Кошки - мышки

— Так, пора собираться в «Секстон», — Рябчик посмотрел на настенные часы. Лёша встал с дивана и потянулся. — Я возьму твою косуху? — спросил Андрей, обращаясь к Мише. Тот кивнул. — Что с Ирой делать будем? — спросил Балу, зевая. — Так, ты отдашь ей свою футболку, — Лысый задумчиво пожевал губу, — штаны можно у Михи взять, он самый худой. — А я в трусах петь должен? — возмутился Миша. — Я тебе отдам свои, у меня ещё одни есть, — Рябчик сидел на полу и потягивал пиво. — Мне вот тоже не нравится сразу без футболки выходить, — протянул Балу. — Косуху у Андрея возьмёшь, раз он Мишину забрал, — у Лысого вскипал мозг. Лёша позвал Иру, та пришла из кухни с кружкой чая в руках. — Она замёрзнет в одной футболке в ноябре, — Лёша глянул в окно. Свежевыпавший снег тонким слоем покрывал асфальт и машины. — Я могу надеть шубу, — Ира села на диван и навалилась на подлокотник. — И больше ты её не увидишь, — хмыкнул Андрей, — не, это не вариант. — У меня есть розовая олимпийка. Прохладно будет, но лучше, чем ничего, — вдруг вспомнила Ира, спустя минуту раздумий. — Отлично, тогда Миха и Балу отдают свою одежду Ире, и мы собираемся, — Лысый вздохнул — разобрались. — Ё-моё, меня просто раздели и всё, — Миша сложил руки на груди. — Зато ты всё ещё собака полосатая, — Андрей потянул его за рубашку в чёрно-белую полоску. — Сомнительный приз, — буркнул Мишка. Рябчик пошёл в другую комнату за штанами, Балу снял футболку и отдал её Ире, Андрей дал ему косуху. — Я как эксгибиционист, — Балу повертелся перед зеркалом, — ужас. — Штаны сними для полноты образа, — усмехнулся Лёша. — Ага, только этого и не хватает, — Балу застегнулся и стал выглядеть ещё хуже, — вам очень сильно нужен гитарист? — Очень, — Князь хлопнул его по плечу, — Да ладно, сойдёт. Бывало и хуже. — Спасибо за поддержку, друг, — саркастично ответил Балу. Миша тем временем отдал Ире свои любимые чёрные кожаные штаны, и она ушла переодеваться. — Шур, можно тебя на минутку? — крикнула Ира из спальни. Балу, воодушевлённый до невозможности, поспешил к ней, — надо что-то с поясом сделать, — Ира завязала футболку с какой-то рок-группой под грудью, чтобы та не мешалась, и оттянула пояс брюк в сторону. Штаны были великоваты и болтались в талии. — Блин, ремня нету, может, верёвкой перевязать? — предложил Балу. Ира пожала плечами, — давай попробуем, — он быстро сбегал за верёвкой, которой связывали Князя, отрезал от неё примерно метр и вернулся к Ире. Продев верёвку в шлёвки, он по привычке слишком сильно дёрнул её на себя, и Ира, потеряв равновесие, шагнула вперёд, рефлекторно опираясь руками о его плечи. Их лица оказались так близко друг к другу, что Ира засмущалась и отстранилась. Балу мягко улыбнулся уголками губ и завязал бантик. — Вроде держатся, — Ира придирчиво оглядела себя, — спасибо. — Пожалуйста, — Шура стоял, как блаженный, и, судя по всему, не собирался уходить. Спустя пару секунд, когда его нахождение в комнате стало смущать обоих, он наконец пришёл в себя и, извинившись, вышел. Парни тем временем окончательно переоделись и укладывали инструменты. — Чё там она? Собралась? — спросил Рябчик, запихивая гитару в чехол. — Ага, почти, — Балу не сразу ответил на вопрос, летая в облаках. Князь пощёлкал пальцами перед его лицом. — Земля вызывает Балу, приём, земля вызывает… — Шура стукнул его по руке, и Андрей самодовольно улыбнулся, — хорош мечтать о своей принцессе, ходишь, как влюблённая нищенка. — Кто бы говорил, — фыркнул Балу. Лёша коротко рассмеялся, Миша, стоящий рядом, пихнул его локтем в бок. — Мальчики, как мне накраситься? — спросила Ира, выходя из спальни и поправляя футболку. — Как-нибудь неаккуратно, чтоб по-панковски было, — Лысый довольно посмотрел на неё, — кстати, тебе очень идёт. — Спасибо, — Ира улыбнулась ему, — слушайте, а может, вы меня сами накрасите? Вам виднее, как должно быть. — Андрюх, ты как художник должен взять на себя эту ношу, — Лысый хлопнул его по плечу. — Ладно, — Князь пожал плечами. Ира нанесла тональник и объяснила, что для чего нужно. Андрей сел перед ней на диван и взял чёрные тени. Повозив по ним пальцем, он аккуратно начал закрашивать её веки. Получалось смазанно и криво, но в целом косяки можно было списать на авторский стиль. Взяв помаду, Андрей накрасил Ире губы, поводил кисточкой с румянами по щекам и отодвинулся, показывая своё творение друзьям. Рябчик тихо рассмеялся, складывая руки на груди. — М-да, надеюсь, играешь ты лучше, чем красишь, — Ира, поджав губы, посмотрелась в зеркало, — с вашего позволения я кое-что поправлю, — она взяла кисть и начала исправлять то, что наворотил Князь. — Художника обидеть может каждый, по-моему неплохо, — Андрей улыбнулся, отодвигаясь подальше, чтобы не мешать ей, — главное, идея! — Ага, может, тебе меня так на концерты красить? Буду на восставшего мертвеца похож. Как из наших песен, понимаешь, да? — Миша сел рядом и обнял его за плечи. — Идти уже пора, — через несколько минут напомнил Лёша, валявшийся на диване. Ира захлопнула зеркальце. — Я готова, — она встала и пошла в коридор. — Почему Михина жопа не выглядит так хорошо в этих штанах? — спросил Рябчик, поглядывая на Иру, надевающую высокие сапоги на каблуке. — Кто тебе такое сказал? — Андрей состроил максимально непонимающее лицо. Миша очень оскорбился такому комплименту и пригрозил Князю кулаком. Вся толпа наконец вытряхнулась из квартиры и, дрожа от пробирающего до костей холода, поспешила в «Секстон».

