Падаю в тебя

Если жребий так выпал, значит это судьба? Судьба оказаться с хеном в одном номере и на одной кровати? Это к лучшему или к худшему? Он рад, что так совпало или нет? С одной стороны ему было с хеном спокойно, интересно и весело, но была еще и та самая другая тревожная сторона. Да, между ними когда-то все начиналось просто, не надо было думать не слишком ли они близко, не часто ли смотрят друг на друга? Они были членами одной команды, только и всего. Но зрители решили по-другому, они увидели нечто большее в их дружбе, и Мэтью стало некомфортно. Он никогда до этого не думал о хене в таком ключе. Как и все, он признавал его выдающуюся внешнюю привлекательность, но отстраненно — Джиун-хен для него прежде всего был опытным старшим. А потом все встало с ног на голову и то, что было невинно, приобрело странный оттенок. Когда Мэтью впервые получил в сообщениях от друзей порцию фанатских роликов о них с Джиун-хеном, удивление, отрицание и отвращение — вот, что бурлило в нем сильнее всего! Ну нет, он никогда не влюбится в парня! Невозможно! Его тип — миленькие маленькие девушки, беспомощные и нежные, глупенькие хохотушки, мечтающие, чтобы о них позаботились. Хен не вписывался даже теоретически. О Боже! Мэтью и представлять этого не хотел. В добавок, было еще несколько подогревающих воображение обстоятельств — Джиун снимался в bl, взаимосвязанно это или нет, но он обладал странной аурой, которая придавала обычным движениям и взглядам сексуальный подтекст, хотел он этого или нет. Кое-что (разумеется!) не показывали в эфире, но некоторые из участников Boys Planet без стеснения объявили на Джиун-хена настоящую охоту. И, хотя старший ни к кому из них не проявил ничего более вежливого интереса, он и не высказался однозначно, как к этим поползновениям относится. Мэтью не думал, что действительно нравится хену в том самом смысле, но даже повода давать не хотелось, поэтому он решил отстраниться — по возможности меньше общаться, не участвовать в парных заданиях и не сидеть вместе за обедом. Но вот что странно (или нет?): Джиун поняв, что с Мэтью что-то происходит, и предприняв несколько безуспешных попыток поговорить и выяснить отношения, сам сделался равнодушно-холодным. В жизни Мэтью, как и у всех прочих, присутствовало достаточно трудных вещей и горьких событий, но не было ничего более удручающего, чем добрый, надежный и ласковый хен, который вдруг смотрит на тебя пустым взглядом, а заботу, нежность и внимание отдает какому-то другому счастливчику. Оказывается, за то недолгое время, что они провели вместе, он привык привлекать концентрированное внимание самого милого и забавного старшего. Да, у него был еще один заботливый хен, но и тот больше не принадлежал ему полностью, более того — почти с самого начала шоу без оглядки сместил старого друга на вторые роли, не осознавая терпкое отчаяние оставшегося позади. Проведя несколько дней в метаниях, Мэтью решил все вернуть на свои места, вот только уверенности, что Джиун-хен простит его не было, однако в этот раз канадец проявил несвойственное для себя коварство — он намерялся действовать через того, кто был к Джиуну ближе всех — через Чону. И план на удивление легко удался. Мэтью приходил к Чону, Мэтью шутил с Чону, Мэтью ластился к Чону и постоянно оказывался рядом с Джиуном, и, как итог — очень сложно игнорировать того, кто с завидной регулярностью маячит у тебя под носом. В конце концов они оба сделали вид, что никакого охлаждения между ними не было. Все вернулось на круги своя, но теперь Мэтью научился больше ценить