ЧУДО-вищная История 2

Тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так. «Как же это раздражает! Зачем здесь вообще часы? Почему они так громко тикают? Это буквально взрывает мой мозг!» Он сжал руки в кулаки, чувствуя, как в венах закипает странная агрессия. Невесть откуда возникшее чувство ярости, которое просто вмиг овладело разумом. Ему даже пришлось досчитать до десяти, чтобы немного успокоиться. Словно зверь, загнанный в угол, расхаживал туда-сюда, не в силах усидеть на месте. Да и стоило ли? Ожидание всегда дается мучительно. Оно словно издевка над любым, кто торопится, и не желает тратить время впустую. Но так уж вышло, что теперь его время не имело значения. Потеряв уверенность в себе, что остается делать, кроме того как опустить руки и ждать, пока несчастная ошибка не сотрется из памяти сама собой. Взъерошив свои волосы, он и не думал о спасении. В конце концов, было глупо полагаться на свою самоуверенность, когда под этим нет никакой основы. Он прикусил большой палец, и снова взглянул на стену, где стрелки часов не сдвинулись ни на сантиметр. Вдруг по коридору раздались шаги, которые приближались к нему. Он замер и с сомнением посмотрел на дверь. Та громко лязгнула, и наконец, открылась перед ним. — Алан Суонн, на выход, — строго сказал офицер. — Что простите? — уточнил он. — Говорю: на выход. За тебя внесли залог. Это вызвало ужасное чувство стыда, от которого даже кончики ушей покраснели. Он знал, что единственный человек, что мог внести залог — была мать. Однако Алан не хотел вмешивать ее в эти дурацкие разборки с тем подонком, из-за которого пришлось здесь оказаться. Сразу после того, как ублюдок Хант вызвал полицию, тот, разумеется, рассказал свою версию событий, где сам Алан был конченым блогером, готовым на все ради сенсации. Ему предъявили сразу два состава преступления. Первый — проникновение с взломом, второй — нанесение физического вреда здоровью. Так как Суонн раньше никогда не нарушал закон, у него была положительная характеристика, то ему назначили небольшой залог и условный срок заключения. Само собой в дальнейшем это могло негативно сказаться на его карьере, если бы парень решил ее строить. Однако он все еще оставался одержим тем, что ему нравилось больше всего — проводить расследования. Поднявшись с неудобной скамьи, где ему приходилось ожидать, пока кто-нибудь не внесет за него залог, он опустил голову в пол, испытывая ужасный стыд. Алан не понимал, почему ему приходится проходить все эти унизительные процедуры, начиная от допроса, заканчивая судом, и видом своей разочарованной в нем матери. Всему виной был только Кристофер Хант — настоящий преступник, теперь у него не осталось в этом никаких сомнений. То как вел себя этот недочеловек в тот роковой вечер, расставило все точки. Он хотел отвести от себя подозрения, и теперь, о нет, в пропаже Сары, подозревали как раз Алана. Именно этого, он и хотел добиться, расставляя опасные ловушки, в одну из них как раз и попал глупышка Алан. Он вышел в холл, где с удивлением уставился на того, кто внес залог. Его лицо вытянулось от удивления. Алан помотал головой, совершенно не понимая, что здесь происходит. — Это какой-то розыгрыш? Ты, вообще, кто такая? — спросил парень, уставившись на незнакомую девицу. Перед его глазами оказалась девушка с ярко-рыжими, короткими волосами, что торчали во все стороны, а лицо ее оказалось усыпано россыпью веснушек. Это все напоминало подсолнух, что внезапно выполз перед ним. Парень проморгался, пытаясь разобраться в происходящем. — Та, кто заплатила за тебя залог, взломщик ты эдакий, — фыркнула она. — Идем, по дороге объясню. Алан заметил, что полицейские как-то подозрительно пялятся на незнакомку. Это вызывало у него сомнения, стоило ли доверять той, кто так внезапно явился за ним. Однако так уж был воспитан этот парень, что не мог оставить доброту без ответа, более того, ему требовалось выяснить, почему она так поступила. Они уже почти добрались до выхода, как вдруг донесся суровый голос: — Офицер Кларк! К ним подошел мужчина в полицейской