Мир сквозь косую чёлку

На удивление Прохор задумался о словах Миши. Неужели Катя и вправду влюблена в него? И что тогда делать? Он бы хотел с ней продолжить общаться (как минимум, потому что она его красит), но это же неправильно. Он даст ей ложную надежду, что между ними может что-то быть. А это не так. Хотел бы спросить у кого-нибудь совет, что делать, но даже не знал у кого. Миша определённо скажет, что не надо упускать свой шанс. У отца спрашивать такое было опасно, да и он опять заведёт шарманку, что следует думать об учёбе, а не о друзьях-наркоманах. Оставались только Дима и Бен, но он боялся спрашивать у них про это. Тем более у Димы. Тот просто начнёт смеяться над ним и расскажет остальным. А Бен… Прохору просто было неловко говорить об этом. Он даже не знал, как задать вопрос. В меня влюбилась девочка, что делать? Как отшить? Но при этом продолжить общаться? Тем не менее они продолжили видеться с Катей. Это получалось случайно, они всегда сталкивались в библиотеке. А после он провожал её до остановки, иногда покупая мороженое, когда она попросит. Прохор не видел в этом никакого подвоха, это же просто дружеский жест, разве нет? И он старательно пытался высмотреть хоть какие-нибудь признаки влюбленности у неё. Но вроде всё было, как обычно. Она также противно смеялась при любой возможности, также рассказывала что-то о своих прошлых отношениях, параллельно отпуская похабные шуточки. Наверное, так бы не вела себя девушка рядом с объектом влюблённости. Она была бы более галантна и учтива, кокетлива бы поправляла волосы и томно вздыхала. По крайней мере, так они себя вели в книгах. Единственное, что изменилось, Катя начала рассказывать про свой любимый сериал по телевизору. Но Прохор объяснял это тем, что теперь они, вроде как, друзья, а друзья всегда делятся различными увлечениями, разве не так? Поэтому нет ничего в этом такого крамольного. Правда, теперь приходилось выслушивать кучу различных имён и пытаться запомнить, кто с кем был, а кто кому изменил. Теперь он понимал, как со стороны выглядит его рассказы об истории. Только вот история, в отличие от сериала, это наука и куда более полезней! В итоге Прохор пришёл к выводу, что Катя не влюблена в него. Она же не лезет к нему целоваться, так? Значит, он может спокойно с ней общаться и не бояться. Как раз недавно она предложила сходить снова к ней и покрасить вылезшие корни, что явно выглядели несуразно на фоне остальных чёрных волос. И Прохор, конечно, согласился. И он снова был на кухне, пропахшей запахом аммиака от краски. В этот раз процесс шел, куда намного быстрее. Катя довольно аккуратно прокрашивала корни, будто поглаживая их, а он точно также в нетерпении болтал ногами. И после они пошли смывать в ванну. Когда Прохор наклонился, то перед глазами пробежали давние воспоминания, как отец пытался оттереть краску с волос. Его передёрнуло, но виду он старался не подать. Не хотел бы потом объясняться перед Катей, да и показаться слабым. Только идя домой в этот раз, он ощущал, как в животе скручивается узел из тревоги. Хоть отец и был на работе сейчас, но кто знает, может его отпустили пораньше или ещё чего случилось. Когда он уже дошёл до своего двора, то резко развернулся, решив, что лучше пойти сразу в гараж на репетицию. И плевать, что до неё ещё оставался целый час, уж лучше так, чем встречаться с отцом. Но потом он понял, насколько это плохим решением было. Ведь он не мог нормально петь из-за сильного напряжения. Получалось коряво и фальшиво, связки быстро уставали. А в голове крутились сценарии того, как он придёт домой и отец опять с порога начнёт предъявлять ему за волосы. И точно в этот использует хлорку, чтоб отмыть, или достанет машинку из комода и сострижёт ему волосы, оставив его лысым. Поэтому домой после репетиции он опять шёл медленно, пытаясь всеми силами оттянуть неминуемое. Но стараясь не опаздывать, ведь тогда бы и ему досталось за это. В итоге он был на пороге квартиры ровно в назначенное время. И застыл, боясь издать лишний звук. Отец лениво выглянул в коридор из зала, поздоровался с ним, глянул на часы на стене, и, убедившись, что тот пришёл вовремя, ушёл обратно. Про волосы он ничего и не сказал. Прохор шумно выдохнул, облокачиваясь о дверь. Пронесло. Даже не начал гундеть, что он опять пропадает на улице, а не занимается чем-нибудь полезным. На