Письма об одиночестве

      Он каждый раз приходил туда. Небольшое озеро рядом с гаванью Ли Юэ. Оставлял бережно закрытый конверт, забирал другой и уходил. Паймон пыталась выяснить, что же это за письма не один раз, но бестолку.       Итэр молчал, потирал костяшки и обещал, что когда-нибудь расскажет.       Это точно враньё.       Наверное, эти письма о чём-то личном, сокровенном. Одним словом: о важном.       Немного кривой почерк даёт надежду двигаться дальше, лишь для их встречи. А каждая встреча — это дружеская дуэль, небольшое свидание и резвая ночь, в которой затихает голос. Перекрывает дыхание, оставляя после себя лишь мнимую пустоту. Катаясь на безумных эмоциональных горках с крутыми поворотами.        Он садится на край порта в гавани и медленно вскрывает конверт. Где-то в центре города ещё слышатся оживлённые голоса людей, но в этом месте всегда тихо, ну, разве что, когда пираты в своих разных путешествиях, они собирают истории.       Подушечками пальцев разглаживая сложенную бумагу, чувствуется запах ракушек. От Тартальи всегда пахнет ракушками и это кажется таким родным. Будто что-то переключая в голове.       Его маленькая спутница уде давно сидит в отеле, поедая какие-то вкусняшки. Итэр счастлив, что для того чтобы развеселить Паймон нужна лишь еда. Хотя, может, виновато, что они друзья. Один из самых близких друг другу людей.       Глаза немного щиплет от переизбытка эмоций и текст сразу разбегается.       «Привет, Товарищ!       Мы не виделись уже больше двух месяцев и, кажется, я заново учусь скучать. Это совсем не походит на то, как я скучаю по своей семье, но примерно на том же уровне.       Как ты? Сможешь к нашей встрече меня удивить? Я наслышан о твоём сильном ранении при задании от гильдии. Честно, не понимаю, почему ты с этим возишься. Если ради моры, то тем более не понимаю, насколько я знаю, ты в достатке.       Отвечаю на твои вопросы из прошлого письма. Мои дела неплохи. Думаю, в скором времени смогу приехать Ли Юэ и это будет удачей, если ты будешь там. Ты знаешь, что я не могу много рассказать о своей жизни. Порой мне кажется, что стоит сбежать. Взять тебя и уехать в Снежную. А там Тевкр, он будет очень рад твоему приезду. И я. Я буду нереально счастлив от того, что ты рядом.       Так же до меня дошли слухи, что ты планируешь пробраться в Инадзуму. Я прошу тебя, не торопись и будь осторожен. Может, даже возьми с собой кого-нибудь. Только будь в порядке. Я бы хотел уберечь тебя от всего этого, но понимаю, почему ты это делаешь. И из крайности в крайность. Наш с тобой принцип.       В забытых цветах шелковицы.       Твой Аякс.»       А ведь точно. Что он будет делать, когда закончит путешествие? Ему придётся уйти. Недавно он поднимал этот разговор с Чжун Ли, так как тот один из самых здравомыслящих людей в его округе. По теории Чжун Ли, он и его сестра не смогут существовать в этом мире в гармонии. Мир исчезнет и умрёт всё живое. Прямо как бомба замедленного действия. А если кто-то умрёт из них — случится взрыв. Второй близнец сойдёт с ума.       Сможет ли он в таком случае закончить путешествие?       Определённо нет.       Это крайность. Всё или ничего, смерть в жизни. Да, он состоит из крови и плоти, но внутри мёртвые бабочки, которые задыхаются от невысказанного яда. Его улыбка ничто иное как оболочка.       Он пуст и испорчен внутри.       Такое зло надо искоренять. Наверное, он и в правду главное зло.       Ветер обдувал влажные щёки.       Завтра он собирается в путь. До Алькорна несколько дней добираться. А потом вернуться и расцеловать лицо Аякса.       Вернуться и сбежать. Всем ведь нужен отдых? А что, если для Итэра этот отдых рядом с родным человеком. Он поставил себе цели и Надежда блещит через край, заполняя пустоту собой, как когда-то делал сам Чайльд.       Домой он не вернулся.       Исчез, не оставив и пепла. Одно единственное письмо, в которое Тарталья впивается каждый раз взглядом. И каждое слово, каждая буковка осела на его языке неподдельной горечью.       Руки дрожат и он оседает на землю рядом с тем местом, где они оставляли свою любовь.       Весь мир вдруг сократился до одной точки и взорвался. На тысячи осколков, которые и собирать не хочется. Они впиваются в руки, разрывают лёгкие.       Всё вдруг оказалось бессмысленно пустым, неинтересным. Несущественно существующим.       И сам Чайльд только существует.       Больше нету целей и мечт.       Бежать больше некуда.       Он стоит перед самым главным стразом Тейвата, та самая принцесса бездны.       Вот только он не должен быть врагом, он же был посредником, служивцем. Так почему он наставляет свои водные клинки против сестры его любимого человека?       А, кажется, вспомнил.       Его больше нет. И сейчас весь Тейват в огне.       Это взрыв.       Больше ничего нету.       Аякса пронзает холодное лезвие прямо в грудную клетку и из сжатого кулака выпадает бумажка, которую подхватывает ветер и уносит вдаль. Наверное, к Итэру.       И всё схлопнулось. Больше ничего, кроме писем о таком холодном одиночестве.       «И в мягких цветах исчезнет твоя улыбка. Ты забрал с собой всё. И моё сердце. Исчерпаны запасы громких слов о любви. Я оставил надежды в тебе, но ты исчез. Прямо как наше лето, не оставляя времени. Хочется утопить этот день. Как топят бездомных животных. Как уходят в воду наши воспоминания. Как уходишь ты. И не спрашивая зачем и почему, я бегу. Бегу сквозь стрелы. Давай, сожги все империи. Ведь в апофеоз войны, придут лишь птицы. Но я бегу к тебе. Закрываю рукой солнце и стираю солёные капли с щёк и губ. Ты ждёшь?»