Часть 5
2 августа 2023 г., 20:49
— В минувший понедельник в результате диверсии товарный поезд фирмы «Росторгмет» был взорван на технической стоянке в Ростове. Диверсанты не известны, следствие уже ведётся. На этом всё к этому часу, с вами была… — Антон убавил звук радиоприёмника и откинулся на спинку кресла.
— Отлично, просто отлично, — он довольно улыбнулся. Илья поставил на стол шампанское. Игорь с хлопком открыл бутылку.
— За успешное дело! — Кос поднял свой бокал, и все чокнулись так, что половина содержимого пролилась на белую скатерть и еду. Стол был накрыт по-настоящему царский. Красная икра, дичь под соусом, пять видов сыров, всевозможные фрукты, мясо и конечно же дорогой хороший алкоголь. Были и виски, и вино, и шампанское, и ром, и водка. Всё, что душе угодно. У Антона и остальных бригадиров было негласное правило — первое дело всегда отмечать, как последнее. Нужно было обязательно накрыть хороший стол, напиться так, что самостоятельно добраться до дома невозможно, и, конечно же, хорошо провести время. Это, по сложившемуся поверью, должно было принести удачу в следующих делах.
— За нас! — теперь уже встал Илья, и все опять выпили.
— За Тоху! — пьяно улыбаясь, Игорь поднял бокал. Тосты звучали друг за другом, бригадиры напивались всё сильнее.
— За ум этого потрясающего человека! — Витя хлопнул Диму по плечу, а Кос крепко поцеловал его в щёку. Кто-то притащил магнитофон и поставил кассету. Допив бутылку шампанского, а следом и бутылку виски, все пошли танцевать. Игорь и Антон танцевали медляк, едва сдерживая смех, пока остальные откровенно веселились и улюлюкали им.
— Соситесь! — крикнул Дима, улыбаясь и переглядываясь с Ильёй. Игорь и Антон театрально потянулись друг к другу, но, не достигнув цели, отстранились и засмеялись.
— Повысишь меня? — томно шепнул Антону Игорь и тут же запрыгнул на него, обхватывая ногами его бёдра.
— Клоуны, блять, — закатывая глаза и улыбаясь, сказал Витя. Антон тем временем отнёс Игоря на диван и бросил на подушки.
— С подчинёнными не сплю, — он подмигнул ему и ушёл за стаканом рома.
— Эх, а я-то думал, мы друзья, — Игорь притворно грустно вздохнул.
— С друзьями я тоже не сплю, — Антон сделал глоток, пряча улыбку.
— А с мусорами? — спросил Дима, подкалывая его.
— Кто бы говорил. Мистер: «Она не мент, она секретарша», — передразнил его Антон, — мне уже спалили, что кое-кто к Кате из следственного клеится.
— Может, мне тоже начать туда ездить? — Игорь сложил руки на груди, — вдруг тоже перепадёт.
— Там Оленька работает, огонь просто, — Витя эмоционально махнул руками, разливая немного рома на паркет, — ой.
— Тёмненькая? — Кос бросил на него понимающий взгляд.
— Ага, — Пчёлкин улыбнулся.
— Так, отставить разговорчики, — Антон наиграно недовольно посмотрел на товарищей, — не надо нам столько ментов под боком.
— Почему тебе можно, а нам нельзя? — спросил Дима осуждающе.
— В смысле «мне можно»? Я с Арсением не встречаюсь, а переспали мы всего один раз, когда я ещё ничего не знал, — Антон специально умолчал о недавних событиях. Меньше знают — крепче спят. Главное, чтоб спали они не с сотрудниками МВД, — поклянитесь, что вы туда ни ногой, ни рукой, ни членом.
— Ладно, — протянули Витя, Рома, Дима и Игорь. Илье было всё равно, он туда и не собирался. Но Антон всё равно взял с него клятву на всякий случай. Сменив тему, все продолжили бухать, и празднование сильно затянулось.