форме, чуть полноватый, немного лысоватый, и с выражением лица, которое запечатлело глубокую усталость, словно пришлось пережить все беды этого времени. — Капитан Петтерсон, вы же знаете, что меня отстранили от дел, тогда какого черта, обращаетесь ко мне так официально? — фыркнула она. — Извините, я тороплюсь, — Ронда сделала попытку двинуться к двери, но крепкая мужская рука задержала ее. — Ну, чего вам нужно? Чед Петтерсон — начальник полиции этого округа, посмотрел на свою подчиненную, с которой было столько трудностей. Ему хотелось предостеречь ее, сказать, чтобы она не совершала никаких авантюр. В конце концов, после того, как недавно, ему пришлось потерять своего друга, что так опекал свою протеже, теперь хотелось отдать должное, и уберечь ее. Однако можно ли было как-то укротить желание мести, что охватило чужой разум? — Я просто, беспокоюсь. После своего отстранения от службы, ты здесь ни разу не появлялась, — он перевел взгляд на ее спутника. — Так вот зачем ты здесь. Что задумала? — Вас это не касается. Я собираюсь сделать то, что никто из вас не смог, — только лишь выдала она. — Ты опять за старое? Ну, что с тобой поделать? Не смей лезть в это дело с Хантом, тем более, когда ты простой гражданский. Ты не имеешь права даже приближаться к нему, а тут решила еще и этого преступника приплести?! — взорвался Чед. Ронда осталась с непроницаемым выражением лица, глядя на мужчину с неким презрением. Тот променял истину на спокойствие, это было недопустимо для той, чье сердце обливалось кровью от потери и несправедливости. Теперь перед ней стояла одна единственная задача — наказать подонка любой ценой. Она прикусила губу, схватив Алана за руку, выскочила вместе с ним из полицейского участка, оставляя вопросы без ответов. Парень не стал влезать в их разборки, так как ни черта не понимал, но чувствовал что-то неладное. Он лишь деликатно промолчал, в то время как Ронда буквально кипела от негодования. Они дошли до машины, что была припаркована неподалеку. Алана заинтриговало появление этой странной незнакомки, что вот так внезапно явилась перед ним. — И все же, какого черта, тебе нужно? — как только они сели в машину, тут же уточнил он. — Скорее, это тебе не справиться без поддержки, — ответила она. — Ты уже успел угодить в полицейский участок, хотя даже особо ничего не сделал, кроме того, что ворвался в чужой дом, не так ли? — Откуда ты… — Тссс… Я расскажу, но позже, сейчас поедем в одно место, чтобы ты смог встретиться с кое-кем, кто сможет тебе помочь, — подозрительно произнесла она. Обычно, во многих расследованиях, которые заканчивались трагически, все события развивались похожим образом. Однако у него не оставалось другого выбора, кроме того как подчиниться, тем более, что все равно ему некуда было теперь пойти. Эта же новая знакомая, хоть и не вызывала доверия, но внесла за него залог, а значит, хотя бы по этой причине следовало выслушать ее. Они ехали совсем недолго, всего лишь несколько кварталов, а там выехали к гостинице, которая была одной из немногих приличных в этом городе. Сам Алан остановился в дешевом хостеле, поэтому понятия не имел, почему они приехали именно сюда. — Выходи, идем за мной, — только и успела скомандовать Ронда, стоило им припарковать машину. — А ты совсем не умеешь уговаривать, — фыркнул парень и вышел из машины. — Я здесь не для того, чтобы ходить на цыпочках вокруг тебя, — дерзко ответила она. Они зашли в гостиницу, где пришлось подняться на второй этаж и выйти прямиком к номерам. Длинный узкий коридор, освещаемый редким светом ламп, вывел их к комнате под номером двести шесть. Темная дверь с золотистыми цифрами оказалась не заперта. Ронда зашла туда первой, а Алан тут же последовал за ней. Они оказались в небольшой прихожей, а за ней сразу виднелась такая же уютная, и не слишком просторная гостиная. Все в номере было стандартным, как и во всех гостиницах. Спокойного цвета обои, люстра, которая также светила мягким рассеянным светом, парочка кресел и компактный кофейный столик, что был куплен в ближайшей икее. — И