Бабочки живут один день

СИЛКО (ПОВЕСТВОВАНИЕ ВЕДЁТСЯ от этого персонажа) Пау стала привыкать к новым обстоятельствам и даже стала вести дневники. Знаю, не хорошо читать чужие записки, да и я не настолько сентиментален чтобы проникнуться такой ерундой. Но и не мне оправдывать свои плохие поступки, все относительно. Не так ли? Аккуратно, придерживая корешок дневничка, я стал отрывать страничку. « У Силко, уставшие глазки. Он сильно похудел, а лицо его.. какое же слово сказала Севика.. насупилось. Хотя я уже совсем взрослая, Силко приходит вечером читать мне сказки. Добрые и злые, страшные и волшебные. Спустя столько времени, мне удалось почувствовать себя в безопасности и даже больше. В моём прошлом доме, ко мне относились как к ребёнку, но не так как Силко. Брошенный котёнок, вот как меня назвал Вандер. А теперь меня никто не бросит. Я стала совсем взрослой и теперь, буду изучать бомбы, взрывы и конструкцию оружий! Пап . Силко меня в этом поддерживает и говорит, что я вумдеркид . Не знаю, что значит это слово, но наверное что-то хорошее. « Очень бережно, сложил страничку пополам, а затем ещё раз. Прижать бы её к сердцу, запечатать, вбить чернилами. Чтобы, когда Пау станет старше, хранить в сердце её начало и сравнивать с взрослой девушкой, смотреть на прогресс. Словно мастер по дереву, гордится каждым её выточенным движением. Знать, что её движения частично принадлежат мне. Страница дневника сложенная два раза напопалам оказалась в моём внутреннем кармане плаща. Зависим ли я? Вижу ли я в ней себя? я устал, чертовски устал. единственное, что мне известно. — Силко перевёл свой взгляд на окно, на улице уже стояла Севика с парочкой сумок. Мужчина томно выдохнул. Пару неспешных секунд порылся в карманах в поисках зажигалки и порт сигара, измучено улыбнулся и на выдохе произнёс что-то очень не разборчиво себе под нос. Толи «пора уезжать», толи « не переживать», толи «надо решать». Но поскольку, мужчина стал спускаться по лестнице, открыл дверь, а затем скрылся из дома на пару лет, мне кажется, что он прощался с маленькой пау. Которая, уже совсем скоро вырастет. —— Очередная страница дневника Джинкс была заполнена голубым тонким маркером: «Бывало ли в вашей жизни такое, что человек был вам как заноза в заднице. Противная такая, вечно злющая и ворчащая заноза с тупым именем. СЕ-ВИ-КА. К тому же еще и лишенная чувства юмора. Вот и меня она БеСиТ. И не нужно тут нравоучений, вас бы она тоже бесила. Человек вечно допускающий ошибки, который не чувствует и капли сожаления для меня туп. Строит из себя такую важную, пока одноглазый на нее строго не посмотрит. Сразу после этого превращается в такую, тихую, послушную шавку. А еще мне одиноко. Когда я жила с Вай было на кого опереться. На кого положить голову перед сном. Но она меня предала. И поплатилась за это жизнью. От таких мыслей мне захотелось срочно что-то повертеть в руках, поэтому я достала свой пистолет и лениво прокрутила его на большом пальце. Зато, возвращаясь к Севике, Вай была самоотверженной и полезной. Одноглазый, говорил мне : «Проведи между ними параллель, Севика спасла мне жизнь, бла бла бла бла бла бла.» О чем это я. Одиночество это сила, те кто стремятся стать с человеком одним целом-слабаки. Севика стремится подлизать Силко, а Силко. Силко.. Единственный кому я доверю свою жизнь.» На лице девушки выступил едва заметный румянец, «монстром» который держал в страхе Пилтовер и большую часть Зауна, была худощавая девушка с синяками под глазами и длинными голубыми косами, девушка которую легко было смутить вопросом кто же для нее Силко. Ее синие глаза немного дрогнули и она отвела взгляд от дневника, дневник уже был в полете и стремился к полу. Девушка опрометчиво бросила дневник на край стола. И только когда страницы начали разлетаться, Джинкс легла на рабочий стол, попутно смахивая все что было на нем. Ржавые детальки для бомб, канцелярия и даже опасные реактивы в склянках. Брови Заунского монстра взметнулись вверх и встали домиком , на лбу проявилось пару морщинок. Пистолет, который до этого она лениво крутила на большом пальце, оказался в ее правой руке, она целилась в люстру меньше секунды и сделала точный до ужаса выстрел. В синих глазах расширились зрачки и комнату залил плачущий, душу леденящий смех. Он раскатился громом по комнате, а затем