You have to pay for trust.

Петр проваливается в сон, но словно проскальзывает куда-то дальше, тяжестью в груди от которой невозможно дышать. Все тело словно чужое-свое слишком растянуто большое, неприязненно напряженное. Парень поднимается тяжело, осматривается и зацепляется взглядом за спящую рядом блондинку, которая совсем не является Златой, однако внутри вместо удивления разливается неприязненное, ядовитое ощущение превосходства и подкатившего в горлу голода. На хрупком светлом плече, предплечьях и ключицах девушки заметны синяки окруженные следами от жала, лицо блондинки белое, словно полотно, а биение сердца ровное, хотя кажется иногда и бьется слегка замирая. Словно не находя крови, которую можно было бы качать в этом теле. "Жаль надолго ее не хватит..."- возникает в голове без сожалений, брюнет поднимается с кровати и следует в ванну, чтобы умыться и проходя мимо большого зеркала, Петр теперь уже не сдерживая удивления смотрит на отражение из которого на него смотрит молодой Серп едва за тридцать. Он любуется собой, со все той же неприятной самодовольной ухмылкой, которая была у него в последний день его жизни в том Пищеблоке, разрушающей образ милого пенсионера ветерана.-"Впрочем как и всех их!" Водоворот сменяется, девушка смотрит на него осуждающим взглядом и просит прекратить мучить и убивать детей, чем очень раздражает. - Кажется скоро я стану вдовцом...-холодный тон обжигает, девушка напротив хмурит брови, ее пальцы светятся едва заметно, когда ложка в ее кружке перестает размешивать сахар в чае.- Кажется скоро, ты станешь отцом, Серп... Мужчина едва вздергивает брови, смотрит на блондинку перед ним внимательно, словно скальпелями на живую режет, пока молодая женщина не опускает руку на живот стараясь словно защитить детей от этого взгляда поблескивая кольцом на пальце. - Вот как, для твоего же блага будет лучше если родится девочка...Другого я не потерплю.- в голосе отражается темное торжество, Петр ощущает его так, словно оно принадлежит ему, словно это он истязает эту белокурую красавицу, что скрывает множество синяков и укусов под закрытой одеждой. Он знает, их на теле стоящей перед ним много, лично снова и снова наносил их поверх едва заживших старых. Ему так нравится это...Этот затравленный, послушный взгляд...Этот поводок его силы врезавшийся в кожу девушки, подчиняющий, порабощающий воле. Злата говорила о таком в поезде...То из-за чего ему не доверяла Анна. Словно поставленное на быструю промотку, он видит кадры из жизни Серпа, переживающий их на своей шкуре, своим горящим нутром. Снова синяки, снова боль...Ужасные, бесчеловечные опыты и укусы, каждый раз, когда в сознании блондинки появляется хоть малейшие ростки собственной воли. Желание сбежать из под гнета Стратилата, подальше с детьми...Рассказать про чудовище, спасая жизни детей в этом лагере и ограждая своего дитя от влияния этого монстра. Он ломает ее, словно любопытное дитя...Проверяет сколько может выдержать ведьма, как сильно ее больная привязанность похожая на одержимую любовь сможет давать ему магию текущую в жилах. Она теряет сознание и Серп не придерживает беременную с заметным животом супругу позволяя упасть набок на пол, стирает кровь с губ облизывая пальцы как животное. Зверь...чудовище...монстр... "Какая же сладкая у нее кровь! Как насыщает быстро пристрастившегося монстра..."- Петр чувствует это своим существом, не чувствует неприязни к жестоким поступкам, которые считает правильными. "Ведьм много, кончится эта, найду другую." - Может я рожу в больнице?- спрашивает женщина и Серп бросает на нее злой, холодный взгляд неприязненно улыбаясь, почти елейно выговаривая:- Магия не даст тебе погибнуть, родишь здесь. - Но я даже на осмотре ни разу не была...Ты вообще меня из дома не выпускаешь...-она аккуратно подбирает слова, гладит круглый живот и вздрагивает когда Стратилат поднимается нависая над блондинкой. - Дерзить мне вздумала? Лишняя энергия появилась. - Пожалуйста, не делай этого...