Сакура и Саске застряли в прошлом.

Неизвестно, сколько времени прошло с тех пор, как всё произошло, но Тобирама постепенно начал просыпаться, медленно освобождаясь от тяжёлых, но приятных оков сна. Честно говоря, он не помнил, когда в последний раз спал так хорошо, не заботясь о важных или не очень вещах. Теперь он мог запомнить этот случай, чтобы иногда напоминать себе о пользе качественного сна. Открыв глаза, Тобирама первым делом увидел своего брата, который сидел рядом с Сакурой. Хаширама использовал свою чакру, чтобы поддерживать жизнь бессознательной девушки. После того неожиданного нападения Сакура едва теплилась в ослабевшем теле, словно не спешила возвращаться к жизни. Яд в организме — это не та вещь, над которой можно смеяться и забыть. Оглядев место, где он находился, Тобирама сильно удивился. Ему стало любопытно, как он оказался на футоне, если помнил, что сидел за столом и пил чай, изучая свитки. К сожалению, он не будет способен вспомнить это, как бы он ни старался — в его голове всё было как в тумане. Светловолосый провёл рукой по лицу и глубоко вздохнул. — О, ты проснулся? — спросил Хаширама, наконец обратив на него внимание. Тобирама, услышав приветствие, поднял взгляд и спросил в ответ: — Сколько времени? — Довольно много. Если быть точным, то десять часов. Это совсем не похоже на тебя. Даже я не помню, чтобы ты так долго спал! — сказал старший брат, и на его словах у младшего появилась усмешка. Тобирама откинул одеяло, натянул простое кимоно на свою голую грудь, завязав его на талии расшитым поясом, и не забыл надеть сандалии. Подойдя к столу в углу комнаты, он наполнил чашой водой, почти залпом выпив всё содержимое, и оставил пустую чашу в стороне. Затем он спросил: — Я не помню, как уснул. Как я оказался на футоне? Ты что-то знаешь об этом, Хаширама? — сразу же перешёл к главному, чтобы его проснувшийся ум не забыл важную информацию. — Когда я пришёл, ты уже спал за столом, и я не стал тебя будить. Подумал, что ты устал, и перенёс тебя на футон, — ответил старший Сенджу спокойно. — Понятно, — медленно проговорил Тобирама, выдерживая короткую паузу, прежде чем продолжить: — Но вроде бы устающим я не был. Вчера я искал свитки, разные знаки и символы, собирался прочитать послание от Токи и дождаться тебя. Но потом… — внезапно у младшего возникла догадка, и он тут же спросил: — Хаширама, ты не отправлял мне вчера чай с мятой? — Нет. Я встречался с Хутори, расспрашивая его о травах, чтобы найти противоядие. Почему ты вообще решил, что я отправлял тебе что-то? — удивлённо спросил Хаширама, приподняв брови. — Если чай не от тебя, тогда от кого? — Тобирама серьёзно задумался над этим. Его лицо стало ещё более серьёзным, когда взгляд переместился к кружке, стоявшей на столе. И тут его осенило... Он резко взял кружку и начал её крутить, внимательно рассматривая. Хаширама лишь нахмурился. — Тоби-кун, почему ты смотришь на кружку? — как бы между прочим спросил старший брат. — Что-то здесь не сходится… — отстранённо произнёс Тобирама, продолжая изучать кружку. — Расскажи, что произошло вчера? Тобирама замер, стараясь вспомнить все детали произошедшего накануне. Его мозг, будто назло, отказывался вспоминать нужную информацию, и минуты тянулись, казалось, вечность. Он уже начал скрежетать зубами от досады, как вдруг ему снова вспомнилось, что произошло. Он отметил для себя, что на секунду поддался злости; это, возможно, помогло ему вспомнить что-то важное, даже если это «что-то» и было глубоко запрятано в его памяти. — Хаширама, брат. Вчера, после твоего ухода… Примерно через час, когда я сидел и изучал свитки, пришла служанка. Она принесла мой любимый чай с мятой, который я выпил. Я не заметил ничего подозрительного. Она выглядела совершенно обычно, и я чувствовал себя спокойно. Она даже сказала, что ты попросил хозяина гостиницы принести мне чай. И я не придал этому значения, потому что, ну, кто как не ты знает мои предпочтения? — Тобирама закончил своё объяснение, но тут же был прерван старшим братом: — Стоп, что?! Я даже у хозяина не был! От такого заявления Тобирама пришёл в недоумение. Как такое могло произойти? Брат точно не шутил — это было видно по его состоянию. У Хаширамы не было причин для шуток. Поэтому они решили направиться к владельцу гостиницы, чтобы разобраться в этом. Что-то определённо не складывалось, и им необходимо было выяснить все детали. Когда братья расспросили владельца таверны о случившемся и запросили информацию о том, кто заказывал чай, хозяин ответил: — Без сомнений, это был ваш брат — достопочтенный Хаширама-сама. После этих слов братья остались в полном недоумении. Как это могло случиться? Если бы Хаширама действительно заказывал Тобирама чай, он бы не стал этого скрывать. Но сейчас всё оказалось