***
— Андрюш, — Миша, как бездомная побитая собака, грустными глазами смотрел на Князя, — давай мириться, пожалуйста. — Я на тебя не злюсь, — неубедительно и немного агрессивно ответил Андрей. — Ну Андрюш, — канючил Миха. — Чего? — Ты злишься, — Миша слез с качели и остановил качель Князя, вставая перед ним и хватая руками железные рукоятки. Они вдвоём гуляли на детской площадке во дворе дома Антона. Все остальные либо ушли по своим делам, либо спали. Сидеть в квартире было скучно. — Может быть и злюсь, — Андрей отвёл глаза, чтобы не смотреть на Мишу, и сложил руки на груди. — Что мне сделать, чтобы ты меня простил? — Миша присел на корточки и положил руки Князю на бёдра, как на школьную парту. В другой ситуации Миха не стал бы так унижаться, но это Андрей. С ним всё не так, как с другими. — Встань, — Князь потянул его за руку, и Миша поднялся. Спрыгнув с качели, Андрей оказался прямо перед ним, — слушай, ты сам знаешь, что тебе нужно сделать. — Я не могу, — Миша порывисто обнял его, нуждаясь в поддержке. Андрей хотел было оттолкнуть его, но не смог. Совесть не позволила. Спустя несколько томительных для обоих секунд, он аккуратно обнял Мишу и прижал его к себе. Глаза Андрея увлажнились от слёз, он часто заморгал и поднял голову вверх. Не хватало ещё заплакать тут, как девчонка. — Нужно, Мишка, нужно. Может, Антон поможет чем-нибудь. Я с ним поговорю обязательно, слышишь? Ты только пообещай, что мы с тобой друг другу всегда будем говорить правду, хорошо? — Андрей отстранился, ласково положил руки Мише на щёки и поднял его лицо так, чтобы смотреть точно в глаза. Миша кивнул. — Я обещаю, — он повернул голову и поцеловал Андрея в ладонь. — Мир? — Князь опустил руки и по-детски протянул ему мизинчик, Миша поймал его своим и покачал. — Мир, — послышался громкий свист. Парни обернулись и увидели Балу. Тот помахал им и подозвал к себе. — Хорош миловаться, отдохнули, теперь пора работать, — он улыбнулся и хлопнул Андрея по плечу, — песни сами себя не напишут, — они поспешили домой. Миша взял в руки гитару, отсел подальше от остальных вглубь дивана и принялся что-то наигрывать, мурлыкая слова на выдуманном английском. Остальные принялись доводить до ума незаконченную в прошлый раз песню. Балу и Князь подбирали приличную аранжировку, Лёша настукивал ритм по канистре, а Рябчик и Лысый высказывали своё экспертное мнение. Периодически в процесс влезал Миша и вносил правки. Как только он утвердил итоговую аранжировку, начался финальный прогон. Нужно было слепить всё воедино. К этому моменту у Михи появилась интересная мелодия, которая сразу зацепила Андрея и Балу. Её записали и отложили на будущее. Песня была готова только после нескольких часов непрерывной работы. — Ну что, последний раз на чистовую? — спросил Лёша. Миша кивнул. — Андрюх, напиши мне куплеты, — он протянул ладонь Князю и тот, послюнявив карандаш, написал ему нужные строки, — отлично, поехали, — в этот раз всё получилось просто идеально, и наконец никто не накосячил. — Аплодисменты! — Рябчик, улыбаясь, похлопал, — это новый хит, отвечаю. — Нежненько получилось, — сказал Лысый и запел, покачиваясь в такт, — блуждают тени возле дома разных сказочных зверей, исчезнут и возникнут снова. — Стучатся еле слышно в мою дверь, — продолжил Миша, улыбаясь. — Мою дверь! — закончил Андрей со смешком, — красиво получилось. Музыка потрясающая. Мих, ты гений. — Да ладно, музыка не важна. Главное, чтобы текст был хороший, понимаешь, да? — Миха немного смутился от приятных слов. Балу, наблюдая за ними, закатил глаза и улыбнулся. Уже давно стемнело, и все захотели спать. Антон, как всегда, где-то пропадал до самой ночи и в квартире почти не появлялся, концертов в «Секстоне» сегодня не было, а значит, можно было с чистой совестью отдыхать. Андрей, зевнув, пошёл чистить зубы. Как только он, прополоскав рот, выплюнул воду, в ванную ввалился Миша. Князь, не ожидав этого, вздрогнул и резко обернулся. — Ты чё пугаешь? — он, нахмурив брови, посмотрел на Миху. — Целоваться хочу, — Миша, в два шага оказавшись рядом, всем телом навалился на Андрея, прижимая его спиной к кафелю. От такого поворота событий у Князя в голове не осталось ни одного приличного слова. Только мат и сбивчивые мысли из разряда: «Кто ты такой, и куда ты дел моего целомудренного Гаврилу?» Миша целовал его шею и ключицы, а Андрей стоял и думал: «Нихуя се, то есть в губы целоваться это фу и по-пидорски, а облизывать меня нормально?» — Так, тормозни-ка, — он взял его за плечи и отстранил от себя. Наконец Андрей заметил, что Мишины зрачки были неестественно маленькими, сердце лихорадочно билось, а дыхание замедлилось, — да ты угашеный, — только он открыл рот, чтобы возмутиться, как Миша тут же вернулся к начатому и начал расстёгивать его рубашку, — так, стой, — Андрей попытался перехватить его руки, но не получилось. Рубашка полетела на пол. Князь остался в одних брюках. — Научи меня целоваться, — Миша, вытянув губы трубочкой и зажмурившись, неловко потянулся к губам Андрея. — Знал бы ты, как сильно я