Пиар-ход

Узнав знакомый двор, Олег посмотрел на Диму. Со своего ракурса он не видел, спал тот или нет, поэтому тихо позвал: — Дим, вставай. Когда тот поднялся, они вышли из машины, и Олег осторожно взял Диму за руку. Лишь после того, как они вошли в подъезд и поднялись до нужного этажа, медиум еле слышно произнес: — Прости, что так поздно пришел. Слова рвались наружу на протяжении всей поездки, но Олег не был уверен в их компетентности, поэтому молчал до самой квартиры. *** Когда машина подъехала к его дому, Дима даже не сразу понял это, и Олег побудил его подняться. До подъезда чернокнижник шел в смешанных ощущениях, а Олег так же молча шел за ним, только за руку держал в негласной поддержке. Уже возле двери, пока Дима гремел ключами, тот наконец заговорил, обращая на себя внимание. — Я рад тому, что ты вообще пришел. Ты же не мог знать, что такое произойдет, — едва слышно отозвался Дима и прошел в квартиру. *** — Не нужно было тебя вообще одного оставлять, — произнес Олег, когда зашел следом. Он закрыл за собой дверь, отложил в сторону подаренные пакеты и взглянул на спину Димы. Он не мог прекратить винить себя в произошедшем, ведь был способен повлиять на произошедшее, мог прислушаться к своему предчувствию и уделить ему больше внимания. Костя вел себя странно еще до начала съемок и мог планировать что-то уже давно. Последовав за Димой, Олег вымыл руки, умылся и сел на знакомый диван, пока чернокнижник пошел в свою комнату. *** Дима молча прошел в спальню, чтобы снять одежду. От нее хотелось избавиться, в идеале — сжечь. Он не знал, что ответить Олегу. Вины того не было, но медиум действительно жалел, что не оказался рядом вовремя. Костя ведь специально выжидал момент, чтобы Дима остался один, и никто не мог быть к этому готовым. С Димой никогда раньше не было ничего подобного. И Олег не мог постоянно находиться рядом. Переодевшись в домашнее, Дима положил в карман сигареты, взял одежду, в которой приехал, дошел до кухни и без раздумий выкинул ту в мусорный пакет. Открыв окно, он поджег сигарету и закурил. *** Дима вернулся достаточно быстро. Увидев, куда тот направляется, Олег последовал за ним. Ветер из открытого окна тут же пробрался внутрь, освежая комнату. Присоединившись к чернокнижнику, Олег встал рядом и тоже закурил. Спрашивать, что Костя делал до того, как он пришел, Олег не стал. Он и так достаточно увидел и не хотел, чтобы Дима предавался болезненным воспоминаниям. Да и знать все подробности, на самом деле, медиум не горел желанием. — Если бы ты не остановил меня, не знаю, что бы сделал с ним, — произнес Олег на выдохе. *** Наблюдая за происходящем во дворе через окно, Дима углубился в свои мысли. По-хорошему, ему стоило уже сидеть в отделении полиции и писать заявление, но на систему он не особо рассчитывал. Сделав глубокую затяжку, он задумчиво выдохнул дым, наблюдая за снующими внизу людьми. — Я хочу сделать ритуал, — решительно произнес он. — Хочу натравить на него бесов. Ты поможешь? Дима не собирался оставлять эту ситуацию просто так, и если физическая расплата была чревата последствиями, то ритуальный эффект такого за собой не нес. Олег уже избил Костю, но этого Диме было недостаточно. Проклятья работали на эмоциях — чем больше чувств вкладывалось в ритуал, тем большее воздействие он имел, поэтому Дима просил помощи Олега. *** Сделав очередную затяжку, Олег мельком взглянул на Диму. Казалось, его мысли были где-то далеко. Медиум прикрыл глаза, поднес сигарету к губам и чуть не выронил ее, когда услышал предложение Димы. Олег не практиковал подобное, не занимался черной магией и силился объяснить людям, что в большинстве случаев они сами надумывали