***

Антон открыл глаза и увидел, что Арсений спит на нём, сложив на него руки и ноги. — Арс, — тихо заговорил он, поглаживая его по спине. Арсений что-то промычал — просыпаться не хотелось. В тёплых объятиях любимого мужчины, под толстым одеялом было так хорошо и уютно. — Можно лежать весь день в кровати? Пусть у нас будет такое свидание, — Арсений положил голову на плечо Антона, чтобы тот не мог пошевелиться или уйти. — Я хотел предложить то же самое — Антон повернул голову и ласково поцеловал Арса в лоб, — стоп, — он вдруг напрягся и поднял голову, — ты такой горячий. — Спасибо за комплимент, — голова Арсения скатилась с плеча Антона, и тот снова попытался уснуть, уткнувшись лицом в подушку. — Я не об этом, у тебя температура, — Антон ещё раз поцеловал его в лоб, на этот раз задерживаясь подольше, — точно. — Вот чё мне так плохо, — Арсений посмотрел на Антона уставшими глазами, — Ты сам-то румяный какой-то, — он с трудом поднялся на локте и положил руку на лоб Антона, — похоже, у тебя тоже температура. — Ну что ж, с тобой я не против поболеть, — Антон придвинулся ближе, обнимая Арсения. Тот тяжело вздохнул и закашлялся. — Надо хоть позвонить кому-нибудь, чтобы лекарства привезли, — Арс с болезненным стоном улёгся поудобнее. — Мгм, — сквозь сон протянул Антон. Во всём теле была такая слабость, что даже мысли о том, чтобы встать, давались физически тяжело. Ещё и озноб, появившийся ко всему прочему, не позволял расстаться с тёплым одеялом. Арсений прижался ближе к Антону, замерзая, и тоже уснул.

***

В клубе было шумно и многолюдно. — Они все на нас пришли? — удивлённо спросил Лёша, разглядывая людей в толпе. — Походу, — Миха выглядел крайне довольным. Андрей нашёл взглядом Влада и потянул всех в его сторону. — О, у вас в группе пополнение? — Коноплёв ухмыльнулся, рассматривая Иру. — Нет, цветочек, я фанатка, — она посмотрела на Балу. Тот кивнул. — Ну, значит, оставайся со мной, обеспечу лучшее место, угощу коктейлем, — Влад подал ей руку, Ира приняла её и сделала шаг вперёд. — Ты смотри, у неё батя авторитет, — шепнул ему Рябчик, проводя большим пальцем по горлу. — Понял, не обижу, — Коноплёв кивнул. Парни начали пробираться сквозь толпу к сцене и исчезли из виду, — выпьем? — Влад указал на бар. Ира согласилась. — Только чего-нибудь нормального, не сладкого и покрепче, — она села на барный стул и облокотилась на стойку. — Ты, я смотрю, на фигню не размениваешься, — усмехнулся Влад, заказывая два «Охотника за головами». — Конечно, — Ира самодовольно улыбнулась. Парни тем временем уже подключали аппаратуру и вовсю готовились к концерту.

