Потерять, чтобы снова вернуть

            — Мамочка! — Кэсс заваливается в объятия родной женщины, чувствуя, как все проблемы потихоньку начинают исчезать из головы. Скоро она встретится с лучшей подругой, будет с ней гулять, наслаждаться атмосферой любимого города. Побыстрее найдет себе новую работу, и, быть может, останется здесь на какое-то время.       — Дочь, ты хорошеешь и хорошеешь, — мама восхитилась, рассматривая девушку сверху вниз. Честно говоря, она сама выглядела не хуже для женщины чуть за сорок. Их часто принимали за сестёр, а мужчины на улице пытались познакомиться с ней, над чем Кэсс постоянно смеялась до упаду. — Я так рада тебя видеть. Ты надолго ко мне?       — Наверняка, — она сомкнула губы, думая о том, как бы вывалить все происходящее в ее жизни на маму, не оказавшись причиной ее обморока. — Давай заедем в Кофеманию, пообедаем? А я тебе расскажу всё, — она похлопала в ладоши своей идее, как только женщина уверенно кивнула ей, подхватывая ее сумку, а Кэсси тут же взялась за ручку чемодана, покатив его по земле к выходу. Вдыхая воздух родной Москвы на выходе из Домодедово, она почувствовала себя вновь живой. Мама помогает загрузить все вещи в багажник, оставляя лишь ее сумку, и кивает на переднюю дверь. Брюнетка тут же запрыгнула в белый Ауди, пристегивая ремень безопасности, и воодушевленно вздохнула.       На пути в самую ближайшую и по совместительству безлюдную кофейню во всей столице, мама уже успела рассказать почти все, что хотела. Оказывается, она приехала сюда, потому что хочет открыть и здесь свой шоурум, и, как она поняла, все прошло успешно. Кэсси была рада за маму, ведь ее одежда правда достойна выйти из одного Лос-Анджелеса и в другие Штаты, а то и страны. Но начать она решила с России и не сказать бы, что это плохой выбор. Правда, в последнее время она замечала, что поведение родителей друг с другом стало странным, но лезть в это пока не собиралась.       Усаживаясь за столик в Кофемании, где их встретила улыбчивая официантка, Кэсси чувствовала себя ребенком, которого привели кормить десертами за хорошую успеваемость в школе. Каждый ее приезд в Москву ощущался по-новому. И этот не исключение. Как и следовало ожидать, здесь было почти пусто, не было раздражающего шума и гула голосов. Занято было только несколько столиков, а люди за ними, на которых Кэсси не задерживала своего взгляда, вели себя достаточно тихо и культурно.       — Я чертовски хочу есть. Меня утомил этот перелет в экономе, — она усмехнулась, освежая в памяти слегка забытые позиции меню. Заказав себе еды на пол стола, она довольно откинулась на спинку стула.       — На здоровье, дорогая. Ну, выкладывай! Что там у тебя нового? А то мы в последние месяцы почти не общались, — мама потягивала классический лимонад из трубочки. Кэсс не могла оторвать от нее глаз. Она выглядела, как Наоми Кэмпбелл в свои лучшие годы.       — Ой, мам, там столько всего… Я даже не знаю, с чего начать. Есть ощущение, что я в полном тупике, — она вздохнула, обессиленно облокачиваясь на стол и хватаясь за голову. Недоуменный взгляд женщины скользнул за один из соседних столиков и она хмыкнула, привлекая внимание Кэсси.       — Слушай, а это не тот певец? Очень популярный который. Егор Крид, вроде, да? — она кивнула в сторону стола, а у брюнетки тут же сбилось дыхание. Она резко обернулась, не оставив это без внимания посетителей того самого столика, и едва ли не пискнула, когда увидела его. Он сидел напротив Маши, которая что-то старательно корректировала в своем макбуке под его требовательную диктовку. Он был весь в черном, на голове кепка козырьком назад, а на столе лежали его солнцезащитные очки, отсутствие которых не маскировало его на все сто. Он выглядел чертовски уставшим и лениво попивал чай, наверняка ромашковый, из своей чашки. Ощутив на себе чей-то пристальный взгляд, Егор чуть повернул голову, сталкиваясь глазами с брюнеткой. Она тут же отвернулась, а глаза парня вылупились из орбит. Вот что бывает, когда забываешь надеть линзы. Он тут же потер их, вновь кидая взгляд на девушку за столиком, но распознать ее личность уже не вышло бы, потому что ее черные волосы, да и положение, при котором она сидела спиной, полностью закрывали адекватный вид. Крид пару раз хлопает себе ладонью по лбу, пытаясь привести в чувства.       — Господи, боже, она мне уже мерещится, — прошептал он сам себе, проведя рукой по лицу. — Доведу же себя скоро.       — Ты чего? — Маша отвлеклась от печати, когда поняла, что босс замолчал, и проследила за его взглядом, тоже не разглядев лицо девушки, сидящей за одним из ближайших столиков. — Девчонка понравилась, что ли? — играет бровями, на что Егор закатывает глаза.       — Нет, не понравилась. Тут просто людей мало, вот, рассматриваю… — Крид отмахнулся, чуть мотая головой, чтобы привести мысли в порядок. — На чем мы там остановились?       — На том, какие названия для бренда ты перебрал.       — Да, точно, — он щелкнул пальцами, вспоминая, и тут же продолжил высказывать свои мысли, пока менеджер внимательно его слушала, что-то подмечая, чтобы потом спросить у остальных.       — Ты чего? — мама хихикнула на то, как Кэсси отреагировала на Егора, даже не подозревая, о чем пойдет речь через пару минут.       — Мам, это жесть просто. Полная. Это серьезно он? — Кэсси не осмелилась повернуться еще раз, поэтому это сделала женщина. Егор это заметил и одарил ее слегка насмешливым взглядом, легонько махая рукой с усмешкой. И тут узнали. Она кивнула Кассандре, точно убедившись. — Вот черт! Как так, не понимаю, — недовольно пробубнила та, смотря на свои трясущиеся руки под столом.       — Ты че, фанатка его дикая, что ли? Так распереживалась, — она захохотала, наблюдая за дочерью, пока та не посмотрела на нее со всей сердитостью.       — Мама! Он бывший мой, — она вздыхает, вываливая этот тяжелый груз, и прячет лицо в капюшоне своего худи, чтобы не видеть лицо матери. — Нельзя, чтобы он меня увидел! Я сделала ему очень больно и после этого мы не разговаривали.       — Ты шутишь? — она была потрясена и даже не знала, что сказать.       — Нет, мам. Я не знала, как тебе об этом сказать… В моей жизни все поменялось. Даже слишком. Поэтому я и приехала… — она листала свою фотопленку, пытаясь угомонить дрожащую руку, и открыла одну из последних фотографий с Егором, показывая ее маме.

***

      Недавно отец Евы, являющийся далеко не последним человеком по уровню влиятельности, подарил ей квартиру в центре. Сколько денег могло стоить такое чудо, было стыдно спрашивать даже ей самой. Открывался вид на башни, другие огромные новостройки, окна в пол, три, если не четыре спальни, просторная гостиная, гостевые ванные в каждой комнате, нереальная лоджия, как из сказки, и стильная кухня. Временно Кэсси остановилась здесь по просьбе самой подруги. Не сказать, что когда-то она мало зарабатывала и в чем-то нуждалась, но в такой квартире она чувствовала себя бедной, но не лишней. После того, как лишилась работы, это было как никогда кстати.       — Я так рада, что ты здесь, — блондинка улыбнулась, наливая кипяток в заварник. Легкий приятный аромат клубники со сливками тут же бьет в нос, убеждая их в том, что они не ошиблись с выбором в ближайшем ВкусВилле. — Обстоятельства, конечно, те ещё, но зато ты сейчас с нами. Я тебе грустить не дам, уже распланировала все на целую неделю!       — Я не сомневалась в тебе, учитывая то, сколько мест мы уже успели обойти, — Кэсс усмехается с другой стороны кухни, раскладывая печенье, конфеты и мармелад по тарелкам. — Но после того, как я встретила Егора в кофейне в первый же час своего пребывания здесь, я больше не смогу спокойно выйти из дома, — она вздохнула, почувствовав спиной, как лучшая подруга недовольно закатила глаза. — Этот чертов мегаполис специально играет со мной злую шутку.       — Господи, ты когда-нибудь забудешь про него? — сердито возмутилась Ева, скрестив руки на груди. — Он меня бесит вообще. Что за поведение, как у мальчика? Какой адекватный мужик со здоровой самооценкой будет специально выставлять своих шлюх в интернет, чтобы доказать бывшей, что ему на нее похуй, — она морщится, пока вспоминает все эти события, и резко загорается желанием плеснуть этим кипятком в кого-нибудь. Ее злила одна только мысль о том, как больно ее подруге. Ее близкому человеку. И неважно, что она сделала. Она осознала свою ошибку быстрее, чем успела уйти из того дома, и явно заслуживала чего-то лучшего, чем того, что происходило на самом деле.       — Вы с Лешей, видимо, забыли о том, что случилось и как это выглядит в его глазах, — хмуро ответила Кэсс, вновь вставая на защиту Егора. — Слушай, как бы тяжело я это не переживала, он не виноват. Может, у него свой способ борьбы… С болью.       — Милая, я же вижу, что ты сама разрываешься, когда все это смотришь. Тебе мерзко. Но ты его… Влюблена, — она тут же исправляется, будучи неуверенной в том заветном слове, но Кэсси не успевает этого понять. — Это все защитная реакция. Когда ты переживешь эту ситуацию, он станет тебе противен. Особенно, если ты захочешь к нему вернуться и неважно уже будет, виноват он или нет, — Ева смыкает губы, пожимая плечами, и берет поднос в руки, унося его на балкон. Последние теплые деньки сентября хотелось провести незабываемо, именно поэтому они уже третий день пересматривали любимую «Сплетницу».       — Я кое-что должна тебе рассказать, — Кэсси не выдерживает, останавливая серию на очередной ссоре Блэр и Серены. Блондинка тут же поворачивается к ней, обеспокоившись из-за ее тревожного вида. — Я виделась с Майклом.       — Что? — подруга повела бровями, а ее губы ошарашенно разомкнулись.       — В последний день перед отъездом. Я хотела с ним поговорить, — она опустила голову, нервно перебирая пальцами края своей кофты. — У нас с ним не было секса. У нас с ним... Вообще ничего не было, — она пожимает плечами, содрогающийся голос выдает ее будущие слезы и она прячет лицо в ладонях, не зная, что делать. Как выбираться из этого круговорота боли. — Я просто не знала, как сказать.

***

      Кэсси ждет опаздывающего бывшего уже двадцать минут. Хоть бы постыдился. Она специально выбрала общественное место, чтобы быть спокойной за свою безопасность, и, на удивление, он согласился. Она уже попивала горячий капучино, расстраиваясь ветреной погоде в Лос-Анджелесе, и раздраженно поглядывала на часы каждые две минуты. Майкл появляется из ниоткуда, бесцеремонно падая на стул напротив нее. На его глазах красовались очки от Баленсиага, одет он был в простое черное худи и такого же цвета шорты. Рассмотрев уровень людности этого места, он уверенно стягивает с себя очки, кидая их на стол, и ухмыляется, разглядывая брюнетку.       — Не могла и мне кофе заказать? — он недовольно цокает, подзывая официантку рукой. Кэсси шумно вздыхает, специально выдавая свое раздражение.       — Ты сюда не кофе пришёл пить, — огрызается и скрещивает руки на груди. — Я хочу поговорить. О той вечеринке. Я не помню ничего. Пожалуйста, скажи мне правду. Хотя бы раз не будь уродом.       — Что, твой певец расстроился? Ищешь ему доказательства? — он усмехается, неторопливо листая меню. У неё в груди больно покалывает и она кусает губу, уже мечтая надавать ему по морде.       — Нет. Я делаю это для себя, — частично она говорила правду. С другой стороны, хотела убедиться, есть ли у неё совесть. О да, однозначно есть, и понять это можно было и без этого придурка. — Что было после того, как я назвала тебя уродом?       — Это было много раз, — Майкл иронизирует, после чего диктует официантке свой заказ. — Да ладно тебе, детка, что за переживания такие? Не спали мы. Просто так удачно обстоятельства сложились, вот и всё, — буднично ответил тот. Кэсс нахмурилась. На её лице можно было прочитать много разных эмоций за эти несколько секунд и это лишь забавляло беззаботного бывшего.       — То есть, мы с тобой не спали?! — крикнула Кэсс то ли облегченно, то ли излишне злобно. Она прокашлялась, когда увидела, что многие посетители начали оборачиваться на нее. Но в Америке это было не так критично. — Ты больной, что ли?! Какого чёрта ты тогда написывал мне всё это время об этом?! И что за цирк был тогда утром?!       — Успокойся, малышка. Я поцеловал тебя, ты чуть растерялась, толкнула меня. А потом и вовсе как с цепи сорвалась: начала плакать, рассказывать, что твой кот болен… Потом я отошел отлить, а когда вернулся, ты уже отключилась, — Майкл говорил так до тошноты спокойно, что хотелось его придушить, — Ох, и я просто не мог отказаться от возможности поспать рядом со своей бывшей. Нет, я, конечно, мог зайти дальше, но мне стало тебя жалко, но твоя реакция с утра стоила всего. Я был уверен в том, что ты ничего не помнишь, потому что это я продал всем экстази на тусовке. Полагаю, ты понимаешь, что все ушло в напитки и один из них попался тебе. Ты же никогда не принимала ничего тяжелого, кроме травки, поэтому я был уверен в том, что ты ничего не вспомнишь.       — Тогда почему я была полуголая?!       — Ночью тебе стало жарко и ты сняла платье. Ах, и еще назвала меня «Егором», — Майкл закатил глаза и все сразу стало ясно. Он приревновал. — Ты не была настолько пьяна, чтобы совсем ничего не помнить. Так что, "спасибо" можно сказать волшебной таблетке.       — Так вот почему мне потом было так плохо... И ты, сука, молчал?! — Кэсси была чертовски зла. Она не прожила, а просуществовала буквально два месяца, пока не решилась на эту встречу. Она лишилась работы, лишилась парня, который делал ее счастливой, чтобы сейчас оказалось, что она ни в чем не виновата?       — Признаюсь, я хотел над тобой просто поиздеваться, но там как звезды сошлись, реально, — он ухмыльнулся, а Кэсс замерла.       — Какой же ты конченный. Боже, ты просто… Как ты живёшь-то вообще?! — она встала, схватила свою кожанку и вылила на него свой кофе напоследок, нависая над ним, — Ты поплатишься за все, что сделал со мной! Я обещаю тебе.       — Ты не пойдешь в полицию, милая. Ты бессильна против меня. Ты же знаешь, каким известным я стал за последние полгода. Тебя знают только как мою бывшую, которая резко исчезла. Никто тебе не поверит.       — Мой отец адвокат, кусок болвана. Я еще и жалела тебя все эти годы… Как только я разберусь со всем, жди письмо из суда. Мне осточертело твое мерзкое отношение. Тебе совсем плевать на людей и их судьбы, лишь бы позабавиться! Правильно говорят, что возраст не равно ум, — Кэсси кричала на него, желая разорваться на части от душащего ее осознания того, какие ужасные люди ходят по той же земле, что и она. — Карма есть и она обязательно по тебе ударит. Наслаждайся славой, наркотой и бабками, пока можешь. Но есть я. Есть Меган… Помнишь такую?       Бывший запаниковал, но ей уже было плевать. Гнев и ненависть заполнили все ее тело, каждую частичку. Из-за этого мерзавца вся ее жизнь пошла под откос. Она не оставит это просто так. Больше никогда. Не позволит ни одному мужчине сломать ее.       — Ты не посмеешь.       — Ещё как посмею. Счастливо оставаться, звезда.

***

      Ева молчала, переваривая этот огромный ком шокирующей информации. Кэсси терпеливо ждала, пока она что-то скажет, стараясь бесшумно шмыгать носом.       — То есть... Этот урод накачал тебя наркотиками?! — вспыхнула она, резко вставая с места, и пыталась понять, за что на самого лучшего человека во вселенной свалилось столько кошмара.       — Фактически... Не он. Но, в целом... — Кэсс всхлипнула, подтирая салфеткой протёкшую тушь, и вздохнула, останавливая новый поток уже ненавистных ей слёз.       — Ты сказала об этом маме?       — Нет, конечно нет... Она бы не выдержала. Я ей... Так сказать, недоговорила. Она не знает про всю ситуацию. Только частично..       — А Егору ты собираешься об этом сказать? Это же просто пиздец как важно для ваших отношений! Слушай, ты должна ему сказать. Даже если он меня бесит... Ладно, хуже Майкла никого нет, — обычно, когда подруга нервничала или злилась, она начинала слишком много болтать, прыгая с темы на тему. И этот случай был не исключением.       — Думаешь, стоит?       — Сейчас же напиши ему и попроси встретиться. Оу, а ещё, ты должна сказать отцу! Этого уёбка надо посадить. Он уже слишком берега попутал. Бедняжка Меган... И как ты не поверила ей, она же постоянно в синяках ходила... Могла бы себе жизнь спасти, — Ева вздохнула, обнимая Кэсс со спины. Она никогда не была особо сильна в словесной поддержке, но всегда была рядом, когда надо и всегда готова была слушать и молчать.       — Я обязательно займусь этим позже. Сначала, мне надо найти работу... Надо лечить Кекса, а денег почти не осталось, — Кэсс сомкнула губы, послушно хватая телефон со столика и дрожащими руками вводила имя Егора в Телеграме. — привет — мы можем встретиться? это очень важно. — хочу поговорить.       — Какую ещё нахрен работу?! — возмущённо крикнула подруга, вновь приземляясь на стул, — Милая, единственное, что тебе сейчас нужно - отдыхать. Никакой работы. Это пиздец какой-то! Я бы посоветовала тебе вернуться в терапию. Не представляю, как тебе трудно тащить в себе столько всего.       — Я люблю тебя, — она вздохнула, крепче обнимая Еву, — Спасибо тебе за то, что ты всегда рядом.       — Не благодари меня за это, глупая. Написала Егору?       — Да... Страшно. Еще и не отправляется..       — Да тут интернет плохой, я пока роутер не установила. Потом отправится. И ответит он, куда денется. Не переживай даже. Я уверена. А теперь пошли собираться, мы вечером на сольник Асти идём!       — Боже мой!