особое отношение своего хена. Со временем мысль о том, что их шиперят со старшим, перестала тригерить. Они были не единственными, кого фанаты сводили друг с другом. И, если Мэтью сводили в основном с Ханбином и Джиуном, то последнего со всеми подряд без разбора. В буквальном смысле со всеми подряд. Стоило Джиун-хену попасть с кем-то вместе в кадр, как тут же появлялся свеженький шип. Да, казалось, все наладилось… Только если бы на этом все закончилось. Однажды Мэтью стало недостаточно. Недостаточно времени, проведенного вместе, недостаточно внимания, недостаточно прикосновений. Он хотел большего, а чего большего и сам не мог сказать. Ну, может быть, чтобы фанаты шиперили их еще интенсивнее. И вот теперь, со всем этим ворохом противоречивых мыслей и чувств, в результате жеребьевки он оказался в одном номере с Джиун-хеном, в номере, в котором была единственная кровать, пускай и большая. Им предстояло провести ночь наедине в одной кровати, и Мэтью не знал, что об этом думать. Обычное же дело — переночевать вместе с друганом? Будь это Кюбин, или Гонук, или любой другой участник группы ZB1, он бы не потратил ни одной лишней эмоции. И чего он только дергается? К счастью, у них был очень длинный, утомительный и полный впечатлений день. Сил на рефлексию почти не оставалось. Как только они вошли в номер, Джиун со словами «прости, но я первым в душ» бросил вещи у порога и ринулся в ванную. За захлопнувшейся дверью почти сразу зашумела вода. Мэтью только хмыкнул и оттащил чемодан Джиуна с прохода. Вот такая она суровая действительность! — Я быстро, да? — хен вышел из ванной в одном полотенце, сидящем на бедрах провокационно низко, с мокрых волос капала вода. Джиун-хен стеснялся только перед камерами, в жизни же нетипично для корейца он был куда более раскрепощен. «Красивый пупок» — промелькнуло в голове у Мэтью, и он с досадой шлепнул себя по лбу. — «Какой, к черту, пупок?! О чем ты вообще думаешь, дебила кусок?» — Ты чего? Что за драма? Забыл что-то? — удивился неожиданному самовредительству Джиун-хен. — Да, забыл. — «Мозги я свои где-то забыл!» — Ммм… Футболку забыл. — Мэтью сконфуженно потер нос. — Гхм… Да! В которой спать. Джиун уставился на него, по-кошачьи медленно моргнул, его глаза хитро заблестели, а правый уголок губ пополз вверх. — Ну, тогда ничего не поделаешь — тебе придется спать голым. Ммм! Милый маленький голенький Мэтьюшка прямо под боком. Может, я не удержусь и откушу кусочек. — Мэтью закатил глаза и фыркнул, а старший заливисто захохотал, запрокидывая голову. — Шучу. У меня запасная футболка есть, я поделюсь. Когда Мэтью распаренный и довольный тоже вышел из душа, Джиун, развалясь на кровати, уже с кем-то увлеченно болтал по телефону. Хен умудрялся поддерживать связь с кучей людей — он редко чатился, но, как только у него освобождалось время, он непременно кому-либо звонил или принимал входящие от других. — Да! Да! Конечно, Собин, я спрошу… Конечно, я не против!.. Эй! Как ты смеешь сомневаться во мне?! Я надеюсь, что тебе очень стыдно. В дверь номера неожиданно постучали. Парни переглянулись. — Я открою! — сказал Мэтью. Джиун-хен согласно кивнул. Это был Юджин. Он уже переоделся, его мокрые волосы смешно торчали в разные стороны. Проигнорировав Мэтью он ворвался в номер и с протяжным «хееееен» плюхнулся на кровать к Джиуну, схватил его свободную от телефона руку, откинул и улегся ему на плечо. — Собин, давай потом еще поговорим. Тут братишка требует внимания. Да. Да. Спокойной ночи. Как только все выясню, наберу тебя. — Джиун выключил телефон, отложил