лес теней

Уже пару уроков спустя я увидела в СВОЕЙ, мать твою, тетради мерзкий желтоватый плевок. К горлу подошла тошнота. Я прикрыла рот руками, а на лице возникла гримаса отвращения. «Какого хуя в моей тетради эта чертовщина?» — разъярённо подумала я. Я посмотрела на Антона, нацепив маску тоски. Парень сжал кулаки и отвёл взгляд. — Может, он спутал твою тетрадь с моей? — виновато промямлил Тоша. — Наверное… — протянула с наигранной грустью я. — Нужно спросить. Я решительно вскочила из-за парты, прихватив тетрадь, но меня тут же схватил за руку Антон. — Не надо! — достаточно громко прикрикнул одноклассник. — Ты же видела его характер. Думаешь, ему будет не всё равно на то, что он перепутал тетради? — А ты чего, струсил? — лукаво улыбнувшись, протянула я. — Если не боишься, то пойдёшь со мной, он сейчас со своей компашкой, кажется, в столовой. Я пошла к выходу из класса, а Антон, явно не хотя, поплёлся за мной. Стремительными шагами я уверенно ворвалась в столовую. Мой взгляд сразу же нашёл Семёна. Он и его шайка вальяжно сидели за длинным столом. Толстяк запрокинул ноги на бежевую, потрескавшуюся столешницу и над чем-то весьма громко смеялся. Мои губы скривились от нарастающего раздражения, а уголки их невольно отползли вниз. Задержав дыхание, я сверлила взглядом самодовольное личико Семёна, представляя как вот-вот размажу его по асфальту, оставляя следы крови. Антон напугано оглядывался, а я быстрыми шагами сокращала расстояние до стола, за которым сидели хулиганы. Ударив ладошкой по столу в паре метров от ног Семёна, я положила тетрадь и чуть отошла, обиженно положив руки на грудь. На звук подлетел Антон. — Тебе чего? — раздражено спросил толстяк. Я глубоко вздохнула, дабы обуздать свой порыв эмоций, и сразу же нацепила маску правильной девочки. — Извини, но могу ли я поинтересоваться, что это такое? — с едва заметным гневом в голосе, ткнув пальцем в тетрадь, сказала я. Парень лениво убрал ноги и начал рассматривать тетрадку с плевком так, словно видел ту впервые. — И чё? — всё так же раздражённо спросил Семён. — Разве можно так поступать? — спросила с обидой я. — А чё не так? Сука приезжая заслужила, — кивнув в сторону Антона, сказал Семён. — Но это моя тетрадь! — прикрикнула я, захлопнув испачканные страницы. Семён внимательно прочитал подпись тетрадки и на секунду округлил глаза. Но он тут же мерзко ухмыльнулся. — И чё? — вновь самодовольно протянул он. Я в недоумении вскинула брови. Толстяк хотел что-то ещё сказать, как вдруг поднял руку шатен. — Сёма, а ты не попутал? — грозно пиля взглядом толстяка, спросил он. — Во-во, не по понятиям, на, — добавил бурят. Семён умолк, его глаза забегали, а сам он как будто чего-то боялся. — Тогда сорян, — тут же скрыв свой страх, скучающе протянул Семён. Шатен цокнул, закатив глаза. Я кинула в Семёна неодобрительный взгляд и, развернувшись на носочках, пошла к выходу из столовой. Когда я уже почти ушла, обернулась и увидела, как Семён, вроде бы случайно, облил Антона компотом. А шайка хулиганов рядом с ним злобно гоготала. Я, сжав кулаки, быстрым шагом вернулась к Антону, схватила его за руку и потащила к выходу. — И чего ты там просто стоял? Послал бы их куда подальше и дело с концом! — гневно прошипела я, отдернув его руку. — Д-да он совсем чуть-чуть на штаны мне попал… Ничего страшного, — пробубнил Антон. Я глубоко вздохнула и с тоской сказала: — Пойдём тогда… Петров едва слышно