следующий день Катя позвонила ему с неожиданным предложением. Сходить в кино. На какой-то фэнтезийный фильм. И Прохор хотел отказаться, ведь не любил эту всю магию. Но Катя уж слишком слёзно умоляла: — Ну пожалуйста. Я очень хочу сходить, а мне не с кем. А одной ходить скучно. Где-то такие слова он уже слышал. И, наверное, поэтому согласился, ведь если спокойно сходит на концерт «Короля и шута», значит, перетерпит какой-то жалкий фильм. Только потом он узнал, что тот идёт целых два часа. Каждый оплатил билет отдельно, после чего они скинулись и на ведро попкорна. И Прохор мысленно проставил галочки, что Катя всё же не влюблена в него. Ведь обычно в парочках девушка просит парня, чтоб он за неё заплатил, а тут они всё поровну поделили, как самые настоящие друзья. И он успокоился. Миша просто ошибается или специально прикалывался над ним. Катя не любит его. Они уселись в мягкие и удобные кресла, и Прохор попытался поставить ведро с попкорном в подлокотник. Но никак не получалось, отверстие было слишком узким для него. И зачем их тогда придумали? Тогда Катя сказала: — Давай, я буду держать, — она поставила ведро на колени. Конечно, это было неудобно тянуться через подлокотник, но терпимо. И он согласился. Фильм начался, и Прохор с самого начала ничего не понимал. Единственное, он понял, кто главный герой, но даже не запомнил его имени. Что уж говорить про второстепенных, которых он даже не запоминал. Тем более их мелькало настолько много, что он уже начинался запутываться, кто был уже на экране, а кто не был, и как кого зовут, и что кто сделал. Но спрашивать у Кати было вроде как стыдно, да и не хотелось её отвлекать. Поэтому он смотрел откровенно скучая. И только попкорн хоть как-то спасал ситуацию, но он всё равно старался слишком много не есть, чтобы осталось и Кате. А то совсем некрасиво получится. Когда уж от фильма прошло примерно минут тридцать, и Прохор осознал, что это ещё даже не середина, он устало запрокинул голову. Он и не думал, что это будет настолько нудно. Возможно, следовало бы выпить, как и перед концертом и тогда бы процесс пошёл веселее. Но сбегать прямо сейчас за блейзером он явно не мог. А печально. Хотя даже если и мог, то он, скорее всего, просто убежал бы отсюда. Чтобы не видеть всё это безобразие на экране. Устав созерцать похождения главного героя на экране, он повернулся к Кате, невольно рассматривая её. Её лицо было в полумраке, что придавало ей какой-то таинственности. И будто даже серьёзности. Её тонкие брови были сведены к переносице, она постоянно облизывала губы, и медленно, будто сама тоже была в напряжении, как и герои фильма, засовывала попкорн в рот, долго пережевывая. На неё падал свет от экрана, подчёркивая только силуэт. Из-за чего создавалось ощущение, будто Катя сама сошла с кадра какого-нибудь фильма. Наверное, будь он художником, он бы даже это зарисовал. Но Прохор повернулся обратно, ведь начал происходить какой-то экшн. Не то, чтобы ему было прям интересно, но он зря, что ли платил деньги за билет? А ещё он начал задумываться, как это скучно ходить в кино вдвоём. Просто пялиться в экран час, а то и больше, и даже не поговорить нормально. Уж лучше было провести это время куда полезней и веселее. А не сидеть здесь и тухнуть. Но когда он в очередной раз потянулся за попкорном, то не нащупал ведра. Его рука оказалась прямо на ноге Кати. На голой ноге Кати, ведь сегодня она была одета в короткую чёрную юбку. Прохор почувствовал, как его щёки тут же вспыхнули вместе с ушами. Как он мог так промахнуться?! Он начал медленно водить рукой, пытаясь отыскать попкорн, боясь поднимать взгляд на Катю. Наверняка она была зла. Но ведра нигде не было. Тогда ему всё же пришлось повернуться, и он увидел, что Катя подняла ведро, подальше уводя его от Прохора, и тихо хихикала. Он почувствовал себя таким дураком и поспешил убрать руку, бормоча под нос какие-то нелепые извинения. Но Катя его остановила, накрывая его руку своей. У Прохора сильно застучало сердце. Что это значит? Чего она хочет? Он в недоумении уставился на неё, одновременно пытаясь не показывать ей, чего он чувствует. Так по привычке, сделал своё лицо беспристрастным. И, наверное, это было лишним в этой ситуации. Она медленно повела его руку вверх к юбке. И Прохор чуть не поперхнулся. В голове не то, что было много вопросов, в ней был полный