лес теней

Светает. Беззвучно, не торопясь, будто боясь, что его могут заметить, всходит солнце. После ночной истерики трудно было встать наутро. Я медленно открыла опухшие глаза. Пару минут просто продолжала смотреть в потолок. После чего я медленно убрала одеяло и спустила ноги с кровати, приняв сидячее положение. Я протёрла ладонями глаза и неохотно начала собираться в школу. После того как я почистила зубы и умылась, я подошла к шкафу и распахнула скрипучие дверцы. Из шкафа я достала школьную форму и тут же надела её на себя. Волосы собирать не стала. Сложив нужные учебные принадлежности в рюкзак, я нацепила его на плечо и вышла из комнаты краткими шажками. Зашла на кухню. Отца там не было, наверняка уже на работе. Я облегчено выдохнула и, приготовив себе бутерброд, быстро умяла его. Одевшись в верхнюю одежду, вышла из дома… Я заметила, что дома не было шапки. Совсем забыв про неё, я пришла вчера домой даже не подумав о том, что сказал бы на это папа. Но отец не заметил пропажи, его мысли были заняты тем, как отругать меня за опоздание. Мягко мерцает, переливается иней на берёзах, на береговых ольхах колышутся шишечки и серёжки, в воздухе искрятся блёстки снежинок. На елях белеют снежные шляпы. На горящих красной медью соснах скользят солнечные блики. Я шла медленно, смотря куда-то в даль, но резко затормозила, когда увидела какую-то фигуру в кустах. Крупный заяц нежданно выскочил из куста можжевельника. Он смотрел на меня и не шевелился. Заяц казался почти голубым. Было видно, как шевелится шерсть на спине, и вздрагивают длинные уши. — Зайчик, кушать принеси!!! — пронеслось эхом издалека. Я вздрогнула, вспомнив про другого «зайчика». «Антон! Что же с ним?» — задумалась я. Я начала резво оглядываться, подумав, что позади меня мог быть Тоша, но там было пусто. Вернув взгляд назад, зайца там я уже не увидела. Громко застрекотали сороки. Тихие шелесты осин долетали из глубины леса, звучали в тиши, как аккорды какой-то неведомой, душевной мелодии, музыки, навевающей покой. — Варя! — крикнул кто-то позади меня. Я вновь обернулась и увидела Антона. Парень бежал ко мне, параллельно махая руками. Я, округлив глаза, пыталась проморгаться, понять, не сон ли это. Друг, запыхавшись, подбежал ко мне и схватился за бок. Я смотрела на него с недоверием. Словно он мог быть очередной обманчивой иллюзией леса. — Привет… — неловко протянул парень. Я посмотрела на его переносицу, там были… очки? Те самые, что вчера забрал Семён. — Антон, ты куда вчера пропал?! — испуганно спросила я. — Да вот… Алиса вчера сказала, что знает, где Вовка, и привела меня к гаражу. Гараж этот был тёмный прям как тот, про который Рома рассказывал. Но я испугался… И убежал… — замявшись, выпалил Антон. — А очки? Откуда они? — спросила с подозрениями я. Петров испуганно оглянулся. — На окне вчера нашёл… — точно что-то сокрыл он. Я покосилась на него, однако ничего не сказала. Мы отправились в школу вместе. Вся дорога прошла молча. Через пару минут мы были в школе. Возле доски объявлений вновь столпилась куча школьников. В просвете между детскими затылками я узрела чёрно-белое знакомое лицо. Это был не Вова — его фото висело совсем рядом. Семён… ВНИМАНИЕ! ПРОПАЛ РЕБЁНОК! Бабурин Семён, 13 лет. Ученик 6 «Б» класса. 