***

      — Ха, — неожиданно громко хмыкнул Егор. Маша тут же рефлекторно подняла голову, отрываясь от работы в ноутбуке, и посмотрела на недовольного босса, слыша из динамика его айфона песню Анны Асти. — Вы посмотрите на нее. Столько времени ничего не постила, а сейчас на концерте отрывается, — девушка не сдержалась от смешка, тут же прикрывая рот рукой, когда поймала на себе укоризненный взгляд Крида.       — Ты о чём? — все-таки спросила она, догадываясь. Егор тут же перезапускает сторис, поворачивая экран телефона к менеджеру. Это был репост Евы. На видео они с Кэсси танцевали на концерте Асти, вторая же вытирала слёзы, а Ева хохотала над ней, обнимая, и подписала видео как: «Когда подружка рассталась с парнем». Маша хохотнула, вновь ловя ответный взгляд Егора. — Что? Это же мило.       — Мило?! — Крид надул щёки, звонко откидывая телефон на стол и привлекая к себе внимание работающей команды. — Ничего не мило! — он скрестил руки на груди, отворачиваясь. Маша еле сдерживалась от давящего грудь смеха, наблюдая за тем, как Егор пытается зажевать улыбку. Он не мог признаться себе, что если пробраться через всю пелену навязанного негатива, в глубине сердца он еще испытывал чувства к Кэсси. И очень сильные. Но надо было злиться. По крайней мере, так принято.       — Ну конечно. Поэтому я бегаю по клубам за тобой и фоткаю тебя с девушками, — она закатила глаза. — Потому что тебе совершенно все равно на Кэсси. Но ты до сих пор проверяешь ее профиль каждый день.       — В твои обязанности не входит учить меня жизни, — съязвил Егор, обижаясь. Маша повела бровями.       — А фоткать тебя с телками, чтобы сливать в интернет, прям входит, — иронично сказала она, демонстративно похлопав в ладоши. Крид цокнул.       — Я просто хочу, чтобы ей тоже было больно. Чтобы она поняла, что на ней свет клином не сошелся, вот и всё, — фыркнул блондин. Маша заливается смехом, захлопывая крышку ноутбука, и насмешливо смотрит на босса.       — У тебя еще есть чувства к ней. И, кажется, они стали еще сильнее, чем были. Поразительно, — она больше не боялась об этом говорить, потому что недовольство Егора ее московской жизнью выходило за такие пределы, что молчать было уже невозможно.       — Мне пора, — Егор игнорирует ее слова и встает с места, как только ему приходит напоминающее сообщение. — Следи тут за всем, чтобы не халявили. Завтра с утра буду здесь. И не забудь про доставку! — Крид вновь включил режим руководителя, напоминая менеджеру обо всех тонкостях, и наклонился, быстро чмокая ее в щеку.       Многие отели столицы когда-то имели честь иметь в стенах своего здания дела с Егором Кридом. Не сказать, что он был капризным постояльцем, скорее он просто любил, когда все по полочкам и его хотелки выполнялись соответственно немаленьким деньгам, которые он платил за обслуживание. Собственно, он не задерживался нигде надолго по понятным причинам и хотел, чтобы все оставалась конфиденциальным. Где-то даже на время его визита отключались камеры видеонаблюдения, чтобы никто потом не слил желанные всеми кадры, на которых можно увидеть его в сопровождении представительниц прекрасного пола.       Оставив Рому ждать на парковке и дав ему несколько указаний, Крид уже поднимался на лифте, нервно крутя в руке ключ-карту от номера. Ощущения были двоякие. С одной стороны, он дико нервничал в последние дни из-за работы. Ему не хватало чего-то, но он не мог точно понять, чего именно. Хотелось выплеснуть всю свою агрессию, недовольства и неудачи в секс, как он всегда и делал, но внутри его преследовало тошнотворное предчувствие того, что просто секс ему не поможет. Когда это случилось один раз, он подумал: «Не страшно». Но когда это продолжалось уже на протяжении целого месяца, стало страшно. Девушки были разные: красивые, как с обложки, одних он нашел в запрещенной социальной сети, других подцепил в баре, но даже его горячо любимые постояшки, с которыми он мог позволить себе поговорить, не влияли абсолютно никак. Возможно, причина крылась в том, что какими бы разными не