совершенно наоборот. Всемирно известный Бог Шиноби ничего не просил, и вообще находился в другом месте в нужное время. Что же тогда произошло? Младший Сенджу встряхнул головой, сбрасывая с плеч тяжесть дурных мыслей и предчувствий. Но, чтобы быть честным, неясность не ограничивалась лишь его мыслями; вся ситуация оставалась смутной. Слишком много ниточек запутались, и не было ясно, за какую их надо хвататься, чтобы дойти до истины, что могла быть как светлой, так и тёмной. — Как выглядел тот, кто напоминал Хашираму? Можешь его описать? — вновь спросил Тобирама, стараясь сохранять дружелюбный тон. Ему не хотелось напоминать хозяину о недовольстве, поэтому он скрывал свою негативную эмоцию, чтобы больше узнать о неизвестном, который каким-то образом был похож на Хашираму, что тоже находился в недоумении. Хозяин гостиницы, услышав вопрос, был сильно удивлён. Это выразилось в легкой нервной улыбке и наклоне головы. Его удивление вызывало то, что его спрашивают о вчерашнем госте и о том, сможет ли он описать его. Важно отметить, что Хаширама, находясь в своих раздумьях, поддерживал все эти вопросы, ведь ему было очень интересно, как кто-то мог быть настолько похож на него, что их было невозможно отличить. Хозяин гостиницы немного задумался и, наконец, начал описывать человека, который выглядел как Хаширама: — Я могу точно сказать, что он был высоким мужчиной с загорелой кожей и тёмными глазами. У него были чёрные волосы до талии, закрывающие лицо, и он был в тёмно-красных доспехах. Возможно, было что-то ещё, но я не запомнил. Заботы были слишком много, чтобы всё удержать в голове, — объяснил хозяин, заканчивая описание. — Так, стоп! — внезапно воскликнул Тобирама, выставив руку. — Вы говорите, что он был в доспехах? — спросил он у хозяина, на что тот молча кивнул, затем удалился, так как его ждали дела. Хаширама был не просто удивлён — он был поражён тем, что кто-то мог быть на него так похож, словно у него появился клон или близнец. Во-первых, доспехи, а во-вторых, он точно знал, что любит Тобирама. Это было очень странно. Теперь стало ясно, что необходимо выяснить, кто же это мог быть. Но его раздумья прервала красивая служанка, направляющаяся к ним. Как только она подошла, сразу спросила: — Здравствуйте, Господин Хаширама, вам что-то нужно? Два Сенджу взглянули на девушку, стоящую перед ними, и были сильно удивлены. Что можно было ещё сказать? Столько потрясений обрушилось на них, словно снег или холод, которые сложно ожидать в летний сезон; поэтому их состояние было абсолютно понятным. Первым на вопрос ответил Тобирама, так как Хаширама вовсе не успел толком среагировать на происходящее. Младший взял слово первым, так как был сильно шокирован тем, как незнакомая служанка обратилась к его брату. — Ты его знаешь? — серьёзно спросил Тобирама, делая шаг вперёд. Девушка мгновенно сжалась, испуганно отступив от младшего Сенджу, ведь его выходка вызвала в ней настоящую панику. Она смогла лишь произнести с дрожью в голосе: — Д-да… З… Знаю… Стоящий рядом Хаширама локтем толкнул своего младшего брата за такое поведение. Тот недоуменно вскрикнул, схватившись за вдруг получившие удар ребра, который, надо признать, был вполне заслужен. Старший Сенджу, тяжело вздохнув от глупости своего брата, теплотой улыбнулся и решил начать разговор с девушкой более вежливо, чтобы успокоить её, ведь она тряслась, словно осиновый лист на ветру. Порой его импульсивный младший брат пугал всех своим неожиданным гневом. — Здравствуйте, прекрасная дама. Прошу прощения за поступок моего непостоянного братца. Он немного грубоват, так как у него нет особого опыта в общении с такими очаровательными девушками, как вы. Слыша эти слова, девушка застенчиво улыбнулась мужчине перед собой. — Не стоит переживать. Так бывает. Но должно сказать, что это было весьма вежливо с вашей стороны, — с улыбкой ответила служанка, смотря на весьма привлекательного, по её мнению, Хашираму Сенджу. — То есть, вы меня знаете? — спросил он, проявляя больше вежливости, чем его брат. — Конечно, как же вас не знать! Вы вчера подходили ко мне с просьбой, — ответила она, удивив Хашираму, который с дружелюбной улыбкой спросил дальше: — И что же я у вас просил? — Вы не помните, что просили? — удивленно переспросила девушка, наклонив голову. — Ну… Я не очень ясным образом запомнил, что происходило вчера, поэтому мне любопытно, сможете ли вы напомнить о чем я вас спрашивал? — нагло солгал он, надеясь получить нужную информацию, которая смогла бы прояснить ситуацию. Служанка, ещё больше озадаченная таким ответом, в конце концов, ответила: — Конечно. Вы спрашивали, есть ли в комнате девушка с розовыми волосами. Услышав ответ служанки, двое Сенджу сразу изменились в лицах и с недоумением посмотрели друг на друга.

