И после того, как потухнет солнце

Я зашла в огромный судебный зал, когда дверь с грохотом отворилась. Оглядев помещение, я невольно сравнила его с манхвой и вынесла для себя очевидный факт – ни в какое сравнение. От здешнего места, в котором я находилась, веяло старинной атмосферой. Множество, нет, скорее все глаза были прикованы к тебе, словно не имея возможности и желания отвести взгляд. Кто-то смотрел с отвращением, кто-то с сожалением, а кто-то со злостью, что так явно появлялась на отвратительных неизвестных гримасах. Все, без исключения, казались голодными чудовищами, которые вот-вот вцепятся в тебя своими клешнями и разорвут на части. От своей мысли я хмыкнула. «— Точно отвратительные звери.» От каждого, без исключения, злобного взгляда я сильнее и сильнее сжимала кулаки. Я выиграю этот суд. Даже несмотря на то, что нет никого на моей стороне. Даже несмотря на то, что у меня не такая же ситуация, как у Пенелопы. Даже несмотря на то, что я изменила сюжет. У меня уже есть план. Я посмотрела в лево. Там стояли герцог и Рейнольд, оба они смотрели беспокойными взглядами. К тому же, второй сжимал кулаки и хмурил брови, вид у него был совсем плох. Взгляд герцога выражал сочувствие, хотя он был тем, кто не то, что не проведал свою же дочь, а даже не интересовался её самочувствием, – по крайней мере, об этом меня не спрашивали. Только меня завели за стол суда, как прогремел тяжёлый стук молотка для судьи. Все присутствующие перевили взгляд на него, в том числе я. За судебным столом сидел пожилой мужчина, – наверное, председатель, – который громко огласил: — Поскольку Его Императорское Величество на данный момент отсутствует, а у Его Высочества кронпринца неотложные дела, мне, как министру юстиции, было поручено вести это дело. — Когда он закончил, его голова почти незаметно повернулась в мою сторону. — Пенелопа Экхарт. — Да. — Я твёрдо, незамедлительно ответила, всё ещё гордо выдерживая расслабленное лицо и ровную спину. Я оглянула весь зал ещё раз, замечая знакомые, из манхвы, лица. — Вы предстанете перед судом по обвинении за нарушения закона о запрете на использование магии, а так же в покушении на жизнь дворян во время охотничьих соревнований. Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды, во имя чести Империи Инк? — Клянусь, что буду говорить только правду и ничего кроме правды. — На этот раз я ответила мягко Затем министр повернул голову и к кому-то обратился: — Тогда давайте начнем с показаний потерпевших. Виконт Габойл. Мужчина, которого назвали, вероятно был тем, кто стоял напротив меня. Он выпрямился и уставшим взглядом посмотрел в мою сторону. Кажется, его руки тоже были связаны, но в отличие от веревки на моих руках, его свободно болталась. — Несколько дней назад группа из семерых человек, включая меня, ушла глубоко в лес, чтобы поохотиться на крупную добычу. Когда мы зашли в зону, которая была отмечена золотыми лентами, нам повезло сразу наткнуться на медведя. Пока виконт рассказывал свою, очевидно ложную, версию событий, я рассуждала про себя, сравнивая его показания со своими. Несмотря на то, что место преступления обыскивал так же Имперский отряд во главе которого был Каллисто, никто не поправил виконта в его утверждениях, но я всё же хорошо помнила, что наёмников было больше семи. Похоже, трупы ещё нескольких людей зачем-то спрятали. — Нам почти удалось одолеть зверя, но неожиданно леди Пенелопа Экхарт выскочила из неоткуда и направила на нас арбалет, приказав отдать ей добычу, — Слова потерпевшего в любом случае были более оправданы, чем слова преступницы, которая совершила несколько преступлений и сорвала такое торжественное событие, как охотничьи состязания, однако слова виконта звучали глупо. Не нужно было знать, что случилось, нужно было только прислушаться и понять, что этот мужчина лжет – медведь, даже раненый, не стал бы ждать, пока группа людей, которая напала на него и теперь измазана в зловонной крови решит возникшие трудности. Тем не менее, слова виконта произвели настоящий фурор среди собравшейся аристократии. Среди шепотов самых разных голосов я услышала тихий скрежет у себя над головой, – герцог очень переживал и не мог найти себе места, думая о том, что может случиться с его дочерью и её – и без того, – испорченной репутацией. Реакция герцога была более, чем понятна, но поведение Рейнольда меня удивляло. Второй сын герцога сидел очень тихо, почти не двигаясь, а его лицо было очень серьёзным. Рейнольд сохранял спокойствие, держал спину и осматривал