сейчас на тебя злюсь, — Князь упёрся ладонями в его грудь, пытаясь остановить Мишу, — что ж ты сильный-то такой. Ты этого не хочешь, Миха. — Хочу, больше всего на свете хочу, — он продолжал приближаться, и Андрей сдался. Они оба пожалеют об этом, ну и к чёрту, это будет завтра. Он закинул руки Мише на плечи, и чужие губы неуклюже ткнулись в его собственные. Всё было так странно и нелепо, что Андрей невольно улыбнулся. — Расслабься, — шепнул он в недопоцелуй. Миша послушался, и Князев аккуратно поцеловал его, прижимаясь губами. Не почувствовав сопротивления, он мягко провёл по его губе кончиком языка и скользнул глубже. Миха слегка приоткрыл рот, позволяя Андрею делать всё, что он захочет. Их языки соприкоснулись, и по телам обоих пробежали мурашки. Это было так странно и будто неестественно, но одновременно так хорошо и правильно. Князь водил руками по груди и плечам Миши, целуя глубже, сильнее, чувственнее, а тот обнимал его за талию и поглаживал обнажённую спину, неумело отвечая. На мгновение они отстранились, пытаясь отдышаться, но Миха тут же снова утянул Андрея в нежный, совсем не пошлый поцелуй. Теперь уже вёл он, разобравшись, что именно нужно делать. Кто-то с силой пнул дверь. — Ёпта, вы там чем занимаетесь? — послышался голос Балу. — Вы там живы хоть? — спросил Лёша. Андрей попытался отстранить Мишу, но тот явно не собирался прекращать. — Они щас дверь сломают, — прошептал Князь на выдохе. — Ну и пусть. — Они зайдут и всё увидят. — Ладно, — Миха неохотно отошёл от Андрея, тот поднял свою рубашку и начал быстро застёгиваться. — Всё хорошо, мы уже выходим! — крикнул он в ответ. Щёки горели огнём, губы покраснели и припухли от поцелуев, рубашка была застёгнута не на все пуговицы и не заправлена. Миша выглядел не лучше. Наконец они вышли в коридор. — Вы, видимо, прекрасно провели время, — иронично заметил Балу, осматривая друзей и особенно задерживая взгляд хитрых глаз на Андрее. — Зато точно помирились, — добавил Лёша, усмехаясь. Андрей и Миша жутко смутились и постарались быстрее ретироваться. — Этот прикол к ним надолго прицепится, — тихо посмеиваясь, сказал Балу. Антон вернулся почти под утро, оценил чистоту в квартире, оставил парням немного денег и прошёл в гостиную. Они спали на диване как попало, в обнимку с инструментами. Рябчик вообще оказался на полу, а на его месте на диване лежала электрогитара. Миша спал на акустической гитаре, а Андрей лежал недалеко от Рябчика и сжимал в руке тетрадь. Лысый, Балу и Лёша спали как нормальные люди. Только у последнего в руке была барабанная палочка, вторая уже упала на пол из разжатой во сне руки. Антон улыбнулся и пошёл спать. Следующий день у него выдался выходным. Никуда не нужно ехать и можно поспать от души. Проснулся Антон ближе к двум часам дня, когда в квартире уже никого не было и остался только Миша. — Доброе утро, — он сидел на кухне и пил чай, когда ещё совсем сонный Антон приполз с похмелья попить водички. — Доброе, — он сел напротив и с болезненным стоном лёг на стол. — Бухал вчера? — понимающе спросил Миша. Антон кивнул, — чай будешь? — снова кивок. Миха принялся хозяйничать на кухне, параллельно готовя яичницу для себя и Антона. Это единственное блюдо, которое давалось ему в совершенстве. Поставив на стол тарелки и кружки, он снова сел и как-то нервно начал теребить руки. — Чего ты? Всё хорошо? — спросил Антон, заметив это. — Да так… — Миша задумчиво смотрел в кружку с чаем, — можно с тобой поговорить? — Можно, наверное. Смотря о чём, — Антон наколол на вилку кусочек яичницы. — Ты голубой? — спросил он смущённо. — Синий, когда бухаю, — Антон улыбнулся, но заметив серьёзность на Мишином лице, ответил уже нормально, — ну типа того, да. — А ты с мужиками целовался когда-нибудь? По-настоящему, — утром Мишино сознание прояснилось, и он вспомнил и осознал всё, что вчера натворил. Смотреть в глаза Андрею стало проблематично, а посоветоваться и обсудить такую сложную тему было не с кем. Балу усмехался каждый раз, когда Миша и Андрей приближались друг к другу, Лёша не понял бы, а остальные не настолько близки. С Андреем он разговаривать боялся. В этот момент Миша и вспомнил о существовании Антона. Догадаться, что тот по парням, было несложно. Он особо и не скрывал этого. — Да, конечно, а что? — Антон непонимающе склонил голову. Миша вздохнул, собрал волю в кулак и рассказал всё, что произошло. — Это был мой первый поцелуй, понимаешь, да? Я не знаю, что делать. На самом деле, мне кажется, что я всё испортил, — Миша неловко потёр шею. — В смысле первый? С парнем или в целом? — В целом, — Миха отвёл взгляд. — Ты и сексом не занимался ни разу? — Да ё-моё, это не важно, — вспыхнул Миша. — Ладно, ладно, прости. Просто удивительно немного, — Антон задумчиво облизнул губы, — Ну, Андрей мне хорошим показался. И раз ты говоришь, что он тебя любит, значит, всё хорошо. Это просто следующий шаг в ваших отношениях, вы становитесь ближе, пробуете что-то новое, это нормально. — У нас так не должно быть, понимаешь, да? У нас связь особая, нам эта пошлость