угукнул, и мы направились в коридор. Спустя некоторое время, перед последним уроком, Семён толкнул Антона в толпу воркующих одноклассниц. Они с руганью расступились, а Антон, не сумев удержаться, ткнулся лицом в грудь Екатерины, которая была точной копией учительницы. Девочка ойкнула, а Антон тут же отпрянул, сгорая от стыда. Я хихикнула. «Надо же было ТАК врезаться! Вот же умора!» — беззвучно смеялась я. — Прости, ты в порядке? — неловко спросил смутившийся Антон. — Я… — растерялась смущённая девочка. — Нет, ну вы посмотрите на него! Неожиданно смущение девчонки переросло в гнев смешанный с чем-то еще. Она тыкнула пальцем в провинившегося. — Облапал меня прямо у всех на глазах! Я сейчас всё маме расскажу! — хитро протянула она. — Тебя из школы выгонят, извращенец. В её глазах было какое-то садистское веселье, словно во взгляде ребёнка, подносящего горящую спичку к майскому жуку. «Но он же не специально! Его жирдяй толкнул» — правосудиво подумала я. — Я нечаянно! Меня толкнули… — попытался оправдаться Антон. — Все видели! Слепых среди нас нет! — подначивала Катя. Она уставилась на окуляры Тоши и радостно оскалилась. Загоготал Семён. — Толкнули? Чё, правда? — с издёвкой сказал он. Я, окутанная гневом из-за несправедливости, возникла: — Да, толкнули! — крикнула я, встав перед Тошей. — Ты же его сам и толкнул! Катя заинтересованно посмотрела на меня и довольно улыбнулась. Семён яростно оглядел меня и легонько оттолкнул. — Свали, — процедил он. Он вальяжно подошёл к Антону и резко сбил его с ног. — Антон! — обеспокоенно крикнула я. — И чё ты сделаешь? — нависая над Антоном, самодовольно спросил Семён. — Слушай, ты… — с гневом начал Антон. Семён издевательски улыбнулся. — Давай-давай, продолжай, очкарик, — с вызовом говорил толстяк. — Чё примолк-то? — Если ещё хоть раз меня тронешь… — тихо протянул Антон. Семён медленно оттопырил палец и ткнул Антона в лоб. — Ну тронул, и чё? — скалясь, спросил он. — БЕЙ ЕГО, АНТОН! — крикнула я, ухмыляясь. Мой крик послужил спусковым курком для Петрова. Он рванул вперёд, да так, что подошвы его обуви отклеились от пола; со всей мощи махнул кулаком прямо в челюсть Семёна. Картина была прекрасной и ужасающей одновременно. Нужно было уходить, но его обступили дружки Семёна. — Стопэ! — недовольно протянул шатен. — Э, на! — буркнул бурят. — Лилия Павловна! — крикнула Катя. — Лилия Павловна, Петров Бабурина ударил! «Ах ты ж!» — пронеслось в голове. Щеки Семёна стали ещё краснее, чем ранее, а прыщи побелели, словно головки личинок. Но на его губах промелькнула ухмылка. Он подошёл к Антону вплотную. Даже до меня долетела вонь, исходящая от Семёна. — Тебе пиздец, — устрашающе сказал тот. Он развернулся и ушёл. Я облегчённо вздохнула, схватившись за сердце. Но, взглянув на лицо друга, моё облегчение в мгновение ока испарилось в воздухе. Парень будто бы уже собрался купить себе гроб. Тихонько я подошла к нему и положила руку на плечо с сочувствием. — Ты как? — спросила я. — Да так. Всё нормально… — устремив взгляд в окно, сказал Антон. Я легонько ткнула его в бок локтем, в попытках приободрить друга. — Да ладно тебе… Хочешь, задержимся, чтобы их не встретить, м? — спросила я, легонько улыбнувшись. Антон посмотрел на меня и нервно кивнул. Я усмехнулась. Как мы и хотели, после занятий специально задержались подольше в коридоре. Семёна не было на последнем уроке и, думаю, это к лучшему. Пока школьники с шумом и смехом