***

Антон проснулся от голода ближе к вечеру, Арсений всё ещё спал и, кажется, стал только горячее. Тело сводило судорогой. Голова была тяжёлая и пустая, а горло отдавало противной болью при каждом глотке. С трудом поднявшись с кровати, Антон спустился на первый этаж, нашёл телефон и позвонил Диме. Объяснив, что случилось, он дал ему адрес и поплёлся на кухню в поисках еды. Везде было пусто. Грустно вздохнув, он вернулся обратно в кровать. Спустя два часа в дверь позвонили, Антон, читавший книгу, снова собрал всю волю в кулак и пошёл открывать. В дом вошли Дима и Илья. — Ты как? — сочувствующе спросил Дима, прикладывая руку ко лбу Антона. — Паршиво, — тот поёжился от холода и сильнее закутался в плед. — Выглядишь плохо, — Илья хлопнул его плечу. — Ну спасибо, друг, — саркастично ответил Антон и закашлялся. Дима дал ему жаропонижающее. — Надо тебя прятать, срочно, — они сели на диван, — как только ты засветишься, на тебя объявят охоту. Мы обязательно разберёмся с тем, кто организовал покушение, но сейчас главное тебя защитить, — Дима откинулся на спинку и сложил руки на груди. — Арсению тоже лучше не высовываться. Раз вы в машине были вместе, значит, если выжил он, выжил и ты. Ну, с большей вероятностью, — сказал Илья, — они начнут тебя искать, и сам Арс может пострадать. — Почему? — послышался слабый голос с лестницы. Арсений, проснувшись, не нашёл никого рядом с собой и спустился вниз в поисках Антона. — Ты последний его видел, следовательно, должен знать, где он находится, — объяснил Дима, — а просто спрашивать такие люди не умеют. — Ага, я помню, — припоминая своё похищение, ответил Арс и сел на диван. — Нам нужно будет уехать, — Антон обнял его за плечи и притянул ближе к себе. — У меня следствие, я не могу, — Арсению, кажется, становилось только хуже. Дима и ему дал жаропонижающее. — Придумаем что-нибудь, на кону ваши жизни, — отмахнулся Илья, — можно же как-то передать дело? — Да, только его никто не возьмёт, и у меня дома ценная улика — дневник Кабана, — Арсений устало навалился на Антона. — Ну, заберёшь его, будет чем развлечься. С остальным по ходу разберёмся, — Дима задумался, планируя ход действий. Арс молча лежал на плече Антона. Спустя несколько минут тишины, снаружи посигналили. Заснувший на мгновение Антон испуганно дёрнулся и начал озираться по сторонам. — Это нам, пора ехать, — Илья встал, помог подняться на ноги Арсению и Антону и провёл их на улицу. У дома стояла серая волга. Дима открыл заднюю дверь и, усадив туда всех троих, сам сел на переднее сиденье. Пчёлкин, сидя за рулём, приветливо улыбнулся им. — Как вы заболеть-то умудрились? — шутливо спросил он, выезжая на трассу. — Я посмотрю на тебя, когда ты в минус пять в ледяной воде покупаешься, а потом несколько километров в мокрой одежде пройдёшь, — агрессивно ответил Антон, отворачиваясь к окну. У него ужасно болела голова, и голос звучал слабо и сипло. — Не зли его, ему и так плохо, — Дима хлопнул Витю по плечу. Тот понимающе кивнул. — У него чувство юмора атрофировалось на фоне болезни, — хмыкнул Пчёла, — я вам чаю горячего в термосе привёз и печенья какого-то, вроде вкусное должно быть, шоколадное. — Спасибо, — одновременно сказали Антон и Арсений, забирая у Ильи еду и чай в кружках. — Я голодный, как сука, — Антон откусил печенье и сделал большой глоток чёрного сладкого чая с лимоном. По спине побежали мурашки удовольствия. — А куда мы едем? — жуя, спросил Арсений. — На дачу к легендарной женщине, — усмехнулся Пчёла. — К тёте Зине, — пояснил Илья с улыбкой, заметив непонимание на лице Арсения. — Так там нет нихера, — Антон насупил брови. — Зато тебя там искать не станут, — заговорил Дима, — всё, что нужно, мы привезём. — Как раз таки дома родственников в первую очередь и проверяют. Ну, это если по уму всё делать, — Арс грел руки о кружку. — Дом зарегистрирован на первого мужа тёти Зины, в браке с которым она не состояла, потому что подделала свидетельство, — сказал Антон, пряча улыбку в кружке, — она не любила его и вышла замуж по расчёту. — Ну по факту не вышла. Это свидетельство нигде не было зафиксировано, — ответил Дима. — Это да, он, кстати, так и не узнал об этом. Она как-то это всё провернула, я даже не знаю как, — Илья взял из коробки печеньку, — а дачу он ей неофициально на свадьбу подарил. — А в чём смысл? Если она не была с ним в браке, значит, всё нажитое имущество при «разводе» останется ему, — Арсений пока слабо понимал эту схему. — Она оформляла всё новое имущество на себя. После «развода», — Илья показал пальцами ковычки, — всё оставалось ей и не делилось пополам, потому что брака не было. По сути, это всё были подарки свободного мужчины свободной женщине. — Теперь я понимаю, в кого ты пошёл, — Арсений посмотрел на Антона. Тот самодовольно улыбнулся и