16 января утром ушёл в школу и до настоящего времени его местонахождение неизвестно. Приметы: рост 155-160 см, глаза серые, волосы каштановые, тучного телосложения. Был одет: тёмно-коричневая дублёнка, бежевый шарф, чёрная норковая шапка, сапоги Аляска. Фотографию Бабурина поместили на доску объявлений как музейный экспонат. Мы испугано переглянулись. Войдя в класс, сразу же прошли к последней парте. В тишине, ведь одноклассники почему-то резко притихли. Я неодобрительно глянула на них. Взглянув на Антона, я увидела, как тот стиснул кулаки и уставился на парту. Впереди стоял пустой стул Семёна. Петров как-то странно смотрел на место одноклассника. Я схватила его за руку и неодобрительно помотала головой. Антон, прикусив губу, сел за парту. Одноклассники вновь продолжили разговоры. — Бабушка Бабурина такой кипиш устроила, когда он домой не явился. — доносились сплетни Кати. — Сначала в школу прибежала, потом ментов вызвала. Да-да-да! Смирнова с хитрой ухмылкой посмотрела на меня, а потом на Антона, после чего склонилась к соседке и что-то зашептала. Петров поймал на себе её взгляд, а позже и её соседки. Все мальчишки и девчонки испуганно заозирались в нашу сторону. Антон напрягся. Хулиганы повернулись и тоже молча уставились на нас. Ромка оглядел меня, остановив взгляд на волосах. Я вопросительно посмотрела на него, но он лишь отвернулся. Однако Бяша продолжал смотреть на Антона, а точнее на его переносицу. На очки, что вчера пропали. Он молчал, после чего отвернулся. Антон сжал металлическую линейку в дрожащих руках. — Не надо быть Коломбо , чтобы догадаться… — начала хитро Катя. — Кто на Бабурина зуб имел? Кто его вчера ударил? Поиздевался, а после… Варя, отсела бы ты, а то вдруг будешь следующей жертвой! Металлическая линейка, что сжимал Антон, выпала из его рук, и звон от ее падения заставил одноклассников встрепенуться. Сплетница осеклась и как-то боязливо съёжилась. Заскрипели стулья, одноклассники отодвигались от нас поближе к выходу и учительскому месту. Я устало вздохнула, прикрыв глаза. Ромка и Бяша презрительно поморщились. — Да прикуси ты! — недовольно начал Бяша. — Бабурин, небось, с бабкой посрался и сдымил, на. Скоро найдётся. — Найдётся, ага, — с недоверием протянула Смирнова. — В овраге со вспоротым брюхом! Антон сглотнул. Я схватила его за руку и обеспокоенно взглянула. Парень покраснел. Я почувствовала на своём затылке чей-то буровящий взгляд, но не обратила внимания. Дверь скрипнула — в класс вошла плавно, точно каравелла, Полина. Антон выпрямился и убрал мою руку. Я гневно взглянула на девочку, но та, даже не обернувшись, села за парту. Задребезжала трель звонка, извещая о начале урока. — Так, заканчиваем бардак. Дети, встаньте, — устало сказала Лилия Павловна, поправив очки. Мы нехотя поднялись и тут же упали вновь. Учительница прошла к своему столу, а за ней в кабинет вошёл милиционер при параде. Я чуть привстала, дабы разглядеть мужчину. Высокий, с пронзительным взглядом. В моих глаза загорелся огонёк, прямо как в детстве. Я с восхищением глядела на мужчину. — Кхм… Здравствуйте, — прокашлявшись, поприветствовал нас милиционер. Класс хором поздоровался. — Познакомьтесь — это старший лейтенант Константин Владимирович Тихонов, — представила мужчину учительница. — Он задаст вам несколько вопросов и проведёт небольшую лекцию по безопасности. Я всё так же не сводила глаз с мужчины, Антон же вопросительно смотрел то на меня, то на Тихонова. Одноклассники тоже оживились. А Петров как-то испуганно смотрел на лейтенанта. Я поймала карие глаза мужчины, что остановились на нашей парте. Посмотрела на Антона — он вздрогнул. — А правда, что Бабурина маньяк убил? — не унималась Катя. — Екатерина, ну-ка