Записки на утро, день и ночь

Сынмин не был ревнивцем. В их деятельности ревновать – запрещенная роскошь, ибо фанаты все не только по глазам прочтут, но и по неосознанным движениям подрагивающих пальцев прочитают и пойдут строчить теории кто с кем во сколько поругался. Да и будем честны, если бы Сынмин себе это позволял, вся правда об их отношениях с Хенджином вскрылась в кругу близких гораздо раньше. Еще до того, как это осознал и признал сам Хван. Наверное, время, когда Хенджин даже не подозревал о том, что чувства Сынмина гораздо больше обычных дружеских, а простой секс по той самой дружбе давно стал чем-то большим, было одним из мучительным для младшего. Теперь он хотя бы мог в открытую сказать о том, что ему не нравится, когда шутки Джисона переходят границу, или забота Феликса получается слишком трепетной. Но, как бы там не было, ни к Феликсу, ни к Джисону, ни уж тем более к Минхо Сынмин не ревновал. Это было просто смешно для него. Что такое настоящая ревность он познал тогда, когда на горизонте замаячил незнакомый австралиец по имени Трой, что хвостом увязался за Хенджином. Внутри все кипело лишь от одного упоминания этой занозы в одном месте, которую хотелось поскорее вытащить и выбросить прочь. Сперва Ким даже внимания не обратил на то самое видео с официального аккаунта Троя в тик токе, ибо был занят камбеком. Кроме того, он уже привык, что все вокруг попадают под чары Хенджина и теряют от него голову. Будем честны, иногда Сынмину кажется, что даже Сокджин-хен в тайне от него без ума, просто скрывает это, но не отходим от темы – Хенджина любили и хотели все, но никто еще не переступал границы дозволенного. А этот кенгуру австралийский без задних тормозов буквально преследовал Хвана везде, и особенно сильно взялся за это дело после показа Версаче, где им повезло встретится с глазу на глаз и немного поговорить. Но, что самое страшное, Хенджин не был против общения с Троем и охотно переписывался с ним через личный номер, и даже ходил гулять несколько раз, когда австралиец приехал в Корею. Небось специально, кривя губы в усмешке, думал Сынмин, сходя с ума не только от ревности, но еще и от какой-то непонятной тревоги, что тучами клубилась около сердца. Ему категорически не нравился этот парень, но сделать он мог мало что. - Ты куда-то собираешься? – напряженно наблюдая за старшим, что неустанно крутился около зеркала примеряя то одну рубашку, то другую, Сынмин бесшумно сжимал кулаки, не зная куда деть начинающий расти гнев. Он знал куда. - Да, Трой пригласил к себе в отель, - беспечно отозвался Хенджин, наконец-то определившись с одеждой, - Попросил научить есть рамен. - Что делать? – мгновенно вызверился младший, подскочив на кровати. Осознав, как прозвучала его последняя фраза, Хенджин слегка улыбнулся, невольно успокаивая Кима: - Просто рамен, Сынмин. Ему интересна корейская кухня, а, как ни крути, рамен это самое популярное блюдо у нас. Сродни борщу в Украине. - Ну да конечно, - насмешливо фыркнул Сынмин и ядовито процедил, - И ты так глупо повелся на это? - Что с тобой, Мин-и? – обеспокоенно вопросил Хван, обернувшись к младшему, что замаячил за его спиной, - Ты какой-то напряженный последнее время. Попроси у менеджера выходной… - Я очень рад, что ты это заметил. Если б ты еще другие вещи замечал. - Это какие? – хохотнул Хенджин, поправив растрепанную челку младшего, - Твою милую ревность? Прекрати, Трой просто мой друг. - Да при чем тут ревность? – нет, так-то причем, но сейчас чувство тревоги полностью перевесило ее, из-за чего казалось, что кровь бурлит в венах. Отпускать сегодня Хенджина категорически нельзя, - Этот Трой мне не нравится, и дело тут совсем не в том, о чем ты подумал. - Брось, - закатил глаза Хван, - Если ты думаешь, что он общается со мной только чтобы нажиться на популярности, то спешу тебя заверить - у него достаточно поклонников, и в их недостатке он не нуждается. Сынмин поджал губы и отвернулся. Хенджин прав, но все равно сердце младшего было не на месте из-за плохого предчувствия. Тяжкие мысли прервались, едва лицо Хвана оказалось непозволительно близко, а его ладони успокаивающе сжимали предплечья. Сынмин с поражением выдохнул, заметно расслабляясь и позволяя пухлым губам старшего прижаться к его виску, пока сам он уткнулся носом ему в шею. Может, он действительно лишь накручивал и позволил ревности ослепить себя. Воющая тревога ненадолго затихла, забившись куда-то в уголок. - Кроме того, Сынмин-а, - горячий шепот Хенджина ворвался в голову, заставив напрячься всем телом, - Не забывай, что я тоже мужчина, и если вдруг что, то смогу за себя постоять. Резкий поцелуй и вовсе избавил голову от дурных мыслей, и Сынмин без сопротивления позволил себе растворится в нем, отвечая на ласки старшего. Вот бы связать его и оставить возле себя, чтобы больше никакие Трои не смели претендовать на него. - Мой ревнивец, - с усмешкой, оторвавшись от уже красных губ младшего, протянул Хенджин и хлопнул его по плечам, - А теперь отпускай. - Иди, я тебя держу что ли, - в тон ему