зачем мы здесь? Хочешь со мной переспать? Ну, нет уж, я не сплю с кем попало, — пожал плечами Алан. — Придурок! — тут же вспылила она. — Я тоже не сплю с всякими мужиками, нет, мы здесь не за этим. — Тогда какого хрена ты притащила меня сюда? — Это я ее попросила, — вдруг раздался властный и громкий голос. Из спальни вышла зрелая женщина. Она была высокая, с достаточно хорошей для почтенного возраста фигурой, расправив плечи, словно командир военного взвода. У нее была стрижка каре, волосы стального оттенка, идеально подчеркивали возраст, но все это только шло ей на пользу. На лице раскинули свои тропинки различные морщины, что покрывали всю кожу. Ее повидавшие всяких бед глаза, излучали уверенность. Темный взгляд упал на этого молодого парня, словно оценивая его. — Мистер Суонн, рада вас видеть. Меня зовут Стелла Мур, — представилась она, протягивая ему руку для рукопожатия. — Стелла Мур? — Алан попытался вспомнить, откуда ему известно это имя, однако женщина уже поспешила прояснить ему это. — Я мать одной из убитых девушек, — сказала она. — Возможно, одной из первых его жертв, — призналась Стелла. Алан опешил от этого, глядя в лицо женщины, которая потеряла свою дочь. Он был удивлен и взбудоражен от этой встречи. Ронда подошла к нему ближе и пригласила сесть в кресло, так как им предстоял сложный разговор. Парень не стал отказываться, все также, не сводя взгляда со Стеллы. Она села на диван напротив него, Ронда же предпочла остаться стоять на ногах. — И… зачем вам понадобилось встретиться со мной? Чем я могу вам помочь? — он задал прямой вопрос. Стелла горько усмехнулась, а ее напарница, напротив поморщилась и жестко ответила: — Это тебе нужна наша помощь. — Ронда, прекрати, — спокойно прервала ее Стелла. — На самом деле, думаю, нужно рассказать все с самого начала. Пять лет тому назад моя дочь Анджела пропала без вести. Скажу сразу, моя дочь совсем не ангел. У нее были проблемы с наркотиками, а еще любила менять мужчин как перчатки, но это не означает, что она заслужила смерти. Когда она пропала, то мы не придали этому значения, так как такое уже бывало раньше. Но после того как она не вернулась спустя месяц, то мы обратились в полицию. Те даже не стали принимать заявление, тогда я наняла частного детектива, и вот, что ему удалось раздобыть. В ночь исчезновения, Анджела прислала фото своей подруге Бекки. Тут Ронда протянула Алану целую папку и показала, фотографию, которую им удалось отыскать. На этой фотографии, пусть и размытой, но виднелся узнаваемый белобрысый парень. Сомнений быть не могло, это был Кристофер Хант, от чего Суонн фыркнул и посмотрел на Стеллу. — Это же тот ублюдок? Почему вы не обратились в полицию с этим фото? — сорвался логичный вопрос с его губ. — Обратилась, но они сказали, что невозможно идентифицировать человека, без дополнительной информации, более того, они были убеждены, что моя дочь — наркоманка, которая пропала из-за своей беспечности. У нее было много фотографий всяких мужчин, для нее это были трофеи успеха на любовном фронте. В какой-то момент, я и сама в это поверила, пока несколько месяцев назад не увидела этого ублюдка, — она говорила совершенно спокойно, будто бы ничто не могло вызвать у нее чувств. — Тогда я приехала на встречу, где он — всеобщий любимец, давал интервью и рассказывал обо всех тех ужасных злодеяниях, которые совершила Ребекка. Я подошла к нему, и в тот момент, когда он пожал мне руку, заглянула в глаза, то обнаружила там вселенскую пустоту. Он говорил о жертвах, но его губах блистала обаятельная улыбка, словно он наслаждался и смаковал все эти события. Я поняла, что там нет и капли сочувствия. И тогда мне пришлось снова взяться за расследование, — призналась Стелла. Ронда усмехнулась и посмотрела на Алана, решив рассказать ему остальную часть истории. — Она нашла меня, ведь у меня тоже есть вопросики к Ханту. Вместе мы начали свое расследование. Видишь ли, в его деле, слишком много нестыковок, но так как полиция округа облажалась с Ребеккой, то Хант использовал это, выкручивая обаяние