не нужна. — В этом нет ничего плохого и пошлого. Это почти как объятия или другие прикосновения. Только что-то более личное и близкое, — Антон невольно вспомнил их с Арсением поцелуи и понял, что соскучился по нему. Когда он успел так привязаться? — ты обязательно поговори с Андреем. Я уверен, что он тоже этого хотел. Вам же всё равно нужно как-то поддерживать вашу связь. Поцелуи — прекрасный способ стать ближе, чем когда-либо, — Миша понимающе кивнул. — Хорошо, я попробую. Спасибо тебе большое. — Пожалуйста, чё уж там, — Антон улыбнулся уголками губ и сделал глоток травяного чая. Зазвонил телефон. Антон вышел в коридор и поднял трубку, — Да? Сейчас выйду. — Кто там? — спросил Миша. — Мой бывший работодатель, если его можно так назвать, — Антон накинул пальто и вышел во двор. — Здравствуй, дорогой, сто лет не виделись, — его встретил мужчина лет сорока, лысый и с наколками на кистях. Они пожали руки. За его спиной стоял сто сороковой мерседес по прозвищу «Кабан», на шее висела золотая цепь толщиной с палец, а на запястье были золотые часы. — Вижу, дела хорошо идут, — Антон с улыбкой кивнул на машину. — Не то слово, — мужчина самодовольно ухмыльнулся, — но я к тебе приехал не лясы точить, времени у меня мало. Тема есть одна. Мне нужно схорониться на время, а дочурку мою пристроить некуда. С собой брать опасно, ну ты понимаешь, — он взял Антона за плечо и приблизился к его уху, — я на неё всё переписал. Все фирмы, компании, недвижимость, автомобили, абсолютно всё. У меня голяк полный. Я её только тебе доверить могу, — он отстранился, — я одну схему проверну, хвосты отсеку и её обратно заберу. Меня сейчас гасить пытаются, чтобы отжать всё. Без тебя никак. Выручи по-братски. — Да у меня самого так-то не очень всё гладко, — Антон шмыгнул носом, — но в целом, недельку смогу подержать её. — Думаю, больше и не понадобится. Спасибо тебе от души, век не забуду, — мужчина по-отечески обнял его, — и чтоб никто не смел даже пальцем к ней прикоснуться. Иначе, ты меня знаешь, порву любого, — он хлопнул его по плечу. — Знаю, я за её безопасность головой отвечаю, — Антон кивнул. Мужчина подошёл к машине, открыл заднюю дверь и подал руку девушке. Антон принялся разглядывать её. Высокая, с красивыми чертами лица, волосы кофейного оттенка уложены объёмными локонами, спадающими на плечи и грудь. Одним словом красавица. Девушка поправила белую мохнатую шубу до колен и, цокая каблуками белых сапог, подошла к Антону. Поймав его взгляд, она тепло улыбнулась. — Ирочка, какая ты потрясающая, я тебя помню совсем малышкой, — Антон восхищённо посмотрел на девушку. Она крепко обняла его, окутывая ароматом дорогих сладких духов, и поцеловала в щёку, оставляя на коже след от красной помады. — Спасибо, — Ира легко покружилась, показывая себя со всех сторон. Шуба распахнулась, открывая вид на короткую чёрную лаковую юбку и заправленную в неё белую рубашку. — Антош, забери-ка сумки, — мужчина подозвал его к багажнику и всунул в руки чемодан и три спортивные сумки забитые битком. — Ир, там кирпичи? — спросил он, пригибаясь к земле от тяжести. — Там все нужные мне вещи, — девушка улыбнулась. Мимо них прошла компания молодых парней, громко смеясь и что-то обсуждая. Антон сразу же узнал жёлтую голову Балу. — Эй, идите сюда, — он свистнул, привлекая их внимание. Парни подошли, и Антон оперативно сгрузил на них все сумки, — несите в квартиру, будьте умничками. — Это кто? — спросила Ира, сложив руки на груди. — Я занимаюсь благотворительностью, это мои временные жильцы, — Антон отогнал парней от Иры. У тех уже слюни потекли. — Передай, что я им яйца оторву, если они будут слишком долго дышать в сторону моей девочки, — мужчина захлопнул багажник, — вроде всё. Дочка, будь умницей, слушайся Антона, себя в обиду не давай, — он обнял Иру и поцеловал её в щёку, — это тебе на мелкие расходы, — мужчина протянул ей толстую пачку денег, — пока, моя дорогая, я надеюсь, скоро увидимся. — Пока, папочка, — Ира стёрла рукой выступившую слезу и немного размазала тушь, — обещай, что всё будет хорошо. — Обещаю, с Антоном ты в безопасности, — они попрощались, и мужчина уехал. — Это всё так странно, — Ира прижалась к Антону, она всегда относилась к нему, как к старшему брату. — Всё будет хорошо, — Антон обнял её за плечи, — пойдём домой, — они поднялись в квартиру. — Антон, представишь нас прекрасной даме? — спросил Рябчик, выглядывая из гостиной в коридор. — Обязательно, — Антон помог Ире снять шубу и повесил её на вешалку, — соберитесь все на диване, — парни засуетились и, только спустя пять минут, наконец уселись. Антон провёл Иру в гостиную. — Итак, — начал он торжественно, — это Ира Кузнецова, дочь моего бывшего начальника, а сейчас близкого друга и влиятельного криминального авторитета. Поэтому, для вашего здоровья рекомендую к Ире не приставать и не подкатывать, иначе останетесь без яиц. Это я цитирую. О ней нужно заботиться, как о сестре. Теперь она часть нашей странной семьи, ближайшую неделю, а может и больше, она будет жить тут. Проводить