расходились по домам, я и Антон стояли у окна. Антон делал вид, что перебирает учебники, а я просто внаглую пялилась на лес, пытаясь разглядеть там что-то сверхъестественное. Во дворе и на участке у школьных ворот Семёна и его шайки не было. Шум детских голосов ушёл на первый этаж. Неожиданно Антон перевёл взгляд на доску объявлений. Он чуть испуганно пялился туда. — Привет! — сказал чей-то приятный женский голос у нас за спиной. Я обернулась. Сначала мой взгляд упёрся в чёрный футляр для скрипки. Потом я заметила, что его держит наша одноклассница. Чёрные волосы, такой же длинны как у меня, и голубые, как океан, глаза. На уроках она сидела за первой партой второго ряда, несколько раз я замечала, как она смотрит на Антона. И он украдкой посматривал на неё. Все перемены она оставалась в классе и либо глядела в окно, либо рисовала что-то в зелёном блокноте. — Здравствуй, — робко поприветствовал девочку Антон. Он резко покраснел и притворился, что рассматривает узор на дощатом полу. Я поджала губы, в груди что-то кольнуло, но я лишь улыбнулась и сказала: — Привет. Белоснежка улыбнулась в ответ. — Круто ты ему врезал! — восхищалась она. — Это вышло случайно. Почти… — неловко сказал парень. Он начал рассеянно складывать учебники в рюкзак. — Ага, случайно! — хитро протянула я. Девочка перевела взгляд на меня. — А ты молодец, — обратилась она ко мне. — не струсила. Ты очень смелая! От неожиданной похвалы я тоже слегка покрылась румянцем и лишь неловко кивнула. — Вроде, Семён раньше таким не был, — задумчиво начала девочка. Скрипичный футляр бился об ее колени. — Он к нам недавно перевёлся. Бабушка его мне по секрету рассказала, что он словно взбесился… Семёна даже старшеклассники побаиваются, представляете? Антон сглотнул. — А вы вот не струсили… — протянула девочка. Антона замычал. Мне не понравилась реакция Петрова на девочку, но говорить я этого не стала. — А вы оба за рекой живёте? — напряженно спросила она. — Да, — последовал мой ответ. — Там, наверное, страшно… — беспокоясь, сказала одноклассница. — Да ещё и через лес идти… Я бы так не смогла. Антон поёжился. — Да не так уж там и страшно, — солгал Петров. Я усмехнулась. «Ага, как же!» — А что тебя так пугает? — спросил Антон. «Семён и гнилые его зубы» — пошутила в голове я. Немного помолчав, она вдруг улыбнулась. Словно смахнула наваждение. — Да так… Ничего. — сказала она своим ласковым голосом. — Меня, кстати, Полина зовут. — А меня — Антон, — непринужденно представился Тоша. — А я Варя, — улыбнувшись, сказала я. Полина мило улыбнулась. Антон вновь покрылся румянцем. В груди кольнуло. Не выдержав всего этого, я решила пойти покурить. Чуть привстав на носочки, прошептала Антону: — Встретимся у повешенного, как договаривались! Там будет ждать Алиса. Я помахала новой знакомой и убежала к выходу. Спустя пятнадцать минут я уже стояла возле уличных ворот. Обогнуть школу получилось довольно шустро. На школьном стадионе верёвочная сетка футбольных ворот вздувалась и опадала. Где-то рядом шумел невидимый трактор, спугнувший стаю каркающих ворон. Оглядев местность, я увидела того самого повешенного, но помимо него там были и ещё надписи: здесь был бяша, цой жив… Я судорожно опустила портфель на снег и начала копошиться в нём. Почувствовав на себе чей-то взгляд, я обернулась, но было совершенно пусто. Опешив, я вновь продолжила рыться в портфеле. И вот я победно достала находку: пачка