себе проклятья. И он сомневался, что «ритуал», который предлагал Дима, не был проклятьем или порчей. Он собирался использовать бесов в качестве возмездия, а это было что-то похуже. Олег подобное не одобрял, но сейчас просил Дима. И просил помочь отомстить тому, кто хотел изнасиловать его, тому, кого сам Олег готов был прибить собственными руками. В такой ситуации все принципы отходили на второй план и теряли свою значимость. Это было реальное решение проблемы. — Ритуал? Хорошо. Скажи, что надо делать. *** Взглянув на Олега и получив согласие, Дима затушил докуренную сигарету и быстро отошел от окна. — Я все подготовлю. С этими словами он покинул кухню и вернулся в спальню, чтобы достать все необходимые вещи. Он не занимался подобными практиками, но знал, как это сделать. Его прадед накопил достаточно знаний во всех областях и позаботился о том, чтобы их сохранить. В этой ситуации он не видел другого выхода и готов был поступиться со своими принципами. Он не собирался мириться, что сделанное Костей останется безнаказанным. Олег, конечно, хорошо постарался, но этого было мало. Разложив все необходимое на полу, Дима закрыл шторы, чтобы избавиться от света. День не располагал для ритуала, но чернокнижник не хотел ждать ночи. Расстелив ткань на полу, он положил на нее тетрадь с записями, восковую свечу, небольшую чашу и маленький кинжал в ножнах. *** Олег методично кивнул, сделал еще одну затяжку, прежде, чем потушить сигарету, и пошел следом за Димой. Он впервые оказался в спальне чернокнижника, но было совсем не до того, чтобы рассматривать обустройство комнаты. Стоя у двери, он наблюдал как тот методично готовился к проведению ритуала. Олег думал, что Дима предпочитал проводить их ночью или хотя бы вечером, а не днем, но, возможно, тот факт, что они оба примут участие, имел свое влияние. Либо же, Дима шел наперекор привычкам, потому что не хотел ждать темноты и жаждал расправы как можно быстрее. Сев напротив чернокнижника, Олег внимательно наблюдал за его действиями. Он занимался ритуалами, но те не были связаны с бесами или темной магией и проводились для призыва душ или внутреннего успокоения. В этой ситуации он решил полностью довериться Диме и ждал распоряжений. *** Стоило Олегу сесть напротив, Дима удовлетворенно кивнул. Как практик, тот должен был иметь представление о том, как проводится подобная работа, даже если не имел в ней опыта. Оглянувшись, Дима сморщился из-за недостатка темноты и поднялся, чтобы закрыть дверь в комнату — все еще недостаточно, но приемлемо. Вернувшись к Олегу, Дима сел на пол и взял в руки тетрадь с заранее открытой страницей. — Ты готов? — он поднял уверенный взгляд на медиума. — Я буду делать на крови. Знал, что тому подобное не нравилось, но Олег сам согласился, а Костя не заслуживал спокойной жизни после того, на что решился пойти. *** Олег не мог с уверенностью сказать, что был готов. Хоть он и принял решение довольно быстро, сделал это только из-за желания расправиться с Костей. Вероятно, они с Димой сошлись на мнении, что тех ударов, которые Олег успел нанести, было недостаточно. Он хотел, чтобы Костя в полной мере ответил за содеянное и осознал последствия своих действий. Медиум удобнее устроился на коленях. Неважно было, готов он был или нет — отказываться все равно не собирался. Глядя на Диму, он внезапно ощутил легкий интерес к их практике. Отвадить от себя бесов было не так уж и просто, если с ними не сотрудничаешь, и Олег даже не мог представить, что те сделают с Костей. — Ты уже практиковал такое? *** Не дождавшись ответа на вопрос, Дима решил, что присутствие Олега можно считать согласием. Отрицательно покачав головой, он зажег