цыц! Вопросы здесь взрослые задают, — угомонила одноклассницу учительница. — Просто нам всем страшно… — с наигранным испугом продолжала Катя. — Может, убийца бродит где-то рядом. Или сидит у нас за спиной… Или рядом с кем-то. Правда, Варя? Хитрый взгляд кинулся на меня, а потом на Антона. Я испуганно посмотрела на Смирнову. Тихонов уловил наши переглядки. Мужчина шагнул в проход между рядами и медленно пошёл, касаясь пальцами спинок стульев. Ученики почти что сворачивали себе шеи, пристально наблюдая за милиционером. Антон сжал зубы и его начало потряхивать. «Чего это он так боится?» — пронеслось в моей голове. Подойдя к нашей парте, Тихонов строго спросил: — Петров Антон? Варвара Рязова? Мы закивали, только вот я с восхищением, а Антон с испугом. — Я ничего не знаю. Я тут не при чём… — неожиданно начал оправдываться сосед. Я непонимающе взглянула на него. — А тебя никто и не обвиняет! Пока что, — протянул лейтенант Тихонов. Он положил на нашу парту папку с надписью «Дело», неторопливо открыл её. Я заметила бумаги и фотографии. На снимках были следы на снегу, кажется, звериные. — Вы, ребятки, с Семёном Бабуриным общались? — строго спросил нас лейтенант. — Я знал его всего одну неделю, — начал Антон. — Все знают: Петров его ненавидел! — перебила одноклассника Смирнова. Антон покраснел и робко произнес: — Мы повздорили вчера. Но он первый начал! Я его ударил, — серьёзно признался Антон. — Сильно? — спросил Тихонов. «Ну не настолько, чтобы он умер…» — пошутила у себя в голове я. — Да нет. Так… — пробубнил Антон. Он неопределённо махнул рукой. Тихонов с подозрением посмотрел на кулак Антона, а затем на меня. — А ты? — спросил милицейский. — Что я? — Что делала с ним? — строго спросил мужчина. Я вопросительно посмотрела на милиционера, но неожиданно за меня вступился Антон. — Я её провожал просто! — чуть покраснев, ответил Тоша. Тихонов с подозрением посмотрел на нас и кивнул. Мужчина выудил из папки тетрадь и шапку. Мою шапку, что я выкинула, когда гналась за Алисой. — Это ваше? — спросил он, протягивая нам вещи. Антон отвёл взгляд. Я кивнула. Взгляды одноклассников впились в нас. — В лесу нашли. Там же тракторист, что снег убирал, в последний раз видел Бабурина, — скептически протянул мужчина. Антон растерянно моргал, а я просто пялилась на находки. Петров посмотрел на двоицу хулиганов, но за спиной Тихонова Ромка прикоснулся указательным пальцем к губам. Парень притворился, что ковыряет в носу, когда лейтенант быстро обернулся. Антон судорожно поправил очки. — Так что вы вчера делали в лесу? — спросил у нас мужчина. — Я же говорил: провожал Варю. А живём мы с ней в лесу, нам по пути. Тетрадь могла выпасть легко… — уверенно соврал Антон. «Между прочим, это Ромка оставил улики» — подумалось мне. — Будьте осторожнее, — лишь произнес Тихонов. Он кинул на меня неоднозначный взгляд и вернулся на место к учительнице. — Класс, а сейчас лейтенант расскажет о правилах, которые вам необходимо соблюдать, — обратила внимание подопечных на себя Лилия Павловна. — Итак… Кто там что хотел узнать? — спросил мужчина у всего класса. Лес рук взвился над партами. Дети галдели, забрасывая милиционера вопросами. А я решила, что подойду к лейтенанту после урока. Он двинулся к доске, а серая папка осталась лежать перед нами. Я, не отрываясь, слушала мужчину. Как только он отвернулся к доске, Антон распахнул папку. Я вопросительно посмотрела на парня, что перебирал ее содержимое. — Что ты делаешь? — неодобрительно прошептала