кивнул, — а как её не засудили? — Муж её тоже с законами что-то мутил. Если бы суд вмешался, посадили бы обоих, — Пчелкин остановился около старенького, но симпатичного дачного домика, — приехали, — вся компания вышла из машины. Вокруг участка был небольшой декоративный заборчик из металла. Дима открыл калитку и повёл парней в дом. Илья и Витя задержались у машины, вытаскивая из багажника привезённые вещи. — Получается, тётя Зина знает, что ты бандюга? — Арсений обратился к Антону, идущему следом. — Ага, но её это, как ты понимаешь, несильно беспокоит, — ответил тот. Они поднялись по ступенькам и вошли в прихожую. В доме было темно, пыльно и холодно. На даче жили только летом и за несколько месяцев всё запустело, а отопления в доме не было впринципе. Арсений грустно вздохнул, оглядываясь. — Почему мы не могли остаться в том доме? — спросил он, поморщившись и убирая паутину с лица. — Палевно, я ж договор аренды на себя оформлял, — Антон сел на пыльный диван. — Эх, а я только начал получать удовольствие от нашего свидания, — Арсений театрально загрустил. — Свидания? — удивлённо переспросил Пчёла, затаскивая в дом сумку с едой. — Какого свидания? — Дима, услышавший громкий голос Вити, вышел из спальни. — Ты ж говорил, что у вас ничего нет, — Пчёлкин, поставив сумку, подозревающе сощурил глаза и сложил руки на груди. — Я этого не говорил, — смущённо ответил Антон. Все трое пристально смотрели на него, ожидая объяснений, — я говорил, что мы не встречаемся. — Ну мы тоже так можем тогда. Будем ходить на свидания без отношений, просто так, — заявил Дима, осуждающе глядя на Антона. Пчёла поддакнул. — Ещё клятву брал, — Илья занёс одеяла. — Какую клятву? — теперь уже Арс возмущённо посмотрел на Антона и сел на диван. — Что нам нельзя с девочками из ментовки отношения заводить, — ответил Пчёла, раскладывая продукты в холодильнике, — типа они мусора, нехорошо это и небезопасно. — Ты опять? — вспыхнул Арсений, обращаясь к Антону и эмоционально хлопая руками по обивке. Антона зажали в угол, и он не знал, как оправдываться. — Так, подождите, — он поднял руки в сдающемся жесте, — я взял с вас клятву, чтобы обеспечить нам безопасность. Я в Арсении уверен, и поэтому могу ему доверять в какой-то мере. Ваши же девочки могут слить всё в МВД, и мы все сядем, а я этого не хочу. Теперь понятно, почему вам нельзя, а мне можно? — Ну и ладно, — буркнул Дима, — всё равно мы с Катей поругались. — С нашей Катей? — Арс удивлённо вскинул брови, — так вот чё она такая грустная была. Ходит, страдает, но ничего не рассказывает. — Слушай, а может, мы просто напиздим чё-нибудь? — предложил Витя, садясь на подлокотник, — они не будут знать, что мы бандосы, и им нечего будет сливать. — Ладно, делайте, что хотите, только не убейтесь и на нары не попадите, — Антон закатил глаза и откинулся на спинку. — Вот так бы сразу, а то как с детьми. Мы ж взрослые, ответственные люди, — ответил Илья. — Тебе-то какое дело? Ты ж туда не собираешься, — сказал Антон, подняв голову. — А я поддерживаю товарищей, потому что они умные люди и сами разберутся, — Илья поднял указательный палец и сделал умное лицо. Витя зевнул. — Поздно уже, мы в город поедем, если чё, не звоните. Мы сами позвоним через три дня и привезём, если что-то понадобится. Дневник этот тоже привезём, — он потянулся и на прощание пожал руку Антону и Арсению. Арс отдал им ключи от квартиры и сказал, где дневник. Остальные тоже попрощались и уехали. — Шастун, — строго заговорил Арс, как только они остались одни, — что делать будем? — Спать, — не желая что-либо обсуждать, ответил Антон и пошёл в спальню. Температура снова начала подниматься, и вновь появилась жуткая слабость и сонливость. Он рухнул на кровать и почти сразу вырубился. Арсений недовольно фыркнул и тоже лёг.

***

Концерт заканчивался, парни исполняли последнюю песню, толпа пьяно гудела, а Ира не менее пьяно смотрела на полуобнажённые тела музыкантов. От прыгающих и поющих людей в клубе стало душно, и Влад пошёл разбираться с вентиляцией. Ира допивала неизвестно какой по счёту коктейль и изредка вытирала салфеткой пот с лица. Сил скакать в толпе и орать песни во весь голос уже не осталось, и она просто сидела, стараясь перевести дыхание. Наконец, ей это надоело, и она, спрыгнув со стула, пошла умыться. Пробравшись сквозь толпу пьяных мужчин и женщин, она дошла до туалета, но у самой двери её схватили за руку. — Подождите, красавица, можно с вами познакомиться? — неприятного вида мужчина со стойким запахом перегара наклонился к её лицу. Ира брезгливо поморщилась и отпихнула его от себя. — Отвали, — она хотела уйти, но её опять схватили. — Ну что же ты так, — мужчина, прижав Иру к стене, липко посмотрел на неё, вызывая у той отвращение, — Ты такая красивая, и голос у тебя