сигарет и зажигалка. Мои волосы растрепал холодный ветер. Я облокотилась о стену и достала сигарету из маленькой коробочки с угрожающей картинкой. Мимолётные секунды и серое облако дыма вылетает на улицу. Внутри всё стало успокаиваться, здравое мышление постепенно возвращалось ко мне. Я облегчённо выдыхала дым от сигарет. Где-то в глубине разума я понимала насколько это вредно, но моменты наслаждения и блаженного успокоения не давали забросить это дело. Найти сигареты легко: подойти к обыкновенному нетрезвому мужчине, сунуть ему денег побольше, и он без вопросов купит. Через несколько минут я услышала, как кто-то идёт, и в ту же секунду выкинула сигарету. Окурок пару мгновений искрился на снегу, пока я не затоптала его носком ботинка. Я увидела Антона. Парень медленно шёл, словно не понимая то ли это место. Увидев меня, одноклассник облегчено выдохнул и подошёл ко мне. — Ну, как там с Полинкой? — обиженно спросила я. — Да никак вроде… — неловко сказал Антон. Я, лишь обиженно хмыкнув, отвела взгляд. Как вдруг что-то послышалось: — Ближе… Мы с Антоном переглянулись. Я не сразу поняла, откуда звук. Взгляд заметался по безлюдному закутку на задворках школы, по окнам, отражающим солнечный свет, по снегу. Вдруг я заметила странный сугроб, который был совсем рядом с нами, и начала буравить тот взглядом. Этот сугроб задрожал, и оттуда кто-то выскочил прямо на Антона. — Отдай своё сердце! Это была Алиса. Она грациозно поклонилась, наслаждаясь произведённым эффектом. Снежок серебрился на её шубке. Лисичка звонко захохотала. — Отпор не дал — сердце потерял! — пошутила она. Она смеялась так задорно, что мы с Тошей невольно заулыбались. — Да ну тебя! — отмахнулся Антон. Он, зачерпнув горсть снега, скатал снежок и зарядил им прямо в лису. Она попыталась уклониться, но было слишком поздно: снаряд парня угодил в плечо. — Ах ты ж! Гадкий мальчишка! — возмутилась плутовка. — Да, вот такой я! — самодовольно крикнул Антон. От его напыщенного лица я невольно хихикнула, но почти сразу же помрачнела. «Стоп. Раз она тут с самого начала, стало быть, она увидела как я…» — пронеслись тревожные мысли. Я со страхом посмотрела на Алису. Она словно почуяла мой взгляд на себе и подмигнула. Думаю, она намекнула на то, что всё в тайне. Я облегчённо вздохнула. Лиса начала вооружаться. — Ты хитёр, да мы хитрей! Ловок ты, да мы ловчей! — крикнула лиса, кидая ответный снежок в Антона. Антон хотел пригнуться, но поскользнулся и упал на колени. А пока он поднимался, снег прилетел прямо в лицо. — БЛЯТЬ! — неожиданно и громко выругался Антон. Я, согнувшись, громко засмеялась на всю улицу, держась за живот. Алиса подошла к парню и протянула ему руку. — Да ладно тебе, — виновато начала она. — Не больно же совсем. Она принялась отряхивать его воротник, взяла за локоть и помогла встать. Аккуратно сняла его очки и сдула с них снежинки, а затем протянула обратно. — Желаете отыграться? — с задором спросила Алиса. — Мы хотели поискать Вову, помнишь? — спросил Антон, нацепляя очки. — Лучше поторопиться, а то меня родители станут искать. Родители… Надеюсь, отец не будет паниковать из-за того, что я чуть позже приду домой. Лиса демонстративно зевнула. — Родители… — протянула она. — Как скучно! Да не будь таким занудой! Давайте чуть-чуть поиграем! — И впрямь. Тоша, соглашайся! — воскликнула я, хлопая в ладоши. Антон посмотрел на меня неодобрительно, а позже вновь взглянул на лису, та