лес теней

Мысли оборвал Ромка, что неожиданно коснулся моего плеча. Я вздрогнула от этого прикосновения. — Ты слушала? — спросил шатен. — А? Ч-что? — растерявшись, запнулась я. Рома устало вздохнул, потерев переносицу. Антон натянуто улыбнулся. — Говорю, давайте так: я сперва Тоху провожу, а потом уже тебя… — повторил Пятифан. — А, да не надо меня провожать, тут мой отец работает. Мы с ним вместе дойдём, — фальшиво улыбнувшись, проговорила я. Ромка удивлённо захлопал глазами. — Твой батя в мусарне работает? Я думал, мне показалось… — удивился он. Я лишь кратко и тоскливо кивнула, смотря себе под ноги. Ромка с подозрениями вглядывался в мои глаза. Ещё минуту потрепавшись, Рома все думал, можно ли оставлять меня тут. — Ты уверенна? Ты как-то странно реагировала на то, когда Костян хотя бы что-то говорил про твоего отца. Ты нам не врёшь случаем? — с подозрениями спросил он. — Да не вру я! Идите, а то тебе ведь ещё самому домой одному идти, — и вновь притворная улыбка касается губ. — Ну ладно… Будь осторожна! Хулиган подошёл ко мне и заключил в тёплые объятия на пару секунд. После чего ко мне подошёл засмущавшийся Антон и тоже осторожно обнял, почти сразу же отстранившись. Парни, помахав, скрылись в тени деревьев. Они долго оглядывались, следя за моим силуэтом, пока даже их тени не исчезли в полумраке сосен. Я подняла голову. Небо тёмное и кажется, что висит слишком низко, а в середине, круглая и яркая, светит луна, освещая все самые тёмные тропинки. Редкие звёзды мерцают сквозь пелену облаков. Как будто небо тоже мерзнет и не хочет выглядывать из-под своего тёплого одеяла. Я вспомнила, как мы с «друзьями» беззаботно дурачились, как я была к небу столь близка, что казалось, словно я могу дотянуться до звёзд и сорвать их. Облака сине-чёрные, снежные. И в свете луны видно, как медленно и плавно падают снежинки. К утру они вновь накроют землю мягким и пушистым слоем. А небо будет ярко-голубым и вновь озарится солнечным светом. Я опалила дыханием свои зябнущие ладони, пытаясь подарить им хоть каплю теплоты. Нос мой покраснел, как и щёки. Интересно, неужели мой отец даже не сообщил о пропаже в милицию? Я пропала как минимум на пять дней, ничего ему не сказав… Неужто он сам не искал меня? Может, ему просто наплевать? Возможно, мне было бы лучше с ребятами в масках. Может быть мне не послышался голос моей мамы, а она и впрямь была там. Звонко смеясь и рисуя картины, смотрела на то, как они оживали. Неожиданно я услышала, как из участка вышла толпа старшеклассников, что звонко над чем-то смеялись. Наверняка хулиганы какие-то, прямо как Ромка и Бяша. Я обернулась и обомлела, когда увидела своего знакомого. Это был Макс. Он стоял в компании с тремя парнями, проводил рукой по рыжим, как огонь, волнистым волосам. Прикрыв глаза, мальчик смеялся, а на его щеках виднелся багровый румянец. Я, не отнимая взгляда, смотрела на него и на его улыбку, что, как мне казалось, могла осветить даже лесную чащу, в которую не проникал лунный свет. Но я опешила после того, как Максим вопросительно взглянул на меня своими пылающими, цвета изумруда глазами. Я чуть покраснела и понадеялась, что парень не заметит моего смущения. Мальчик улыбнулся во все зубы и вприпрыжку подбежал ко мне, закинув мускулистую руку мне на плечо. Он легонько прижал мою голову к своей груди, что воздымалась с каждым его вдохом. Его друзья вопросительно глядели то на меня, то на Макса. — А ты чего тут забыла? — весело проговорил парниша. — Неужели настолько хулиганка, а? Парень начал трепать мои волосы, я, ещё больше раскрасневшись, быстро убрала его руку от волос. Убрав голову с его груди, я, скрестив руки в обиженном жесте, сказала: — Я вообще-то тут нахожусь потому, что благое дело созидала. Не то что ты! Парень залился смехом. — А это кто? — спросил какой-то парень холодным, как сталь ножа, тоном. Мальчишка, что задал вопрос, был изрядно высоким и красивым. Его лицо почти ничего не выражало, только усталость и недовольность чем-либо. Его голубые глаза изучали меня, а чёрные волосы торчали из-под шапки. Макс радостно хлопнул