большую часть времени с ней будете вы, потому что я работаю. Я очень на вас надеюсь и хочу верить, что вы меня не подведёте. — Мы обещаем, что будем заботиться об Ире. Теперь она наш друг и младшая сестрёнка, — Лысый, как самый ответственный, поклялся за всех, при этом очень многозначительно глядя на Балу и Рябчика. — А вас как зовут? — Ира обвела взглядом парней. — Шура Балу, — Балу поднял руку, привлекая к себе внимание. Остальные стали повторять за ним. — Дима Рябчик. — Дима Лысый. — Лёша, просто Лёша. — Андрей Князь. — Миша Гаврила. — Как интересно, — Ира усмехнулась, — а чем вы занимаетесь? — она села на край дивана. Парни начали рассказывать ей про музыку. — Ир, я пойду сделаю тебе кровать, — Антон ушёл в свою комнату и принялся перестилать постельное белье. — А где она будет спать? — спросил Лёша, показавшись в дверном проёме. — На моей кровати, в этой комнате. Потому что сюда вам нельзя, — Антон застелил покрывало и повернулся к Лёше. — А ты? — А я… — протянул Антон, — где-нибудь, — а действительно? Ему-то где спать? К тёте Зине не хочется, у бригадиров беспрерывный поток девочек, и стеснять их как-то некрасиво, а больше и некуда. Он подошёл к домашнему телефону и позвонил Вите. — Пчёлочка, можно я в офисе поживу недельку? Ну пожалуйста, — протянул он жалобно. — Антон, мы уже говорили об этом. Офис — это офис, не надо делать из него приют для бездомных. Тебе чего в квартире не спится? — У меня место кончилось, тут семь человек, не считая меня, — Антон надул губы, — а больше жить мне негде. — Иди к Арсению своему, в конце концов на свой страх и риск можешь ко мне приехать. Но только не в офис! — Витя повесил трубку. Антон недовольно вздохнул. — Завтра утром приеду, проверю, спокойной ночи всем, — буркнул он Лёше и вышел из квартиры. До Арса он доехал минут за двадцать. Ночью машин почти не было. — Меня напрягает твоё регулярное появление по ночам на пороге моего дома, — Арсений открыл дверь. — Знакомый халат, — Антон пошло ухмыльнулся. Арс поёжился от раздевающего взгляда. — Даже не думай, — фыркнул он, — ты за этим приехал? — Нет, на самом деле причин несколько. Во-первых, мне негде жить, во-вторых, я соскучился, и в-третьих, я хочу извиниться и пригласить тебя на свидание, но это уже завтра. — Ключевая из них та, в которой тебе негде жить, да? — Арсений улыбнулся. — Да, пустишь? Я всё объясню, — Антон умоляюще посмотрел на него. — Ну раз уж ты обещаешь мне свидание, — задумчиво протянул Арс, — ладно, заходи. Время было уже позднее, и оба пошли сразу в спальню. — Короче, помнишь, я тебе рассказывал про пахана? — Который тебя воровать учил? — вспомнил Арсений. — Ага, так вот, у него есть дочка Ира. Ей недавно исполнилось восемнадцать, и он переписал на неё всё своё имущество. Об этом никто кроме меня и его самого не знает. Таким образом, даже если его убьют, всё останется семье, главное, чтобы про Иру не узнали. У него сейчас проблемы с влиятельными людьми, и на время нужно залечь на дно. Сам он скрывается, а Иру подсунул мне. Теперь она будет жить у меня и спать в моей комнате. Диван уже и так занят, а больше ничего нет. — А отказаться ты не мог, да? — догадался Арсений. — Конечно, я ему обязан всем, что имею. Пришлось согласиться, — Антон вздохнул, — я думал, если ты меня прогонишь, гостиницу снимать. — Она, как золотой ключик от сундука, — с ухмылкой сказал Арс, — в сундуке пусто, а вся ценность именно в ключе. Все гоняются за сундуком, не зная, что на самом деле нужен только ключ. Умно. — В такие моменты ты меня пугаешь, — Антон театрально сделал шаг назад. — Бу, — Арсений улыбнулся и зевнул, — ладно, давай спать уже. Отвернись, пожалуйста, я оденусь, — Антон мысленно взвыл оттого, что под халатом ничего не было. Он сам не понимал, почему его так на этом заклинило, но ему постоянно хотелось снять с Арса этот халат и взять его прямо здесь и сейчас. Воображение тут же подкинуло несколько очень горячих картинок, и Антон пожалел, что приехал. Кто ж знал, что будет так тяжело, — всё, — Арсений поправил футболку, и Антон развернулся лицом к нему. — Я тебя умоляю, больше не надевай его. Я чувствую себя тупым животным, — он тяжело вздохнул. — Странные у тебя фетиши, конечно, ну ладно, — Арсений хмыкнул и залез под одеяло, — выключи свет, пожалуйста, — Антон щёлкнул выключателем и вернулся к кровати. — Можно тебя обнять? — спросил он тихо, улёгшись поудобнее. — Будешь приставать, ляжешь на полу, — Арсений сам подвинулся к нему, давая понять, что можно. — Всё ещё дуешься на меня? — спросил Антон, обнимая его поперёк живота и прижимая к себе. — Да, — сонно ответил Арсений, млея от тепла и прикосновений. Оба давно так крепко не спали, как в эту ночь.***