громкий, стонать будешь круто, — он прикоснулся к её бедру, и Ира не выдержала. Она с силой наступила каблуком ему на ногу и, когда мужик завыл от боли, выхватила из кармана штанов пистолет — папин подарок на экстренный случай. — Отойди от меня, иначе мозги вышибу, — она сурово посмотрела на него, направляя дуло пистолета прямо ему в лоб. Выпитый алкоголь мутил голову, но удивительным образом стирал все сомнения. Мужик испуганно отшатнулся и, прихрамывая, исчез в толпе. Ира выдохнула и пошла умываться. Поправив макияж, она вышла из туалета и огляделась. У стойки сидел тот самый мужик и с кем-то разговаривал, желание идти туда резко пропало. Ира направилась к сцене. Парни уже закончили петь и спускались по ступенькам. Там же обнаружился Влад. — Ну как тебе? — уставшие, мокрые от пота, но очень довольные парни обступили Иру со всех сторон. — Потрясающе, — она восторженно посмотрела на Мишу, — у тебя такой голос. Просто невероятно. Мне особенно «Отец и маски» понравились, — она улыбнулась, — Лёша — кабан, Дима — вурдалак, а Саша — ведьма, — она по очереди показала пальцем на Лёшу, Рябчика и Балу. — Ага, это Андрюха придумал, я эту песню обожаю, — Миша хлопнул Князя по плечу. — Когда он первый раз эти стихи увидел, носился по всему Эрмитажу и всем показывал, а ещё орал, что Андрюха гений, — вспомнил Рябчик, ухмыляясь. — Блин, а ещё про шапку крутая тоже, — Ира положила руку на Лёшино плечо. — Я видел, как ты под неё прыгала, — Балу улыбнулся и подмигнул ей. — И под Лесника, — добавил Лысый. — И под Охотника, — продолжил Рябчик. — Да под все, честно говоря, — Ира усмехнулась, — я в восторге от вас всех, — парни, на волне любви и умиления, все разом обняли её. — Все очень вами довольны, — рядом с ними появился Влад и пожал парням руки, — выступление — огонь. — Спасибо, — протянули все хором. — Малявка, ты как ещё на ногах стоишь? — шутливо спросил Влад, приобнимая Иру за плечи, — сколько коктейлей ты выпила? — Ира неопределенно пожала плечами. — Цветочек, — она несильно, но мстительно пихнула его локтем в бок, — сам ты малявка. — Я смотрю, вы подружились, — посмеиваясь, сказал Андрей. — Не то слово, — Влад прижал к себе Иру и чмокнул её в макушку. — Дурак, — та, улыбаясь, оттолкнула его. — Так, я вам должен ящик пива и бабло, встретимся у чёрного выхода через пять минут. Инструменты можете здесь оставить, если хотите, у вас всё равно завтра ещё концерт, — Влад подмигнул им и ушёл. Парни, отключив аппаратуру, поплелись к выходу. Количество народа после концерта заметно уменьшилось, но людей всё ещё было много. Парней часто цепляли в толпе, хвалили и чего-то желали. Те вежливо кивали, улыбались, благодарили и шли дальше. Ночной холод здорово освежил и взбодрил уставших от жары музыкантов. Миша глубоко вздохнул и из его рта в воздух поднялось облачко пара. Они прошли по хрустящему снегу до чёрного входа и навалились на холодную стену клуба. Было что-то особенно приятное в окружающей их тишине и темноте. Все молча отдыхали, переводя дух. — Так и знал, что она шалава, — в паре десятков шагов от них прошла группа мужчин. Они бросили на Иру беглый презрительный взгляд и тут же отвернулись. Парни удивлённо уставились на неё. — Это чё было? — спросил Лысый. — Забейте, ко мне в клубе один тип приставал, вот, видимо, решил, что я шалава. Достаточно логичное умозаключение, ведь я его отшила, — иронизируя, сказала Ира и махнула рукой. — Всё хорошо? — обеспокоенно спросил Лёша, — он тебе не навредил? — Неа, не для него папа ягодку растил, — Ира хлопнула себя по карману, — я всегда вооружена и владею рукопашным боем. — Круто, — протянул Миша восхищённо. Дверь открылась, и Влад вышел на улицу. — Так, это вам, — он отдал Рябчику и Андрею ящик, — и это тоже вам, — отсчитав несколько купюр, он протянул деньги Лысому, — вроде всё, до встречи, — он помахал им на прощание и скрылся за захлопнувшейся дверью. — Домой! — радостно сказал Балу, и вся компания поплелась в сторону квартиры. Дорога местами обледенела и покрылась снегом так, что наступать приходилось очень осторожно, иначе можно было поскользнуться и неслабо так удариться. За половину дороги упасть успели Андрей и Миша, которые начали баловаться и бороться, не заметили лёд и свалились друг на друга, Рябчик, только передавший ящик с пивом, и Лёша. Ира, шедшая на несколько шагов впереди остальных, вдруг оступилась и полетела на асфальт. Больно ударившись копчиком и поцарапав замёрзшие ладони, она едва сдержала слёзы и попыталась встать. Ногу пронзила боль. К ней тут же подбежали парни. — Ты как? — спросил Балу, подавая ей руку, — можешь встать? — Ира отрицательно покачала головой. Миша, Шура и Князь взяли её под руки и подняли. Ира осталась стоять на одной ноге, навалившись на Балу. — Кажется, ногу подвернула, — она попробовала