***

      Сакура с трудом разлепила глаза в абсолютной темноте. Это была первая удивительная вещь, которую она могла заметить.       Смерть, как она слышала от воскресшего шиноби, разрешилась сама собой быстро: ты выжила, ты умерла, ты проснулась в Чистой Земле в окружении таких же умерших друзей и семьи. Но никто ничего не сказал о тьме. Возможно, она не слушала нужных людей. Или, возможно, темнота была настолько временной, что никто не счёл нужным упоминать об этом.       Девушка подождала некоторое время и, когда ничего не произошло, встала и пошла вперед, следуя по пути тропинки, едва различимой в чернильной темноте.       Вскоре тропинка покрылась рябью, как вода, хоть на ней вовсе не было влаги; каждый шаг Сакуры освещал темноту, как фонарик, поскольку рябь, создаваемая ее шагами, высвечивала мелькающие образы под поверхностью. Она потерла лицо — чистое, гладкое, здоровое — и продолжила идти, пытаясь что-то разглядеть во тьме. Но в этом и была особенность этого места: прогулка не заставляла скучать. Чем больше Сакура шла, и чем больше она топала, тем больше появлялось изображения.       — «Битва?» — промелькнула мысль в розововолосой голове, когда девушка увидела полноценную картинку.       Это была битва; та, которую она и Саске оставили позади. Искажение от ряби довольно сильно размыло сцену, но Сакура могла разглядеть Наруто, Какаши-сенсея, Обито и Мадару Учиха, которые все еще сражались друг с другом. Без нее и Саске.       Если все, что она сейчас видела, было реальностью, это же было хорошо, не так ли? Если они все еще сражались, это означало, что у них все еще был шанс победить. — подумала Сакура, едва заметно нахмурившись.       — «Или,» — прошептал предательский голос у нее в затылке, — «это может означать, что ты только отсрочила их смерть. Возможно, они скоро присоединятся к тебе.»       — «Нет», — отрезала Сакура, качнув головой.       Затем изображения распались на фрагменты, каждый из которых показывал бушующую битву с другой точки зрения. И какими ужасными были перспективы — ее друзья и товарищи пали перед Деревом чакры матери. Самой Кагуи прародительницей чакры, то время как она наблюдала сверху, беспомощная, чтобы остановить это. Все умирали один за другим.       — «Этого не может быть», — думала Сакура, с ужасом наблюдая отнюдь не радужные перспективы окончания битвы.       — «Этого не должно произойти», — произнес голос позади нее, — «Если ты хочешь это изменить».       Сакура развернулась и тут же упала прямо на свою пятую точку. Прямо перед ней, засунув руки в рукава, стоял Мудрец Шести Путей. Теперь она узнала Хагоромо.       — «К-как …?» — Сакура замолчала, не в силе вымолвить чего-то большего. Она даже не была уверена в правильности того, о чем спрашивала. — «Как вы здесь оказались? Почему я здесь? Почему я вижу эти вещи?»       Мудрец ничего не ответил, но жестом пригласил Сакуру подойти ближе. Она подошла к нему, удивлённая тем, что не почувствовала страха после своего первоначального испуга. (Скорее всего первый шок и потрясение уже сошли на нет) По какой бы причине она ни знала с абсолютной уверенностью, что он не причинит ей вреда.       — «Это реально?»       — «Так и есть», — спокойно ответил мудрец.       — «Почему?» — удивилась розововолосая.       — «Ты умираешь,» — ничего не оттягивая просто сказал Мудрец.       — «Но-…» — пробормотала Сакура. Ломая руки, она отчаянно просматривала изображения в поисках хоть какого-то прозрачного проблеска надежды. — «Я подвела их... Цунаде, за то, что потратила впустую свое время, Саске и Наруто...»       — «Ты ошибаешься, моя дорогая» — сказал Мудрец.       Сакура молча подняла глаза и увидела потустороннее лицо, на котором в равной мере читались беспокойство и сострадание.       — «Здесь нет твоей вины, кроме моей. Я решил благословить Саске и Наруто своей родословной и до сих пор не видел, что другие остались в стороне».       Сакура неловко указала на себя. Мудрец кивнул.       — «Но только потому, что я была в одной команде …» — проговорила Сакура.       — «Дело было вовсе не в этом. Простите, что прерываю, но у нас мало времени, даже в этом месте.» — Мудрец снова погрузил руку в поверхность, и изображения сменились. — «Я вложил так много себя в будущее Наруто и Саске, потому что верил, что, как и моих сыновей, одной их силы будет достаточно, чтобы изменить мир к лучшему. Вместо этого я наблюдал, как они разрывали друг друга на куски, точно так же, как мои потомки до них.»       По «воде» проплыло изображение Наруто и Саске, стоящих лицом к лицу в Долине Завершения. Последовали другие, на каждом из которых были изображены два человека, которых Сакура узнала.       — «Силы недостаточно» — сказал Мудрец. — «И из-за того, что я не понял этого раньше, ничего не изменилось. Но передо мной уникальная возможность. Мое воскрешение позволило мне, к лучшему или к худшему исходу, вмешаться. Совсем немного. Есть определенная, наполовину законченная техника, которую я позаимствовал у своей матери много лет назад, и за время моего пребывания в Чистой Земле я, наконец, довел ее до совершенства.»       Мудрец неспешно вытащил руку из рукава. В его пальцах был крепко зажат свиток, — единственный свиток, такой маленький, что казался изящным. Хотя тьму почти не рассеивал свет, свиток сверкал, когда Мудрец манипулировал им.       — «Более точное объяснение заключается в том, что она предпочитала более прямой путь к доминированию и не видела смысла в разработке более… тонких техник».       — «Что он делает?» — Сакура завороженно наблюдала, как свиток проплыл над ладонью Мудреца, разворачиваясь почти лениво и колышась в воздухе вокруг них.       — «Я увидел в тебе огромный потенциал,» — продолжил Мудрец. — «Я верю, что ты могла бы добиться большего, намного большего, с тем вниманием, руководством и помощью, которые я так эгоистично уделял своим сыновьям. На Наруто и Саске, а также других, кто обладает этой чакрой, нельзя полагаться в одиночку. Я думаю, мы бы не разговаривали, если бы я понял это раньше».       — «Неужели никто не смог бы стать великим при правильных обстоятельствах? Это не обязательно должна быть я. Не так ли? Я просто та, кто оказалась в их команде.» — утверждает Сакура, которую изнутри разрывают эмоции, а голова уже раскалывается от услышанной информации.       — «Конечно, любой может стать великим» — проговорил Мудрец. — «Но если это так, то почему не ты?»       Ладно, так уж и быть молча признаем, что это заявление было вполне справедливо, хотя девушка, с самого детства, привыкшая следовать за кем-то, оставаться за чьей-то спиной, с трудом могла в это поверить.       — «Быть исключительным не является обязательным условием для счастья, Сакура. Несмотря на это, я верю в твой потенциал. Я не настоящий Провидец, но из многих будущих, в которые я заглядывал, какими бы расплывчатыми они ни были, твое лицо всегда появляется в самых счастливых. Живое. Целое. Великолепное. Большего я не мог разглядеть. Но ты была частью того счастливого будущего. Всегда, ты. Забытый. Тот, кого оставили позади.»       Сакура непонимающе склонила голову, проговаривая:       — «Во мне нет ничего особенного. Я не происхожу из могущественных семей, таких как Наруто или Саске».       — «Да» — сказал Мудрец, усмехаясь и делая минутную паузу.       — «Теперь ты понимаешь?» — Он щелкнул пальцами, и свиток начал светиться. — «Я собираюсь отправить твою душу обратно. Слишком много лет назад или позже, и будущее, которое я видел, развалилось.»       — «Например, отправить меня назад в мое тело, где я сейчас лежу как полумертвая в то время? Это то, что вы хотите сделать?»       — «Так и есть».       — «Белый Зецу думал, что путешествие во времени было незаметным?» — спросила Сакура у Хогоромо. При этих словах Мудрец ухмыльнулся. Да-да, он действительно ухмыльнулся ей.       — «И я боюсь, что сила этой техники, хотя и впечатляет в описании, довольно ограничена для пользователя. Я уже использовал ее однажды, до того, как нашел тебя здесь. В истории вашей семьи произошло определенное событие, которое изменило ход человечества. Свиток отправил меня назад, и мне дали три секунды на то, чтобы действовать.»       — «Вы говорите, что у меня есть три секунды, чтобы изменить историю, и надеюсь, что того, что я сделала, было достаточно, чтобы предотвратить всю Четвертую войну».       — «Нет», — сказал Мудрец, качая головой — «Как я уже сказал, эта техника ограничена для пользователя. Я сам мог путешествовать назад и вперед, но только на этот крошечный отрезок времени. Принимая во внимание, что если я, пользователь, применю эту технику к тебе, я могу отправить тебя куда угодно и когда угодно, и там ты останешься до конца своей жизни.»       — «Значит, это билет в один конец. Если я хочу что-то изменить …» — медленно проговорила Сакура.       — «Тогда у тебя есть годы, чтобы сделать это, но нет ни малейшего представления о том, достаточно ли того, что ты сделала. Ты не можешь вернуться, чтобы оценить результаты своей работы. У тебя есть только твои нынешние знания, которыми ты можешь руководствоваться. Но ты будешь не одна, с тобой Саске.»       Внезапно пустота запульсировала и содрогнулась, как будто что-то притаилось сразу за черными как смоль границами, ища вход. Сакура медленно придвинулась ближе к Мудрецу, скрестив руки на груди и мечтая о чем-нибудь, чем можно было бы прикрыться. Дрожь прекратилась через несколько мгновений, но безопасность, которую Сакура чувствовала раньше, не вернулась.       Резко хватив Сакуру за плечи, Мудрец заглянул ей в глаза. Сияние от парящего, мерцающего свитка отразилось от его слишком гладкой кожи и нечеловеческих черт. Сакура отпрянула, обеспокоенная после всего, что он сказал, что каким-то образом он сочтет ее недостающей. Но он не дрогнул.       — «Победить двух Зецу будет нелегко,» — снова заговорил Мудрец. — «Но я верю в вас. Вы оба. Помогайте друг другу. Но, скажу сразу, тебе понадобятся все преимущества, которые ты сможешь получить для выполнения стоящей перед тобой задачи. Я предлагаю два дара: дар силы и дар любви.»       Сакура моргнула. Она даже не знала, с чего начать реагировать на это. На что-нибудь из этого.       — «Почему ты посылаешь меня и Саске, но не Наруто? Конечно, я сделаю все, что в моих силах, чтобы поддержать Саске, но…»       — «Вы справитесь, я вас верю.» — вновь проговорил Мудрец, перебивая девушку.       Просматривая набор печатей слишком быстро, чтобы Сакура могла заметить, он протянул руку и прижал большие пальцы к ее вискам. Свиток засветился еще ярче, свет теперь начал щипать глаза Сакуры, когда она смотрела прямо на него. Ее голова закружилась в вихре замешательства. Вокруг ее тела материализовались пылинки света, и когда она посмотрела вниз, то увидела, что ее ноги начинают исчезать. Затем Мудрец начал исчезать       — «Помни, Сакура. Даже самые незначительные изменения имеют далеко идущие последствия.»       — «Не могли бы вы просто…» — хотела Сакура еще сказать, но опять не смогла договорить.       — «Помогайте друг другу,» — Мудрец ударил рукой по поверхности пустоты, и она разлетелась на миллиарды мерцающих осколков. И Сакура падала, падала, падала в свет.