- заикаясь произносит испуганная женщина и Петра передергивает удовольствием, чужой запах страха наркотик для чувствительного носа. Он тянет руку, издевательски нежно поглаживая нежную кожу щеки своей супруги и улыбается острыми клыками, пронзая ведьму перед ним холодом синих как мертвое море глаз.- Ты же знаешь, что я люблю тебя? Удавка на хрупкой шее, он видит петлю что натягивается придушивая женщину, которая неотрывно смотрит ему в глаза, так жалостливо...Так приятно. Смотри, бойся, восхваляй меня...Люби так, как никого не любила. - Я тоже люблю тебя.- зверь урчит довольный ответом, ногти уплотняются роговыми когтями, что едва царапают кожу заставляя блондинку задохнуться в страхе и повиновении перед своим мучителем. Мир снова кружится сменяясь грозовой ночью, вспышками молнии в окне, когда женщина под безразличным взглядом Серпа порождает на свет маленькую кричащую девочку, что сияет поглощаемой из матери магией. Содрогается в новых схватках, кричит срывая голос и внутри разливает приятным ощущением собственности, больной мыслью о том как не привлекательна стала раздобревшая, повзрослевшая супруга. А вот дочь, она будет прекрасна когда вырастет... "Потерпи, пусто докормит...Потом избавимся...Зачем мне этот шлак, она уже не вызывает желаний как раньше." Едва ли не к утру, когда грозовая ночь прекращает буйствовать на свет появляется значительно более крепкий чем сестра мальчик и злость обжигает внутренности. "Ненавижу...Никто кроме меня не будет здесь Темным Стратилатом...Не могла девчонку родить еще одну...Бесполезная тушка."- Петр принимает из рук матери ребенка, смотрит на окровавленный комочек, что только начинает плакать и с ухмылкой выпускает жало впиваясь в тонюсенькую шею, бурно глотая кровь, которой в этом крохотном едва рожденном малыше совсем кажется нет. - Не надо...Пожалуйста...Серп...-зовет женщина, мечется в агонии без сил после родов, тянет руку к малышу, что едва ли может двигать своими ручками и ножками, пытается бороться за жизнь, но силы слишком не равны. "Так то, а то будет рожденный хлопот не оберешься...Я своим делится не намерен."- Петр ощущает как тепло кожи маленькой ножки, которую он держит в руках сменяется мертвенным холодом, когда он с насмешкой бросает мертвеца белой как мел ведьме, что беззвучно плачет и ее стеклянный взгляд уже ничего не выражает. "Хорошо, значит проблем не будет.."- женщина сломлена, она живет в быстрой перемотке словно кукла, не выражая больше ни своей воли ни своих мыслей послушная к любому приказу своего личного монстра. Все это время, Петр\Серп, восхищается своей дочерью, молодостью и красотой, которая уже сейчас хорошо заметна, темными мыслями о том, как девочка похожа на ее мать... "Красивая будет девушка..Загляденье, быстрее бы выросла сил нет как руки наложить хочется." Девочка растет по указу отца, быстро понимает что мать ничего не значит, что это лишь корм который отец оставил ей чисто из надобности. Извращенное, холодное сердце ребенка ненавидит женщину давшую ему жизнь, плюет на детскую могилку братика, когда женщина приходит вместе с ребенком на кладбище. - Скоро ты с ним рядом лежать будешь...-ребенку три, он говорит не совсем разборчиво, но смысл его слов понятен. Ее кровь уже не кажется такой горячей и живой, как до родов...Она шелковыми ледяными лентами не приносит удовольствия, когда в четыре годика дочери Серп выпивает супругу до капли, морщась когда бездыханное тело опускается у его ног. - Мерзость....Люба, дай папе ручку...- девочка без раздумий, переступив через тело матери, протягивает отцу свою руку и Серп\Петр темным торжеством замечает нужную ему покорность, жар крови под горячей кожей насыщенные молодой силой. "Быстрее бы...Скорее бы...