поставить её, но не получилось, — ещё и каблук сломала, — Ира грустно посмотрела на подошву сапог. — Донести тебя на руках? Тут немного осталось, — предложил Балу, обнимая её за талию. Ира кивнула. — Спасибо тебе большое, — она обхватила руками его шею, и Шура, подхватив Иру под колени, поднял её в воздух. Идти приходилось ещё аккуратнее, чтобы точно не упасть. Впереди в качестве исследователей пути шли Лысый и Рябчик, следом Лёша и Миша с ящиком пива, за ними Балу с Ирой на руках и замыкал процессию Андрей. Так они добрались до дома и поднялись в квартиру. Балу посадил Иру на тумбочку и разулся. Все остальные, кроме застрявшего в прихожей Рябчика, уже прошли в гостиную. — Блин, не могу снять, — рука Иры соскочила с пятки сапога, и она поморщилась от боли. У Балу дрожали руки от такой внезапной физической нагрузки, и он умоляюще посмотрел на Рябчика. Тот кивнул и сел на корточки. Аккуратно потянув сапог, стараясь не тревожить повреждённую ногу, он снял его и поставил рядом с первым. — Спасибо, — Ира благодарно погладила Диму по плечу. — Ему спасибо скажи, — он, по-доброму улыбаясь, кивнул на Балу и встал. — Скажу, — Ира хитро закусила губу. Шура помог ей добраться до спальни и усадил на край кровати, — подожди, сядь, пожалуйста, — она поймала его за руку и потянула к себе. Балу неловко сел, — хочу тебя поблагодарить, — она потянулась к нему и мягко коснулась чужих губ своими, — ты мой герой, — она снова поцеловала его, но уже более откровенно, очерчивая языком его нижнюю губу. — Не надо, — тихо ответил Шура, придерживая её за плечи, — Ты пьяная и плохо соображаешь. — Прозвучало обидно, — Ира придвинулась ближе, упираясь руками о бёдра Балу, — я полностью понимаю и осознаю всё, что я делаю, — она томно провела ладонью по его щеке. Душу Балу терзали противоречия. Ему до одури хотелось поцеловать Иру, но нельзя, нельзя нарушать обещания данные друзьям и Антону. Они и так уже у черты, главное, не перешагнуть её, но так хочется прикоснуться к девушке мечты, — Саш, мы никому не скажем, — прошептала она в самые губы Балу, глядя ему прямо в глаза. Его в момент опьянило, Ира поцеловала его, и он поддался. Черта стёрта. Он запустил пальцы в её волосы, углубляя поцелуй. Ира повалила Балу на кровать, нависая над ним и закрывая их лица своими длинными волосами. Ни на секунду не прекращая поцелуя, Балу гладил её спину и бока, прижимал ближе к себе, как самое драгоценное сокровище в мире. За дверью послышались голоса, и вдруг она открылась. — Шурка, ты пиво… пьёшь? — начал Рябчик, заглядывая в комнату, и замер. Ира отлетела от Балу, как ошпаренная, и нервно поправила волосы. Тот резко сел и что-то скомкано сказал. Лёша, выглядывавший из-за плеча Рябчика, выглядел не менее ошарашенным. — Я всё объясню! — Балу вытянул вперёд руки и встал с кровати. — Уж потрудись, — строго сказал Рябчик. Андрей и Миша курили на балконе, высунувшись в окно. Рядом стояли две открытые и почти пустые бутылки пива. — Скучаю по Эрмитажу, — протянул Миха, выдыхая терпкий горький дым. — Всё ещё думаешь об этом? — спросил Андрей, пододвигаясь к нему ближе, чтобы соприкасаться боками. — Ты про слова Рябчика? Да, есть немного, на самом деле, — Миша слабо улыбнулся. — Он тебя ещё тогда раскусил, он же прикалывался, что ты в меня влюбился и поэтому так скачешь, — Андрей шутливо толкнул Мишу бедром. — Это неправда, я скакал, потому что стихи классные были. И вообще, ё-моё, одно другому не мешает. Я и тебя люблю, и стихи твои, понимаешь, да? — Миха повернулся и встретился глазами с Андреем, тот ласково улыбался. — Какой же ты миленький, — Князь состроил хитрое лицо, зная, что Миха сейчас будет беситься, — прямо лапочка очаровательная. — Андрюха! — вспыхнул Миша, выпрямляясь, — ну ты чё говоришь-то? Дурак что ли? Пиво в голову ударило? — он строго посмотрел на Князя, тот тихо рассмеялся. — Люблю тебя, — он миролюбиво подошёл к нему и обнял. — Точно дурак, — Миша смягчился и улыбнулся, обнимая его в ответ, — но больше меня так не называй, понял? — добавил он сердито. — Хорошо-хорошо, — Андрей уткнулся ему в шею. — Щекотно, — Миша повёл плечами, чувствуя чужое дыхание на коже, и принялся поглаживать пушистые волосы Андрея. Невероятная нежность вдруг наполнила каждую клеточку тела, и у Миши перехватило дыхание. Он мягко отстранил от себя Андрея и медленно поцеловал его в одну щёку, в другую, в лоб, в кончик носа, в подбородок. Он оставлял мягкие поцелуи по всему лицу, а в воздухе над ними, кажется, уже звенели концентрированные любовь и трепет. Князь улыбнулся и прикрыл глаза от удовольствия. Рука сама скользнула к Мишиным волосам и остановилась на затылке. В квартире громко хлопнула дверь и послышались голоса. В стеклянную дверь балкона постучали. Миша и Андрей вздрогнули от неожиданности. — Никакого