присутствующих, следил за тем, кто что говорил и внимательно слушал рассказ виконта Габоила. Он совсем как… его старший брат. Я отвернулась. Виконт, неожиданно притихший под гул дворян, снова заговорил после того, как судья позволил продолжить его рассказ. — Он был нашей добычей, поэтому я предложил ей поискать вместе с нами другого медведя, однако леди отказалась. Тогда барон Тулит вышел из нашего ряда, чтобы возразить благородной леди, но в этот момент она не раздумывая выстрелила в него! Над виконтом Габоилом раздался яростный удар. Это был маркиз Эллен, который до этого был одним из немногих, кто сидел молча. — Боже! Как можно быть столь бесчеловечной! — Слова маркиза охотно поддерживали возгласами, тогда виконт продолжил с ещё большим энтузиазмом продолжил. — Благородная леди выстрелила из арбалета в каждого из нас, и мы все потеряли сознание. Когда я проснулся и вернулся в лагерь, мой дорогой друг, барон Тюлье... Угм! — Мужчина резко отвернулся и опустил взгляд всего на несколько секунд, но и этого хватило, чтобы вызвать к себе жалость. — Вранье. — Думаю, услышать мой голос в такой момент было неожиданно, особенно для виконта и маркиза. Только виконт Габоил хотел возразить, я продолжила, — Мой арбалет не боевой, а бусины зачарованы исключительно для охоты на мелких животных. Они не несут никакого губительного эффекта для людей. Со стороны защиты кто-то встал. Я аккуратно повернула голову, чтобы это было незаметно, и увидела Рейнольда. Это было ожидаемо. — Поддерживаю. — В отличие от меня, герцог удивился. — Пули из арбалета Пенелопы зачарованы таким образом, что они не нанесут человеку травм, но после попадания снаряда в человека, он потеряет воспоминания о том, что произошло до этого. Я удивлен, почему виконт Габоил так точно помнит произошедшее. — Это… Это ложь! — Едва ли виконт мог что-то противопоставить, однако он продолжал упираться и стоять на своём. — Это не ложь, потому что это так же объясняет обвинения в использование магии. Тем не менее, использование магического оружия не запрещено, и в этом случае, у маркиза Эллен нет оснований обвинять мою сестру в незаконном использовании магии. — Ясно. Рейнольд был готов к такого рода обвинениям и, несмотря на косые взгляды, говорил чётко. Должно быть его не воспринимали всерьёз и считали, что без поддержки отца и старшего брата, очевидно более зрелых и благоразумных, он не сможет справиться с давлением, которое теперь оказано не только на его сумасшедшую младшую сестру, но и на него, как на того, кто защищает преступницу. — Мы привели мага, который зачаровал пули арбалеты, и сейчас он стоит за дверями конференц-зала. Думаю, следует позвать его и убедиться в правдивости слов Пенелопы. — Второй господин Экхарт, как бы вы не искажали факты, чтобы спасти свою сестру, не слишком ли это нагло? — Нервный маркиз на удивление хорошо держался. Он хмуро, но уверенно смотрел на Рейнольда, который сидел прямо напротив него. — Есть контракт, в котором прописано… — Договорить он не смог. Рейнольда грубо прервал виконт Габоил, не в силах слушать его. — Есть свидетели, которые слышали, как благородная леди сама сказала, что эта магия превращает людей в умственно отсталых! Судья, разрешите пригласить свидетелей, чтобы выслушать их показания! — Нервные слова виконта почти переходили в вопли. Взволнованные наглостью Экхартовских отпрысков и сложившемуся конфликту аристократы снова подняли новою волну шума. Наверняка наблюдать за перепалкой было крайне интересно, а узнать очередные подробности, которые выставляют сумасшедшую сучку Экхарт – убийцей, ещё больше. — Разрешаю. — Министр-судья кивнул. Двери конференц-зала распахнулись, после чего вошли две леди. Одна из них катила коляску, похожую на инвалидное кресло, а другая послушно шла за первой. Это были Глория Келлин и графия Дортея, а мужчина, который сидел на кресле, запрокинув голову назад и истекая слюной, был бароном Тюлье. Синеволосая девушка смотрела на меня горящими ненавистью и насмешкой взглядом. Сейчас она в глазах дворян – жертва незрелой и невежественной фальшивой юной герцогини, а не сообщница в преступлении. — Бо… Богиня! — Мужчина, стоило ему завидеть меня, потянул руку и подался вперед, но из-за своего тяжелого состояния чуть не упал. Чтобы удержать своего потерявшего рассудок жениха, Келлин пришлось быстро схватить его и, приложив усилия, усадить обратно. Всё закончилось только когда обезумевшего барона связали и заткнули рот тряпкой, которая стремительно мокла. Келлин вышла чуть вперед и сложила руки