его на прикроватную тумбочку и потрепал младшего по влажным волосам. — Юджин, от твоей головы у меня теперь футболка мокрая, ты знаешь об этом? Юджин поднял блестящий взгляд на Джиун-хена и кивнул. — И тебе не стыдно? — А должно? — Рассказывай, что у тебя случилось, — засмеялся старший. — Ничего не случилось, я просто устал… — Юджин немного помолчал, посопел и продолжил: — я по маме соскучился. — Вот как? — большая ладонь хена снова легла на темную макушку. — Ага. — Тут, наконец, Юджин удостоил вниманием и Мэтью. — Я тоже буду ночевать здесь, — сказал он, гладя на него исподлобья. — Можно, хен? — Но ответа он как будто и не ждал — с вызовом обнял Джиуна за талию, да еще и ногу на него закинул. — А меня ты спросить не хочешь, мелкий? — Нет. Можно, Мэтью-хен? Я тут с краюшку лягу, ты меня и не заметишь. — Конечно. Оставайся. Расположившись на своей половине кровати с телефоном, Мэтью собирался посерфить интернет. Вот вышло же так, что зря переживал, будто между ними с Джиун-хеном все может стать слишком интимно. Где-то что-то он себе лишнего навоображал — очевидно. Но не успел Мэтью развить эту мысль, как в дверь снова постучали. — Я открою, — пробухтел Юджин, с неохотой отлепляясь от старшего. — Зачем пришел? — Сказал он кому-то в дверях и снова вернулся под бок к Джиуну, как будто никуда и не ходил. Следующим, кто бухнулся рыбкой на их кровать, аккурат между старшими, был Кюбин. — Я никуда отсюда не пойду. И не просите. — Глухо сказал он, зарываясь лицом в подушку. Сегодня был сложный день, и младшие устали. Им всем действительно требовалась поддержка. Кровать достаточно большая — уместятся и вчетвером. На какое-то время воцарилась тишина. Мэтью переписывался с друзьями, старший с закрытыми глазами продолжал рассеяно гладить Юджина по голове, Кюбин не подавал признаков жизни, пока вдруг из глубины подушки не послышался его приглушенный голос. — Джиун-хен, а тебя когда-нибудь бросали? — Есть такое, — спокойно ответил старший. Казалось, уснувший было Юджий вдруг встрепенулся и уставился расширенными глазами на Джиуна. — Эй! Что?! Почему?! — Если тебя бросили, хен, то у кого вообще есть шанс? — Кюбин тоже выбрался из недр подушки, гусеничкой подполз к Джиуну и взял его за руку. — О! Считаешь меня идеальным, Кюбин? — засмеялся Джиун. — Ну, почти. — Спасибо за «почти», я уже было напрягся. Пришлось бы соответствовать, а это слишком сложно. — Эй! — Юджин снова требовал к себе внимания. — Ты не ответил, за что тебя бросили? Еще никогда и никому Мэтью не был так благодарен за настырную бестактность, очень уж его самого интересовало, что заставило кто-то бросить такого человека, как Джиун. — Ну, — казалось, что Джиун немного засмущался. — Меня бросили с формулировкой «ты слишком красивый». — Правда?! — Юджин удивленно открыл рот. — Она с ума сошла?! Джиун, Мэтью и Кюбин засмеялись над искренним возмущением зазвеневшем в голосе Юджина. — Сказала, что я выгляжу лучше нее, что она постоянно думает, как нас сравнивают не в ее пользу, что когда мы вместе куда-нибудь выходим, люди не замечают ее. Сказала, что устала ревновать. Сказала, что рано или поздно я уйду от нее к кому-то соответствующему. — А что ты? — А мне всегда больше нравились милые, чем красивые, — со спокойной улыбкой на лице сказал Джиун и встретился с Мэтью взглядом, отчего тот почувствовал внезапный жар в ушах. — Не переживай, хен, она просто глупая, — Кюбин еще ближе притерся к старшему и перехватил его руку, переплетая пальцы, а Юджин оторвался от плеча Джиуна, приподнялся и звонко чмокнул его в