задёргала мохнатой лисьей бровкой. Петров неискренне хохотнул, но, вздохнув, одобрительно кивнул. Мы радостно переглянулись с лисичкой. Засмеявшись, Алиса махнула подолом и побежала к дороге, по которой мы шли в школу. Я побежала за ней, попутно хватая снег. Что-то разожгло во мне азарт, опьянило. Из всех сил я хотела поймать лису. Антон сравнялся со мной, он тоже был вооружён снежками. Вот показалась знакомая улица с деревянными столбами. Фигурка Алисы маячила впереди, дразнилась, но швырнуть в неё снежок с такой дистанции я бы не смогла. Я же не снайпер какой-то. Вдоль расчищенной дороги замаячили искалеченные морозом берёзки. У деревьев высился огромный снежный холм. Возле рощицы бегала милая собачка, та, что тоже была с нами утром. Принюхавшись, она пометила голые кусты смородины и шустро засеменила к другим. Алиса вынырнула из-за холмика. — Жулька! За мной, девочка! — крикнула лисица, позвав собачонку. Собака подняла уши, одобрительно гавкнула и побежала следом. Мы мчались всё дальше, изредка обмениваясь снежными залпами, хохоча и спотыкаясь. Лиса юркнула за исполинскую сосну, явно намереваясь незаметно подобраться к нам со спины и насыпать снега за шиворот. Это был действительно хороший план, однако Жулька выдавала её с ног до головы. Антон тоже спрятался за деревом, а я залезла в куст чуть позади. Он насадил на сучок свою шапку и поднёс к сосне. Вынырнул с другой стороны и пульнул в Алису снежок. Но он забыл про меня. Вскочив, я, словно профессиональный стрелок, метнула белоснежный комок прямо в лопатки друга. Тот ошарашенно обернулся, а я звонко рассмеялась. Антон тоже начал смеяться. Лес наполнился детским смехом и звонкими голосами. — А давайте сыграем в кое-что поинтереснее? — хитро предложила она. Плутовка кинула в нас снег и кинулась за деревья. — Раз-два, прилети сова, — начала петь лиса. — Три-четыре-пять, время поиграть! Мы двинулись к бурелому. — Шесть да шесть, дыбом волчья шерсть, — продолжала лисица. — Семь-восемь, бьём копытом оземь… Антон бросился туда, где ветки схлёстывались. Я рванула за ним. Парень раздвигал их. Ветки пружинили в лицо, но не били, а скорее щекотали. Голос Алисы плутал за деревьями. — Хороший зайчик! Хорошая ласка! — взбудораженно кричала лиса. — Я тебе дам зайчик! — смеясь, крикнул Антон. Я лишь слегка усмехнулась. Яркая лисья шуба мелькнула возле трухлявого пня. Мы устремились туда, перепрыгивая через ров. — Для медведя, для лисы — зайчик, кушать принеси! — не унималась плутовка. — Для волчонка, для совы — ласка, мясо нам найди! Мы ориентировались по лаю Жульки, что не отставала от хозяйки. Вдруг Антон начал ускоряться, но я не отставала от ребят. Алиса скидывала с себя одежду на бегу. Как шкуру. Антон зубами начал стаскивать варежку. Я потянулась сбросить шапку, скинуть всё, что мешало бежать по лесу. Одноклассник швырнул рюкзак в сугроб и ещё сильнее ускорился. Я же скинула шапку, и мои чёрные косички откинулись назад, пряди поддались порыву ветра и взвыли в воздух. Мои силы словно увеличились, и я тоже начала набирать скорость. Как вдруг Антон остановился. Я, опешив, тоже притормозила. Он вернулся за рюкзаком. Я задумалась: «И что же я творю… Я сейчас в самом деле собиралась раздеться в зимнем лесу?» — мои глаза устало закрылись. Собравшись с мыслями, я подошла к Антону. Парень о чём-то задумался. Я услышала противный, до ужаса знакомый голос позади нас: — Куда так скачешь, чмошник?