усмехнулся Сынмин, явно не собираясь убирать руки с тонкой талии Хвана и постепенно забираясь ими ему под рубашку. - Мне кажется, что ты делаешь все, чтобы я сегодня вообще никуда не ходил. - Подловил, - фыркнул Ким и прижал старшего к себе ближе, едва не столкнувшись с ним носами, - Не ходи, пожалуйста. - Мин-и, все будет хорошо, - соприкоснувшись лбами, Хенджин смотрел в темные от возбуждения глаза младшего, - Если тебе будет легче, то надолго я не задержусь. Как бы не кривил душой Сынмин, все же ему пришлось отпустить старшего. Он даже смог выдавить из себя улыбку на прощание, которая тут же потухла, стоило только счастливому Хенджину скрыться за дверью. Он всерьез стал раздумывать над тем, чтобы в следующий раз связать этого несносного монстра, но, когда мысли плавно перетекли к воспоминаниям о том, что было после сьемок «Red Lights», когда Хенджин умышленно поехал домой в костюме, Сынмин резко поднялся и вышел из комнаты. Нужно остыть. Слушая короткую перепалку между Джисоном и Минхо, и тихо хихикая над ними с Феликсом, который сегодня был в приподнятом настроении, Сынмин и себе позволил отдохнуть мыслями от тревог. Сделав глоток чая, парень невольно бросил взгляд на настенные часы – Хенджина не было уже как сорок минут. Слишком рано, он вряд ли вернется так скоро… Внезапно хлопнула входная дверь. Прекратив шутливо колотить Минхо, Джисон недоуменно переглянулся со всеми. - Может, это Чан вернулся со студии? – озвучил свою догадку Феликс, отставив чашку. - Навряд ли Чонин так скоро его отпустил бы, - хмыкнул Минхо. Сердце Сынмина снова взволнованно забилось, когда на кухню, не очень успешно делая вид, что все в порядке, вошел Хенджин. - О, вы все здесь, - натянуто улыбнувшись, Хван потянулся к чайнику. Ни от кого не скрылось то, как дрожали его руки. Не говоря ни слова, Минхо потянул за собой Хана, бросив красноречивый взгляд на Сынмина. Ким понял его намек, и, дождавшись пока встревоженный Феликс покинет кухню вслед за ними, решил спросить прямо: - Хенджин, что-то случилось, ведь так? Неестественно прямая спина Хвана и его застывшая поза говорила сама за себя. Не в силах просто смотреть на такого возлюбленного, Сынмин шумно поднялся и подошел ближе, заключая Хвана в объятия. Старший дернулся от неожиданности и лишь позволил себе тяжкий выдох, прикрыв глаза рукой. - Ты был прав, мне не стоило сегодня ходить к нему, - не смея повысить голос хотя бы немного, проговорил Хенджин. - Он трогал тебя? – настоящая дикая ярость кипела внутри Сынмина, и все, что его останавливало от убийства, это дрожащий Хенджин в его руках. - Нет, - устало мотнул головой Хван, - Все не так плохо, как тебе могло показаться. - Тогда почему у тебя такой убитый вид? - Он просто… - слова с большим трудом давались старшему, ибо эмоции просто-таки душили его изнутри, мешая говорить, - Я думал, что он просто хочет дружить со мной. Мне всегда нравились его песни и творчество, и я был уверен, что это взаимно. Но сегодня он сказал, что я… - резкий удар по столешнице давал знать, что Хенджин очень зол, - Что я невероятный красивый и женственен, и что, если бы мы стали встречаться на публику, это бы подняло нам рейтинги. Это было еще полбеды. После его грязных намеков я не стерпел и просто ушел. Неужели я мог настолько ошибаться в человеке? Сынмин молчал. Он знал, что все слова по типу «Я тебе говорил» или «Я был прав» сейчас мало чем помогут. Хенджину нужна поддержка после такого, а не упрек. Утешающе прижимаясь губами к его плечу, Сынмин благодарил небеса, что эта ситуация разрешилась вот так, и что хоть какие-то понятия таки были у этого Троя. Ведь, кто знает, что ему могло прийти в голову после отказа Хенджина. Подняв голову и резко втянув воздух, Хван проговорил, кисло ухмыляясь: - Сокджин-хен назвал бы меня полным придурком, и я был бы с ним полностью согласен. Хоть в чем-то наши мнения бы сошлись. - Ты в порядке? – спросил Сынмин, стоило только Хенджину повернуться к нему лицом. - Нет, я чертовски зол и мне нужно куда-то деть свой гнев, - ответил старший, надеясь, что Ким прекрасно понял его намек. Сынмин глупым не был, потому уже минут через пять дверь в его комнату оглушительно хлопнула, напугав Джисона, что очень незаметно наблюдал за всем происходящим. Ну интересно человеку было, что, осуждать его за это теперь? С любовью наблюдая как на его плече мирно посапывает обнаженный Хенджин, Сынмин второй рукой дотянулся к своему телефону и открыл чат с хеном: Ким Щеночек (не Ентан): Тэхен-хен Есть дело

Гучи-хен Надеюсь дело важное, ибо ты немножко меня отвлекаешь Я почти смог разрушить крепость по имени Мин Юнги

Ким Щеночек (не Ентан): Избавь меня от этих подробностей Слышал про такого человека как Трой Сиван?

Гучи-хен Допустим Куда спрятать тело?

Ким Щеночек (не Ентан): Не настолько радикально, пожалуйста Он личность довольно известная и про его пропажу все мигом узнают

Гучи-хен Понял, не вопрос Жди, все будет сделано в лучшем виде А сейчас прошу меня извинить Котенок ждет сметаны

Ким Щеночек (не Ентан): Фу, господи