на максимум, доказав, свою невиновность. Таким образом, он и его подружка, отсудили у полицейского округа кругленькую сумму, а себе обеспечили неприкосновенность — произнесла офицер в отставке. Алан обвел взглядом этих двух дам. У него в голове не укладывался только один простой вопрос, который тот без сомнений озвучил. — Но что вы хотите от меня? У вас есть причины ненавидеть Ханта, но что касается меня, не уверен, что должен ввязываться во все это. — Ты уже ввязался, — сказала, как отрезала Ронда. — Мне донесли, что ты проник к нему домой, якобы, чтобы спасти свою подругу. Неужели одна неудача смогла отбить все благородство, и желание спасти ее? Он сжал руки в кулаки и фыркнул, явно испытывая злость, когда она упомянула о Саре. Алан и вправду проник в этот злосчастный дом только с одной целью, но теперь даже не был уверен в том, а жива ли его подруга. Это вызывало беспомощность, а за ней и дикую ярость. — Не надо приплетать сюда Сару. Я даже не уверен в том, где она сейчас. Что вы мне предлагаете? Снова сунуться туда, чтобы условный срок заменили на реальный? Тогда точно не будет шансов спасти ее. Стелла наклонилась ближе к нему и взглянула в глаза. Как и прежде во взгляде виднелась усталость, но между тем, где-то глубоко внутри, была и непоколебимая уверенность, словно она точно знала, что им нужно делать дальше. — Да, ты не знаешь, жива ли твоя подруга. Но поверь мне, если не используешь все шансы, то будешь жалеть об этом всю жизнь. Есть только один способ добраться до него — использовать ту девчонку Эвелин, — жестко произнесла она. Алан вскочил на ноги и всплеснул руками, как будто ему сделали непристойное предложение. Он резко замотал головой, отрицая даже подобные мысли в своей голове. В мире этого парня, нельзя было использовать других, а следовало полагаться только на себя. — В каком смысле? Вы что совсем ополоумели? Как можно ее использовать? Она напугана и совсем запуталась. Что вы хотите? Может быть, похитим ее в отместку и будем пытать? — с сарказмом произнес Алан. — Эвелин — единственная выжившая из всех его жертв, кто точно знает все его тайны, — ответила Ронда. — Я допрашивала ее полгода назад. Она действительно была напугана, и оказалась под влиянием его манипуляционных действий. Но Эвелин была в ту ночь, когда убили дорогого мне человека, и я брошу все силы на то, чтобы тот, кто это сделал, получил по заслугам. Я рискнула карьерой, и готова идти до конца, а на что готов пойти ты, ради той, кто дорог тебе? — Вы не понимаете…. Эвелин у него на крючке, она никогда не предаст его. Я пытался вразумить ее, хотел поговорить, и что теперь? Она исчезла несколько недель назад. Думаете это совпадение? О, нет, уверен, Эвелин снова связалась с ним. Ни я, ни вы, ни кто-либо другой, не сможем помочь ей. Это игра, где все роли уже давно заняты. Жертва, спасатель и преследователь… — И это значит, что нужно повлиять на нее. Мы разговаривали с ее психотерапевтом. У Эвелин пограничное расстройство психики. Она нашла в нем Бога, того, кто пришел и спас от всех ужасов. После тех травматических событий, которые пришлось пережить в детстве, даже маньяк убийца гораздо лучше, чем все, кто были до него, — спокойно обозначила Стелла. — Но что если, появится кто-то по-настоящему достойный? Если удастся вбиться клином в их патологическую связь, сделать так, чтобы та дала трещину. Это позволит Эвелин засомневаться в его намерениях и действиях, а значит, что поможет прийти к мысли, что он не так хорош. После чего, убедить ее дать свидетельские показания, вопрос времени. Увы, Алан, твою подругу уже не спасти. Боюсь, что она мертва, но ты хотя бы узнаешь это наверняка, и сможешь наказать этого психа, — попыталась убедить его Ронда. Он заломил руки за спину, чувствуя едва контролируемую злость, не только потому, что они снова упомянули Сару, но и по той причине, что эти женщины хотели использовать его в своих целях. Это было ровно то же самое, что и делал сейчас сам Хант. Они рассчитывали одурачить бедную девушку на долю, которой выпало и так много сложных