в ладоши, наконец убрав руку с моего плеча. — А, точно-точно! Это Варька — подруга моя. Недавно познакомились, — позитивно начал он. — Она за любой движ, кроме грабежа. — Да нет же! — возразила я. — Что? Даже на грабёж согласна? Ну даёшь! — пошутил Макс. Я ударила его локтем в живот. Парень рассмеялся и начал представлять своих друзей: — Ну-ну, тише. Вот лучше, познакомься! Этот парниша, что выглядит как напыщенный старикан, — это Вован. Он у нас, конечно, маменькин сыночек, но за друзей любого снесёт! Максим показал на голубоглазого парня, что действительно мимикой смахивал на старика. Вова лишь фыркнул. — Это Никитка, местный сапожник и решала, — продолжал Макс. Он показал на парня лысого и весьма крупного. В его чёрных глазах вспыхнуло возмущение. Был он в белой майке и расстегнутой олимпийке. — Схуяли я сапожник блять? — возник Никита. Я натянуто хохотнула. Действительно, «схуяли?». — А это у нас местный подсирала, но шутник из него неплохой. Звать его — Владик. Макс показал на маленького ростом блондина, под его серыми глазами с правой стороны расплылся, как чернила, фингал. За спиной у парня торчала деревянная бита. Сам он был в тёплой серой курточке. — А теперь ты представься, — чуть подтолкнув меня вперёд, настоял Макс. Нерешительно подавшись толчку, я недовольно глянула на него и, откашлявшись, все же представилась: — Я Варя, я младше вас, однако это не значит, что тупее и менее опытней. Парни удивлённо посмотрели на меня, после чего разом улыбнулись. — А ты куришь? — спросил Владик. — А ты стоишь на учёте уже? — заинтересованно поинтересовался Никита. Они закидывали меня самыми разными вопросами, лишь Макс и Вова молчали. Вова без интереса смотрел в лесную чащу, а Максим смеялся над глупыми вопросами товарищей. Я, пытаясь унять гул, зажмурилась. Неожиданно ко мне подошёл Макс и, взяв под локоть, сказал: — Тише-тише, парни! У неё же сейчас от вашей болтовни голова взорвётся! Будет вам. Ещё успеете наговориться, — прикрыв глаза и мягко улыбнувшись, успокоил друзей Максим. Парень наклонился к моему уху и едва слышно прошептал: — Им можно доверять, но доверишься ли ты? Макс, отступив от меня, наклонил голову и прикрыл глаза, снова улыбаясь. Я вопросительно посмотрела на него, а потом и на окружающую компанию. Я поняла, что он имеет в виду: говорит про мой секрет. Про то, смогу ли я поверить в них и рассказать. Я глубоко вздохнула, сжав кулаки. Парни, замолчав, уставились на меня с интересом в глазах, даже Вова наконец-то отвлёкся от леса и с еле уловимым интересом взглянул на меня. — На самом деле, я скрываю свою, так скажем, настоящую личность… Попрошу вас сохранить мою маленькую тайну! — приставив указательный палец к губам, я мило улыбнулась, протягивая эти слова. Парни удивлённо захлопали глазами, а Макс довольно улыбнулся во все зубы. Как вдруг передо мной выскочил Влад, что держался за сердце с наигранной болью. — Это что сейчас было! Ты выстрелила мне в сердце!!! — кричал он, артистично изображая боль. К Владу подошёл Вова и прописал ему смачного подзатыльника. Теперь уже на лице у Владика была настоящая гримаса негодования и боли. Парень энергично тёр свой затылок, а Вова серьёзно глянул на меня, словно была за ним какая-то ответственность. — Мы никому не скажем, — кратко пообещал он. Я удивлённо уставилась на них. Они, все улыбаясь, смотрели на меня. И мои губы поползли вверх, изображая похожую на их улыбку. Мою настоящую улыбку. Казалось, что эти мальчишки излучали свет. Почему-то они внушали мне доверие. — Кстати, ты сейчас домой? — спросил Макс. — Давай мы тебя проводим! Опасно же девочке в лесу. Я замялась и, смотря в землю, ответила: — На самом деле… Мне не следует возвращаться домой… Поэтому… — я нацепила на себя ненастоящую улыбку и продолжила: — Мне пока что некуда идти. Парни с неким удивление переглянулись. Я заметила, как Вова с каким-то подозрением смотрел на меня и на мою улыбку. Словно он понял, что она ненастоящая и всё это — лишь фальш. Однако это невозможно, я тренировалась долгими годами, чтобы улыбка выглядела максимально