Тем временем в квартире Антона парни без умолку болтали с Ирой. — Разрешите-с поцеловать вашу ручку, — Балу встал на колено и протянул к Ире руку. — Ты забыл, что Антон сказал? — спросил Андрей, улыбаясь. Миша сидел за его спиной, обхватив его талию ногами, а плечи — руками. Они поговорили и решили больше так не целоваться. Ну разве что в исключительных случаях, когда очень сильно захочется, потому что на самом деле обоим понравилось. В общем, между ними снова воцарились покой и благодать. — Я без злого умысла, исключительно чтобы проявить почтение прекрасной даме, — Балу поймал Ирину кисть и быстро чмокнул тыльную сторону. За это он тут же отхватил диванной подушкой по голове от Лысого. — Ир, ты не бойся, всеки ему, — предложил Лёша. Ира рассмеялась. — Такие вы хорошие, — она откинулась на спинку дивана, но вдруг почувствовала какую-то неровность и, пошарившись, вытащила тетрадь, — чьё это? — О, а я про неё забыл, — Андрей чуть наклонился к Ире, и Миша поехал следом. — Ты тоже рисуешь? — она заинтересованно листала страницы, разглядывая разных монстров, — это пенёк с головой? — Это сказочник, он придумал и рассказал все истории из наших песен. Его можно встретить в лесу. Покажешь свои рисунки? — Князь принялся рассказывать историю каждого заинтересовавшего Иру существа. — Балу, принеси пожалуйста мою тетрадь, она в розовой сумке, в боковом кармане, — не отвлекаясь от рассказов Андрея, попросила Ира. Шура тут же побежал выполнять просьбу. Рябчик, глядя на это, усмехнулся. Миша, лёжа на спине Андрея, иногда поправлял его и добавлял важные, как ему казалось, детали. Балу принёс тетрадь и сел рядом с Лысым. — Ты так часто Мишу рисуешь, — Ира мягко улыбнулась, обводя пальцем очередной портрет, — красиво. — Любит его сильно, — ляпнул сидящий на полу Рябчик. Миха недовольно цокнул языком и закатил глаза. — На самом деле, он главный источник моего вдохновения. Большая часть рассказов и стихов написана про него, либо связана с ним, — Андрей улыбнулся, чувствуя, что Миша уткнулся лицом в его спину. Они переключились на обсуждение Ириной тетради. В ней были исключительно реалистичные, технически верно построенные портреты и пейзажи. И кот-строитель с эмблемы фирмы Антона. — Его ты нарисовала? — спросил Балу, заглядывавший через Ирино плечо. — Ага, Антон попросил по старой дружбе. Немного не мой стиль, но вроде неплохо получилось, — она пожала плечами. — Кстати, куда он пропал? — Балу вопросительно посмотрел на Лёшу. — Уехал спать, не знаю к кому, — ответил тот. — Ну и ладно, у меня песня придумалась, — Князь подтянул к себе гитару и выпрямился, Миша немного сдвинулся, чтобы не задевать локтем гриф, но в целом положения не изменил, — вдохновлено угрозами Антона и Ирочкой, — он прокашлялся и заиграл, то постукивая по деке, то касаясь струн, — Не надо меня утешать, это мне не поможет. Любимая девушка очень жестоко обидела. Стыдливое чувство меня беспрестанно тревожит, она меня с голыми коками взяла и увидела, — он бегло окинул взглядом улыбающихся друзей и, вытягивая гласные, запел, — голые коки, голые коки, голые коки, голые коки, — Балу и Рябчик повалились от смеха. Лёша закрыл лицо рукой, пряча улыбку. Лысый посмотрел на него и развеселился ещё сильнее. Ира, сдерживая смех, закусила губу и отвела взгляд. Миша откровенно ржал. — Берём это в репертуар, срочно, — Балу похлопал в ладоши и вытер выступившую слезу. — Дописывай куплеты, — усмехаясь, сказал Миша. — Ладно, это смешно, — признала Ира, — пойду-ка я спать, поздно уже. Вы возьмёте меня завтра на концерт? — Боюсь, что ты будешь слишком выделяться, — Лысый придирчиво посмотрел на неё. — Может, мы её замаскируем? — предложил Рябчик. — Сделаем красивую панкушку и возьмём с собой, — Балу обнял Иру за плечи и тут же увернулся от пролетевшей над головой подушки. — Руки, — напомнил ему Лысый. Балу демонстративно поднял их и отстранился от Иры. — Я по-дружески. — Не верю, — Лысый недовольно посмотрел на него, — ты взрослый человек, держи себя в руках. Или у тебя яйца лишние? — Лёша, Андрей, Миша и Рябчик усмехнулись. Балу закатил глаза. — Отлично, тогда завтра вы меня соберёте. Спокойной ночи, — Ира встала и напоследок коротко чмокнула Балу в щёку, проведя пальчиком от его шеи до подбородка. Хитро улыбнувшись, она скрылась в спальне Антона. — Нет, ну вы это видели? — спросил Балу восхищённо, — я влюблён в эту женщину. — Как жаль, что она дочь криминального авторитета, которого боится и уважает даже Антон, — саркастично заметил Лысый. — Тебе лишь бы обломать всё, — фыркнул Шура. — Он о твоих будущих детях беспокоится, я бы на твоём месте его послушал, — шутливо заметил Андрей, откидываясь назад и придавливая Мишу. Тот что-то недовольно пробухтел и пихнул его в бок. — На самом деле, Лысый дело говорит. Лучше не рисковать, понимаешь, да? Да ё-моё, Андрюх, — Миша пытался поднять Князя, чтобы вытащить ногу, а тот специально сопротивлялся и давил сильнее, хихикая. Балу тяжко вздохнул. — Ну ладно, правда уже спать пора, — Лёша потянулся и зевнул. Парни согласились. Вскоре в квартире всё затихло. Ира лежала одна на мягкой двуспальной кровати и смотрела в потолок. Сон не шёл, а в голове кружили неприятные мысли. Она повернулась на бок и, чтобы занять голову чем-то приятным, начала фантазировать и представлять завтрашний концерт. Только спустя час, Ира наконец уснула.***