свечу, опустил взгляд в тетрадь и принялся читать намолы. Ничего не мешало ему провести ритуал в первый раз и завершить его успешно. Все методы были проверенными, и Дима знал механику. Недостаток практики не играл роли в этой ситуации. Нашептывая текст, он обращался к бесам, просил обратить на себя внимание, предлагал их с Олегом кровь взамен на помощь. Дима не знал, сколько времени прошло, пока он повторял намолы. Он провалился в некий транс, сосредоточившись на определенной цели, но, когда его наконец услышали, он тут же поднял взгляд на Олега. — Ты их чувствуешь? Вынув кинжал из ножен, он протянул ладонь, требуя чужую руку. *** Отрицательный ответ Димы мог бы вызвать у Олега недоверие, но он верил в силы чернокнижника, знал, что тот справится, и понимает, что и как нужно делать. Наблюдая за тем, как быстро с его губ срывались начитки, медиум сидел молча и старался поделиться своей энергией. Он ощущал, как вокруг них искрилась магия, и в тот момент, когда они оказались в комнате не одни, почувствовал присутствие посторонних сущностей около них, поэтому на вопрос Димы слабо кивнул. Он не мог их видеть, как человеческие души, но осязал. Уверенно вкладывая свою руку в ладонь чернокнижника, Олег понимал, для чего Дима просил его руку, и для чего держал в руке кинжал. Бесы жаждали крови, чтобы прислушаться к их просьбе. *** Дима мягко огладил руку Олега. Причинять ему боль не хотел, но того требовал ритуал. На крови работали самые серьезные проклятья, а размениваться мелочью чернокнижник не собирался. Он поднес руку Олега к губам, оставил поцелуй в центре ладони и наклонил ее над чашей. Острым лезвием полоснул палец, оставив на нем неглубокий порез. Недостаточно большой, чтобы остался шрам, но идеальный, чтобы пустить кровь. Пришлось надавить на палец, чтобы бордовые капли попали в ритуальную чашу. Осторожно выпустив руку Олега, Дима проделал то же самое с собой, смешивая их кровь на дне посуды. Он чувствовал, как пара бесов, ответивших на зов, крутились рядом и облизывались из-за запаха человеческой крови. Отложив кинжал, Дима перемешал кровь в чаше целым пальцем, взял ее в руки и сел ближе к Олегу. — Представь, что он делал со мной, — попросил чернокнижник, продолжая помешивать кровь. — Он ударил меня головой об стену, чтобы я не мог сопротивляться. Проворачивать в голове недавние события было тяжело, но это было необходимо для ритуала. Они оба должны были вложить в него всю ненависть, на которую были способны. Точно так же, как приходилось давить на рану, чтобы потекла кровь. — Держал мои руки и трогал, где хотел, — со злобой выдал Дима, глядя на Олега. *** Почему-то Олег ждал, что Дима со всей силы полоснет по ладони, но маленький порез, который он сделал, вызывал лишь легкий дискомфорт. Он впервые позволял кому-то провернуть с собой подобное. Как практик, он знал, что с кровью можно связать самые ужасные проклятья, поэтому следил за тем, чтобы не оставить ее, где попало. Ощущение потустороннего присутствия усилилось, когда кровь их обоих перемешалась в ритуальной чаше, подтверждая веру в то, что ритуал завершится с успехом. Однако, стоило Диме заговорить о случившемся, Олега пробрала дрожь и с новой силой захлестнула ярость. Он не хотел, но все равно невольно представлял картины произошедшего, и крепко стиснул зубы. Его опасения подтвердились — Костя действительно ударил Диму. Это было подло, мерзко, отвратительно. Олег не знал, куда себя деть от захлестнувших эмоций, но больше не сомневался в правильности решения провести ритуал. *** Дима воспроизводил в голове отвратительную картину и ощущал вспышки ненависти, направленные на одного конкретного человека. Бесы рядом