хаос, состоящий из ужаса и непонимания, а что, собственно, происходит. И куда это приведёт. Нет, он, конечно, слышал о таком, но никогда не думал, что с ним это произойдёт в таком возрасте. Тем более с Катей. Тем более в таком месте. Смотрели же нормально фильм, что началось то… Она остановилась возле юбки и игриво улыбнулась, выжидающе смотря на него. А он не понимал, что она от него хочет. Чтобы он продолжил? Прям здесь? Прям сейчас? Или это была какая-то проверка, ведь обычно он от Миши слышал, что девушки часто, как тот говорил, ломаются перед этим самым. И поэтому он ещё сильнее ощущал, что это всё неправильно, что происходит. Так не должно быть. Да, и вообще, он не хочет этого! Разве они не просто друзья?.. Прохор резко выдернул руку, крепко прижимая её к себе, будто опасаясь, что Катя может выхватить её и опять прижать к ляжкам. Он отвернулся, глядя на то, как героя в фильме окружали злодеи, сходясь кольцом. Это было лучше. Смотреть на Катю он боялся, всё ещё пытаясь переварить, а что произошло. Неужели она таки влюблена в него?! Но он же тщательно сверял всё пункты и ничего близкого у неё и не было с влюбленностью. Вроде. Он пытался успокоиться и дышать не так глубоко и часто. И смириться с осознанием того, что Катя его любит. Причем, похоже, сильно. Ведь она специально пыталась его склонить… ну… к тому самому… наверное… Если честно, он не до конца понимал, чего она хотела добиться, но явно чего-то нехорошего. Он просто ничего не понимал. Зачем? Почему? Для чего? Может, произошла какая-то ошибка? Он чего-то не так понял? Ему показалось? Ему так хотелось надеяться, что они с Катей всё же друзья, что она всё же не влюблена в него. Ну, потому что, может, она и не понимала истории, и постоянно говорила об отношениях и сериалах, но всё же она часто шутила про «тупых предков», и Прохору это нравилось. В том плане, что он ощущал с ней некое родство, когда она рассказывала, как они ей надоели. Но никогда сам не говорил такое про отца. Просто у него вставал ком в горле, когда он пытался даже подобрать слова об этом. Да и не любил он как-то жаловаться. Может, когда-нибудь, в далёком будущем, он бы высказался. Про всё. Но если она влюблена в него, то это будет невозможно! Фильм закончился, в зале зажгли свет, и Прохор почувствовал облегчение. То ли от того, что не придётся больше смотреть эту тягомотину, то ли от того, что не придётся сидеть с Катей так близко, то ли от того, что наконец-то он сможет поговорить с ней о произошедшем. Они вышли из зала, и Катя выглядела, как обычно, будто ничего не произошло. А вот он весь был на иголках, стараясь хоть как-то начать разговор, но в голову ничего не лезло. Наконец, когда они вышли на улицу, Катя сказала: — Ты чего дёрнулся тогда? Испугался, что ли? — она по-доброму усмехнулась. — А… что это тогда… собственно… было? — еле выговорил Прохор заплетающимся языком. Катя замолчала, надув губы, а потом выдала: — Шутка. — Шутка? — не верящим голосом повторил он. — Ага, — ответила она на полном серьёзе. — Несмешные у тебя шутки, — буркнул он, недовольно нахмуриваясь. — Какие уж есть, — она пожала плечами, будто это и вправду была обычная шутка. — Привыкай. Прохор опешил от такого. Как она может так свободно говорить об этом?! Да и для шутки это явно было перебором. Он хотел спросить напрямую, остаются ли они ещё друзьями, но приехала Катина маршрутка. И она вновь обняла его, как и всегда, на прощание. — Извини, мне пора. А Прохор так и остался стоять на остановке с неразберихой в голове. Может, это и вправду была шутка? Он мало общался с девочками, чтобы знать, как они себя ведут себя. Нет, конечно, у него была младшая сестра, но это явно было не то. Вечером за банкой пива он рассказал обо всём Мише. Бен и Дима уже ушли из гаража, и последний ответственно вручил Мише ключи, при этом наедине прося Прохора, чтобы он проследил, чтобы тот нигде не потерял их. И вот теперь они распивали уже не первую банку. И, наверное, далеко не последнюю. — Господи, ты ведёшь себя, как полнейший девственник, — сказал Миша, выслушав его рассказ. — Ну… — Ах, ну ты и есть девственник, да? — усмехнулся он. — Ну, да, — Прохор отглотнул пива, пытаясь скрыть сильное смущение. — Тогда всё понятно, — с видом знатока сказал он. — Девчонка уже себя вовсю предлагает, а ты вообще этого не видишь. Надо было под юбку прошмыгнуть! Глядишь, после