испытаний. Однако ее чувства не ставились в расчет, а главное в их действиях главой всего была месть. — Вы обе хотите отомстить. Это чревато последствиями. Подобными делами должна заниматься полиция. Мы не можем устраивать самосуд. Кем вы себя возомнили? Что вы собираетесь сделать, если Эвелин заставит его признаться? — Решать все в рамках закона не получится. Он умело водит полицию за нос, — ответила Стелла. — Но мы постараемся сделать все возможное, чтобы привлечь его к ответственности, и он понесет заслуженное наказание. Я хоть и в отставке, но все равно офицер полиции. — А что будет с Эвелин? — вдруг спросил он. — Разве ей не будет угрожать опасность? Как вообще все это провернуть? Ронда кивнула на папку, что лежала на столе, после того, как Алан поднялся и бросил ее. Кожаная черная папка, хранила в себе всю информацию, которую следовало изучить, прежде чем снова связываться с Блейк. Там были заметки частного детектива, интервью с ее бывший психотерапевтом, а также множество вырезок из интернета и прочая полезная информация. Он взял ее в руки и стал листать, бегло пробегая взглядом, чтобы понять суть того, что хранилось в этой папке. — И что мне с этим делать? — Для начала ознакомиться, после этого мы установим наблюдение за его домом, выясним, где сейчас находится Эвелин. Потом следует установить с ней контакт, попытаться расположить к себе, и как последний рубеж, убедить ее дать показания против него — поэтапно обозначила их план Стелла. Снова сомнения одолели парня. Он не мог согласиться, ведь видел в этом только одну сплошную манипуляцию, которая не позволяла ему так просто втереться в доверие к той, что не могла доверять никому на свете. Совесть пожирала его изнутри. С одной стороны, огромное чувство вины перед Сарой, которая примчалась в этот город по его просьбе, а потом таинственно пропала. Но с другой, была Эвелин, что задыхалась от ужасов, которые пожирали ее даже в реальной жизни. Это был выбор, где любое решение заведомо проигрышное. Они могли рискнуть, воспользоваться информацией, которую нашел частный детектив, а потом начать использовать бедняжку в своих личных целях. Однако много ли в этом всем благородства? — Я не буду участвовать в этом, — твердо ответил Алан, швыряя папку на стол. — Чтобы не сделал этот сукин сын, но Эвелин ни в чем не виновата, пока не доказано обратное. Вы подумали, что будет с ней, если вдруг лишить ее смысла жизни? Она была на грани, пыталась покончить с собой… Я не собираюсь быть пешкой в вашей игре. Нам больше не о чем разговаривать. Не пытайтесь больше приблизиться ко мне. Оставь мне свой номер, я верну тебе деньги, которые ты внесла. На этом все, — с некой грубостью ответил Суонн. Ронда хотела ответить что-то едкое, и попытаться вразумить его, как вдруг уловила взгляд Стеллы, который говорил, что не стоит этого делать. Тогда ей не оставалось ничего как подчиниться. Она скинула ему свой номер телефона, после чего позволила уйти, не вставая на пути. — Вот поэтому я и предпочитаю покер, — фыркнула она. — Офицер Кларк, вам не о чем беспокоиться, — вдруг произнесла Стелла. — Он еще вернется. — Думаете? Не похоже на то, что он из тех, кто меняет свое мнение. Кажется, этот парень высоких принципов. Просто, для меня до сих пор загадка, почему он не согласился? Разве сотни других жизней не стоят одной? Эвелин ведь уже потеряна для этого мира, зачем делать вид, что ее можно спасти? — Это называется максимализмом. Он хочет казаться лучше, чем есть на самом деле. Но каким бы ни было его решение, оно все равно изменится. Нам стоит еще немного понаблюдать. Ронда усмехнулась, для нее все это было всего лишь пафосными речами. Эти две женщины сошлись на огромном личном горе каждой. Одна потеряла своего наставника и учителя, жалея, что перед его смертью, наговорила столько грубых слов. Другая же, напротив жалела, что не сказала своей дочери самого главного. А виноват во всем этом был один монстр, который возомнил себя Богом. Ненависть — вот что объединило их обоих, и теперь стало знаменем, что не позволяло отступить назад.