Арсений проснулся в своей кровати, окружённый уже привычным ароматом дорогого парфюма. Антона рядом не было, а с кухни доносился аппетитный запах блинчиков и кофе. Арс, шлёпая по полу босыми ногами, пошёл умываться и завтракать. — Доброе утро, — Антон обернулся, услышав шаги. Он как раз дожаривал последний блин, — чуть-чуть не успел с завтраком в постель. — С чего такая честь? — Арсений, сонно потирая глаза, сел за стол. — Я обещал тебе свидание, а перед свиданием нужно вкусно покушать, — Антон поставил на стол тарелку с блинами, — ты с чем будешь? — Со сметаной и сахаром, — Арс хотел было встать и подойти к холодильнику, но Антон не пустил его. — Дай мне за тобой поухаживать, — он ласково усадил его обратно на стул, достал всё необходимое и поставил на стол две кружки: с кофе для Арса и с чаем для себя. — Куда мы поедем? — спросил Арс, кусая блинчик. Он очень давно их не ел, и от этого они казались ещё вкуснее. — Это сюрприз, но тебе точно понравится, — Антон загадочно улыбнулся. Они позавтракали, собрались, сели в машину и направились к выезду из города. Антон включил радио, довольно постукивая по рулю. Арсений смотрел в окно. Его заинтересовала одна машина — чёрная иномарка со странными номерами. Она следовала за ними уже несколько минут, не обгоняла и держалась на одном расстоянии. — Похоже, за нами хвост, — Арс перевёл взгляд на Антона. Тот выключил музыку и заметно напрягся. — Ща проверим, — от прежней улыбки не осталось и следа. Он закусил губу и свернул на другую улицу. Машина последовала за ними. Сделав ещё несколько поворотов, Антон вернулся на ту же улицу, с которой начал. Машина не отставала, — всё, пиздец. Свидание отменяется, — он стал мрачнее тучи. — Вот как с тобой встречаться? — Арсений невольно перенял его напряжение и тревожно оглядывался на машину. Антон грустно пожал плечами и виновато посмотрел на Арсения. — Прости меня, пожалуйста, — он накрыл его руку своей. Арс тяжело вздохнул. Город остался позади, они ехали по трассе. Теперь никуда не спрятаться и не увильнуть. Оставалось только принять неизбежное. Впереди был мост. Оба знали об этом. Послышалась череда выстрелов. Антон и Арсений синхронно обернулись. — Стреляют по колёсам, — севшим голосом сказал Антон, возвращаясь к дороге. Ещё несколько выстрелов уже выше, и заднее стекло разлетелось вдребезги, осыпая сиденья. Антон завилял по дороге, уворачиваясь от новых выстрелов. Бронированные колёса, поставленные Игорем и Ильёй по совету Пчёлкина, пока держались, — в бардачке граната. Доставай, выдёргивай чеку и бросай им под колёса, — Антон до побеления костяшек вцепился в руль. Арс трясущимися руками вытащил гранату, открыл окно и прицелился. Антон вильнул очередной раз, и Арсений, выдернув чеку, что есть силы бросил гранату. Раздался оглушающий взрыв, преследователей на мгновение охватило пламенем, в ушах зазвенело. — Не попал, — Антон оглянулся, машина, изрядно пострадавшая, но всё ещё на ходу, приближалась и вскоре поровнялась с ними, — ложись! — крикнул Антон, сползая по сиденью, насколько это было возможно. Арсений пригнулся, над головой тут же просвистели пули, и вновь его осыпало осколками. Рука соскользнула с обивки куда-то вниз, и её тут же пронзила острая боль, которую Арс почти не почувствовал и не заметил. Они въехали на мост. Машина начала прижимать их к краю. Антон, чтобы избежать столкновения, начал прижиматься к ограждениям, — они скинут нас, открой окно и не отстёгивайся, пока не упадём, — он понял, что шансов вырулить нет. Сердце бешено стучало, отдаваясь глухими ударами в ушах. Глупо так погибнуть. Арсений пытался открыть то, что осталось от окна. Бок мерседеса уже шкрябал арматуру ограждения, выбивая искры. Всё произошло за считанные секунды. Антон, зажмурившись, крутанул руль. Машина пробила хлипкое заграждение и полетела в воду. Удар. Сознание помутилось. Одежда мгновенно промокла и потяжелела. Потянуло на дно. Вода хлынула в салон. Перед тем как отключиться, Антон услышал щелчок ремня безопасности, а дальше темнота. Арсений вылез через окно и понял, что Антон не двигается и не всплывает. Его охватила паника. Держать глаза открытыми в грязной ледяной Москве-реке было тяжело, но выбирать не приходилось. Арсений бросился к машине, отстегнул ремень и с трудом вытащил Антона через окно. Всплывать было тяжело, ногу начало сводить от холода. Антон тянул на дно. Наконец всплыв, Арсений жадно заглотил воздух и попытался поднять голову Антона над водой. Сил не хватало. Собрав всё, что осталось, в кулак, Арс поплыл к берегу. Под мостом были участки земли, в которые упирались опоры. Арсений вытащил Антона на сушу. Тот не дышал. По щекам Арса покатились слёзы, смешиваясь с каплями речной воды. Он запрокинул голову Антона, зажал ему нос, и, набрав в лёгкие как можно больше воздуха, сделал два сильных выдоха рот в рот. Ничего. Он начал надавливать ему на грудь, считая каждый раз, а потом снова сделал искусственное дыхание. На третий раз Антон закашлялся и инстинктивно отпихнул Арсения от себя. Он повернулся на бок, и из его рта вылилась вода. Убедившись, что