Маленькая грешная девочка

      Эвтида медленно переводит взгляд в сторону двери, когда слышит посторонний звук. На секунду она подумала, что мужчина, стоявший за дверью, всего лишь её больная фантазия, отголосок её сокровенных желаний. Но вот он смотрит на неё и, кажется, не верит своим глазам — как такая маленькая девочка, прилежная ученица может сейчас сидеть перед ним с раздвинутыми ногами и мастурбировать, выкрикивая его имя. Вот это уже было слишком реальным.       Головой она понимает, что самое логическое, что она может сделать в данной ситуации, — с криком выгнать его из комнаты и больше никогда не вспоминать. Вместо этого, она продолжает водить рукой по клитору, возбуждая его ещё сильнее, всё ещё веря, что мужчина перед ней — её больная фантазия. — Видишь, как я теку перед тобой? — она раздвигает пальцами половые губы, давая жидкости скатиться на одеяло. — Для тебя.       И она видит странный огонёк в его глазах, секундное размышление и мгновенное принятие решения. — Раздвигай ноги шире, девочка, — он приказывает ей своим властным голосом, и она понимает, что мужчина перед ней — реальность, не её вымысел. И она повинуется, раздвигая ноги шире, как он и приказал, чтобы он мог вдоволь насладиться её набухшим клитором и влажной киской. Один лишь его взгляд побуждал в ней что-то неведомое. Она грубо проводит пальцами по клитору, пока с губ срываются жаждущие стоны.       Эвтида изо всех сил борется, чтобы не закрыть глаза и не представить как это его руки трогают её, выводят круги на её клиторе, ласкают её губы. От таких мыслей у неё пробегает дрожь по телу. И она смотрит на него. Смотрит с жадностью, призывая его к действиям, потому что от одного его взгляда она чувствует как мокнет всё больше. И она наблюдает за тем, как он, тяжело дыша, смотрит на её влажную киску и набухший клитор. Ему определённо нравится то, что он видит. — Помоги мне, — тихо стонет она, приподнимая бёдра, грубее выводя круги на клиторе, приближаясь к оргазму. — Помоги мне кончить, Амен.       Она непроизвольно закрывает глаза, когда он дёргается с места в её сторону, и слышит, как захлопывается дверь, а потом как рядом с ней прогибается кровать. Она была уже близка к разрядке, когда твёрдая мужская рука хватает её за запястье и отводит в сторону. Его рука опустилась ей на бедро, слегка сжав его. От этого, казалось бы, невинного, но такого интимного, движения она чувствует, как из влагалища вытекает ещё жидкость. Он определённо этого и добивался. — Посмотри на меня, — снова приказывает он, а она не в силах противостоять его приказам, когда он делает это таким тоном. Она открывает глаза и охает, когда его рука ложится ей на лобок, проводя пальцами между половых губ. Но он тут же её убирает и смотрит ей прямо в глаза. — Это для меня ты так течёшь, дорогая? Ты так намокла, только думая обо мне, когда дрочишь?       Эвтида хнычет от удовольствия, когда он небрежно и грубо проводит пальцам по её клитору. Она вот-вот кончит от его прикосновений и грязных слов, которые он говорит. Амен снова и снова проводит по мягким складочкам, заставляя её тереться о его пальцы, с каждым разом всё больше надавливая, от чего Эва была готова заскулить перед ним. — Для тебя, потому что я хочу тебя. Моё влагалище хочет тебя принять, — и она не врёт, потому что уже четыре чёртовых месяца она мечтает о том, чтобы этот мужчина погрузился в неё. Она готова грешить с ним снова и снова. — Моя маленькая грешная девочка, — он обнажает шею, позволив ей увидеть венки, выделяющиеся на бледной коже. — Разве ты так называла меня, когда трогала себя? — он снова касается её клитора, на этот раз нежно, выводя круги вокруг, не давая ей кончить. Эва краснеет от того, что он слышал, как она называла его, но вместе с тем, её ничуть не смущает её положение. Ей хочется пересесть к нему на колени и долго-долго, жадно вылизывать его шею и кусать кадык, оставляя засосы и следы зубов. Она прижимается губами к его, полностью отдавая себя страсти, что горела в них. — Пожалуйста, господин, я так сильно хочу вас и ваш член в себе, — и Амен срывается, грубо проникая языком в её рот, двумя пальцами проникая в её влагалище. О, как же он ждал этого момента. Момента, когда он наконец сможет погрузиться в неё.       Она скулила и стонала под ним, пока он запускал свой язык в её рот, показывая, кто тут хозяин. Его пальцы прижимались к стенкам влагалища. На удивление, ему было легко входить в неё, она не была настолько узкой. И ему нравилось доставлять ей удовольствие. Видеть её красное лицо. Слышать её прекрасные стоны. Она приподнимала свою задницу над кроватью, подмахивая бёдрами. — Так сильно хочешь принять меня, малышка? — он прерывает поцелуй, давая ей застонать и откинуть голову назад. Эвтида кивает, она мечтала об этом несколько месяцев. Грязные, хлюпающие звуки того, как он входил в неё пальцами, заполонили комнату и заставляли её чувствовать себя желанной. — Господин, пожалуйста, — она скулит, умоляя его: — я щас кончу. Пожалуйста, прикоснитесь к моему клитору, — она прижимается лицом к его скуле, целуя его подбородок снова и снова, пока он наконец не останавливается и не потирает большим пальцем набухший клитор. От нескольких грубых прикосновений внутри у неё всё сжимается, вокруг его пальцев. У неё дрожат бёдра и ноги вместе с ними. Эвтида продолжает вращать тазом, насаживаясь на его пальцы. Амен грубо потирает её клитор, от чего узел внутри неё, закручивавшийся с тех пор, как она начала доставлять себе удовольствие, наконец распутывается. Эва вскрикивает, когда её влагалище сжимается и пульсирует вокруг пальцев её господина, который не прекращая двигает пальцами внутри неё. — Господин, пожалуйста, я слишком чувствительна.       