Никто кроме ты

На следующий день Чимин просыпается с первыми лучами солнца, которые нагло бегают по его лицу и словно пытаются выжечь глаза. Ночью он плохо спал, в сотый раз проклиная тот момент, когда поехал к Юнги. Чимин влюбился почти сразу, но пытался себя заставить думать обратное. Сердце до сих пор неприятно колет, когда он вспоминает, как Юнги и какая-то девушка обнимались в его кабинете. На глаза снова наворачиваются слёзы. Сегодня у него вечерняя смена, и он пойдет туда, но только для того, чтобы уволиться. Время до начала смены проходит быстро. Чимин почти до обеда провалялся в кровати, ничего не делая. После того как принял душ, он собрался и вышел на улицу. Медленно шёл к кофейне, хотя очень не хотелось. Не хотелось объяснять Хосоку и Чонгуку, почему он увольняется. Видеть Юнги ему тоже не хотелось. Он надеется, что его нет на работе, хотя что-то подсказывало ему, что Юнги там с утра. Увидев у здания машину Юнги, Чимин остановился, подумал несколько минут и, сделав глубокий вдох, зашёл в кофейню. С широкими улыбками его встречают Чонгук и Хосок. Чимин натянуто им улыбается, пытаясь изобразить максимальное спокойствие. — Ты рано, Чимин-и! — говорит Чонгук. — Будешь кофе? Я делаю обалденный раф! — Привет, парни, — улыбается Чимин. — Нет, я дома выпил. — Ты чего бледный такой? Плохо спал? — беспокоится Хосок. — Может, позавтракаешь? У нас круассаны сегодня с рыбкой, свежие, — Чимин машет головой. — Не стоит, хён. Я правда не голоден. Он неловко молчит, а после тихо спрашивает: — Юнги-щи у себя? — Да, но не советую к нему идти — злой как собака с самого утра, — советует Хос. Чимин кивает и уходит в подсобку. Его сердце так громко стучит, что отдаётся где-то в горле. Волнение заставляет ладони потеть. Чимин садится на диванчик и пытается собраться с силами и мыслями. Ему нужно зайти к нему. Он должен держать себя в руках, уволиться и уйти, пытаясь забыть всё как страшный сон. Чимин убирает сумку, делает глубокий вдох и стучится в дверь кабинета. Он слышит приглушённое «войдите» и открывает дверь, несмело ступая. Юнги смотрит на вошедшего и молчит. Чимин смотрит в ответ, проходит в кабинет и кладёт лист на стол. — Что это? — спрашивает Юнги. — Заявление об увольнении. Подпишите и верните мой телефон. Юнги берёт лист, хмурится и недовольно поджимает губы. — Нет, — он откидывает лист, и тот падает на пол. Чимин удивлённо смотрит на Юнги. — Тогда отдайте телефон. — Нет, — Юнги встаёт со стула и подходит к Чимину, но тот делает шаг назад. — Что значит «нет»? — Чимин начинает злиться. Что этот Юнги о себе думает вообще! — То и значит. Нет, значит нет. Чимин внимательно смотрит в глаза напротив, пытаясь понять, о чём он думает. Но, вспоминая вчерашний инцидент, раздражение словно по венам пускают, и оно резко ударяет в голову. — Всего доброго. Он разворачивается, но его тут же хватают за руку, крепко сжимая. — Я не разрешал уходить. — А я и не спрашивал. — Я не разрешал тебе флиртовать со всеми подряд! — А я и не спрашивал! — более раздражённо повторяет Чимин и пытается выпустить свою руку из крепкой хватки. — Давай поговорим. — Нам не о чем говорить с Вами, Мин Юнги. И не смейте меня трогать своими грязными руками, неизвестно кого они успели облапать за эту ночь! — выплёвывает Чимин и с силой вырывает руку, снова разворачиваясь и направляясь к выходу. — Чимин, — предупреждающе рычит Юнги, сжимая кулаки, и гневно дышит. — Остановись! — он старается держать себя в руках, но этот пацан выводит. — Ах да, дверь закрывайте в следующий раз, — в голое слышится злость вперемешку с издёвкой, и Юнги не выдерживает. — И Вы мне никто, чтобы указывать. — Я сказал стой! — повышает голос Юнги и быстрым шагом подходит к Чимину, закрывая дверь. Юнги разворачивается и прижимает его к стене, хватая за грудки. — Никто? — рычит Юнги в лицо. Чимин пугается, смотрит в чёрные глаза и видит в них злость и чёткое непонимание, возможно, обиду. — Какого