искренней. Макс задержал взгляд на Вове и хитро улыбнулся. — А знаешь, у Вовки мать добрая. Может, у них перекантуешься. — предложил он. — Да и сам он парень не плохой. Приличный. Как тебе идейка? Вова вопросительно изогнул брови, буравя голубыми глазами Макса. Я с надеждой взглянула на Вову, скрепив руки в замочке. Тот, поймав мой взгляд, растерянно начал оглядываться. Парень вздохнул и ответил: — Я не против. Я улыбнулась и довольно хихикнула. — Ну что ж, тогда я спокоен! — выдохнул Максим. — Пока, хулиганка. Парень подошёл ко мне и обнял, чуть приподняв от земли. Я растерянно ойкнула. Он опустил меня на землю, и ко мне сразу же подошли Влад и Никита. Они с двух сторон обняли и принялись трепать волосы. Как только те отошли, все трое резво замахали. Я, обиженно надув губы, поправляла волосы, что растрепали знакомые. — Давайте, братки, смотри не потеряй её, Вова! — хихикая, крикнул вдогонку Влад. — Идите уже! — крикнул в ответ, приулыбнувшись, Вова. Улыбка эта его была редкой-редкой, точно он и не хотел вовсе, чтобы ее кто-либо заметил. Мы остались одни. Сразу же отправились куда-то. Я, как неумелый щенок, следовала за Вовой. Чёрными изломанными тенями виднеются ветви деревьев. Настолько тихо вокруг, не слышно птичьих голосов. Только хриплый крик ворон слышится из укромок тьмы. Внезапно Вова достал два скрутка из своего кармана и небольшой коробок спичек. Он протянул мне один из скрутков, параллельно зажимая губами сигарету. Я молча приняла его. Парень достал последнюю спичку и чиркнул ею об коробок. Палочка засияла едким пламенем, и Вова, мгновенно прикрыв рукой скруток, поджёг сигарету и выкинул спичку в сугроб левее от него. Он поманил меня пальцем, и я встала перед ним. — Подкуривать умеешь? — спросил Вова. Я кивнула. Парень чуть наклонился, чтобы мне было удобнее. Я зажала губами сигарету и поднесла её к сигарете друга. Затем сильно втянула воздух из скрутка. Вова молча смотрел в мои глаза, словно пытаясь прочесть мысли. Моя сигарета начала гореть, и я отошла на своё место. Мы продолжили путь. Парень убрал руки в карман и, не отнимая сигарету ото рта, затягивался. Обхватывая мягкую бумагу губами и делая первую тягу, я чувствую свойственную горечь. Выдыхаю никотин после затяжки и с удовольствием расфокусированно смотрю на тлеющую сигарету. Смотрю на то, как дымка от наших сигарет окутывает многочисленные мерцающие огоньки на небе, создавая причудливую и умиротворённую атмосферу. Мы молчим, и мне до боли приятна эта тишина. Иногда для успокоения лучший вариант это молчание и тишина. Я задумалась. В моих воспоминаниях нет четкого очертания внешности моей матери, я только помню, что она была как одуванчик. Такая лёгкая, нежная… Словно небольшой порыв ветерка мог вознести её в небо. Помню, как мама сидела в белом платье и рисовала очередную картину. На холсте бумаги была изображена девочка в маске синички и мальчик в маске зайчика. Я подбежала к ней и воскликнула: «Мама! Они как будто живые! Смотри, синичка кружится, а зайчик прыгает!». В тот момент я прыгала, хлопая в ладошки, и звонко смеялась. Всё ещё помню, как ласково и заботливо тогда посмотрела на меня мама, после чего тоже засмеялась вместе со мной. Папа же в моей памяти в детстве был веселым и беззаботным. До сих пор помню, как он поднял маму на руки и бегал с ней по двору, крича: «Я похитил ангела с небес!». После пропажи матери папа словно сошёл с ума: что-то говорил про маски, про животных и судьбу. Но в кошмарах он всегда кричал: «Уходи, я больше не заяц! Ты не мой хозяин! Убирайся прочь!». Но всё же было так приятно вспомнить те моменты, когда всё казалось вечным… Я, прикрыв глаза, в очередной раз затянулась и улыбнулась, смотря в небо. Спустя пару минут мы одновременно докуриваем сигареты. Вова выбрасывает окурок в сугроб, а я себе под ноги, после чего топчу его. Мы подошли к дому парня. Тот был достаточно большой и выглядел со стороны комфортным. Парень, не задумываясь, заходит в дом, а я, чуть опешив, бегу хвостиком за ним. Дома у Вовы пахнет булочками, а на кухне горит яркий свет. Из какой-то комнаты слышится