Рассказы токийских улочек

Такова уж людская натура:

Тянуться к тому, что запретно.

Но раз грозит нам кровавая буря,

Давай же станцуем последний наш танец,

А после исчезнем бесследно?

      Доппо Каннонзака, сколько себя помнит, никогда не считал себя кем-то удивительным или особенным. Да и жизнь его сложилась, мягко говоря, паршиво: с тех пор, как в детстве родители разошлись, мать вышла замуж за какого-то богатого, но крайне деспотичного мужчину. Своих детей завести они так и не смогли, из-за чего Доппо становился жертвой нападок со стороны новоиспеченного отчима. Как только же речь заходила о будущем юноши, всё сводилось к одному – «раз уж ты из себя ничего не представляешь, надо тебя сплавить кому-то, чтобы не мешался». Доппо ничего не говорил на этот счёт – характера не хватало, да и мать скандалами расстраивать не хотелось.       Единственной отрадой в его жизни был Хифуми, друг детства Доппо и его глоток свежего воздуха в пучине ненавистной рутины. Хифуми Изанами по праву являлся хостом номер один в Синдзюку, его выступления бронировали за несколько месяцев до нужной даты, количество поклонниц молодого человека росло в геометрической прогрессии. Но даже так, среди нескончаемых выступлений, он всегда находил время для Доппо. Встречи всегда проходили в квартире Хифуми, в основном ночью, вдалеке от лишних глаз. На самом деле, ещё пару лет назад их дружба переросла в нечто большее, заставляющее сердца обоих трепетать от нежных прикосновений и тёплых поцелуев и по сей день.       Вот только в этот раз Доппо пришёл в квартиру к своему возлюбленному с таким непроницаемым выражением лица, что Изанами не на шутку напрягся.       — Доппо-чин? Что случилось? Тебе плохо? — Хифуми подошёл к бледному как мел другу сердца и взял за руки. Те мелко дрожали.       — Хифуми… Они… Он всё узнал. Узнал и теперь хочет отдать меня какому-то своему знакомому из Йокогамы… — и без того тихий голос Доппо звучал сейчас как никогда задушенно. Ненадолго у Хифуми из-под ног будто выбили землю.       — В каком смысле «отдать»? Хочешь сказать, он хочет фиктивного брака между тобой и этим человеком? Вместо ответа послышался лишь сдавленный всхлип, и Доппо медленно сполз по стене, закрывая голову руками.       — Официально он не может выдать меня за него, поэтому никакой юридической силы этот брак иметь не будет… Но кто сказал, что им не плевать? Он всегда хотел сплавить меня куда-то, потому что считал никчёмным и бесполезным. А тут и случай подвернулся: узнали о наших отношениях в момент, когда появился какой-то высокопоставленный служащий, которому я, похоже, понравился, — в дрожащем голосе прозвучали истеричные ноты. — Так называемая «свадьба» уже через две недели, представляешь?! Это конец… Однозначно конец…       Каннонзака трясся, словно осиновый лист, он явно был на грани истерики. Хифуми молча переваривал всё сказанное, а после помог Доппо подняться и увёл его на кухню, где усадил за стол и вскоре поставил перед партнёром стакан с водой и успокоительным. Проблему надо было решать, притом срочно, а бормотания Доппо никак не помогали мыслительному процессу. Вплоть до тех пор, пока взгляд Хифуми не скользнул на подставку с ножами.       — Я могу убить его.       Фраза хоста звучала тихо, но достаточно отчётливо, чтобы заставить Доппо дёрнуться.       Так уж вышло, что хост номер один в Синдзюку был не только профессионалом в своём деле на публике. Он так же был прекрасным наёмником на протяжении уже нескольких лет и умел как покорять сердца, так и заставлять их замирать отнюдь не от восторга. Дело своё Изанами знал отлично: до сих пор на него так и не смогли выйти, он превосходно заметал за собой все следы и всегда имел для себя такое алиби, что никто даже подумать не мог, что он может быть причастен к очередному убийству. И вот сейчас он, Хифуми, готов лишить жизни того, на кого у него даже не было заказа, и в своих намерениях он был более чем серьёзен: Доппо понял это по одному лишь взгляду.       — Нет, Хифуми, ты… Так нельзя…       — Ты хочешь этого.       — Нет..!       — Доппо, я знаю тебя слишком хорошо. Ты устал и ты хочешь, чтобы я это сделал, — Хифуми продолжал говорить тихо и серьёзно, глядя прямо в беспомощно мечущиеся по чужому лицу глаза Каннонзаки. — Я не могу сам убить кого-то без весомой на то причины. Но если это будет твой заказ, я исполню его. Мы сделаем тебе новые документы, изменим внешность и ты сможешь жить спокойно, если хочешь, переедешь куда-то.       