смеялись, напитываясь эмоциями обоих парней. — Он прижимался ко мне, а я ничего не мог сделать, — чернокнижник продолжал говорить, пересиливая себя, распаляя их обоих. — Я мог только кричать и звать на помощь. Он собирался трахнуть меня и сделал бы это, если бы ты не пришел. Испачканным в крови пальцем он очертил губы Олега, окрасив их в ярко красный, и проделал то же самое со своими. — На его месте должен был быть ты, Олег, — произнес Дима и наклонился ближе, едва касаясь чужих губ своими. *** Олег молчал, слушал Диму, в то время, как его окутывала глухая ненависть. Он жалел, что не покалечил Костю сильнее, что не услышал хруст ломающихся костей. Каждое слово Димы било по лицу невидимой пощечиной и резало сердце, причиняя боль. Гнев скапливался и концентрировался внутри одним большим комом. Отдавшись касаниям чернокнижника, Олег, как завороженный наблюдал за его действиями, и продолжал слушать, не пытаясь его прервать, хотя больше всего мечтал закрыть уши. Дима перетерпел все, о чем говорил, и Олег мог только выслушать, мог оказать помощь, поделившись своей энергией для возмездия. Прикрыв глаза, он сократил минимальное расстояние между ними, осторожно соединил их губы и невесомо коснулся плеч Димы. *** Олег сам поддался вперед и втянул в поцелуй, и Дима незамедлительно ответил. Это была знакомая территория. Здесь было безопасно и не страшно. Кислая кровь поцелуй не красила, но восхищенные бесы будто переносили на Диму свое настроение, и он постарался не обращать внимание на вкус и дать себе раствориться в поцелуе. Скользнуть на эту дорожку было легко. Проводить ритуал оказалось намного приятнее, чем думал чернокнижник. Было хорошо от осознания, что силы прислушались к нему и собирались расквитаться с Костей. Хорошо было от ощущения Олега рядом. Тот поддерживал своим присутствием, своей энергией. Его кровь и эмоции усиливали эффект, и Дима не сомневался, что Костя в скором времени рассыплется на части. *** Олег действовал по наитию. Огонь свечи пускал на стены огромные тени. Казалось, будто Олег видел бесов, пришедших на зов, видел, как они прыгали вокруг, но он понимал, что это была лишь игра воображения. Закрыв глаза, он отвечал на поцелуй, переживая смесь самых разных эмоций. Ненависть к Косте осела внутри, грозясь остаться там навсегда. Несмотря на то, что прямо сейчас Олег находился рядом с Димой и целовал его, он испытывал скребущую изнутри тоску из-за того, что позволил Косте дорваться до омеги. Кислый привкус крови хоть и был не очень приятен, но не мог остановить медиума. Он аккуратно обнимал Диму, опасаясь навредить, невесомо поглаживал плечи и позволял бесам брать все, что им надо. *** Отстранившись от губ Олега, Дима посмотрел на него. Размазанная у рта кровь в свете свечи выглядела дико. Можно было воочию убедиться, насколько сильно ритуал был связан с черным, с бесовским. Дима вновь раскрыл тетрадь и принялся читать намолы, закрепляя то, что они с Олегом натворили. В голове плыло нечто необъяснимое, было практически пусто. Эффект от ритуала действовал странным образом. Диме было хорошо, но он ощущал себя вымотанным, отдав большую часть своей энергии. Захлопнув тетрадь, он потушил свечу. — Все. Ты можешь умыться, а я пока уберу вещи. *** Олег вытер размазавшуюся кровь тыльной стороной ладони, кивнул Диме поднялся с пола и пошел в ванную. В голове до сих пор не укладывалось, что они сделали. Только что они натравили на человека бесов, а он не испытывал ни жалости, ни сочувствия. Состояние было странное, будто он перебрал с алкоголем, но и недомогания не чувствовал, помимо легкой слабости. Умывшись прохладной водой, Олег облокотился локтями о раковину. Прокручивая