Она тянется к нему, чтобы поцеловать. И он отдаёт себя полностью ей в руки. Эвтида кусает его кадык, оставляя там следы от зубов. Осознание того, что его пальцы всё ещё в ней, не давали ей полностью расслабиться. Наоборот, новое желание всё росло. — Посмотри, как хорошо твоё влагалище приняло мои пальцы. Посмотрим, как оно справится с моим членом, — она столько раз думала о том, как это будет. Представляла, что будет отсасывать ему где-нибудь в карете, пока они едут на очередное задание. Представляла, как его член вбивался бы в неё, с какой силой он бы это делал. От таких мыслей её влагалище снова пульсировало, прося в себя огромный член мужчины, быть заполненной чем-то помимо его пальцев.       Она позволяет ему погрузить свой язык в её влажные складочки, пробуя её на вкус. Эва сладко стонет, когда он проводит языком между половых губ, слегка раздвигая их. Амен раздвигает её ноги шире, вылизывая его грешную девочку. — О да, ты такая вкусная, — он наконец привстаёт, всё ещё держа её ноги своими крепкими руками. — Господин, пожалуйста, — он недоуменно смотрит на неё, якобы призывая к действиям. Эва кладёт свою руку на его выпуклость чуть ниже живота, заставляя его потереться о неё. — Моё влагалище может принять тебя. — О чёрт, — Амен наваливается на неё всем телом, отодвигая её бёдра назад, закидывая ноги на свой торс. Он избавляется от лишней одежды, вытаскивая наконец свой вставший член.       И он был великолепен. Эва наблюдала, как он покачивался в воздухе, как пульсировали на нём венки. Он был огромным и толстым.       Она осторожно сжимает его, чувствуя какой он твёрдый. Ей с трудом удаётся подавить стон. Амен с улыбкой наблюдал за её реакцией. Он убрал её руку и прижал головку к её клитору. От таких ощущений она была готова застонать. — Ты примешь его до самого основания, — снова приказ, и она снова его выполнит. Её живот снова скручивается в узел возбуждения. Амен отводит её бёдра назад и в стороны, снова открывая перед собой вид на набухший клитор и истекающую вагину. Он подстраивает член ко входу в истекающее смазкой влагалище. Эвтида отчаянно хотела быть оттраханной им. Она сама толкается бёдрами вперёд, чувствуя как его член медленно входит. Это было божественно.       Она чувствовала каждый сантиметр его члена, как он растягивал её внутри, как упирался в стенки её матки. Эва пытается сама насадиться на член глубже. Он замечает это и обхватывает руками её талию, делая резкие толчки, вбиваясь в неё. Член полностью погружался в неё, выходил и снова оказывался в неё по самое основание. С каждым толчком она чувствует, как воздух выбивается из её лёгких. — Хороша, — прохрипел Амен, вбиваясь сильнее. Он наблюдал за тем, как его член выходил из этой грязной девочки, а потом полностью исчезал в ней. Его головка ударялась о шейку матки, когда он толкался в неё глубже, и тёрлась о чувствительные места влагалища, когда он выходил из неё. — Хорошая девочка, такая влажная, такая мокрая для своего господина. Твоя вагина просто великолепна, принимает мой член полностью       Его большой палец касается её клитора, грубо и быстро выводя на нём круги, пока она извивалась под ним от нахлынувшего возбуждения. Она разбивается вдребезги перед ним. — Господин, я сейчас … — он затыкает её поцелуем. Таким жадным, таким грубым. Эвтида начинает всхлипывать, пока оргазм нарастал. Амен сильнее вбивается в неё, зажимая клитор двумя пальцами, оттягивая его вверх. И внутри что-то взорвалось. А он продолжал вбиваться в неё, пока громкие хлопки двух тел и стоны наполняли комнату. Она чертовски чувствительная. Влагалище требовало, чтобы его наполнили, пока Амен продолжал натирать её клитор. — Грязная девочка, позволяешь мне трахать свою киску, — он говорит ей прямо на ухо, прикусывая мочку. — Твоя вагина так хорошо принимает мой член. Мне нравится твоя мокрая и узкая киска для господина.       Она закрывает глаза, когда оргазм настигает её во второй раз, сразу после него. Она чувствовала, как его член пульсировал в ней и едва осознавала, что он кончил в неё. Сперма заполнила её вагину полностью. Когда он вышел из неё, она стала вытекать, пачкая чистые простыни. — Мне чертовски понравилось, как твоя киска приняла мой член, — он целует её в губы, проводя языком по нёбу. От нахлынувшего оргазма она едва ли соображала, что делала. Её тело приятно ныло, а влагалище всё ещё пульсировало.       Боже, она только что была оттрахана своим господином. От этой мысли у неё закружилась голова. — Надеюсь, твоя дверь всё чаще будет оставаться открытой для меня, моя маленькая грязная девочка. — её тело кричало «Да да да», и она смотрела на его красивую прямую спину, пока он не вышел за дверь. Эта дверь всегда будет открыта для него.