Доппо сглотнул ком в горле и сжал стакан до побелевших костяшек. О, он солгал бы, если бы сказал, что не хочет закончить всё это и сбежать. Жить обычной, нормальной жизнью, работать на обычной работе и возвращаться каждый день не в ненавистный дом, а туда, где его будет ждать человек, который его действительно любит – это было всё, чего он желал. И вот, у него, кажется, появилась такая возможность, но какой ценой? Тем временем Хифуми так и не сводил с на него глаз, более не давил словами, но терпеливо дожидался ответа.       — Сколько? — вдруг тихо спросил Доппо. — Сколько мне нужно заплатить?       — Прибереги эти деньги на смену внешности, — Хифуми отстранился от стола, в который упирался руками, и тихо выдохнул. — Делать это прямо во время так называемой свадьбы слишком небезопасно. Что идёт по плану после официальной части?       Доппо начал рассказывать в общих чертах, какой был план: неофициальная церемония, небольшой ужин и после они остаются на ночь в отеле, чтобы утром отправиться первым же рейсом в Йокогаму. Хифуми, вникая в каждое его слово, лишь кивал и постепенно начал выстраивать в голове план уже собственных действий. Тем не менее, сейчас он зацикливаться на нём не стал: нужно было до конца успокоить Каннонзаку и заверить его в том, что всё будет нормально. По этой причине они переместились в гостиную, где Изанами, нежно перебирая рыжие волосы, неспеша целовал Доппо почти везде, докуда дотягивался: лоб, щёки, губы, шея. Им необходимо было насладиться друг другом, прежде чем они расстанутся на ближайшие две – крайне мучительные – недели.       Подготовка к «свадьбе» откровенно выжимала из Доппо все силы. Ирума Джуто, тот самый человек, за которого его и собирались отдать, был… Не самым плохим. Джуто был достаточно привлекательным молодым человеком, обладал неплохими манерами, однако в остальном он вызывал у Доппо лишь отторжение. Может, тому причиной было восприятие Джуто не как отдельного человека, а как «будущего мужа», но Доппо это мало волновало. Он думал лишь о том, чтобы это всё это быстрее закончилось.       Во всей предсвадебной канители две недели пролетели незаметно, чему Каннонзака был даже рад, поскольку томительное ожидание однозначно свело бы его с ума. С Хифуми они, безопасности ради, не переписывались, по связям тот и сам узнал все необходимые подробности, а потом передал план любимому на записке, которую предусмотрительно попросил сжечь после. И вот, наступил день X: прекрасный белый костюм с удлинённым пиджаком сидел на Доппо восхитительно, по крайней мере, после того, как ему нанесли небольшой макияж, чтобы молодой человек не сливался с собственным нарядом. После всей подготовки Доппо ненадолго оставили наедине с мыслями, и он воспользовался этой возможностью чтобы снова окинуть себя взглядом. Ненадолго перед глазами возникла картина, как на белоснежном пиджаке и перчатках остаются следы, кроваво-красные, прямо как перчатки и галстук его без пяти минут мужа. Каннонзака поймал себя на мысли, что улыбается.       — Готов? — раздался голос из проёма и Доппо повернул голову в его сторону.       На пороге действительно стоял Джуто, который – Доппо не мог это отрицать – выглядел крайне дорого и привлекательно. На нём был идеально сидящий чёрный смокинг, белоснежная рубашка и те самые алые перчатки и галстук. Расслабленно полуприкрытые глаза сверкали двумя зелёными огоньками сквозь стёкла очков, которые заставляли мурашки неприятно бегать по телу.       — Да, конечно, — с взволнованной улыбкой отозвался Доппо и подошёл к Джуто, чтобы взять его под галантно протянутую руку и отправиться к гостям в зал.       В ресторане гостей было не очень много, только самые близкие – не хотели привлекать много шума. Никого из гостей со стороны «мужа» Каннонзака не знал, а вот со своей стороны наблюдал только родителей и пару знакомых, приглашённых ими же. Посадили гостей за длинный стол, во главе которого, сразу после обмена кольцами, сели и «молодожёны». Ужин прошёл так же тихо и не очень примечательно, но в приятной обстановке, будто никого здесь и не отдавали замуж насильно. Пока всё шло и правда ровно так, как и ожидалось: обмен кольцами, ужин за разговорами и, наконец, кульминация торжества, после которой молодых людей проводили в номер, в котором они планировали остаться на ночь перед отъездом в Йокогаму.       Стоило двери закрыться за их спиной, Джуто облегчённо выдохнул и на ходу ослабил узел галстука, пока направлялся к окну.       — Наконец-то с этим покончено… Не люблю все эти мероприятия до ужаса. Даже с учётом того, что там были только самые близкие, я утомился, — полицейский открыл окно нараспашку и вдохнул вечернюю прохладу, что ударила в лицо. — Не против, если я оставлю окно открытым ненадолго?       — Нет, всё хорошо, — с той же усталостью отозвался Доппо, садясь на край кровати и снимая бабочку с шеи. — Это и правда было утомительно.       Каннонзака вздрогнул, когда понял, что Ирума на него откровенно пялится. От взгляда прищуренных зелёных глаз стало ужасно неудобно. Но не успел он хоть что-то сказать, как Джуто подошёл к нему и взял за подбородок мягкой, но уверенной хваткой. Полицейский разглядывал его несколько секунд, а после наклонился и оставил смазанный поцелуй с привкусом дорогого алкоголя на губах Доппо.       — Ты отлично справился. Я знаю, что ты не очень готов к такому быстрому развитию событий, но… — Джуто ухмыльнулся, коротко облизнув губы. — Тебе понравился твоё будущее, я тебе гарантирую.       Доппо покрылся румянцем и весь сжался. Выглядело это так, будто молодой человек смущался, но на деле его внутри сворачивало от отвращения.       — Я… Я верю… — тихо отозвался Каннонзака, чем вызвал у Джуто улыбку.       — Вот и славно.       Ирума явно хотел потянуться за ещё одним поцелуем, но прервался на телефонный звонок. Трубку он взял в некотором раздражении, но тон всё же смягчил по мере разговора. После недолгого звонка Джуто отложил мобильный и начал снимать смокинг.       — Это сотрудники отеля. Ты оставил телефон в ресторане, просят спуститься.       — О-ох… Совсем забылся с этим всем… Я быстро, — Доппо встал и вышел из номера, напоследок бросив секундный взгляд на распахнутое окно. Самая интересная часть начиналась.       Как только дверь за спиной Доппо закрылась, на крыше стоящего неподалёку высокоэтажного здания хмыкнул себе под нос Хифуми. Снайперская винтовка уже была установлена и ждала своего часа, который, наконец, настал. Хифуми опустился наземь, навёл прицел на стоящего неподалёку от окна Джуто, выждал несколько секунд и выстрелил. С точностью едва ли не до миллиметра пуля вошла в тело полицейского, задевая сердце и лёгкие. Джуто коротко вскрикнул от боли и свалился на пол, а Изанами, довольный своей работой, с отточенной аккуратностью и скоростью стал собираться и вскоре покинул позицию, как только убедился, что не оставил никаких следов.       Доппо вернулся в свой номер примерно через десять минут. Он понимал, что именно он там увидит, но после секундной борьбы с самим собой, всё же вошёл. Вскрик отыгрывать даже не пришлось: он вырвался непроизвольно, но в остальном пришлось придерживаться заданного ему сценария: Каннонзака подбежал к Джуто и взял его тело на руки, успешно пачкая белые перчатки и костюм в крови.       — Джуто… Джуто, господи… Я ведь… На несколько минут всего..! — парень дрожащими руками достал телефон, снял одну из перчаток и позвонил в скорую.       В тот вечер Джуто спасти так и не удалось, полицейский умер по дороге в больницу. Доппо же, как пострадавшего и подозреваемого в одном лице, забрали в участок и допрашивали до начала третьего ночи, но, поскольку имелось железное алиби, Каннонзаку отпустили домой. На все предложения забрать или проводить его он отвечал отказом, говоря, что ему нужно побыть с самим собой. Вот только домой он так и не вернулся, а через сутки был объявлен пропавшим без вести. К Хифуми на работу полицейские явились следующим же вечером в надежде узнать что-то про убийство или хотя бы пропажу Доппо, но ничего выяснить не смогли: в тот вечер Хифуми был дома, что подтверждала справка от врача и записи с камер, а с самим Каннонзакой хост прервал общение ещё за две недели до инцидента - ни переписок, ни каких-либо других взаимодействий между ними выявить так и не смогли.

***

      — Слышал, Доппо-чин? Похоже, дело о твоей пропаже закрыли.       Хифуми отложил телефон и взглянул через плечо на разливающего по чашкам чай брюнета. Тот лишь удивлённо промычал и вскоре поставил чашки на обеденный стол.       — Правда? Слава богу… Я смогу наконец устроиться на работу без лишней паранойи…       — И я тебя с этим с радостью поздравляю. Иди сюда, — хост притянул Доппо к себе и на несколько секунд прижался к его губам. — Всё позади.       — Да… Всё позади… — Каннонзака слабо, но искренне улыбнулся. Впервые он чувствовал непомерное облегчение и радость от осознания, что теперь, наконец, станет счастливым человеком, который может жить нормальной жизнью с поистине любимым человеком. Даже если той ценой, которую он за это заплатил.       — Доппо-чин… — вдруг настороженно протянул Изанами.       — Что?       — Линзы снять на ночь не забудь, а то выйдет как в прошлый раз.       — Хифуми, чёрт возьми, не пугай так!       Наёмник лишь рассмеялся на полученный подзатыльник и поцеловал чужую руку. На которой теперь, к слову, красовалось лишь широкое серебряное кольцо с четырехконечным крестом, напоминающим звезду.