произошедший ритуал в голове, он съежился. Надеялся, что Дима получил хоть какое-то удовлетворение после того, как расквитался с Костей. Для действия ритуала нужно было время, но процесс уже был запущен. *** Дима методично сложил использованные для ритуала вещи, вытер кинжал, убрал все шкаф и взглянул на себя в зеркало. Он выглядел не лучше Олега, выпачканный в их крови, но довольный проделанной работой. Бесы ушли выполнять обещанное, оставив парней одних. Чернокнижник вытер кровь влажными салфетками и обработал небольшую рану, оставив на столе обеззараживающие средства. Сил почти не осталось, и он забрался на кровать, чувствуя необходимость отдохнуть. *** Промыв порез, Олег вздохнул. Этот день не мог стать еще хуже. Буквально вчера у них с Димой все было прекрасно, а сегодня случился пиздец. И эта закономерность уже не в первый раз происходила. Сначала у них случилось недопонимание во время испытания, а теперь это. Разумеется, тот конфликт нельзя было сравнивать с сегодняшним днем, и все же Олега настораживали такие резкие скачки. Выйдя из ванной, Олег направился обратно в комнату Димы, где тот уже устроился на кровати. — Хочешь, чтобы я остался или ушел? *** Дима был уверен, что Костя получит по заслугам после ритуала, но это не стирало из памяти воспоминания о произошедшем. Оказавшись в кровати, Дима вернулся к минувшим событиям. Разбередив травмированное сознание во время ритуала, проговаривая все произошедшее вслух, Дима ощутил глухую тоску. Он и раньше попадал в неприятные ситуации, сталкивался с конфликтами и даже драками, но ему не приходилось проходить через подобное. Костя хотел выебать его, испытывал необъяснимую ненависть, перемешавшуюся с извращенным желанием. И Диме было противно от одной только мысли, что могло произойти в той чертовой уборной. Олег прервал его мысли своим появлением. — Оставайся, но я хочу поспать, — ответил Дима, не поднимая головы с подушки. *** — Дашь во что переодеться? — спросил Олег, осматривая собственную одежду. Он не хотел поднимать Диму, ведь тот наконец добрался до кровати и был очень вымотан, как не хотел и ложиться на чистую постель в уличной одежде. Дима все же встал с неохотой, побрел к шкафу, вытянул оттуда футболку с шортами и передал их Олегу. Тот поблагодарил и скрылся за дверью, чтобы переодеться в соседней комнате. Наспех сложив вещи на грядушке дивана, он вернулся в спальню. *** Дима не хотел оставаться один и был рад присутствию Олега. Тот помогал чернокнижнику не загнать себя в яму отчаяния и хоть как-то держаться. Подняв на него взгляд, Дима пришел к выводу, что лежать в уличной одежде не сильно удобно, поэтому с неохотой поднялся и добрел до шкафа. Сил почти не было, и может дело было в том, что Костя приложил его об стену. Вытащив вещи размером побольше, Дима протянул их Олегу и лег обратно, наблюдая за тем, как тот тактично вышел, чтобы переодеться. — Обработай рану, — произнес он, когда медиум вернулся. *** Олег и забыл про порез на пальце, но решил не пренебрегать дезинфекцией. Подойдя к столику, он обработал небольшую рану, залив перекисью. Закончив, он неуверенно сел на свободную часть двуспальной кровати, а затем медленно лег. Он был рад, что Дима позволил ему остаться. Олег хотел находиться рядом после всего произошедшего, да и сил на возвращение домой у него не было. — Спасибо, — он слабо улыбнулся и лег на бок, чтобы видеть Диму. *** Кровать прогнулась под чужим весом, и Дима поджал губу. Он не хотел отпускать Олега, да и тот вел себя участливо и обходительно, но само присутствие альфы в собственной кровати настораживало. У Димы никогда не было неприятного опыта в постели, да и сегодня Косте не удалось