я, чуть придвинувшись к соседу. Парень лишь приложил указательный палец к губам, как сделал это Ромка, а затем достал фотографию маленькой девочки. Ксения Талалаева, шесть лет. Ушла из дома, ага… Ещё одна пропавшая девчонка. Он перелистнул документы. Владимир Матюхин. Десять лет. Вторая жертва. Неожиданно Лилия Павловна кашлянула, призывая к дисциплине расшумевшихся учеников. Антон одёрнул руку, и папка закрылась. Я посмотрела на лейтенанта, он всё ещё выводил что-то на доске. Я тихонько ткнула локтем друга. Парень, убедившись, что за нами никто не наблюдает, открыл папку снова и вынул фотографии, что прятались на дне. На снимке я увидела гараж. Мы с Антоном, скривившись, переглянулись. Сглотнув, мы принялись рассматривать фотографию. От чёрной постройки тянуло могильным холодом. Антон испугался. Я же вспомнила его рассказ про гараж, Алису и Вову. Пальцы парня дрогнули, и фотография вернулась назад в папку. На дне ее лежал ещё и целлофановый пакет, в каких хранят вещдоки. Антон открыл его, а внутри… отрезанный палец! Я скривилась и, прикрыв рот ладошкой, отвернулась, сдерживая тошноту. Я вернула взгляд, но пальца уже не было. На месте человеческого обрубка был перстень. Печать Семёна, которой он хотел зарядить Антону… Перстень тускло блестел на ладони парня. Он сжал улику в кулаке. Как вдруг Тихонов тихонько стукнул по столу. От неожиданности я клацнула зубами, а Петров вжался в спинку стула, затравленно моргая. Милиционер сгрёб папку, сказав: — Больно вы уж любопытные! — строго протянул Тихонов. Антон протянул сжатый кулак с кольцом и затарахтел: — В-в-во… — Как говорится… — начал Тихонов. — меньше знаешь — крепче спишь. Он пошёл к доске, не оглядываясь, а Антон всё так же сжимал улику. — И ещё раз… — начал лейтенант. — Если вы заметите в посёлке кого-то подозрительного — сразу сообщайте в милицию. Одноклассника мы вашего найдём. Мысли переключились на подозрительных личностей. А вдруг я ещё совсем вчера общалась с убийцей? Стояла с ним рядом. А вдруг я вообще живу с ним… И насколько подозрительной была Алиса, что ходит в маске и раздевается, бегая по лесу? Но разве могла она причинить вред здоровенному Семёну? Нет. Бред какой-то! Антон о чём-то задумался, а Ромка грозно глянул на него через плечо. Тихонов попрощался с Лилией Павловной и вышел. «Чёрт! Я же хотел поговорить с ним…» — огорчилась я. Зазвенел звонок. Классная руководительница прошагала в дверной проход. За ней следом вышла Полина. Ученики разом притихли. Они следили, как мы с Антоном идём по проходу. Мы протиснулись сквозь баррикады парт. Петров словно искал кого-то. Мы наткнулись на хулиганов. Рома и Бяша караулили нас у расписания. — Я в тебе не ошибся, Тошик, — довольно начал Рома. — Пацан! Не спалил, как мы чуть было свинью не забили. — Это повело бы милицию по ложному следу. Наверное… — замялся Антон. — А вы точно не имеете отношения к исчезновению Свин… Семёна? Из-за осечки Тоши я чуть хихикнула. Ромка подозрительно глянул на одноклассника. — Мы-то нет, а вот ты? — с подозрением протянул Пятифан. — Помнишь, как срулил от нас в потёмках? — Ага! Я такой говорю: очкарик — зверь, — начал Бяша. — Ща жирного нагонит и кокнет, на! — Не так ты сказал! — возразила я, обиженно сложив руки на груди. Бяша фыркнул, с обидой отвернувшись. — Базаришь, Варька аж вся на иголках там была, — ухмыльнувшись, лукаво произнёс Ромка. Я плеснула в Ромку стальным взглядом, тот демонстративно поднял руки вверх. Антон вопросительно на меня