разлетелся по коридорам. -Вот и еще одно подтверждение, что нам пользы она принесет не больше чем своей несчастной семейке. - сквозь зубы процедила Севика. Севика поспешно заткнулась, потому что Силко, который шёл рядом с ней кинул на неё взгляд означающий : « ещё один такой выпад и тебе пиздец». Телохранительница Силко была умна и поэтому поспешно свернула на первом повороте в свою комнату. А сам «одноглазый» мужчина ускорил шаг и кроме Джинкс, чей истерический смех продолжал заливаться по комнате, думать не о чем не мог. Он в спешке поднялся по лестнице и нервно постучал в дверь расписанную граффити. Вместо ответа мужчина услышал как смех превращается из исторического в плачущий и из-за этого он дёрнулся. Припадки Джинкс не были для него сюрпризом, но и часто их услышать было нельзя. С возрастом у Джинкс были вспышки странного поведения, Силко справлялся с ними, но глобально решить проблему не мог. Сердце мужчины словно зажало рельсами и он с сильным рывком открыл дверь. Смех стих, из-за силы смеха на глазах девушки выступили слезы-росинки, её руки обхватили живот, а губы растянулись в улыбке. -Папочка- протараторила та, заливаясь смехом. Мужчина, которого Джинкс назвала Папочкой окинул комнату взглядом. Осколки от лампы были разбросаны по всему столу. Руки, которые все еще придерживали живот, местами были покрыты резанными ранами от стекла. Силко метнулся к столу и очень спешно взял на руки девушку. -Господи - полушепотом произнес мужчина, он замер перед столом и посмотрел на лицо заунского монстра. -Бога нет! - девушка рассыпалась смехом и рукой стала вытирать выступившие слёзы. *Будет меня и дальше так пугать, проверит сама* - подумал мужчина, но злится на свою названную дочь не мог. Немного притянув Джинкс к груди, Силко стал направляться к выходу из комнаты Джинкс. К Сиджету. Самочувствие девушки на руках Силко оставляло желать лучшего и та, после того потерлась щекой о грудь мужчины, заснула. Синджет много лет помогал Силко в лабораторных работах, сделав большой вклад в производство мерцания, он принял решение помогать Силко и в других проектах. Синджет относился к Силко с пониманием и некоторым сочувствием, потому что видел метания товарища к Джинкс и воспринимал это серьезно. Поэтому, когда Силко вломился к нему в лабораторию, тот не был удивлён или напуган. Ему даже не нужно было поднимать глаза на дверь, чтобы понять кто стоит в дверях, он предчувствовал. он знал. -Положи её на стол, сейчас осмотрю. - с нескрываемым безразличием Синджет бросил фразу в Силко, но ни на секунду не оторвался от своих склянок. Затем, немного поразмышляв он взял чёрную, кожаную сумку со стола. И все ещё не поворачиваясь в сторону старого приятеля и потерпевшей, стал обращаться именно к последней, его не волновало, слышит она или нет. -Лучшая студентка…- он подошёл к столу -..умная не по годам, но..- он хотел сказать «сумасшедшая» или любой другой синоним этого слова, но рядом стоял Силко. Тяжело дышащий товарищ рядом с ним, всегда был опасен если речь заходила о Джинкс. -..но с своеобразным мышлением..- закончил тот и Силко моментально его перебил: - Можно как-нибудь быстрее с ней разобраться. Пожалуйста. - Синджет доставал из витрин, с отделкой из темного дерева, разные склянки, хлопок (для ранений), специальные настойки и решил (по своему усмотрению) достать особенную настойку с эффектом успокоительного. Одноглазый мужчина не отрывался от девушки с длинными синими косами и взгляд его был жаден. Каждое прикосновение Синджета к девушке сопровождалось ревностным взглядом Силко. Синджет знал. Силко испытывает очень противоречивые чувства к лежащей на железном столе. Одноглазый, конечно, это отрицал, он стыдился любых своих чувств. Страх, счастье, горе, влюбленность, гнев. Все должно быть тихим, так он считал. Синджет хотел помочь товарищу, но не знал на какую провокацию пойти. Врач, ухмыльнулся про себя. Синджет положил руку на бедро Джинкс. А взгляд врача был устремлён к Силко. Мужчина с стрелянным глазом поморщился, словно трогали не Джинкс, а его самого и не рукой, а раскалённой кочергой. Он знал. Это провокация, которая должна была доказать, что у него есть другие чувства к девушке. Больше всего Силко злило, что он был прав. -Хватит - рявкнул половинчатый мужчина, отвел взгляд, моментально встал и поспешил уйти.