на своей юбке. — Во время чаепития благородная леди Экхарт наставила на нас арбалет, сказав, что пули превращают всех, в кого она попадёт, в умственно отсталых. Графиня Дортея и другие леди, которые побывали на чаепитии, видели это и смогут подтвердить мои слова. — На слова Глории графиня отозвалась положительно, подтвердив всё сказанное. Когда на этом показания стороны потерпевших закончились, судья повернулся в мою сторону и наконец-то спросил. — Леди Экхарт. Есть ли у вас какие-либо возражения касательно показаний леди Келлин? — Нет. — Я ответила без промедлений. Тогда со стороны фракции маркиза Эллен стали доноситься осуждающие голоса, но меня это не беспокоило. — Если сторона обвинения закончила давать свои показания, могу ли начать я? Судья постучал молотком, чтобы успокоить толпу, которая в одно мгновение стала настроена против меня снова, и позволил мне начать. — Показания леди Келлин полностью верны, но не могу сказать того же о показаниях многоуважаемого виконта. — Конечно, виконт Габоил это не мог оставить это просто так, но он не успел возразить. Его писк был почти смешным. — Изначально бурый медведь был моей добычей. — Продолжайте. — Судья оказался заинтересован в моих словах, которые полностью противоречили показаниям виконта. — Я долго не могла одолеть его, потому что пули моего арбалета не предназначены для охоты на таких больших животных, но спустя некоторое количество времени я смогла попасть медведю в голову. Если осмотреть тело, вы сразу заметете следы от пуль арбалета. Или же, если я лгу, вы увидите следы от оружия, которым пользовались виконт и ещё несколько людей, которые в тот момент были с ним. — Это ложь! Наглая ложь! — Завопил виконт и недовольно замотал головой. — Тогда давайте узнаем наверняка. — Судья повернулся к одному из слуг за его спиной и сказал: — Сэр Дэннис, проверьте результаты вскрытия и осмотрите тело медведя. Слуга поклонился и быстрым шагом прошел позади меня, но не успел он выйти, как я снова услышала старческий голос. Это снова был маркиз Эллен. — Тогда почему леди Экхарт была в лесу с маркизом Верданди? — Это был логичный вопрос. Что же, я должна была дать всем убедительное объяснение, почему мы охотились на медведя вдвоем, ведь наша встреча была обусловлена действиями системы. «— Наконец-то!» На самом деле даже выдумывать не пришлось, хотя моя версия могла прозвучать не так убедительно, как у Пенелопы. — Думаю, многие дворяне, которые находятся здесь, видел меня и маркиза на преддверии охотничьих состязаний. Он, как и все здесь, был благодарен мне за спасение, поэтому помог мне после напряженной битвы с монстрами, но через некоторое время нам пришлось попрощаться. Тогда маркиз спросил меня, когда мы снова сможем встретится, — Лица застыли в ожидании ответа на вопрос и я выдержала недолгую паузу. — Я ответила, что совсем скоро пройдет охотничье состязание, где мы увидимся снова, и была права. Маркиз так же охотился на крупную дичь, поэтому зашел в зону с золотыми лентами, где мы встретились. Возможно маркиз Верданди услышал рёв медведя, когда я стреляла в него и пришел на звуки. В зале продолжили шептаться. Министр внимательно меня слушал, иногда кивая, словно в подтверждение того, что слышал о таком. Тем не менее, в отличии от спокойного судьи, Эллен не находил себе места, словно шанс на то, что выиграет, стремительно уменьшался. — Продолжайте. — Скомандовал судья. — После того, как мы встретились, на нас неожиданно напали наемные убийцы. — Конечно зал начал бурно обсуждать новою тему для сплетней – подумать только, кто-то напал на благородного маркиза и дочь единственного герцога Империи! — Нам удалось сбежать, но из-за того, что мы находились далеко от входа в лес, нас не было пару дней. Когда нам удалось выбраться из пещеры, в которой была временным укрытием от ассасинов и непогоды, мы сразу направились к выходу. На удивление мы быстро добрались, но выйти из леса мы не успели. Маркизу резко стало плохо и он потерял сознание, после чего я обнаружила, что убийцы вероятно использовали яд. — Как мы можем быть уверенны в ваших словах? В конце концов леди Экхарт единственная, кто видел это. — Не могу утверждать, но, чтобы убедиться, вам стоит посмотреть на вещь, кототрая досталась мне от убийцы. — Я пожала плечами и просунула руку во внутренний карман. — Что?!... — Маркиз Эллен, не ожидавший, что я скажу это, взволновано выпрямил спину. Его лицо сильно изменилось. — Пенелопа!.. — Я услышала тихий голос герцога где-то сзади. Это был первый раз за целый