хуя ты творишь? — Юнги ударяет в стену кулаком, и Чимин зажмуривается. — Это не я обжимался хрен знает с кем! — говорит Чимин, и страх пропадает. Он начинает закипать. — Это не я флиртовал с тем грёбаным придурком! — Я делаю, что хочу! И флиртую с кем хочу! — повышает голос Чимин и снова пытается вырваться. Юнги по глазам видит, что Чимин лжёт. Он чувствует, как его тело дрожит. Он помнит, как Чимин наслаждался с ним, как смотрел на него. Так не смотрят на того, к кому ничего не чувствуют. Они глядят друг на друга, тяжело дышат. Ещё секунда — и они готовы разорвать друг друга. — Опусти меня, Юнги! Меня ждёт тот самый грёбаный придурок. Я тоже хочу с ним обниматься, — выводит на эмоции Чимин. Ему хочется тоже сделать больно. Юнги поднимает тёмный взгляд и хватает Чимина за щёки, сжимая их. — Ты никуда не пойдёшь! Юнги набрасывается на его губы с жадным поцелуем. Чимин начинает сопротивляться, упирается в грудь Юнги, пытаясь оттолкнуть, но тот только сильнее прижимается и продолжает целовать. Чимин сдаётся, хватается за волосы Мина и отвечает на поцелуй, кусая его губы, показывая, как он зол, а после сразу зализывает укус. Юнги шумно выдыхает, проникает языком в чужой рот, сплетается с языком Чимина, и оба стонут. Чимин сильно сжимает волосы у корней и, отрываясь от стены, прижимается к тёплому телу. Юнги разрывает поцелуй. Между их губами тянется ниточка слюны, и он обрывает её пальцем и проводит по полным губам. Чимин снова набрасывается с поцелуем, не давая сказать Юнги ни слова. Страсть охватывает его, и он не собирается останавливаться. Его руки вытягивают рубашку из брюк, и он разрывает её, царапая грудь. Юнги кусает губы, блуждает жадными прикосновениями по телу, снимает футболку парня и припадает к шее с пылкими поцелуями. Чимин скидывает ненужную рубашку и царапает плечи. Он взвизгивает, когда его больно кусают в шею, а после стонет, наслаждаясь этой страстью. Юнги поднимает его на руки и снова припадает к губам, сразу глубоко начиная целовать. Он скидывает всё со стола и сажает Чимина, продолжая целовать. Парень обхватывает его ногами и откидывает голову, когда Юнги отрывается от губ и ведёт мокрую дорожку поцелуев к шее и ниже к груди, обхватывает губами возбуждённую бусинку соска и терзает её губами и языком слыша, как Чимин начинает стонать. Мин переходит ко второму соску, так же его лижет и кусает, принося лёгкую и приятную боль. Чимин падает на стол спиной. Юнги рывком снимает с него шорты сразу вместе с боксерами и, не медля, наклоняется к возбуждённому члену, вбирая его в рот. Чимин мечется по столу и стонет, руками вцепляясь в мебель. Он приподнимает голову и следит за Юнги. Его рот приоткрыт, волосы сильно взлохмачены, а в глазах танцуют искры. Юнги поднимает голову и смотрит в глаза напротив, видя в них огонь страсти. Тот самый огонь, в котором хочется сгореть до тла и без остатка. Он снова утыкается в пах и продолжает целовать бёдра, мягко проводя по ним зубами. Словно помечая его. В голове проносится только «мой, мой, мой», и от чувства собственности он будто звереет, резко поднимается, разводит ноги Чимина как можно шире, удивляясь его растяжке, и припадает губами к влажному анусу. Чимин вскрикивает и откидывает голову, показывая свою шею, по которой соблазнительно стекает капелька пота. Юнги продолжает лизать его, толкается языком в колечко мышц и сходит с ума от стонов, которые оглушают. Стоны Чимина — музыка, которую Юнги хочет слушать без перерыва. Руки притягивают сочные бёдра ближе к лицу, и он почти зарывается в промежность Чимина, ни на секунду не ослабляя хватку. Мин продолжает жадно и мокро вылизывать его. Член уже болезненно ноет, и Юнги рычит, посылая этим вибрацию, отчего член Пака дёргается и пульсирует. Он кончит через секунду. Юнги словно чувствует это. Он приподнимается и сразу натыкается на губы Чимина, когда тот резко вскакивает и, окольцовывая шею, целует. Жадно, шумно