Сильнее и слаще". Жало слишком огромным цветком удерживает хрупкое запястье едва ли не обматываясь вдвое, содрогается в жадных глотках отчего ребенок болезненно плачет, но молчит. Богоподобно с любовью смотря на отца, пока тот бессердечно отравляет ее еще юную своим ядом подчиняя, привязывая неразрывной нитью, подчиняя сразу до того как у нее сформируется свое я. Малышка падает на охладевший труп своей матери, а мужчина собирая пальцами кровь жадно скользит по ней языком голодно, словно до этого не выпил ведьму. Планы в его голове темные, грязные и вязкие как трясина в нетерпении пока ребенок станет хотя бы подростком. Серп любит детей, свою дочь он любит даже сильнее своих пиявцев, ее кровь качественнее, она будет более податлива, чем ее надоедливая мать. Юная, красивая и вся его...Распоряжайся не хочу. -Петр, проснись! Пожалуйста открой глаза...- слышится издалека знакомый голос Златы, брюнет нехотя открывается глаза видя нависающую над ним белокурую девушку и к горлу подкатывает комок от грязных ощущений удовольствия от того, что он творил с этой хрупкой фигурой со светлыми волосами.- Наконец-то..ты..-Злата не сразу понимает, что что-то с пробуждением Стратилата не так, когда он с нечеловеческой юркостью выныривает из под нее, падая на пол и заходится в рвотных рефлексах, снова и снова избавляясь от всего съеденного за сегодня до желтой желчи. - Отвратительно...Грязь..грязь...-на языке не смотря на рвоту все еще чувствуется сладкий вкус детской крови, такой приятный, такой родной. Петр продолжает содрогаться в позывах, но организм уже исчерпал себя, Злата дергается было к нему, но слышит громогласный рык от которого хлипкое строение начинает едва ли не сыпаться:- НЕ подходи ко мне! Не смей! Только не ты... -Петр...-озабоченный зов девушки триггерует нервные окончания погружая парня в еще одну агонию, когда он замечает один лишь маленький шаг блондинки к нему, вздымается рывком поднимаясь на ноги, кажется не отталкиваясь и одежда трещит по швам, высвобождая истинный облик зверя, который облетая на нечеловеческой скорости ведьму покидает домик, мощными длинными скачками скрываясь в ночном лесу. - Да что такое? Петр...-зовет Злата вылетая следом в темноту, замечая как загорается синее пламя и замирает, замечая во дворе появившихся пиявцев окружающих ее с звериным желанием сожрать, разорвав по кусочкам. Вот только блондинка их не боится, она больше обеспокоена странным поведением Петра, поэтому бежит за ним, отталкивая ледяные тела и уклоняясь от жал, однако ее сжимают со всех сторон лишая возможности воспротивится:- Петр...Петр! Помоги мне!- испуганно зовет блондинка и в толпу окруживших ее, практически задавивших физическими телами детей врывается монстр. Он хватает огромными лапами детей и раскидывает, словно игрушки во все стороны, ломая хрупкие что радует хотя бы не настоящие тела об стены домиков и фигурки животный из камня. - Пошли прочь! Это моя Ведьма...Моя...Моя...-ненависть и темно-алые, почти черные в своей насыщенности глаза упираются в сидящую на земле Злату, которую огромной рукой хватают за талию и поднимают над землей как куклу, подносят близко к оскаленной морде с капающей слюной.- Ведьма...ведьма...Моя...Моя...Нет...нет...что же я говорю?! Нет! Стратилат уносит за собой, двигаясь ловко на двух ногах он прижимает девушку к себе и опускает лишь на берегу небольшой речки, ныряя в ледяную воду он выныривает далеко от берега и рвет на себе кожу когтями, словно живьем снять старается:- Что ты говоришь? Что ты делаешь? Я не такой! Я бы никогда...Я никогда!- словно в лихорадке говорит зверь, едва различимо из-за рычания заполняющего каждое слово, дергается впуская когти в грудную клетку силясь разорвать крича срывая голос:- Выходи из меня! Я не ты...Я никогда не стану таким...Убирайся прочь! - Господи боже...-Злата без магии чувствует себя настолько бесполезной, настолько беспомощной, что кажется обращается к богу в которого по ее же словам совершенно не верит.- Петр, пожалуйста прекрати...-волнение срывается испуганным за жизнь парня голосом.- Пожалуйста...Пожалуйста...-блондинка плачет, идет в холодную воду в желании приблизится к мучающему себя Стратилату, который замечая это рычит громко:- Не смей подходить ко мне, я монстр... Злата не знает что делать, ей страшно она обычный человек, а в воде беснуется в желании видимо умертвить себя важный ей Стратилат. - Пожалуйста...Пожалуйста...