совершить задуманное, но даже это било по психике, и результат был на лицо. Дима не хотел опасаться Олега, потому что тот бы не обидел, ведь относился к чернокнижнику со всей нежностью. И все же Дима не решился лечь ближе, чтобы обнять. Лишь взял Олега за руку и закрыл глаза. *** Олег хотел притянуть Диму к себе, обнять и сказать, что теперь все хорошо, самое страшное осталось позади, Костя ответит за содеянное, а сам Олег будет рядом. Но он не решался. Не думал, что было хорошей идеей лезть к омеге, испытавшему на себе попытку изнасилования, да и все словесные утешения казались медиуму глупыми и бессмысленными. Дима и так понимал, что он рядом. Ощутив прикосновение его руки, Олег тихо выдохнул и тут же переплел их пальцы. Его клонило в сон после пережитого волнения и гнева. *** Ощущая тепло чужой ладони, Дима постепенно успокаивался. В положении лежа было легче переносить упадок сил. Он лежал с закрытыми глазами и ждал, когда сможет уснуть, но сон не шел. И вряд ли дело было в том, что Олег лежал рядом. Несмотря на поцелуй во время ритуала, который Дима инициировал сам, медиум не пытался поцеловать его еще раз и просто лежал рядом, оказывая молчаливую поддержку. Дима не знал, сколько пролежал, копаясь в своих мыслях, пока шепотом не обратился к Олегу: — Ты можешь лечь ко мне спиной? *** Слова Димы на секунду ввели Олега в ступор, но он не мог не понять такую просьбу. Странно, что тот вообще позволил альфе остаться. В ту же секунду Олег пожалел, что не уехал домой, вот только уезжать он совсем не хотел, чувствовал важность доказать, что он поддержит в случае необходимости, что на него можно положиться. Скорее всего, Дима понимал это, поэтому и разрешил остаться. — Конечно, — ответил Олег, замешкавшись пару секунд. Он отпустил руку Димы, повернулся на другой бок и лег ближе к краю. *** Дождавшись, пока Олег повернется, Дима придвинулся ближе к нему, облизал губы, ощущая странное волнение, и обнял медиума со спины, перекинув руку через его грудь. В таком положении было комфортно из-за того, что Дима ощущал некий контроль над ситуацией — обнимал сам, а не просто позволял обнимать себя, как это обычно ощущалось с Олегом из-за его комплекции. И раньше чернокнижника все устраивало, ему нравилось, когда медиум окутывал его собой и своим запахом, но он не мог перебороть напряжение после действий Кости. *** Ощутив объятия, Олег замер. Он не ожидал, что чернокнижник попросит его повернуться, чтобы обнять его, но это приятно удивило. Аккуратно дотронувшись до ладони Димы, медиум нежно провел по костяшкам, по фалангам пальцев и прервал касание, поместив свою руку обратно на кровать. Объятия Димы помогали успокоиться и хоть немного отпустить негативные эмоции. Он был рад, что Диму не напугало, как он обошелся с Костей, и он не посчитал его неуравновешенным придурком. Тогда Олег не смог бы поступить иначе. Он был так же рад тому, что Дима видел его стремление поддержать и не отталкивал. *** Прижавшись к теплому телу Олега, Дима ощутил себя намного лучше. Так было безопасно, спокойно. Олег, находящийся у него дома, в его одежде, готовый сделать все, чтобы защитить и обезопасить Диму, не мог вызывать опасений. Уткнувшись ему куда-то в загривок, чернокнижник медленно погружался в желанный сон. Лежать вот так было комфортно, и в скором времени он смог уснуть. *** Олег уснул только когда дыхание Димы выровнялось. Ощущая страшную усталость после эмоционального истощения, он наконец мог дать себе то, в чем нуждался — сон. Дима размеренно дышал ему в шею, и, расслабившись, Олег тоже постепенно провалился в сон. Медиум надеялся, что, когда он проснется, этот день окажется просто неприятным сном.