щеку. Мэтью вдруг испытал внезапный и острый приступ зависти: как свободно младшие распоряжались Джиуном, никогда не задумываясь, что их действия и прикосновения могут иметь неправильный подтекст или быть неверно истолкованными. Почему же он сам не чувствовал больше эту свободу с хеном, тем более, что оба они были очень тактильными людьми? В дверь снова постучали. — Эта кровать не выдержит еще одного человека, — усмехнулся Мэтью, оглядываясь на переплетенную конечностями троицу. Юджин протяжно застонал и сделал вид, что собирается встать. — Лежи, я открою. В коридоре нетерпеливо переминался с ноги на ногу озабоченный и замороченный Ханбин-хен. — Мэтью, Юджин с Кюбином случайно не у вас? — спросил он с порога. — Они куда-то ушли. Рики, конечно, говорит, пусть не возвращаются, ему и одному хорошо, но мне надо проверить. Мэтью отстранился и приглашающе махнул головой внутрь номера. — Оу! — Ханбин в изумлении от развернувшейся перед ним картины замер. — Ханбин-хен! Мы останемся здесь! Можно? — взмолился Юджин, больше даже не делая вид, что собирается отлипнуть от Джиуна, а Кюбин неубедительно изобразил храп. Старшие засмеялись. — Если Джиун-хен не против, оставайтесь. — Я не против, — сказал Джиун и Юджин торжествующе улыбнулся. — Мэтью, если хочешь пойдем к нам, — вдруг предложил Ханбин. Вот странность, еще совсем недавно он сетовал на судьбу, что поставила его в неоднозначное положение, но теперь, после казалось бы спасительного предложения друга, Мэтью разобрала внезапная досада. — Да нет, хен. Я останусь, все в порядке. Слишком лениво переезжать. — Мэтью намеренно не оглядываясь на Ханбина, залез под одеяло на своей половине кровати. Ханбин все также не двигался с места, дожидаясь пока Мэтью встретиться с ним взглядом. Они молча глядели друг на друга несколько мгновений. Ханбин хмурился, будто пытался прочитать на лице Мэтью что-то скрытое. В конце концов он мелко кивнул, слабо улыбнувшись. — Хорошо, друг, как скажешь. Вам выключить свет? Джиун-хен не ответил — кажется он уже спал. — Выключи, пожалуйста, — шепотом попросил Мэтью. Какое-то время Мэтью лежал без сна, слушая мерное дыхание товарищей по команде. Внутри было одновременно тревожно и хорошо, но в этот почти сюрреалистичный ночной момент Мэтью не собирался копаться в себе. Он разберётся со всем завтра, а может, и не завтра, а может, вообще никогда. Может, лучшим решением для него будет много не думать, а просто плыть по течению? В следующий раз, когда он проснулся, была еще ночь. Его разбудило движение по соседству. Мэтью открыл глаза и в слабом свете ночной лампы встретился взглядом с Джиуном, который оказался неожиданно близко. — Кюбин ушел? — шепотом спросил Мэтью. — Нет, — Джиун с улыбкой мотнул головой, указывая за спину. — Пока я ходил в туалет, они переплелись. Посмотри. Осторожно приподнявшись, Мэтью смог рассмотреть в полумраке крепко обнявшихся лицом к лицу младших. Он сдавленно хихикнул. — Наверное, после всего им так спокойней, — прошептал он, вглядываясь в очертания обманчиво хищного лица напротив. — Наверное, — согласился хен. — Может и нам стоит? На мгновение задохнувшись, Мэтью просто кивнул, неуверенный, что в состоянии ответить что-то вразумительное. В конце концов он совсем недавно принял решение слишком много не думать. Джиун придвинулся ближе, распахнул объятья и мягко прижал его к себе. Мэтью окутал теплый и умиротворяющий запах старшего. Перекинув руку через талию хена в ответном объятии, он глубоко вздохнул и закрыл глаза. — Сладких снов тебе, милашка, — послышалось в темноте.