Прощу тебя прекрати...-она заходит в ледяную воду обжигающую ее тело все глубже, все дальше стараясь поймать отходящего от нее назад Петра, под которым вода алым пятном крови расползается:- Умоляю тебя, пожалуйста...- голос сдавливает шепотом, холод обжигает кожу до ожогов, ноги и руки немеют то и дело подкосятся и утопят свою нерадивую хозяйку. - Умоляю Петр...Прекрати! Стратилат что-то улавливает, быстро оказывается рядом за секунды до того, как девушка начнет захлебываться задыхаясь, когда ноги все же не выдерживают сводя судорогой. Одной рукой сдавливает тело и поднимает над водой, вынося на берег и блондинка хватается за руку, не желает отпускать что бы не делал, как бы не рычал и не угрожал. - Пожалуйста...Пожалуйста...-ее сердце бьется так быстро, словно вот-вот выскочит, она обхватив двумя руками держит мощное запястье и повторяет одно и тоже.- Умоляю...Пожалуйста... Монстр падает рядом с сжавшейся блондинкой, его изламывает болью переходя в обычный человеческий вид, он дергает руку вырваться, но вместо этого притягивает ведьму ближе едва ли не затаскивая ту на свои обнаженные колени.- Уйди...Уходи...Слышишь, беги от меня! - Нет...Нет..- она поддается вперед, обхватывает плечи врезаясь ногтями в кожу и поддается ближе, притягивая голову к своей груди и терпит, как не пытается сбросить ее или оттолкнуть ослабшими неожиданно руками Натаров.- Уходи...Уходи...Беги от меня...Злата..Пожалуйста...Оставь меня... Девушка лишь крепче жмет к своей груди темноволосую голову, игнорирует попытки ее оттолкнуть, Петр не желает причинить вреда его крупно трясет. Хотел бы оттолкнуть, оттолкнул бы со своей то силой монстра, но он словно боится ее касаться, раны на руках затягиваются это заметно ее взгляду и несет хоть малое, но успокоение. Серебро браслетов на руках вспыхивает и распадается светлячками, да вот только в состоянии в котором пребывает Стратилат магия не поможет, тут цепи нужны как усмирительная рубашка на душевнобольных, а магия Златы ласковые шелковые ленты и он рвет их незаметными нитками беснуясь в выгорающем в агонии нутре. "Что же делать? Что делать?"- думает девушка, панически заражаясь состоянием Петра, которой опускает руки вдоль тела, тут же однако заводя их за хрупкой спиной до кровавых полос чешет человеческими ногтями. Магия не властна над силой больше ее, не может достучаться до разумного, чего сейчас крайне мало в обычно спокойном парне. Злата думает, панически мыслей слишком много...Они сталкивают друг с другом, теряются в бесконечном потоке закручивающейся воронки. Она делает глубокий вдох, старается очистить сознание, ощущает как напрягается тело брюнета, как он вновь уже окровавленными руками старается вяло столкнуть ведьму. Девушка шепчет и магия вырывается позволяя одежде скользнуть с тела словно желе на землю рядом, кожа к коже..Тепло к ненормальному жару. -Злата..-кожа искрит, Злата прижимается ближе гладит темноволосую голову одной рукой, второй обнимая шею, удерживается чтобы не столкнул. - Петр...Все нормально, это я Злата...Все в порядке...-ее голос дрожит от испуга, нервы натянуты струной, она скользит рукой по голове, пропуская мокрые пряди сквозь пальцы, отклоняется немного и с усилием, улавливает его черно-алый взгляд.- Смотри на меня, пожалуйста...ты нужен мне. - Я опасен...Я чудовище..-он дышит глубоким медленным дыханием, ей наконец удается поймать его лицо за подбородок, поддаваясь вниз она целует в неподвижные холодные, отдающие синевой губы.- Ты не чудовище, ты Петр...Ты совсем не похож на чудовище... Он рычит, но блондинка снова накрывает губы в поцелуе, слизывает чужое рычание языком, обходя острые зубы аккуратно, чтобы не порезаться. -Тише...Тише..-ласковый шепот, его руки упавшие вдоль тела бессильно, пока девушка все так же придерживая его лицо рукой, заглядывает в глаза, ищет там хоть чуть-чуть разума.- Ну какое же ты чудовище? Ты меня от пиявцев защитил, утонуть не дал...- в его глазах буря, Злата старается сохранять здравый смысл, хотя ей и страшно от непредсказуемости Петра сейчас.