***

      Сакура вернулась в страну живых через несколько часов после восхода солнца. Ее сознание медленно возвращалось, и она могла чувствовать тяжесть истощения чакры на своем теле. Даже если она чувствовала себя не очень хорошо, ей было тепло, а футон был действительно удобным. Ее рука коснулась чего-то влажного, но действительно мягкого… Проведя по нему рукой несколько раз, она вздохнула. Подождите. Где я? Воспоминания о прошлых часах нахлынули на нее, и она резко проснулась, открыв глаза. В панике она осмотрелась по сторонам. Вероятно, было раннее утро или день, так как снаружи было действительно светло. Комната, в которой она находилась, была простой. Когда она проснулась, это не было вздрагиванием или от пота, собиравшегося вдоль линии волос, или даже от тяжелого дыхания. Это был медленный прорыв в сознание, который застал Сакуру безучастно смотрящей на деревянный потолок, прежде чем взгляд переместился на обшивку стен панелями и дверь седзи. На мгновение она легла на то, что приняла за какую-то раскладушку, и замерла, отметив присутствие того, что когда-то было влажным полотенцем, обернутым вдоль ее лба. Она чувствовала себя безмятежной. Она чувствовала себя самой недовольной, с тех пор, как попала в эту странную временную шкалу. На самом деле ни о чем не беспокоясь, она просто лежала там и вроде как позволила своему разуму какое-то время блуждать. В комнате было тепло, но не душно. Пахло цветами, некоторые она узнала, другие ускользнули от нее, но она была уверена, что придет, чтобы опознать их в свое время. И было тихо, но так уютно. Вскоре она услышала шаги, удаляющиеся по общей площади за пределами комнаты, которую она занимала. Вскоре за ними последовала раздвижная дверь седзи и вошедшее тело. Запах еды настолько пощекотал ее чувства, что она перевела немой взгляд с нее на того, кто удостоил ее столь желанной трапезы. Причем приготовленной.       — О боже вы очнулись. — Удивлена была служанка. — Нам было интересно, как долго вы будете без сознание, о-дзё.       Это была девушка. Ее волосы были длинными, заплетенными в одну толстую косу, которая падала на правое плечо. Ее лицо, круглое и несколько пухлое, было добрым и нежным, как и ее карие глаза. Она просто улыбнулась, прежде чем подойти к Сакуре, где вскоре была расставлена еда.       — Меня зовут Кохана. Меня попросили присмотреть за вами пока вы без сознания были. Господин Хаширама сама и Тобирама-сама. — Она говорила мягко, неуверенно протягивая руки и молча прося разрешения помочь Сакуре сесть за стол. Полотенце вскоре было снято, а поднос поставлен на колени пинкетт.       Сакура, все еще немного сонная, не совсем осознавала, в каком состоянии она оказалась.       — Надеюсь, это тебя не встревожит, но я взяла на себя смелость пока ты была бессознания вымыть твоё тело. Я не была уверена, что ты хочешь сделать со своим кимоно. Это так красиво, я не хотела его выбрасывать но там была кровь и грязь.       Сакура ничего не сказала, решив вместо этого сосредоточиться на стоящем перед ней блюде.       — О-дзё, вам нужна помощь? Вы только скажите мне, я буду рада вам помочь, — проговорила девушка.       — Нет спасибо. Я справлюсь сама, проговорила Сакура. Могу я спросить у тебя, Кохана — братья Сенджу они где? Скоро прибудут?       Девушка стояла немного задумалась и ответила на вопрос:       — О-дзё, не беспокойтесь об этом, у них сейчас дела появились, они у господина Хуторе сана. Я могу им сообщить, что вы проснулись, что с вами все в порядке, — проговорила Кохана.       — Нет необходимости сообщать им о моем пробуждения, не надо их тревожить от дел, — Неловко проговорила Сакура девушке, обманывая её. — Можешь мне принести что нибудь сладкое, Кохана?       Как только служанка вышла из комнаты, Сакура встала начала одеваться на ходу что бы до прихода служанки исчезнуть. Она не хотела сталкиваться с основателями Деревни братьями Сенджу, потому что её будет допрашивать лорд Второй Хокаге Тобирама Сенджу. А ей этого точно не надо, она решила свалить по быстрей. Девушка одела Мужское Кимоно серого цвета и сандали. Быстро руками движения печати трансформация. Пуф…. Превратилась она в молодого парня лет двадцати пяти. Посмотрев в зеркало в комнате на себя, дала себе знак, что надо идти. Сакура превратившего другого человека глубоко вздохнула и скрыла свою чакру, что бы никто не мог её почувствовать или обнаружить. Подошла к окну и вышла на улицу. Прямо так. Через окно. Пробежав через несколько домов, она раздумывала, что надо найти Саске, предупредить о новой опасности в лице Белого Зецу.