личного пространства, — буркнул Миша, выпуская из объятий смеющегося Андрея, и сам невольно улыбнулся. — Ага, скорее бы в Питер, — протянул Князь, направляясь к двери, — ты мне, кстати, книжку обещал дать про анархию твою. — Как будто ты её прочитаешь, — Миша закатил глаза. — Нет, но я попробую, — Андрей тепло посмотрел на него и вышел с балкона, Миха вышел следом. — Наконец-то, пойдёмте, сейчас будет суд, — Лысый призывно махнул рукой и пошёл в гостиную. Парни переглянулись и пошли следом. На диване сидел крайне недовольный Балу, над ним возвышался Рябчик в таком же настроении. Лёша стоял чуть поодаль, сложив руки на груди, и ждал. — Итак, Александр Балунов, вы обвиняетесь в нарушении клятвы данной друзьям, — начал Лысый, когда все, кроме Иры, собрались на диване, — что вы скажете в своё оправдание? — Валить на девочек нехорошо, но это была инициатива Иры, — начал Балу, — я сопротивлялся как мог, но её чары помутили мой рассудок. — А если б я не помешал, м? — сказал Рябчик, — куда б это всё зашло? — Вот тут, клянусь, никуда, — заявил Балу, — я и целовать-то её не хотел, не то что… — Ты Иру поцеловал что ли? — до Князя наконец дошла суть происходящего. Балу кивнул, — вот ты козёл, конечно. — Ну Шур, ну ё-моё, ты ж обещал, — Миша хлопнул рукой по дивану и поджал губы. — Да я знаю, — Балу поморщился, — это больше не повторится, клянусь, я один раз оступился, — он сложил ладони в умоляющем жесте. — Вообще больше не подходи к ней, чтоб чары её на тебя не действовали, — сказал Лёша. — Обещаю больше к ней не подходить, не подкатывать и относиться как к другу и сестре, — заявил Балу. — Так, суд присяжных выносит вердикт, помиловать или наказать? — Лысый оглядел присутствующих, — кто за то, чтобы простить Шуре его деяние? — Андрей, Миша и Лёша подняли руки. — Рябчик! — Балу обиженно посмотрел на него, — я-то думал, ты мне друг. Тебе она тоже нравится, вот ты и ревнуешь. — Да, она мне нравится, но я к ней целоваться не лезу, — строго ответил он, — я считаю, нужно применить штрафные санкции. — Да не лез я к ней целоваться! — Балу эмоционально взмахнул руками. — Например? — проигнорировав слова Шуры, спросил Лысый. — Не знаю, — Рябчик пожал плечами. — Вот и нехер, — буркнул Шура, обиженно складывая руки на груди. — А я считаю, что его и так жизнь наказала. Нет ничего хуже безответной любви, — сказал Андрей. — Не, хуже только если любовь взаимная, а вместе быть нельзя, — добавил Миша. — Кстати, да, он своё отстрадает, им ещё бок о бок жить недели полторы, — согласился Лёша. — Ну ладно, — смягчился Рябчик. — Мирись, мирись, и больше не дерись, — сказал Лысый, и Балу и Рябчик сцепились мизинцами. — Если будешь драться, я буду кусаться, — понизив голос, сказал Дима. — Да я понял уже, — Шура вздохнул и слегка улыбнулся. — Обнимитесь в знак вечной дружбы, — с улыбкой прибавил Лёша. — Да, друзей на баб не меняют, — философски заметил Миша. Балу и Рябчик обнялись. — Всё, давайте пиво пить, раз конфликт исчерпан, — Андрей сел на пол и открыл новую бутылку.

***

Антон проснулся рано, удивительно отдохнувшим. Температура, стабильно державшаяся три предыдущих дня, наконец спала с критических 39 до 37 с небольшим. И сразу жить стало легче. Из явных признаков болезни остались только кашель и насморк. Антон пошёл на кухню, поставил чайник и открыл холодильник, думая, что съесть на завтрак. «Бля, нашёл кого попросить еды купить», — подумал он, рассматривая содержимое. Внутри было пиво, сосиски, сыр, какие-то йогурты, пачка печенья, бутылка шампанского и виноград. «Ни хлеба, ни мяса нормального, ни яиц, ни картошки, нихуя», — Антон вздохнул и взял всё, кроме шампанского. В шкафу нашёлся чай и сахар — жить можно. — Доброе утро, — в дверях показался зевающий Арсений. Он прошёл мимо Антона, набрал в кружку воды из-под крана и выпил залпом. Антон встал за ложкой и, оказавшись за спиной Арса, обнял его. — Доброе, — он потянулся к нему губами, чтобы поцеловать в щёку, но тот увернулся. Антон недовольно цокнул языком, — Ты опять обиделся? — Ты уже закончил есть, или только начал? — выпутавшись из объятий, спросил Арс, непонимающе глядя на стол. Он весь был заставлен едой. — Только начал. Ну Арсюш, — протянул Антон, всё-таки целуя его в щёку. Тот фыркнул и отмахнулся от него. — Отстань, мы не встречаемся, — грубо сказал Арс, наливая себе чай и садясь за стол. — Ладно, — Антон пожал плечами и вернулся к завтраку. Поев, они выпили таблетки, которые вчера привёз Поз и сели на диван. — Что делать будем? — спросил Арс. — Давай по дому прогуляемся, может, найдём чего-нибудь, — они поднялись по лестнице на второй этаж. Хотя, назвать его полноценным этажом можно было с натяжкой. Стены здесь шли под углом и были по сути утеплённой крышей. Судя по всему, когда-то здесь была обычная