звук новостей по телевизору. Вова сразу же разувается и вешает верхнюю одежду на крючок. Я решила последовать примеру хозяина. Заметив кучу рисунков возле крючка, что напомнили мне о матери, я встала в ступор и пилила взглядом тоскующих глаз эти прекрасные произведения искусств. Знакомый вопросительно на меня посмотрел. Легонько тыкнув в плечо, парень вывел меня из раздумий. Я ему фальшиво улыбнулась, а тот лишь кивнул в сторону кухни. Он заходит туда, а я, прячась за крепкой, мужской спиной, плетусь следом. — Я дома! — крикнул Вова. За кухонным столом я увидела женскую фигуру. Она явно с аппетитом поедала что-то с тарелки, лучезарно улыбаясь. Я рассмотрела женщину. Её внешность была ангельской. Она словно бы спустилась с небес. Чёрные длинные волосы, что свисали по её бёдра. Ярко-голубые глаза, что светились какой-то мечтой и желанием. Её лицо не покрыла ни единая морщинка. Она покачивала головой в такт какой-то только лишь ей известной мелодии. Она была так похожа на мою мать, что из моих глаз чуть не пошли горькие слёзы! Я помотала головой, пытаясь изгнать иллюзию. Наверное, я так тоскую по матери, что она теперь мне мерещится всюду и в каждом… — Ох, сынок! Ты уже пришёл? Мог бы и дольше развлекаться с друзьями, я же не против совсем! — ласковым голосом протянула женщина. — А я и не без друзей, — скучающе поставил мать в известность Вова. Женщина заинтересованно взглянула на сына, а потом на меня, что еле показывалась из-за спины парня. В мгновение ока она вновь расплылась в улыбке. В ещё более лучезарной и нежной. А глаза её наполнились ещё большим желанием и интересом. Вокруг женщины словно всё заблистало. Она напоминала мне ночную луну, что пыталась одарить своим прекрасным и ярким светом даже самые тёмные уголки. — Ух ты! Какая красивая девушка. Как тебя зовут? — спросила ласковым, навивающим спокойствие голосом женщина. — Я В-варя… — смутившись, промямлила я. Вова, мило ухмыльнувшись, с заботой взглянул на меня и отошёл, открывая обзор на гостью для матери. Я вздрогнула и недовольно глянула на парня, но он лишь хмыкнул и начал смотреть на раковину, насвистывая какую-то популярную песню. Женщина встала из-за стола и подошла ко мне. Она присела на корточки, поправив юбку платья. Нежно взяв меня за руки, мать Вовы спросила: — Ты случайно не рисуешь? Моё выражение лица сменилось. Оно стало грустным и тоскливым. — Да, рисую, — с отчаяньем ответила я. Женщина, наклонив голову в бок, нежно улыбнулась. — Это видно. Я художников сразу распознаю, — протянула ласково, по-матерински она. — Но ты особенная. Мне кажется, что ты сможешь даже оживить картины, а таких людей очень редко можно встретить. Я испуганно посмотрела в загадочные голубые глаза, когда она упомянула «живые рисунки». Я пыталась собрать всю решимость, что есть во мне, чтобы расспросить её об этом подробнее. — А кого вам уже удалось встретить? — сумела произнести я. Женщина сначала удивилась, но тут же, загадочно глядя на мои руки, улыбнулась. — До тебя — никого, — протянула она. — Однако я сама обладаю таким талантом. И тут в голове словно что-то щёлкнуло. Сама? Но раз она сказала, что таких людей очень мало, то возможно ли что?.. Нет, я вновь делаю поспешные выводы! Женщина встала на ноги, не переставая улыбаться, отряхнула юбку и вновь присела за стол. — Думаю, вы устали. Идите спать, — взмахнула рукой она. — Ну да, время реально позднее, — согласился Вова. — Пошли, покажу, где спать будешь. Вова, встав из-за стола, схватил меня за руку и повёл в другую комнату. Я не отнимала взгляда от женщины, что всё так же загадочно улыбалась. Встретившись со мной взглядом, она помахала мне. Парень привёл меня в ту комнату, из которой доносился звук телевизора. Выдернул шнур из розетки, и телевизор тут же умолк. — Вот. Располагайся, — холодным тоном произнёс Вовка. Даже не дождавшись моего ответа, Вова вышел из комнаты, прикрыв двери. Я сразу же плюхнулась на диван от усталости. В голове буквально была каша, и думать ни о чём не хотелось. Я легла, смотря в потолок. Не заметив того сама, я погрузилась в мир снов.