И после того, как потухнет солнце

Если моя память меня не обманывает, последнее, что я видела – закат солнца.

Начнём с того, что я не хотела страдать две жизни подряд. Мне и не хотелось жить вторую, – одной достаточно с головой. А если ещё и мозг включить, подумать может, тогда такое вообще невозможно. В книгах, в играх, – это так легко, переродиться или вернуться в начало. Но я то не прописанный в сюжете персонаж! Но вот теперь – я открыла глаза, неожиданно услышав приятный, но до ужаса холодный, незнакомый мужской голос. — Разве я не ясно выразился? Кажется, я говорил тебе, чтобы ты жила, как будто ты и не жива вовсе, — Мужчина смотрел сверху вниз, с отвращением и безразличием. Что? Кто это? Меня как водой холодной окатило. — На банкете в честь возвращения кронпринца ты вела себя, как бешеная собака. Чем ты руководствовалась, ведя себя подобным образом? Что? Что я здесь делаю? А где я вообще? Едва ли я открыла рот и попыталась сказать хоть пару слов, тут же застыла. Я смогла только лишь смотреть на мужчину снизу вверх. Это даже казалось унизительным. Это сон? Нет, кажется, нет. Я отчётливо чувствовала спадающую на лоб чёлку и неподвижно плывущие по спине длинные локоны волос. Или... Почему этот сон такой настоящий? Но что случилось? Запах медикаментов сменился сладковатым запахом чего-то неопределенного. Я не могла дышать от одного его присутствия. Он душил меня. От страха мои губы задрожали. Стоило мне посмотрела вверх, как прямо перед моим лицом появились... Варианты ответов? [ 1. Откуда мне знать? 2. У меня не было цели. 3. (Жалобным голосом*) Ну... Хм, это... ] «— А это что? Что за хуйня...» Но даже так, кажется, отчасти я понимала, на что это тянет. Вот только мои предположения не могут быть верны. Это было просто невозможно. — Лучше бы тебе говорить, ведь мое время не безгранично. — Сказал мужчина с угрозой в голосе, пока я шокировано наблюдала за тремя строками. Убийственная аура, которую я, как мне показалось, почувствовала, была настолько сильная, что причиняла мне боль. Лёгкие сдавливало от невозможности спокойно вдохнуть. Я умру если не отвечу. Поэтому от чего-то нажала третий вариант, после чего мой рот непроизвольно открылся и я повторила точь-в-точь те же слова, что и были указаны в строке. — «Ну.. Хм, это»... Дальше. Я хочу услышать нормальный, чёткий ответ. — Сначала повторив мои слова, мужчина высказал своё недовольство неверным ответом. Я не видела его лица, но понимала, что сейчас он выглядит устрашающе. Пока я пыталась присмотреться к скрытому лицу, которое было словно затянуто в тёмный, серый, густой туман, перед моим лицом вновь вспыхнули предложения. Уже новые. [ 1. Мне жаль. Этого больше не повторится. 2. Эта тупая горничная первая начала ко мне приставать! 3. Жалкие смертные отвратительно ко мне относились. Ко мне! ] Даже не читая, что там, я постаралась выбрать ответ, исходя из того, что, как мне показалось, мужчина был очень требователен и серьёзен. На поясе его весел меч, на рукояти которого легла его ладонь. Если достанет из ножен, – мне дорога только на тот свет. Я вновь нажала на вариант – первый. — Мы бы не встретились друг с другом, если бы всё можно было решить простым «прости». — Он тут же отбросил мой выбор ответа. Похоже, он был через чур зол и пришёл выведать у меня особую причину, которою я, увы, не знала. Я вообще не представляю, что здесь делаю и где я вообще, так о какой причине может идти речь? От пронзительного, холодного тона я вся съёжилась. Было... Неприятно слышать это. — Пенелопа Экхарт. «— Ясно. Всё очень плохо». Я поняла, что происходит. Я оказалась в начале манхвы и новеллы под названием «Смерть – единственный конец для злодейки» и это полный... Неожиданно лицо мужчины прояснилось, а над его головой я увидела маленький шар, на котором, словно как у зарядки телефона, виднелась цифра и процент. Передо мной стоял Деррик Экхарт. — Мы лишаем тебя звания «Экхарт» на некоторое время. — Я так и не смогла склонить голову, рассматривая лицо мужчины. Всё следовало согласно сюжету. Голубые, бездонные, как дневной небосвод, глаза и иссиня-черные волосы, в какой-то мере напоминающие тёмное ночное небо. Это был иностранец, с красивыми чертами лица. Хотя... Он в целом обладал правильной, очень привлекательной внешностью, действительно – истинный аристократ. — Никаких вечеринок или банкетов, также тебе ни под каким предлогом не разрешается покидать комнату. Ты должна хорошо обдумать, что ты сделала неправильно и подумать, как ты теперь будешь вести себя во время... — Довольно продолжительная пауза. — На что ты смотришь? Ему словно было отвратно от того, что я смотрю на него дольше, чем он хотел бы, а потому его ранее безэмоциональное лицо нахмурилось. Однако я на это не отреагировала и уставилась на цифру нал головой мужчины. Там точно было 0%. Я резко опустила голову и прикрыла глаза, открыв рот для того, чтобы отдышаться. Захватило неясное чувство тревоги, что усиливалось с каждым разом всё больше и больше. Однако из лёгких не вырвалось ни одного вздоха. — Ты... Я надеюсь, ты действительно обдумаешь своё дальнейшее поведение и подумаешь над тем, как вела себя на этом банкете. — Бросив это напоследок, мужчина развернулся и пошёл к дверям из комнаты. — Кто бы мог подумать, что слухи о твоей невменяемости были правдой. И шар, на котором была изображена цифра, так же от меня отдалялся. «— Это... Правда то, о чём я думаю?» Мне всё ещё не верилось. Но из мыслей меня вывело ощущение, будто кто-то смотрит на меня. Я повернула голову и увидела человека с растрепанными розовыми волосами и такими же голубыми глазами, как у ушедшего мужчины. У него в глазах – искорки насмешливые. Рейнольд. А ведь в живую не так уж и отличался чертами лица от своего братца. Интерес показывал -10%. Ну, естественно. Рейнольд был единственным, у которого изначальная симпатия была в минусе. — Глупая сучка. Так тебе и надо. — Сказав это, он последовал за ушедшим ранее, а когда вышел захлопнул дверь. Отчего-то я так и не могла поверить, что это всё происходит. Ну, конечно, кто поверит в то, что попал в манхву, пусть даже любимую? Разумеется, мне очень нравилось это произведение, иначе бы я не стала читать новеллу и не стала бы перечитывать манхву в ожидании новых глав иллюстрации, но не до такой степени. Сколько бы я не дёргала себя за волосы. Сколько бы я не щипала и царапала себя. Не было никаких изменений. Ничего не исчезает. Что же тогда случилось со мной там, в реальном мире? Это не нормально. Это галлюцинации. Это сон. Да, наверное, это я всё придумала. Я вижу этот кратковременный сон, пока лежу под наркозом, в больнице. Я же была в больнице? Или дома? Но, должно быть, я сплю. Перерождение в манхву для нормального человека невозможно. Такое только в произведениях, или таким образом мне говорят, что моя жизнь – книга или фанфик? Нет. Это полный бред. Вот только всё было как наяву – варианты ответов, интерес, любовные цели... И я, в роли главной злодейки гаремной игры, которая в новелле «Смерть – единственный конец для злодейки» была главной героиней. Пенелопа Экхарт.