и страстно. Наглые руки младшего пробираются к ширинке, расстёгивая её и спуская штаны к ногам. Не разрывая поцелуй, Юнги откидывает надоедливые брюки куда подальше. Чимин стаскивает чужие боксеры и берёт в руку возбуждённый член, водит по нему и крепко сжимает. Юнги стонет в поцелуй и, крышу срывает от возбуждения. Он снова толкает Чимина на стол. — Подожди, сладкий. Он быстро обходит стол, достаёт смазку и презервативы, возвращается и, как можно быстрее, натягивает защиту, и, не жалея, льёт смазку на сжимающееся отверстие Пака. Чимин вздрагивает, раздвигает ноги шире и стонет, когда чувствует палец. Юнги двигает им, добавляет второй и растягивает податливые стенки. Он старается как можно быстрее подготовить его для себя, но также не хочет принести боль. Спустя пару минут, когда в Чимина свободно входят три пальца, он вытаскивает их и, хватаясь за ноги младшего, плавно входит, чуть ли не умирая от ощущений. Внутри Чимина так жарко и узко. Юнги стискивает зубы и начинает сразу быстро вбиваться, не позволяя даже опомниться. Чимин пытается схватиться за стол. Ему хочется приподняться, но быстрые толчки не дают ему это сделать. Он громко стонет, когда член внутри точно бьёт по комочку нервов. Стол сильно скрипит от их темпа. Ноутбук с грохотом падает на пол, а документы давно смялись, но их это совсем не волнует. Они тонут друг в друге, не замечая ничего и никого. Юнги вбивается в сексуальное тело, наблюдая, как Чимин с жадностью поглощает его. Он откидывает голову и стонет, а после снова смотрит в место, где они соединяются. Пошлые, хлопающие и хлюпающие шлепки разносятся по всему кабинету, и Чимин уверен, что их слышно в зале, если музыка играет тихо. Но его не волнует это. Сейчас он хочет отдать всего себя этому мужчине, что так прекрасно вбивается в него на своём рабочем столе. Юнги хватает Чимина и, не выходя, поднимает на руки. Пак сразу же вцепляется ногтями в спину и начинает целовать и кусать плечи. Спиной его прижимают к стене и снова начинают вбиваться. Ноги крепко обхватывают поясницу Юнги, и он почти скачет на его члене, насаживается так глубоко, как только может. Пак стонет, обхватывает одной рукой Юнги за шею, ведёт выше и зарывается в волосы на затылке, прижимая его лицо к себе. Юнги резко разворачивается и садится на диван — теперь Чимин сидит сверху. Он выпрямляется, выпячивает задницу и, положив руки на плечи, начинает скакать на члене быстро и уверенно. Они смотрят друг другу в глаза, тяжело дышат. Их носы соприкасаются. Юнги кладёт руки на манящие упругие бёдра и насаживает Чимина, помогая опускаться как можно глубже. Взгляда так и не отводят, продолжают смотреть. — Я нужен тебе? — задаёт вопрос Чимин и начинает замедляться, чувствуя, как возбуждение собирается внизу живота. — Как воздух, — хрипит Юнги и гладит талию. — И мне, Юнги… — тихо шепчет младший. — Никто не нужен, кр… Боже… — стонет Чимин, когда Юнги начинает вбиваться с новой силой. От услышанного Юнги чуть с ума не сходит. Его тело трепещет от чувств и скорого оргазма. Он вбивается жадно и мощно, наслаждаясь сладкими и протяжными стонами. Руки Чимина обнимают за шею, и он сильно прижимается, содрогаясь всем телом, и кончает, пачкая грудь Юнги. Мин замирает, сжимая ягодицы, изливаясь глубоко внутри. Чимин утыкается ему в шею, чувствуя нежные прикосновения на своей спине, и улыбается. — Мы можем поговорить, Чимин? Чимин кивает, улыбается и целует Юнги в губы. Они вздрагивают, когда раздается звонок на мобильный. — Это по работе, — говорит Юнги, нужно ехать. Мы ведь сможем поговорить позже? Пак встаёт с колен и начинает одеваться. — Езжай и набери мне вечером, — говорит он и наклоняется, чтобы подарить еще один поцелуй. Вернувшись домой, Чимин падает на кровать не скрывая счастливой улыбки. Он рад, что ему не придётся больше бегать от Юнги. Сегодня они точно всё обсудят. С этими мыслями он проваливается в сон, так и не дождавшись звонка.