. — Огонёк? Ненаглядный? Дьяволёнок? Сладкий? Дорогой? Котёнок? Красавчик? Бурундучок? С каждым словом обоим становилось очень неловко и жарко. У Дазая участилось сердцебиение, и кровь прилила к щекам и носу. — Я не против всего, — подмигнул он, просто сводя с ума Чую. — Ясен пень... Детектив повернул парня к себе спиной и взъерошил его волосы, снова и снова впуская в них пальцы, облюбливая каждую прядку. Голубоглазый неподвижно сидел, слыша только громкий стук в груди. — Не жарко? — обратился он к Дазаю. — В толстовке — нет, рядом с тобой — да, — шепнул на ухо, носом касаясь раковины. — А ты снять попробуй, может, холоднее станет, — борясь с диким смущением, предложил Накахара. На время шатен отстранился, послышалось шуршание одежды. Мафиози повернулся к нему и сразу же отвернулся. — Хоть бы что-то под неё надел! — закрыл он лицо руками, сгибаясь и ставя локти на колени. Воротник так и не застегнутой рубашки приспустился, открывая вид на тонкую шею и чуть ниже. Кареглазый хмыкнул и коротко поцеловал 7 позвонок. По телу Чуи пробежал электрический ток. Он резко выпрямился и повернулся, шокированно глядя на Дазая. — Какой ты пугливый~, — улыбнулся детектив. — Я... Пойду что-нибудь приготовлю, — рыжеволосый быстро ретировался, застегивая рубашку. Детектив остался сидеть на месте в полуголом виде, не совсем понимая, что только-только произошло. "На что я согласился? Это же извращенец, сексуальный маньяк! Буквально минуты 3 назад он угрожал, что может меня изнасиловать! Твою мать... Подписал себе смертный приговор. И с каких пор меня к мужчинам тянет? Не припомню, что бы была хотя бы влюблённость в какого-то парня. И тут он! Почему? Почему? Почему он?! " Задумавшись, Накахара упустил момент, когда надо было убавить огонь на плите, и небольшое количество бульона вылилось на её поверхность. Смачно выругавшись, он всё же стал следить за запланированным рамэном, не давая волю посторонним мыслям захватить власть над разумом. Ненадолго глянув в спальню, он увидел Дазая, спокойно сидящего в телефоне. "Даже не оделася... " Незаметно зашёл обратно на кухню, расстегивая пару пуговок. Всё ещё жарко. Он открыл настежь окно, разглядывая потемневшее небо. Так свежо, прохладно... Глубоко вздохнув, он наслаждался лёгким ветерком, предвещающим потепление. Скоро начало мая, начало гроз, а летом — и весёлого сезона дождей. Почувствовав щекочущее прикосновение к шее, он, не оборачиваясь, обхватил чужую ладонь, прижимая ближе. — Оденься, ради бога, — попросил Накахара. — Ради тебя?~ — Тц, — он стремительно выбрался из объятий, ушёл в зал и так же быстро вернулся с футболкой в руках. — На! — Эх, а я всё ещё лелею надежду на какую-нибудь привилегию, там... Подарок, — строил глазки детектив, поглаживая чужие тонкие пальцы, которые всё ещё держали одежду. — Обойдешься, — всучил её шатену голубоглазый и налил суп в тарелку. — Приятного аппетита. — Было бы приятнее, если бы ты меня покормил, — кареглазый развалился на стуле и похлопал по коленке, приглашая присесть. — Ну Чуя~. — Бесишь! Только один раз, — мафиози взял палочки и поднёс к чужим губам лапшу. Шатен на радостях открыл рот и принял еду, утопая в голубых глазах. Дазай, сколько себя помнил, всегда заглядывался в эти холодные, но безумно красивые омуты. Они похожи на цейлонский сапфир, или на морозное небо, или на Лазурное побережье Средиземного моря. Он заметил, что, чем приятнее человек для Чуи, тем светлее оттенок цвета его глаз; именно поэтому он решился на признание. В 15 был полуночно синий, в 16 — лазурный, в 18 — чистый голубой, а в 22... В тот день, когда детектив попал в плен, когда Накахара его избивал, ему казалось, что чернь в них ясно выражала ту ненависть и обиду, которую он принёс ему. Потом взгляд смягчился. Стал совсем светлым после дня пьянки. И это было спусковым крючком к решительным действиям. — Чуя, какое сегодня число? — прервал парня шатен, дожевывая лапшу. — М? 28 вроде. — Так завтра у тебя... — Нет. Не надо. Мафиози резко прервал его. Детектив недоумевал, почему парень так занервничал. — Чуя? — он удивлённо рассматривал напарника, который устало вздохнул, прикрывая глаза и пряча лицо в чужом плече. — Проехали. Не придавай этому дню особое значение. Он такой же, как и все, — Накахара заботливо вытер край губ кареглазого салфеткой и подошёл к раковине с грязной тарелкой. — Ну нет, хоть что-то приятное ты должен от меня получить, — пробормотал Дазай неслышно для него. И снова взгляд прикован к миниатюрной фигуре, такой соблазнительной до прикосновений, объятий и поцелуев, к этим изящным рукам, элегантным движениям, приятным взору изгибам. Да, шатен может часами вдоль и поперёк разглядывать его, подмечая всё новые и новые детали: родинку на шее, которую скрывают рыжие пряди волос, еле видные бледные веснушки на плечах, даже мелкий прыщик — всё ему казалось милым и притягательным. Когда же он увидел Накахару без одежды — и пусть, что это длилось несколько секунд, — у него чуть не снесло крышу. Шедевр на миллион долларов, как однажды выразился мафиози, возвышаясь над пленным детективом: острый кадык, часто прикрываемый чокером; волнообразные ключицы, которые так и тянуло покусать, заканчивались на немного выпирающих акромио-ключичных связках и акромионах; очаровательная впадинка на шее — яремная ямка — соблазняла на подарок в виде мимолетного поцелуя; еле видные ребрышки, которые хотелось вновь и вновь пересчитывать; не остались без внимания и пресс с талией, что манили руки детектива... Кажется, Дазай по-настоящему влюбился. — Эй, чего завис? — вывел его из транса рыжеволосый. — Да так, тобой любовался, — мечтательно улыбнулся детектив, наблюдая за порозовевшими щеками парня. — Кхм... До сна есть ещё время. Предлагаю поиграть, — кивнул в сторону зала. — Ты же проиграешь, — самодовольно скрестил руки на груди шатен, ухмыляясь. — На интерес не будем. На желание. Мафиози немного замялся, взвешивая все плюсы и минусы. В итоге, обречённо вздохнул и согласился.