кино вы бы не разъехались, а она бы позвала к себе домой. Где никого нет. Ты представляешь, какой ты шанс упустил! Я вообще впервые вижу, чтобы девушка делает первый шаг! Да, причём какой! Не просто поцелуй, а уже откровенные ласки. Тебе очень повезло, блондиночка. Мне постоянно приходится девок уламывать: куда-нибудь водить их, слушать ту хрень, что они говорят, а тебе достался такой шанс и ты его упускаешь! — Я не знаю, она сказала, что это была шутка. — Да, это потому, что ты спасовал перед ней! Если бы ты согласился на её небольшую шалость, то она бы потом сказала, что это всё по серьёзке было, понимаешь? А тут она просто, чтобы показаться такой невинной, сказала, что это шутка. Чтоб ты не подумал, что она шлюха какая-то. В следующий раз будет такое, ты обязательно доводи дело до конца. Прохор опасался сказать, что так-то он и не хочет доводить дело до конца. Тогда Миша посчитает его за педика. А он не педик! Он просто… не хочет. — А она не может, ну, проверять меня там? Ну, типа, знаешь, что я не такой извращённый, как остальные. — Какой проверять, — отмахнулся Миша. — Девочки ведь не дуры, понимают, что нам, парням, нужен секс. И некоторые манипулируют этим, не давая, некоторым просто вбили в головы матери, что надо быть девственницей до брака… а вот твоя уникальна. Мне такие пока не попадались. А хотелось бы, — мечтательно протянул он. Прохор уставился на банку пива, рассматривая в ней своё еле заметное отражение. Неужели Катя реально в него влюблена? И он ошибался? Он надеялся, что Миша опровергнет это, но нет, он лишь сильнее и сильнее подтверждал эту версию. И от этого становилось тоскливо. Будто он постепенно теряет друга в виде Кати. — Вот я сейчас сижу и думаю, — начал Миша, — ты же опять растеряешься, если она начнёт что-нибудь делать или откровенно предлагать себя. Так что для кого я говорю, — он вздохнул, будто бы учитель, который осознал, насколько непутевый его ученик. — Ты хоть целоваться умеешь? Или хотя бы целовался? — Н-нет, — Прохор отвёл взгляд. Ему сильно не нравились такие вопросы. — Это было ожидаемо. И почему вы, эмо, такие тряпки, а? Ни черта не умеете. — Почему это? Я петь умею. — Да, я вообще не про это, блондиночка. Ладно, иди сюда поближе. — Зачем? — напрягся Прохор. — Надо. Он сел ближе, передвигая стул, даже не зная, что ожидать от Миши. Скорее всего, тот, когда Прохор будет рядом, просто громко крикнет ему в ухо, как это часто бывало. Или выбьет из рук банку. Хотя нет, тот слишком уважал пиво, чтобы такое кощунство совершать над ним. Но он ожидал какую угодно гадость от него. Но не ожидал того, что почувствует на губах губы Миши. Это было так внезапно, что он оторопел, просто замирая. Те были с остатками капелек пива на них и такие мягкие и мокрые, что стало противно. Прохор надеялся, что тот отстраниться, но нет, Миша лишь сильнее прижался, видимо ожидая каких-то действий от него. А он опять не знал, что делать. Да, он определённо профан в этом деле. Он лишь сильнее сомкнул губы, а то мало ли… французский поцелуй, всё такое… Прохор уже просто не знал, что ожидать от того. Но Миша отодвинулся, отхлебывая ещё пива, а он начал неистово протирать губы. — Мда, ты непроходимое бревно, — сказал Миша. — Что это было?! — Я надеялся, что это научит тебя хоть как-то целоваться, но нет. С такими навыками ты точно помрёшь девственником. — Я не просил тебя об этом! — Прохору было обидно от осознания того, что его первый поцелуй был с Мишей. С парнем, блин! Причём, даже не по согласию. — Да ладно, че такого. Как будто я тебя изнасиловал. Не загоняйся ты так. — Это по-пидорски. — По-пидорски это выглядеть, как ты. А это просто помощь товарища. К тому же, блин, тебе реально не одна девка не даст, если ты так с ней будешь целоваться. Да, не то, что не даст, она скорее всего расстанется с тобой. Даже та девчонка. Поймёт, что ты вообще не алё в амурных делах и всё, — он взмахнул руками. «Наверное, так оно и будет», — согласился мысленно Прохор, но всё равно отвернулся от Миши. С другой стороны, он и не собирался встречаться с Катей, так что зачем ему этому учиться! Но, а если глядеть в будущее? Когда-то у него же будут отношения. И тогда от него реально девушка уйдёт, если узнает, что он неопытный. Но не таким же способом опыту набираться! Да, и вообще, он не видел себя в отношениях. Даже через несколько лет.