посмотрел, я лишь непричастно улыбнулась. — Однако мы тебе верим. А ты нам? — спросил Рома. Он серьёзно взглянул Антону в глаза, и парень закивал. — Вот и славно, — довольно протянул Пятифан. Шатен с подозрением оглядел коридор. Дети поглядывали на нас, шептались. — Что ж, Сёма пропал, это правда, — пониженным тоном сказал Ромка. — Как и факт, что не просто пропал, а, скорее всего, уже сдох. Бяша нервно передёрнулся. — А ты-то откуда знаешь? — встряла я. — Дык! Мы за это уже тёрли: здесь такие случаи не впервой. Думаешь, Вова и Сёма в Нарнию попали? Посидят в лесу с карамелью за щекой и назад пришлёпают? — спросил Рома. — Ясно же, кто их к себе прибрал. — Неужели чёрный… — недоговорил Антон. — Маньячелло! — неожиданно выкрикнул Бяша, перебив Антона. — Бля буду! Это всё местный Чикатило, на. — Вычислить бы ещё кто он такой… — задумчиво протянула я. — Ну, если этот убийца Бабурина завалил — он и по нашу душу явится, отвечаю, — заговорчески пробубнил Рома. — Слушайте, пока Тихонов лекцию читал, я в его папку тайком заглянул… — настороженно оглядываясь, тихо поделился Антон. — Там лежало кое-что… Печатка. Сёмина печатка. И я её того… прихватил. — Да ладно! А ну закежь! — с интересом сказал Бяша. Парень воровато оглянулся, а затем аккуратно показал украденный перстень. Бяша присвистнул. Рому информация не впечатлила. Он лишь мрачно кивнул. — А ещё там фотография была… с гаражом чёрным… — протянул Петров. Бяшу словно ударили под дых. Он отшатнулся, рукой заслонил лицо. Ромка закатил глаза и выругался: — Бляха, опять двадцать пять… — устало протянул парень. — Ну, спокойно, братан, спокойно. Я, вспомнив то, как шугается Бяша от чёрного гаража, приложила к губам указательный палец, призывая Антона к молчанию. Тот тихонько кивнул. — Будем вместе держаться, и всё будет как по маслу, — улыбнувшись, воодушевился Ромка. — Мы вчетвером как Вольтрон. — А разве их там не пятеро было? — хихикнув, спросила я. — Ну, считай, мы покалеченный Вольтрон, — пожал плечами Пятифан. Он кивнул мне совсем по-взрослому, а его глаза были полны тревоги и грусти. Сердце почему-то бешено застучало, а щёки покраснели. — Ладно уж, хотели вас на одно дело позвать, но боюсь нашей «правильной» Варьке не понравится наша идея, — хитро ухмыльнувшись, протянул Ромка, точно издевался. Показывал, что ему известно немного больше, чем остальным в компании. — Бывайте! — Что за дело? — пригвоздила к месту парня я. — Пойдёмте. Антон странно посмотрел на меня. Ромка, усмехнувшись, поманил нас пальцем, и мы пошли за ним по сумрачным туннелям школам. Мы затаились в темноте у спортзала, а хулиганы начали потирать костяшки, глядя на выходящих из раздевалки мальчиков. Наконец Бяша ткнул пальцем в кого-то из толпы. — Вон этот лох! — крикнул бурят, указывая на какого-то парнишку. Ромка опасно заулыбался и кинул прокуренным голосом: — Стойте на стрёме. Если кто-то из училок объявится — дайте знать. — Глядите в четыре глаза, на, — злобно ухмыляясь, кинул Бяша. Мы встали с Антоном на углу. В закутке позади Ромка переговаривался с пятиклассником. — Ты чё, не понял? Может тебя на счётчик поставить, ушлёпок майонезный? — угрожал Рома мальчугану. Мальчик едва не хныкал, что-то доказывая, но Пятифан, возвышавшийся над ним, гнул свою линию, забористо бранясь, а Бяша лишь изредка поддакивал. Я заметила, как какой-то высокий старшеклассник пялился то на меня, то на Ромку. Заметив мой взгляд на себе, парень быстро ускользнул из виду. Я недоверчиво смотрела ему вслед.