жизни Антона ничего не угрожает, Арс сел на землю и впал в истерику. Его трясло, он плакал, всхлипывая и задыхаясь, и шмыгал носом. Антон, ещё не до конца пришедший в себя, крепко обнял его, поглаживая по мокрым волосам. Лёгкие болели. Страх потерять друг друга, сковывавший всё тело несколько минут назад, начал отступать. Антон уткнулся носом в макушку Арсения, раскачиваясь вперёд-назад. Они просидели так довольно долго, пока не начали мёрзнуть. Арсений отстранился, вытер слёзы и тяжело вздохнул, восстанавливая дыхание. Антон посмотрел на него: весь мокрый, с болезненно красными от слёз глазами и щеками, с одежды всё ещё течёт вода, а губы бледные от переохлаждения. У Антона на душе кошки скребли, так больно было видеть Арсения таким, и ещё больнее быть причиной его несчастья. Арс пустыми глазами смотрел на Антона, и, видимо, он сам выглядел не лучше, потому что Арсений вдруг с трудом поднялся на ноги и протянул ему руку. — Нужно согреться, ты весь синий, — Арс помог Антону подняться. — Дойдём до посёлка, он ближе всего, тут пара километров. Мы туда должны были приехать, я там двухэтажный шикарный дом снял, благо заранее всё оплатил. Там остановимся и согреемся, — Антон положил голову на плечо Арсения, — я пойму, если ты никогда меня не простишь за то, что случилось. Со мной невозможно нормально жить, я знаю, — он обнял его так, будто делает это в последний раз. — Мы потом поговорим об этом, — в душе Арсения сейчас не было ничего. Никаких эмоций, сил, волнений, мыслей. Только хотелось в сухое и тёплое место. Они молча шли вдоль трассы все полчаса, мимо них проезжали машины, и люди с подозрением смотрели на них. Ловить попутку было бессмысленно, никто не возьмёт мокрых насквозь, почти двухметровых мужиков. В это время Арсений первый раз почувствовал боль в руке и что-то тёплое и влажное под пальцами. Подняв её, он увидел, что вся ладонь левой руки от основания мизинца до большого пальца рассечена глубоким порезом. Кровь измазала всю руку. — Обработаем обязательно, — Антон сочувствующе посмотрел на рану и приобнял Арсения за плечи. Арс сжал руку в кулак. Добравшись до дома, Антон открыл дверь чудом не потерявшимся ключом. Домик был сделан в скандинавском стиле, очень уютный и красивый. Прихожая переходила в гостиную с большим диваном, телевизором и клетчатыми пледами, через арку сбоку можно было пройти в кухню, а по дальней лестнице подняться к спальне и ванной. Всё было отделано деревом, а в доме витал аромат ёлки и печенья. Антон и Арсений точно бы оценили красоту этого дома, если бы были в другом положении, но сейчас им не нужно было ничего, кроме горячего душа и кровати. — Наверху есть джакузи, — сказал Антон, снимая верхнюю одежду на ходу по дороге к лестнице. Арсений поспешил следом. Первым делом Антон нашёл аптечку, промыл руку Арса под краном и усадил его перед собой на край кровати. Только что смытая кровь уже снова выступала из пореза. — Больно будет, — Арсений проводил взглядом бутылочку перекиси в руке Антона. Тот кивнул. — Я только по краю, — он смочил ватку и взял ладонь Арса. Успокаивающе поглаживая его руку большим пальцем, он аккуратно обводил рану ваткой. Всё шипело, пенилось и жутко щипало. Арсений дёрнулся от боли, Антон начал тихонько дуть на рану, как мама в детстве дула на разбитую коленку. Стало чуть-чуть легче. Вытащив бинт, он замотал ладонь, завязал бантик и поцеловал пальцы Арса, — всё. — Спасибо, — Арсений слабо улыбнулся уголками губ. Антон помог ему снять брюки, оба, забив на все принципы и условности, разделись до гола и опустились в горячую бурлящую воду. По телу мгновенно побежали мурашки. Антон передёрнул плечами и опустился в воду по шею. Арс повторил за ним. Они не разговаривали, сейчас слова были не нужны. Просто молчать вместе было лучшим удовольствием для обоих. Антон устало прикрыл глаза. Арсений рассматривал его красивое спокойное лицо. Казалось, что он думает о чем-то, но на самом деле в голове Арса было абсолютно пусто. Только тепло, распространявшееся по всему телу, от которого приятно сводило мышцы и клонило в сон, — поможешь? — Арсений взял с полки шампунь. Хотелось смыть с волос всю тину и грязь реки. Антон молча кивнул и сел. Арс аккуратно повернулся к нему спиной и, держа руку над водой, чтобы не замочить повязку, откинулся назад. Антон намочил его волосы, выдавил немного шампуня и начал массировать голову, изредка пальцами перебирая волосы. Окунув Арсения в воду и смыв шампунь, он повторил всё то же самое ещё раз и снова смыл. Арс, уже чистый и разморённый, лежал на груди Антона, чувствуя как тот обнимает его в воде. — Пора выходить, — Антон провёл носом по влажной скуле Арсения и остановился около виска. Арс кивнул. Помывшись целиком, они вылезли из джакузи, вытерлись вафельными полотенцами и, дойдя до кровати, почти сразу легли спать. Антон впервые ощутил то удивительное, необъяснимое чувство спокойствия, нежности и тихой светлой любви, когда находишься рядом с близким человеком. Он ещё не до конца осознавал его, но уже точно испытывал.