эпизод, когда он вообще что-то сказал. — Удивительно, у неё есть улика...! Неужели заявление леди о том, что на неё и маркиза напали правда? — Аристократы, пораженные моим заявлением, были даже более взбудоражены, чем раньше. Кажется, виконт Габоил нервно крутил головой, отрицая мои слова, но я не услышала его, потому что перед моим лицом оказалось системное окно. < Система > [ Начало финального квеста. «Стань же Королевой Охоты!». { Часть 3. Раскрой убийц и спаси свою жизнь! } (Награда: +10 Интереса всех героев, +70 Репутации.) Сюжетный квест будет принят автоматически через 5 секунд. ] 10 процентов каждому – щедрая награда, которой не было ни в одном квесте. Признаться, это настораживало, потому что у этой игры не может всё было так просто. Едва ли я приложила усилия, чтобы додумать детали начала истории, а за это система даёт все 10? Грех жаловаться, ведь ради этого суда я не раз была на грани смерти, но даже так это казалось чем-то немыслимым. Пока я думала система уже приняла квест автоматически. Перед моим лицом появилось уведомление с четырьмя возможными нападавшими: 1 – маркиз Эллен, которого я сразу вычеркнула, потому что в его возрасте, а с виду он был даже старше герцога, и положении было бы странно рисковать, 2 – виконт Габоил, который вполне мог подойти, но вместе с тем не ничего толком о нем не знала, поэтому решилась бы выбрать его только в случае отсутствия дополнительных вариантов, 4, и последний, вариант с графом Келлен я так же исключила по причинам первого варианта. Остался только кандидат номер 3 – барон Тюлье, жених Глории и единственный, кому мог принадлежать кинжал с украшением синего цвета. Я сразу нажала на один из вариантов. Конечно, система одобрила мой выбор. — В качестве доказательства я представляю вам кинжал убийцы, ранившего маркиза Верданди, на рукояти которого выгравирован герб маркизата Эллен. — Я подняла и показала кинжал так, чтобы высокопоставленные аристократы, сидящие во главе юридического отдела, могли хорошо его разглядеть. Маркиз Эллен широко раскрыл рот и всего на одно мгновение я заметила его взгляд, направленный в сторону барона Тулье. Сейчас он наверняка проклинал и графа Келлин с его дочерью, и Барона, и себя самого за то, что позволил такому бездарю участвовать в таком важном деле. — И, если вы внимательно рассмотрите украшение на кинжале, вы сможете выяснить, кто его владелец. — Э-Это же темляк леди Келлин… Она рассказывала, как плела его..! — Графиня Дортея, когда поняла, что сказала, закрыла рот рукой, но того, что она проговорилась было более, чем достаточно. — Д-Да, это так! — Не растерялся виконт Габоил, — Я видел, как барон доставал этот кинжал, но он выронил его, когда благородная леди напала на нас. Наверное, леди Пенелопа Экхарт нашла кинжал и забрала его!.. Версия, на удивление, звучала правдоподобно, если не знать того, что произошло на самом деле. Я выслушала его и собиралась продолжить, как застыла, когда виконт, всё так же жарко, забрызгивая себя слюной, сказал: — Благодаря этому клинку, который был отравлен, чтобы одолеть зверя, благородная леди отравила маркиза Верданди, после того, как заманила его в глубь леса. Однако на этом леди не остановилась! — Публика, ранее шумевшая, затихла, и с нетерпением слушала виконта. — Она так же отравила наследника герцога, своего первого старшего брата! Я, вспомнив Деррика, стала совсем бледной. Тем не менее, я услышала резкий удар позади, который привел меня в чувства. Со стороны защиты кто-то снова встал. — Это ложь. — Несмотря на то, что я ожидала услышать Рейнольда, это оказался не он. — Ранения на теле моего сына были оставлены стрелами. Это можно проверить через анализы, которые были посланы Императорским лекарям из герцогства и переданы лично мной. Это был герцог, который ударил по деревянному странному столу так сильно, что я готова была поклясться, как услышала треск. Похоже, отца не на шутку разозлило, что человек, который обвиняет его дочь в убийстве, мог так уверенно говорить о его сыне. Это было тогда. — Похоже, мы не вовремя, — Дверь в конференц-зал распахнулась, впуская двух мужчин. Голос этого человека было невозможно спутать с кем-то другим. — У меня были неотложные дела, после завершения которых я сразу прибыл сюда. — Прошу прощение за задержку. — Продолжил другой, словно это был отрепетированный номер. — У одного из детей, которых я недавно взял на попечительство, случился припадок. Конечно, в самый ответственный момент грандиозно появились ещё две любовные цели, — Винтер и Каллисто.