были все эти красавицы, как бы они не готовились ко встрече с Егором Кридом, на месте их всех он все равно представлял совсем другую девушку. И думал тоже только о ней. Разгрузиться не получалось. Времени на спорт и старые хобби совсем не было, чтобы попробовать хотя бы это. Она застряла в голове, застряла в сердце и Егор не мог с этим ничего сделать. После того, как он узнал, что Кэсси теперь находится с ним в одном городе, ему стало ещё хуже. Он постоянно оглядывался, думая, что она может быть где-то рядом. Надежды на то, что он когда-то сможет забыть её в ближайшее время, были совсем мизерными. Но он не сдавался. Все равно начинал по новой, думая, что с этой точно получится, что он хотя бы на жалкие полчаса забудет о Кэсси. Именно поэтому он уверенно шагал в сторону номера, где его ждала одна из давних знакомых девчонок. Он виделся с ней редко, но метко. Она не была сторонницей серьезных отношений, поэтому, в каком бы году Егор не писал ей, она всегда соглашалась увидеться. Егор часто говорил ей, что когда-то надеется написать ей, но она ответит ему, что занята, и он тоже напечатает то же самое, убеждаясь в том, что у обоих все получилось. Потому что девушкой она была замечательной и заслуживала любви в его глазах. Он не осуждал ее за такое мировоззрение, потому что знал, с какими мудаками она встречалась всю свою жизнь. Но все равно верил в то, что найдется тот, кто сумеет развеять все ее сомнения.       — Какие люди, — не успевает он зайти, как Вероника тут же кидается ему на шею, вызывая у него смешок. — Ничего себе, как ты похудел. Вау, а волосы-то как отросли…       — Молю, давай без слов. Это потом. Мне нужна доза секса как можно скорее, — Егор перебивает ее, прилипая губами к ее шее. Она ахает от неожиданности, резко оказавшись вжатой в стену, и запрокидывает голову.       — Доза так доза, — она хихикает, ловко запрыгивая на него и хватаясь за плечи, пока Егор пулей несся в сторону спальни.       Ника считала Егора красивым мужчиной. Даже слишком. Он был хорош в постели, умел слушать, с ним запросто можно было пить винишко, делать масочки и сплетничать про бывших. Он всегда был комфортным и уютным человеком, когда его не окружала куча камер и незнакомых людей, которым он не доверяет. Но она никогда не испытывала к нему чего-то большего и он это знает, поэтому ему было с ней легко. Егор от слова совсем не влюбчивый человек, он редко сходит с ума от кого-то, но это всегда происходит сразу. Он понимает все с первой же встречи. Девушкам же всегда было труднее дружить с ним, потому что рано или поздно они все равно влюблялись в него. Но Вероника была редким исключением.       — Почему отель? — она вдруг спросила, пытаясь отдышаться, когда Егор уже впопыхах натягивал на себя джинсы.       — Потому что обычно ты вырубаешься сразу после секса, а я не люблю, когда кто-то спит в моей постели, — совершенно откровенно ответил тот, подмигнув ей. Она была самой понимающей и простой девушкой, которую он только знал. Но, увы, никаких чувств так и не смог к ней испытать. Отношения, которые начинались только с секса, автоматически ничего не значили для Крида. Он, конечно, тот еще кадр, но ценности у него не те.       — Потому что после тебя я выжата, как лимон, — усмехается, делая ему такой своеобразный комплимент, и сильнее укутывается своим голым телом в одеяло. — У тебя девушка есть? Давно ты не писал.       — Если бы была, я сейчас не был бы здесь, — Егор раздражается, заправляя рубашку в джинсы. Ника издевательски усмехнулась. — Задавать глупые вопросы у тебя в крови.       — Вы посмотрите, какой правильный. Тебе про твои двадцать четыре напомнить? — она невинно похлопала глазками. — Как будто раньше тебе это мешало проводить со мной сутки, — девушка цокнула, поднимаясь с кровати, будучи укутанной в одеяло, и уселась на пол рядом с мини-баром. — Можно?       — Да. Можешь переночевать здесь, я все оплатил. А ещё: сейчас мне уже не двадцать четыре. Люди меняются. Если не перестанешь меня выбешивать, мне надо будет опять раздеваться, — Егор ухмыльнулся, глазами выискивая свой телефон в спальне гостиничного номера.       — Меняются… — она кивает, делает глоток холодной воды, — Но ты все равно продолжаешь искать понимания на стороне, как только в твоих отношениях все начинает идти не по твоим планам, — буднично сказала она, пожав плечами.       — Это было раньше. И сейчас я свободен. И почему ты вообще модель, а не психолог… — пробурчал тот, чтобы она не услышала, но Ника звонко смеется, потянувшись за белым халатом, который удачно приземлился рядом с кроватью, когда Егор его срывал.       — Ты чего так торопишься-то? Даже в душ не сходишь? Я думала, поговорить хочешь, поэтому написал, — рыжая чуть повысила голос, потому что Егор отошел в соседнюю комнату люкса.       — Да ты просто волшебная какая-то. Пару минут поострили, и уже легче стало, — он ухмыляется, возвращаясь, и застает ее уже в халате.       — Хороший ты мужик, конечно, Егор, — она покачала головой с улыбкой, вставая и прыгая в тапочки. — Если бы я не так хорошо тебя знала, может и доверила бы тебе свое сердце.       — Если бы ты не была такой адекватной, может и я бы тебе свое доверил. Как видишь, мое сердце клюет только на токсичных истеричек, — Крид ухмыльнулся, отписываясь мирно ждущему Роме, что будет у уруса через пять минут.       — Если позовешь меня на днюху, подарю тебе годовую терапию у психолога. Может, наконец вылечишь свою нездоровую голову, — она отпила еще немного воды, освежаясь. — Ладно, я в душ. Хорошенько шикану сегодня на твои роялти.       — Бесстыжая засранка, — Егор по-доброму закатывает глаза и целует ее в щеку на прощание, оставляя ключ-карту на полке.       — Звони если что. Всегда готова разгрузить твоего друга после тяжелого дня.       — Ты звучишь так, будто рекламируешь себя среди инстаграмных эскортниц.       — Нет, я просто знаю, что ты что-то от меня скрываешь, — Ника играет бровями с ухмылкой на лице, — И вообще, это некрасиво! Ни здравствуйте, ни до свидания, получил свой секс и убегает.       — Извини. Я твой должник, — Егор подмигивает на ходу, оборачиваясь, — Ты знаешь, что на меня всегда можно положиться. Звони, когда понадоблюсь. Если парня не найдёшь, конечно...       — Ой, беги уже, любовничек, — она хлопает его по плечу, — Всё равно ты мне всё расскажешь! — она закатывает глаза, наблюдая за отдаляющимся силуэтом Булаткина, который незаметно для неё лыбился.       Запрыгивая на заднее сидение своего уруса ровно через пять минут, как и было обещано Роме, Егор говорит ему ехать домой и вздыхает, запрокидывая голову. Сработало. Но не помогло. Жалкие полчаса. Может чуть побольше. В любом случае, в сутках ровно на двадцать три часа и тридцать минут больше времени. Перевес однозначно заметен.       Без пробок добравшись до дома, Егор бросает ключи на пуфик возле двери, кидает кроссовки рядом и идёт на кухню, чтобы поставить чайник. Проверяет в шкафу, остался ли у него чай, и перемещает пачку на столешницу, убегая в ванную помыть руки, а потом проскальзывая в гардероб, чтобы переодеться в домашние вещи. Через пару минут он возвращается на кухню уже в серых спортивках и майке, чтобы не было жарко, и принимается засыпать сухой чай в заварник, думая о том, как было бы чертовски хорошо, если бы его сейчас кто-нибудь встретил дома. Чтобы ему не приходилось самому заваривать этот чай. Чтобы о нём позаботились заранее, зная, что он будет валиться с ног, когда вернётся домой. Но его никогда так не встречали. Он всю жизнь питался едой из доставки, всегда сам ходил за новой кружкой чая, потому что некого было попросить. Домработница приходила раз в неделю, наводя порядок в его холостяцкой квартире, но даже ее наличие не заменяло ему желаемых чувств. Егор вздыхает и наливает уже заварившийся чай в кружку, шагая с ней в стримерскую. Хлопает дверью и облегчённо заваливается в любимое ортопедическое кресло, спасающее его больную спину, и включает компьютер. Хватает первые попавшиеся наушники из его любительской коллекции, которые были подключены через провод, и надевает их на голову, запуская Дискорд. В комнате были активны Эрик с Сашкой, которые, судя по иконкам микрофонов, в данный момент разговаривали. Крид присоединяется к звонку, чуть подув в кружку, чтобы остудить напиток.       — Да потому что ты, блять, вечно спишь, когда Егор стримит, — тут же слышится ироничный голос Эрика. Егор вздрогнул от повышенной громкости и открыл микшер, делая звук тише.       — А ты вечно засыпаешь, когда мы что-то смотрим, и нихуя, — обиженно отвечает модератор, которого уже задолбали вечные насмешки от друзей. Крид ржёт, наконец привлекая к себе внимание, и отпивает немного чая, чуть обжигая язык.       — Сука, я на четыре часа раньше вас живу! О, Егорыч, здорово.       — Приветствую. Чего вы тут срётесь, как бабки, вам делать больше нехуй? Саш, блять, ты бы лучше так оперативно чат на стримах чистил, — усмехается, заходя в браузер, чтобы поискать информации о давно волнующем его персонаже, но не подаёт вида, отвечая ребятам.       — Ты просто вовремя зашёл. До этого мы за полчаса ни разу не спорили, — гордо ответил Эрик, на что Саша тут же громко хмыкнул. — Чё как ты вообще? Как съёмки твои?       — Нормально, — отмахнулся он, вводя в поиск "Майкл Хендерсон" на английском, и заходит в Википедию, изучая.       Парни продолжают о чём-то говорить, что-то спрашивая у Егора и оставаясь проигнорированными, потому что он уходит с головой в текст, успевая переводить его себе с английского. Фотки, биография, детство, карьера... Не интересно. Как только он собирается закрыть сайт, ему в глаза бросается фотография с девушкой, очень похожей на Кэсси. Егор хмурится, пролистывая страницу вниз, и видит упущенную "Личную жизнь". Там было много совместных фотографий с боёв, фотографий, где Кэсси одна, из её Инстаграма, и целая статья о ней. Там было всё: и дата рождения, и университет, который она закончила, её профессия, скриншоты из Инстаграма с фотографиями, на которых лайки доходили аж до десяти тысяч. В интернете было достаточно статей о ней, ее фотографий с этим парнем, и, как Егор сумел догнать, она уже когда-то была публичной до встречи с ним. Но скрыла это от него. Егор на время отключает микрофон, горько усмехаясь, и листает фотки, которые не заканчивались. И как он хотя бы раз не подумал поискать её? Слишком доверился. Не верится, что она могла так нагло обманывать его. Его взгляд падает на подаренный девушкой альбом, который он так и оставил на своём столе, каждый раз обещая себе его выбросить, но так и не делая этого. Он берёт его в руки и открывает, листая уже выученные наизусть страницы. Он останавливается на фотографии, которую они сделали в Сиэтле, когда поднимались на колесе обозрения. "Здесь я уже точно была влюблена в тебя, но пыталась переубедить себя в этом, думая, что у нас ничего не выйдет. Хорошо, что я тогда полезла к тебе в кровати, правда? LOL<3"       Егор улыбается, читая её послание чётко выведенным, красивым почерком, но потом резко возвращается в своё хмурое выражение лица, откладывая альбом на край стола. Чёрт, его точно надо выбросить. А лучше сжечь. Вновь открывает вкладку Дискорда, чтобы вернуться в разговор с пацанами, как в кармане три раза вибрирует телефон от входящих сообщений. Достаёт его, подтверждая Face ID, и громко хмыкает.

Кэсс — привет — мы можем встретиться? это очень важно. — хочу поговорить.

      Сердце Егора тут же забилось, как бешеное. Он кидает взгляд на альбом, потом опять на экран компьютера, на котором была открыта её фотография с бывшим. Мозги кипели, сердце в панике. Обречённо вздыхает и дрожащими руками печатает ответ: — извини. график слишком забит)       Она отвечает сразу:

Кэсс — что, даже двадцати минут на меня не найдешь?

— нет, прости. все вопросы к Марии))       Несколько секунд она ещё висит в сети, а потом выходит, игнорируя его. Егор прикрывает глаза, откидываясь на спинку кресла, и вздыхает. Так будет лучше. Он всегда всех прощает. Всегда даёт шансы. Всегда слушает и всегда помогает. Пришло время подумать о себе и начнёт он определенно с этого. Главное потом не пожалеть.