комната с кроватью, шкафами и всем прочим, но сейчас остался только письменный стол у треугольного окна, шкаф с книгами и боксёрская груша, висящая посреди помещения. — Я тут жил раньше, — Антон с теплотой осмотрелся, — правда, тут уже мало что осталось, и всё запылилось. — У тебя даже груша была? — Арс подошёл к ней и слегка качнул. — Ага, такие времена были, что надо было учиться драться. Да и сейчас мало что изменилось, — Антон встал в стойку и замедленно ударил грушу, издавая соответствующий звук. — А я так и не научился толком. Может оно и к лучшему, — хмыкнул Арс. — Ты не умеешь драться? — удивлённо воскликнул Антон, — как ты дожил-то до своих лет? — Сам не знаю, у меня ж ещё и работа такая, — он помолчал, подбирая слово, — своеобразная. Но как-то не приходилось. — А в школе? Там же постоянно район на район и всякое такое, — Антон был искренне удивлён. — Я пацифист, видимо, — Арс пожал плечами и улыбнулся, — ни разу в такое не влипал. — Значит, ботан, — Антон невольно перенял его тёплую улыбку, — это мы исправим, — он пошёл к столу, выдвинул нижний ящик и вытащил оттуда боксёрские перчатки, — надо же, на месте, — он довольно посмотрел на них и вернулся к Арсу. — Чего ты хочешь? — спросил Арсений, смешливо, пока Антон застёгивал старую советскую пыльную перчатку на его руке. — Буду учить тебя драться, — он надел вторую и встал за спину Арса. — Ну не надо, — законючил тот, пытаясь повернуться лицом к Антону, но он не дал ему этого сделать. — Надо, Федя, надо, — Антон обхватил его руки своими и поставил Арсения в стойку, — смотри, правую ногу чуть назад и вправо, левую руку согни в локте, кулак должен быть на уровне плеча, — Антон говорил почти в самое ухо и от этого по спине бежали мурашки, — правый кулак на уровне подбородка, — Антон согнул вторую руку Арсения. — Пока просто, — сказал Арс с улыбкой, оборачиваясь к нему. — Ага, теперь удар, — Антон встал поудобнее и взял Арсения за запястья, — правой, вернул, — он плавно вытянул его правую руку, ударил грушу и вернул в исходное положение, — левой, вернул. Снова правой, вернул. — Я вроде понял, — Арс попробовал сам, и Антон, отпустив его, отошёл. Арсений несколько раз уже более резко и сильно ударил грушу. — Умница, — Антон ещё немного понаблюдал за ним, — а теперь спарринг! — Что? — неуспел Арс среагировать, как Антон налетел на него и, обхватив за талию, чуть не повалил, наклонив почти параллельно полу. Арсений рефлекторно схватился за его плечи, удерживаясь, — Ты балбес, — он слабо стукнул его перчаткой по голове. Антон рассмеялся, и Арс тоже не удержался от смешка. — Не готов ты ещё к спаррингу, — Антон поставил его на ноги и перевёл дух, отойдя на несколько шагов. — В боксе так не делают, — улыбаясь, ответил Арсений. — Это не бокс, это жизнь, тут всё делают, — Антон хитро ухмыльнулся и, как кошка, начал красться к Арсению. — Не надо, — Арс поднял руку в перчатке, пытаясь остановить Антона. — Ты же не знаешь, что я хочу сделать, — заметил он, останавливаясь в шаге от него. — Что-нибудь нехорошее, — как только Арсений договорил, Антон оказался ещё ближе и за несколько секунд закинул его на плечо, — эй! — Пойдём в Дурака играть, — Антон хлопнул его по бедру, пошёл к столу за колодой, а затем к лестнице. Арс недовольно болтался у него на плече, изредка пиная ногой, куда дотягивался. — Перчатки забыли снять, — сказал Арсений, когда Антон посадил его на диван. — Играй так, — ухмыльнулся тот, тасуя карты. Арс закатил глаза и зубами потянул за шнурки, развязывая их, — кстати, ты знаешь, что никогда нельзя играть в карты с бандитами и зеками? — Знаю, — Арсений взял карты. — А почему? — Потому что обычный человек не знает фени и может нехило так попасть, — Арс хитро посмотрел на Антона. — Правильно, — тот довольно улыбнулся, — под интерес сыграем? — Без ставок? Давай, — игра затянулась надолго. Арсений тщательно пытался запомнить все вышедшие карты — выиграть у Антона было делом чести. Колода опустела, на руках у каждого остались последние шесть карт. Арс напряг память, пытаясь вспомнить оставшиеся карты. В голове сложилась картинка, и он самодовольно улыбнулся. — Ты как будто уже уверен в победе, — заметил Антон и положил карту. Арсений не отвечал. Он всё покрыл, теперь осталось выложить карты в правильной последовательности. — Победа! — Арс положил последнюю, и Антон с недовольным видом бросил карты. — Какой позор, — он закрыл лицо рукой и покачал головой. Арсений злорадно рассмеялся и, сев на колени, подался вперёд, толкая Антона. Тот упал на спину, подняв облако пыли из обивки, и Арс навис над ним. — Когда будешь долг отдавать, м? — томным голосом спросил он и коротко чмокнул его в губы. — Ты знал, на что играл, козёл, — Антон притянул его ближе и поцеловал. — Конечно, а ты проебал менту в карты.